- Судя по тому, что я слышал о Красном Драконе, - сказал Усуси, - я бы не стала на это рассчитывать.

- Что ж, - сказал Медраш, - тогда все сводится к следующему. Лорд Неллисс, выступая от вашего имени, неоднократно заверял нас, драконорожденных, что Высокий Имаскар - наш верный друг и союзник и бросился бы к нам на помощь, если бы только он не боролся за собственное выживание. Было ли это правдой или пустым вздором?

Собравшиеся придворные, казалось, затаили дыхание. Усуси некоторое время молча смотрел на Медраша. Затем она сказала:

- У вас...весьма прямой подход, сэр рыцарь.

- Я паладин Неистовой Верности, - ответил Медраш. - Мы говорим то, что хотим сказать. А знание того, что армия Чессенты прямо сейчас собирается для нападения на мою родину, делает меня еще менее склонным к пустым разговорам.

Императрица слегка улыбнулась.

- К вашему счастью, я научилась ценить прямоту. Вероятно, это потому, что я тоже чувствую, что у меня больше нет времени, чтобы тратить его зазря. Но мне нужны подробности. Мне нужно услышать то, как вы узнали про сложившуюся ситуацию. Если ваши ответы удовлетворят меня, вы можете предпринять свою экспедицию, а если она увенчается успехом, то Тимантер и Высокий Имаскар вместе сразятся с Чессентой.

* * * * *

Хоть Цера и была единственным целителем в компании, но Сон-лиин имела некоторые поверхностные знания о том, как очищать и перевязывать раны и накладывать шины на сломанные кости. Возможно, это отец научил ее этому, дабы они могли лечить друг друга, когда посреди дикой местности не было больше никого.

Работая вместе, они сначала занялись раненым дженази, которых, слава Жёлтому Солнцу, было относительно немного, а затем перешли к раненым дрейкам. Хоть юная дженази шторма и действовала весьма энергично, выглядела она так, будто вот-вот заплачет.

Это не из-за крови, - подумала Цера. - Она видела такое и раньше. Это потому что она думает, что это ее вина.

Они вместе присели рядом с последним раненым дрейком. Он лежал на боку, тяжело дыша и дрожа, выдавливая из раны на груди еще больше пузыристой крови.

Сон-лиин вопросительно посмотрела на Церу. Зная, что это бесполезно, она, тем не менее, оценила сосредоточилась, но обнаружила внутри себя только пустую боль. На данный момент она исчерпала свою способность направлять силу Амаунатора, а обычных средств лечения было бы недостаточно.

Цера покачала головой. Сон-лиин что-то прошептала дрейку, погладила его по голове одной рукой, а другой провела охотничьим ножом по его горлу.

Когда они поднимались, подошел Гаэдинн. Обойдя лужу крови, он сказал:

- Если вы закончили, то некоторые захотят поговорить.

- О чем? - Спросила Цера.

- Как я полагаю, о том, как им лучше выделить высокие следопытские навыки девушки.

Лицо Сон-лиин исказилось. Цера нахмурилась, глядя на Гаэдинн, а он лишь пожал плечами в ответ.

Затем он повел их к относительно широкому песчаному берегу, где каждый мог расслабиться, не касаясь воды. И действительно, здесь собрался буквально каждый. Большинство Огненных Истребителей тоже пришли на пляж – возможно, так как все они были волонтерами, то считали себя вправе участвовать в военном совете. В это же время Джет летал высоко в небе, высматривая любую потенциальную угрозу.

Когда все расселись там, где им было удобно, Аот, который сел на покрытый мхом кусок бревна, сказал:

- Сначала давайте запомним нашу победу. Это был непростой бой, и мы потеряли всего четверых человек, выиграв его. Я буду с вами честен - когда мы вышли из Эйрспура, я не был уверен, что вы, ребята, умеете убивать драконов. Сейчас я уверен.

Его слова произвели желаемый эффект на некоторых дженази. Один воин выпрямился, другой улыбнулся и крепче обхватил приклад своего арбалета, а дженази воды толкнул своего огненного друга в бок.

Но не все наслаждались словами похвалы от своего нового лидера. Некоторые по-прежнему выглядели больными и понурыми от отчаяния из-за тяжелого боя. Многие же просто хмурились.

Йемер был одним из них. По голубым линиям на его серебристой коже пробежало мерцание, после чего он встал и сказал:

- Все так, капитан, но мы вообще не должны были подвергаться этой опасности. Мы сверились с картами еще дома. Мы взвесили все факторы и выбрали наилучший маршрут. Мы должны были придерживаться его, а не отклоняться по чьей-то прихоти.

- Это один из вас предложил свернуть, - протянул Гаэдинн. Возможно, чтобы не запачкать одежду о песок, он приказал Эйдер лечь, а затем растянулся на ней, как на диване. Его пальцы почесывали бронзовые перья у основания ее шеи, от чего ее глаза закрылись в блаженстве.

