- Но мы можем надеяться, - сказал Рамед, - что жрец не будет задавать сложных вопросов. В конце концов, он тоже не солдат.

- А твоя магия, - продолжила Мералейн, - придаст правдоподобности всему, что ты скажешь.

Оракс покачал головой.

- Я все еще не уверен…

Она подняла руку, чтобы прервать его.

- Капитан Фезим оставил нас здесь для того, что бы мы сделали то, что могут только волшебники. И ты можешь это сделать. Мы с Рамедом поможем тебе.

Оракс перевел дыхание.

- Ты права, Абисс тебя возьми, - он огляделся и обнаружил, что выход из узкого, засыпанного мусором переулка еще темнее, чем улица. Он махнул Мералейн.

- Пригнись.

- Не обязательно делать это прямо сейчас. – Ответила волшебница.

Он ухмыльнулся.

- Не волнуйся. Перспектива грядущего быстро меня отрезвляет. Мы хотим отправить хранителя змей обратно в Лутчек, прежде чем он поговорит с другими людьми.

Он снял стальной шлем, за который его высмеяла Мералейн, а после начал читать заклинания, выводя руками руны на стене. На кончике его пальца замерцало голубое свечение. Рамед же внимательно следил, чтобы ни один прохожий не заметил двоих волшебников за сотворением заклинания.

Закончив писать, Оракс пробормотал рифму. Мералейн прошептала рифмованный ответ. Они не практиковали вместе этот ритуал, и Оракс не понимал языка, на котором говорила Мералейн, но он чувствовал, как ее усилия помогают ему, и это работало. Тьма и обман были естественными союзниками.

 По мере того, как Оракс читал текст, он постепенно поднимал руки к голове. Он провел ими по волосам и представил, как они выпадают. Он чувствовал это так, как если бы это действительно происходило. Он переместил руки к лицу и начал лепить его, как глину, придавая своим чертам остроту черт тэйца и вырисовывая его татуировки.

Достигнув последней строчки заклинания, волшебник прикоснулся к глазам указательными пальцами и, будто зажигая пару свечей, приказал голубому свету зажечься внутри каждого из них. На мгновение он почувствовал пульс тепла.

Оракс опустил руки.

- Получилось?

Мералейн улыбнулась.

- Все отлично. Ты похож на него и говоришь так же, как он.

Рамед повернулся, и его глаза расширились.

- Она права! Ты действительно очень похож!

Оракс фыркнул.

- Не надо так удивляться, - он снова надел шлем, огляделся в поисках копья Аота и обнаружил, что оно прислонено к стене. Естественно, он знал, что это просто еще одна часть иллюзии, но обман будет сильнее от любой детали. Оракс сомкнул пальцы на копье и почувствовал гладкость древка. - Пойдем к Хранителю Змей, пока магия не ослабла.

Даже если бы Рамед не пришел к ним, Оракс все равно почувствовал изменения в лагере наёмников на краю города. Грифоны визжали, хотя им следовало засыпать, а когда волшебник подошел к шатру Аота, он увидел причину происходящего - кожаные крылья были сложены, над седлами, пристегнутыми к туловищам. Четверо крылатых ящеров притаились на земле у входа. Созданные из крови драконов - по крайней мере, так считал Оракс – эти рептилии выглядели как коренастые драконы с необычно длинной шеей и необычным и сильным запахом. Поэтому неудивительно, что их близость взволновала зверей, которые только что помогли своим хозяевам вести войну с драконами.

Оракса это волновало по другой причине.

- Ты сказал, что был только один Хранитель Змей!

- Один главный, - сказал Рамед, - и три его подчиненных. Убеди лидера и все будет хорошо.

- Каждый из них владеет какой-то магией, - сказал Оракс. – Какой-нибудь из них может видеть иллюзии…- он услышал нотку жалобы в своем голосе и заставил себя остановиться. - Забудь. Ты прав. Давай сделаем это.

Когда они подошли, один из ящеров зарычал. Часовой наемник перед палаткой посмотрел на Аота и отсалютовал. Оракс сделал то, что замечал за Аотом, и хлопнул солдата по плечу, когда зашел в палатку.

Хранители Змей внутри чувствовали себя как дома. Они заканчивали со второй бутылкой вина и, судя по всему, рылись в пачках каких-то депеш и тому подобном. Все четверо, несомненно, были жрецами Тиамат, их одежда и украшения были украшены изображениями драконов и другими символами, символизирующими их веру. Но здоровяк, сидевший в любимом походном кресле Аота, пошел дальше – на его руках и шее был вытатуирован чешуйчатый узор, а клубка обнажала острые зубы.

- Капитан Фезим, - сказал он, вставая. - Добрый вечер. Я Лорд Змей Сфоррид Нира.

- А это Мералейн», - ответил Оракс. - Она одна из волшебников, которых Герой Войны назначил помогать Братству в выполнении его задач.

