Мужчина, невольно заставивший леди Крэнфорд остановиться, поспешил сделать поклон и снять свою высокую шляпу.

– Матушка, что с вами? – вдруг, как сквозь туман, услышала графиня голос своего сына. Переведя взгляд с прохожего на Энтони, леди Крэнфорд обнаружила, что лицо того было наполнено тревогой. Она настолько ушла в себя, что позабыла все правила приличия и не ответила на принесенный ей поклон.

– О, ничего не случилось! – как можно более естественным тоном воскликнула она. – Я просто встретила давнего знакомого! – И, вновь обернувшись к изумившему ее прохожему, слегка дрогнувшим голосом сказала: – Мистер Сэлтон, могу я представить вам моего младшего сына Энтони? Энтони, это – мой давний знакомый мистер Сэлтон.

– Рад знакомству, – галантно произнес знакомый леди Крэнфорд и протянул Энтони руку для пожатия, а тот с улыбкой пожал ее. – А кто эта юная леди? – спросил он, взглянув на Вивиан и невольно восхитившись ее красотой. – Должно быть, ваша дочь, леди Крэнфорд?

– Племянница. Мисс Коуэлл, – коротко ответила ему та.

Вивиан присела в элегантном книксене, а знакомый ее тети поклонился ей и, широко улыбнувшись, сказал:

– Рад знакомству, мисс Коуэлл. Думаю, не ошибусь, если предположу, что вы являетесь дочерью миссис Кэтрин – когда-то самой красивой девушки Англии? Те же глаза, та же линия бровей… – Но вдруг он взглянул на кулон, украшающий белую шею девушки, и мягко улыбнулся. – Какой прекрасный кулон, мисс Коуэлл. Но даже не знаю, кто кого украшает: он вас или вы его.

При этих словах леди Крэнфорд вновь зарделась, но в этот раз это не был легкий румянец – кровь, прилившая к ее щекам, сделала их красными как маков цвет.

– Благодарю вас, эта птица досталась мне от моей дорогой матушки, – просияв, сказала Вивиан.

– От вашей матушки, – тихо повторил мистер Сэлтон и бросил на леди Крэнфорд насмешливый взгляд.

К великому изумлению девушки,, наблюдающей за своей тетей, лицо графини из пунцового вдруг сделалось белым как мел, как будто слова мистера Сэлтона причинили ей невыносимую душевную боль.

«И нужно было Вивиан надеть эту птицу именно сегодня?» – с отчаянием подумала леди Крэнфорд.

– Вы в Лондоне проездом? – все же сумела выдавить из горла она, не отрывая взгляда от лица своего знакомого.

– Нет, тоска по городу, в котором я родился и в котором прошла моя юность, заставила меня вернуться, – прохладным тоном ответил ей мистер Сэлтон.

Между этими двумя персонами чувствовалась такая недоговоренность, такая напряженность, что Вивиан было ясно, как день: между ними что-то было или что-то есть. Но кто этот мужчина? Отчего он приводит ее тетю в полуобморочное состояние?

Пока мистер Сэлтон беседовал с Крэнфордами, Вивиан внимательно, но незаметно осмотрела незнакомца с головы до ног и, по его элегантной, прекрасно сшитой одежде, отметила про себя, что он был очень богат. Мистер Сэлтон представлял собой красивого пожилого мужчину, которому, должно быть, было уже за пятьдесят лет. Он был высок, строен, с красиво уложенными волнистыми темными волосами, тронутыми на висках сединой, и карими глазами. Лицо его было чисто выбрито, жесты изящны, одежда сидела как полагается, и все это придавало мистеру Сэлтону вид настоящего аристократа. «Очень богатого аристократа!» хихикнула про себя Вивиан, забавляясь видом и поведением тети Беатрис..

Энтони же не нашел в поведении матери ничего особенного: как и большинство мужчин, он плохо различал смену оттенков на лице женщины. Однако, как и Вивиан, с он легкостью увидел в мистере Сэлтоне владельца большого состояния.

– Могу ли я полюбопытствовать, куда вы пропали много лет назад? – с фальшивой улыбкой спросила леди графиня своего знакомого. – Вы так внезапно и бесследно исчезли.

– У меня были на это причины, – прохладным тоном ответил ей тот. – Но это никакой не секрет: после свадьбы вашей сестры, о которой тогда сплетничал весь Лондон, я уехал в Данию, где и остался.

– О, и вы, должно быть, говорите по-датски? – встрепенулся Энтони: ранее он слыхал о том, что датчане разговаривают так, словно их рот набит едой.

– Да, немного, – улыбнулся ему мистер Сэлтон. – Увы, у меня не было желания изучить этот язык глубоко, но для того, чтобы понимать, о чем беседуют мои супруга и дочь, датским я владею в достаточной мере.

Леди Крэнфорд прерывисто вздохнула.

– О, я не знала, что вы женились, мистер Сэлтон! – тихо воскликнула она. – Позвольте же принести вам мои поздравления!