- Но приказал отдал капитан Фезим. - Ответил Йемер.

- Да, - сказал Аот, - так оно и было. Так что, если вы думаете кого-то о обвинить в том, что он не знает о чем-то, что случается лишь изредка на клочке земли посреди пустыни, то вините меня. Но позвольте мне спросить вас: вы думали, что мы можем путешествовать по этому региону, не наткнувшись на что-нибудь опасное? Разве не для этого мы отправились сюда? Неужели вы не знали, что окраины Аканула опасны?

- Да, - сказал Мардиз-сул. - Именно поэтому.

- Но дело не в этом, - сказал Йемер. - А в том, что подходит ли этот чужеземец для руководства нашей экспедицией. Говорят, в свое время он одержал несколько заметных побед. Но это было давно. И уж точно не в Тэе или Импилтуре.

Аот глубоко вздохнул, что, на взгляд Церы, лучше любых слов показывало то, насколько тяжело мужчине от того, что кто-то бросил ему в лицо его крупнейшие неудачи.

- Я научился сражаться в легионах старого Тэя, - сказал Аот. - В одной из лучших армий, которые когда-либо видел Фаэрун. Последние сто лет я оттачивал свои навыки ведения войн на Востоке. А какая у вас квалификация, сэр Йемер?

- Я не претендую на главенство, - сказал благородный дженази ветра. - Но в свете того, что только что произошло, мне интересно, почему мы идем не за Мардиз-сулом.

Некоторые из собравшихся согласились.

Мардиз-сул поднял руку.

- Пожалуйста. Для меня большая честь, что товарищи доверяют мне. Но если это действительно так, то доверьтесь моему мнению - я согласился с тем, что командовать должен капитан Фезим, потому что убежден, что это лучший способ достичь нашей цели.

Сон-лиин встала.

- Если здесь и есть тот, кто потерял ваше доверие, так это я.

- Верно подмечено. - Сказал Гаэдинн.

- Так что ненавидьте меня, если хотите, - продолжила она, - ради тех, кто умер. Но не позволяйте этому чувству настраивать вас против наших командиров или нашей миссии. Я наткнулась на одну из заброшенных деревень вскоре после нападения налётчиков. Я видел, разрубленные тела - в том числе и тела детей и младенцев. Если в этом виноват этот Виршекеллабекс, то Огненные Истребители должны уничтожить его.

- Как я уже сказал, - сказал Аот, - если в этом и есть чья-то вина, то она на мне – это я принял решение ехать сразиться с монстром, и сейчас это все еще важно.

Цера поднялась.

- Это более чем важно, - сказала она. - Это священная цель, и Амаунатор поддержит нас, когда мы будем бороться за её достижение. Наверняка вы понимаете, что именно его сила не позволила синему туману трансформировать всех дрейков. Или нас, раз уж на то пошло.

- Мы верим вам, - сказал дженази земли. – Просто…все это. Я имею ввиду то, что случилось с дрейками.

- Да, - сказал Аот, - но я клянусь Черным Пламенем, что мы с Гаэдинном убивали драконов и раньше. И когда мы убьем Виршекеллабекса, вы, ребята, станете героями. Девочки из Эйрспура будут драться за вас, как сороки за блестящие монетки.

Это заставило некоторых дженази усмехнуться, и Йемер, очевидно осознав, что ему не удалось переубедить остальных, замолчал. К тому времени, как собрание разошлось, Цера пришла к выводу, что моральный дух отряда был настолько высоким, насколько вообще это было возможно. Тем не менее, факт оставался фактом - большинство дженази не были такими суровыми людьми, как Аот, привыкший к внезапным всплескам хаоса и ужасам. И тогда она задавалась вопросом - выдержит ли их дух перед лицом еще большего несчастья. Она молилась, чтобы им не пришлось узнать это.

Затем страдание, проявляющееся в выражении лица Сон-лиин, напомнило ей о более насущных заботах. Наполнив руку успокаивающим теплом Хранителя, она положила ее на плечо дженази.

- Аот прав, - сказала она. – Ты не могла знать об этом, и поэтому у тебя нет причин чувствовать себя виноватой.

- Может и так, - сказала Сон-лиин. - Я… я вспомнила, как мой отец говорил мне остерегаться путешествий по каньону в разгар лета. Но я не вспомнила об этом! Его слова пришли ко мне только после того, как синий туман поднялся в воздух!

* * * * *

Оракс поднес кожаный кубок ко рту и послал в него магию. Но ему больше не нужно было обманывать. Теперь, когда Джесри и Аот занимались мелочами где-то вдалеке, Оракс мог считаться офицером.

Бросив восемь резных кубиков из слоновой кости, он произнес односложное слово силы и мысленно потянулся за ними. Из-за большого количества выпитого эля Ораксу потребовалось несколько мгновений, чтобы сосредоточиться на них, но, в конце концов, у него получилось.