Взгляд Сфоррида метнулся к Мералейн, а затем снова к «Аоту».

- Надеюсь, вы не возражаете, что мы с моими помощниками устроились поудобнее. Судя по тому, что этот мужчина смог нам сказать, - вальяжным жестом жрец указал на Рамеда, - я боялся, что вы не вернетесь в течении десяти дней.

- Никто не может точно предсказать, сколько времени потребуется, чтобы пролететь над половиной Трескеля. - Ответил Оракс.

- Думаю, это особенно верно в отношении самостоятельного приключения. Скажите, это распространенная практика среди капитанов компаний наёмников?

Этот вопрос немного напряг нервы Оракса. Но он сказал себе, что Сфоррид на самом деле не разглядел его маскировку и ничего не знает о планах Аота. В противном случае ублюдку не интересны его ответы, и он просто пытается поймать его на удочку.

- Когда я был молодым солдатом, - начал Оракс, - меня часто отправляли на разведку. Думаю, все дело в старых привычках – от них трудно избавиться. А иногда один человек может заранее заметить вражеский отряд и бросится в укрытие. Возможно, вы слышали, что я был один, когда нашел подземелье, где держали и пытали леди Иуртос.

Глаза Сфоррида сузились от намёка на враждебность. Но пусть будет так. Оракс был совершенно уверен, что Аот не стал бы скрывать свои намерения. Так что Оракс решил, что и он не должен.

 - Я так понял, - сказал священник, - что этот инцидент разрешился ко всеобщему удовлетворению.

- Да, - ответил Оракс, - но, надеюсь, вы так же поймете, если Повелительница Солнца не будет склонна получать удовольствие от вашего общества.

- Неважно, - сказал Сфоррид. – Я должен был встретиться с вами. - Он протянул свиток пергамента, без сомнения, тот самый, которым он махал перед Рамедом.

Оракс не спеша осмотрел его так, как это сделал бы Аот. Сверху был расположен список титулов Чазара, продолжавшийся строка за строкой, но как только он опустил взгляд, смысл остальных слов стал достаточно ясным. Волшебник скрутил свиток его и на столик, к бутылкам от вина.

- Если Его Величество хочет знать, что я делаю, - сказал он, - он мог бы просто попросить письменный отчет. Я все равно планировал отправить его.

- Его Величество рассчитывает, что я смогу узнать какую-нибудь дополнительную информацию, - сказал Сфоррид. - Почему бы вам не начать с рассказа о разведке, которую вы только что завершили? Что увидел одинокий человек, которого не заметил бы целый отряд?

Оракс сглотнул.

- Проще всего будет показать вам на карте, - сказал он, а затем сообразил, что не помнит, где Аот держал их. Он огляделся и почувствовал приступ тревоги, когда не заметил их. Но Рамед, как послушный подчиненный, поспешил через палатку, открыл сундук, вытащил свиток овечьей шкуры и расстелил его на столе.

Это позволило Ораксу придумать рассказ о полетах и ​​перебежках с места на место, а так же наполнить его достаточным количеством деталей, сделав  убедительнее. Сфоррид некоторое время мирился с утомительной историей, но, наконец, сказал.

- Простите меня, капитан, но давайте рассмотрим суть дела. Вы нашли какие-то следы мятежников и некромантов-предателей или нет?

Оракс перевел дыхание и указал на место на карте, которое находилось немного дальше по его воображаемому маршруту.

- Прямо здесь, на холме, выходящем на перекресток, был разбит лагерь, где кто-то сжег в костре резное изображение красного дракона. На уцелевших обломках дерева были вырезаны символы ненависти и убийства.

Сфоррид скептически посмотрел на него.

- Я думал, вы ищете хитрых, опасных волшебников, а не людей, настолько тусклых, что они попытаются проклясть Красного Змея с помощью ритуала, связанного с пламенем.

Внутренне Оракс поморщился. Если бы он так не нервничал, то ни за что не допустил бы такой оплошности!

- Намерение – вот что важно.

- Со всем уважением, капитан, но важно то, добились ли вы каких-либо реальных успехов. В противном случае Чессента может использовать ваших наёмников в кампании против драконорожденных. Церковь и сама может продолжать работу по устранению мятежников и богохульников.

Мералейн рассмеялась. И Оракс, и Сфоррид удивленно повернулись к ней.

- Прошу прощения, милорды, - сказала она. – Просто смешно смотреть на то, как вы ссоритесь, хотя придерживаетесь общей цели.

Хранитель Змей склонил голову.

- Простите?

- Капитан Фезим действует методично, - сказала она. - Наверное, это то, что делает его хорошим командиром. Но это также делает его скучным рассказчиком, и сегодняшний вечер как раз тому пример. Он склонен описывать каждый шаг своего путешествия, вместо того, чтобы переходить к открытию в конце. Но однажды я уже пережила эту историю, поэтому могу сказать, что след, в конечном итоге, привел его к месту, где враги Его Величества встречаются, чтобы замышлять и творить свое колдовство. Место древней битвы в Небесных Всадниках.

Оракс решил, что она имела в виду место, где они с Аласклербанбастосом вызвали мертвых, чтобы напугать Чазара.

- Да, - сказал он, снова прикоснувшись пальцем к карте, - прямо здесь.

Сфоррид улыбнулся кривой, менее высокомерной улыбкой, которая на мгновение почти заставила полюбить его.

- Волшебница права, капитан. Мы бы спорили куда меньше, если бы вы сказали мне об этом с самого начала. Но не берите в голову. Просто скажите – что вы собираетесь делать с этим?

Что, действительно?

- По моей информации, - сказал Оракс, - шабаш соберется завтра ночью. Мы нападем на них, когда они соберутся. Если мы подкрадемся к ним с небольшим отрядом, то, возможно, сможем взять их живыми и допросить. Тогда мы сможем выяснить, являются ли они агентами Джаксанаедегора, стойкими роялистами Аласклербанбастоса или, может быть, служат драконорожденным.

Сфоррид прищурился и задумался. Затем он сказал:

- Звучит разумно. Мы с моими помощниками, конечно же, будем сопровождать вас.

- Хорошо, - сказал Оракс. - Но пока у меня было долгое путешествие, а это мой шатер. Рамед найдет для вас подходящее место для ночлега, а также обеспечит тем же ваших верховых животных.

После того, как Хранители Змей ушли, он плюхнулся в кресло. Мералейн ухмыльнулась ему.

- Ты были чудесен. - Сказала она. Девушка взяла полупустую бутылку вина, сделала глоток и предложила ему.

- Я сказал то, что ты и хотела, чтобы я сказал? – спросил волшебник.- Когда ты начала говорить о шабаше и месте в холмах, я должен был догадаться.

- Ты будто читаешь мои мысли. Было ясно, что единственный способ удовлетворить ублюдков - это показать им повстанцев. Так и сделаем.

- Остались ли привидения на этом клочке земли? Вы и Аласклербанбастос вызвали целую кучу, но затем, кажется, всех уничтожили

- Я призову новых.

Оракс улыбнулся.

- А потом мы используем их, чтобы разыграть другой спектакль. Почему нет? Если эта уловка обманула Чазара, она должна обмануть и его слуг.

* * * * *

Ее серебряный пирсинг блестел в сеянии парящих шаров магического света. Бири подошла к Баласару, и он почувствовал обычные противоречивые чувства – наслаждаться её компанией и потребовать немедленно отойти. Но на данный момент действительно не возникало вопроса о том, как следует себя вести - воин клана Даардендриен не должен отгонять товарища в странном и опасном месте.

- Я не понимаю, - прошептала она. = После того, как за нас поручился Неллисс Сарадексма, императрица приняла наше предложение. Она даже одолжила нам больших красных стрекоз, чтобы мы быстрее добрались до гор. Но эти люди ведут себя так, будто не хотят нашей помощи.

Она имела в виду имаскарских солдат и боевых магов, которые сопровождали драконорожденных в пещеры. Бледная кожа одетых в у униформу мрачных цветов имаскари была испещрена темными полосами и пятнами, что, насколько Баласар знал, делало их уникальными среди остальных представителей их расы. На их лицах застыла маска высокомерия, но когда они думали, что на них не смотрит ни один чужеземец, выражения их лиц принимали разную степень скептицизма, веселья или нетерпения.

- Я думаю, это вопрос профессиональной гордости, - пробормотал Баласар в ответ. - Они уже исследовали именно эти туннели. Тогда они не смогли найти путь, ведущий от Драконьих Мечей в пустыню. Так что они будут выглядеть профанами, если это сделает кто-то другой.

- Но ведь Кхорин – дварф.

- Не обязательно, что это означает для них то же самое, что и для нас. Особенно если учесть то, что Подземье для них значит то же. Что и для дварфов.

Бири озадаченно посмотрела на него.

- Они в это верят?

- Я не знаю и не собираюсь спрашивать. Если это еще не общеизвестно, они могут не захотеть, чтобы об этом узнали посторонние. Но задумывались ли вы когда-нибудь, где они провели все эти столетия между падением своей старой империи и основанием новой? Или почему новая называется Высоким Имаскаром?

Она улыбнулась в ответ.

- У тебя ум как у волшебника.

Обычно он принимал комплименты как должное, но по какой-то причине ее комплименты всегда приводили Баласара в замешательство, хотя, как он полагал, он этого и не показывал.

- Уверен, что так. Моим бедным наставникам приходилось регулярно избивать меня, чтобы  заставить меня выучить хотя бы буквы и цифры.

Она усмехнулась, затем ее лицо снова стало серьезным.