Во-первых, он заставил их греметь и прыгать, как обезумевших сверчков. Затем он запретил им снова падать на стол для игры в кости. Вместо этого он заставил их подниматься все выше и выше, все время вращая их вокруг друг друга.

Он поднял их почти до почерневших от дыма дубовых балок, поддерживающих потолок, прежде чем позволил им упасть, и даже тогда он сохранил над ними контроль. Они подпрыгнули еще немного, а затем сложились в башню, после чего, наконец, остановились.

Его аудитория – смесь из охотников, моряков, солдат и шлюх - кричала и аплодировала. Кто-то хлопнул его по спине. Он огляделся и подмигнул Мералейн, и она улыбнулась в ответ. Оракс быстро понял, что она, в отличие от него, не так любит задымленные таверны, но, похоже, ей начинает нравиться. Да и почему бы и нет? Они прошли долгий путь от тяжелых дней в Лутчеке, когда только зеленые татуировки на их руках - не говоря уже о реальной демонстрации магической силы – стать причиной побоев или ограбления.

 Другая рука упала ему на плечо. Он повернулся и посмотрел на клювоносое лицо Рамеда - наемника, которого он впервые встретил во время осады Сулабакса. Именно Рамед спас Оракса, когда над ним обрушилась стена.

- Мой друг! - сказал Оракс. - Выпей за меня!

- Ты должен пойти со мной, - ответил Рамед. - И Мералейн. Сейчас.

Оракс хотел было спросить почему, но потом понял, что это может быть не совсем разумно, особенно учитывая то, сколько людей слонялось вокруг. Он улыбнулся и помахал публике, а затем поманил Мералейн. Она взяла свою тонкую костяную палочку, лежащую в пределах досягаемости её изящной руки, и поднялась. Они последовали за Рамедом в ночь.

Война с Аласклербанбастосом принесла в Мурктар поток золота, поскольку наемники, работавшие на драколича, тратили свои деньги здесь. Большинство этих воинов ушли – многие из них перешли в армию Чазара и отправились на юг - но в городе все еще царила угасающая атмосфера праздника. Окна таверн и праздничных залов ярко горели, из них лилась музыка, как будто владельцы не могли заставить себя признать тот факт, что наплыв посетителей закончился.

Но это было так, и как только Оракс и его товарищи прошли несколько шагов по изрезанной колеями грязной улице, волшебник решил, что теперь их никто не услышит.

- В чем дело? - Спросил он.

- Появился Хранитель Змей, - сказал Рамед. - У него есть бумага с печатью Чазара. Очевидно, это дает ему право получить отчет от капитана Фезима о том, как идет охота на повстанцев. - Оракс посчитал, что Рамед, как и большинство людей, занимавшихся тем же ремеслом, что и он, был неграмотным, и не смог прочитать документ самостоятельно.

- Вы сказали ему, что капитан уехал на патрулирование?

- Да, - сказал Рамед. - Он сказал, что подождет.

- Что ж, - протянул Оракс, - тогда пусть подождет. Может быть, госпожа Удача улыбнется, и капитан Фезим и остальные скоро вернутся.

Солдат покачал головой.

- На это можно не надеяться. В Акануле они наверняка столкнутся с какими-то трудностями, даже несмотря на то, что с ними их грифоны.

- А что, если Хранитель Змей начнет задавать вопросы, - сказала Мералейн, - а некоторые другие наемники скажут, что не видели Аота или Гаэдинна уже несколько дней? Что, если они скажут, что их офицеры водили их туда-сюда, но они так и не увидели ни единого следа отступников-некромантов или каких-либо других оставшихся врагов?

- Верно, - сказал Оракс. Пьянство, которое так воодушевляло в таверне, было как одеяло, сковывающее его мыслительные способности. Он сделал глубокий вдох, пытаясь избавиться от этого груза. - Мы не можем пустить все на самотек. Нам нужно отправить его в путь, а это значит, что нам нужен либо капитан Фезим, либо кто-то, кто сможет сойти за него. Рамед, я собираюсь изменить твою внешность.

Наемник удивленно уставился на него.

- Мою?

- Да. Ты офицер Братства, и капитан перед отъездом открыл тебе некоторые тайны происходящего. Ты идеальный мужчина для этой работы.

Рамед покачал головой.

- Я так не думаю, парень. Я воин, а не актер. Я все испорчу.

- Он прав, - сказала Мералейн. Она стояла рядом с Ораксом, её черты все равно было трудно разглядеть - как будто тьма запятнала ее собой. - Ты иллюзионист, и если ты создашь маску, то на тебе она сядет лучше, чем на ком-либо другом.

- Но я не воин. - Ответил Оракс.

Мералейн ухмыльнулась.

- Думаю, это не то, что должно было прийти в твою голову, спрятанную в железную кастрюлю.

 Оракс почувствовал, как к его лицу прихлынула кровь, после чего он прикоснулся к своему стальному шлему.

- Я, скорее, о том, что не смогу отвечать на вопросы как воин.