– Благодарю, леди Крэнфорд. И позвольте и мне поздравить вас с удачным браком. Увы, мне пришлось уехать прежде счастливого дня вашей свадьбы с графом Крэнфордом. – Мистер Сэлтон улыбнулся, но в его улыбке и Вивиан, и ее тетушка отчетливо заметили насмешку.

«Над чем он смеется? – пронеслось в голове девушки. Она была ужасно заинтригована происходящим, поэтому внимательно следила за лицами обоих и слушала каждое сказанное ими слово. – Но он сказал, что уехал сразу после свадьбы моей матери! Значит ли это, что он был одним из ее многочисленных поклонников? Нужно будет спросить у тети! Но, Господь Всемогущий, отчего встреча с этим мужчиной заставляет тетю Беатрис нервничать? Ведь она ужасно взволнована, хоть и пытается это скрыть!»

– Благодарю вас. Вас, правда, не хватало в Лондоне, – Леди Крэнфорд нервно улыбнулась. Она бессознательно теребила длинные черные ленты своей шляпки и не отрывала взгляда от лица знакомого.

– А вот и мои дорогие супруга и дочь, – словно не слыша ее слов, теплым тоном сказал мистер Сэлтон и обернулся влево.

Это заставило взглянуть влево и Крэнфордов с Вивиан: к ним подходила дородная, но элегантно одетая женщина с наполовину седыми волосами, и юная, упитанная, розовощекая девушка в ярко-зеленом платье и с причудливой зеленой шляпкой на голове, скрывающей ее темные прямые волосы.

– Миссис Сэлтон, разрешите представить вам мою давнюю знакомую леди Крэнфорд, ее сына Энтони Крэнфорда и ее племянницу мисс Коуэлл, – с улыбкой сказал он своей супруге, когда та и ее дочь присоединились к их маленькой компании.

– Меня зовут Вивиан, – мягко сказала Вивиан, приветливо улыбаясь пухленькой дочери мистера Сэлтона. И, недолго думая, она протянула вдруг зардевшейся девушке свою ладонь, обтянутую короткой белой ситцевой перчаткой.

– О, как приятно с вами познакомиться! – громко воскликнула та и без раздумий сжала руку Вивиан.

– Моя супруга миссис Сэлтон и моя дочь Шарлотта, – представил мистер Сэлтон свою семью.

– Миссис Сэлтон. Мисс Сэлтон. – Энтони галантно поклонился.

Шарлотта Сэлтон, до глубины души восхищенная красотой Вивиан, перевела взгляд на молодого Крэнфорда, и ее лицо тотчас покрылось алыми пятнами.

Но Энтони не задержал на лице девушки взгляда и не заметил роз, расцветших на ее щеках: мисс Сэлтон была довольно высокой, но дородной, как ее мать. Рядом с хрупкой Вивиан она выглядела упитанным пони, подошедшим к изящной арабской лошади.

– Мисс Сэлтон, какая диковинная у вас шляпка, – вежливо сказала Вивиан девушке: так как старшие Сэлтоны и Крэнфорды были увлечены беседой о несносном климате Дании, бедная мисс Сэлтон чувствовала себя забытой и, смущенно улыбаясь и бросая восхищенные взгляды на Энтони, терпеливо ждала, когда к ней обратятся. Но ни родители, ни Крэнфорды не удосужились заговорить с ней, и Вивиан наполнилась жалостью к забытой всеми Шарлотте.

– О, эта шляпка сделана по последней датской моде! Такой фасон носит сама королева! – радостно прощебетала Шарлотта, и на ее чистом, но все еще покрытом красными пятнами волнения лице появилась красивая широкая улыбка.

– Правда? – поддержала разговор Вивиан. – Но, прошу, расскажите мне о своих впечатлениях о Лондоне. Знаете ли, я сама совсем недавно переехала сюда из провинции, и этот город просто поразил мое воображение!

– Мое тоже! Но, по сравнению с моим родным Копенгагеном, Лондон такой мрачный! Вы были когда-нибудь в Копенгагене, мисс Коуэлл? – ответила ей Шарлотта.

«Боже, эта девушка так красива и мила! Ах, как бы я хотела, чтобы она стала моей подругой!» – любуясь необычайно яркой красотой мисс Коуэлл, подумала мисс Сэлтон. Ведь она, как совсем недавно сама Вивиан, оставила позади, в другом городе и даже другой стране, всех подруг, которых, впрочем, у нее было всего лишь несколько.

– Должна признаться, я никогда не выезжала из Англии, – сказала Вивиан, чувствуя, что беседа с мисс Сэлтон стала утомлять ее. – Но, надеюсь, в будущем я посещу Европу…

– О, благодаря отцу, мы побывали в каждой европейской столице! – перебила ее Шарлотта. Она была так рада поделиться этим с Вивиан! – Но, знаете, я не могу понять, почему так много людей находят в Париже прелесть? Признаться, я не увидела там ничего экстраординарного… А какие платья, какие низкие декольте носят парижские дамы! Куда только смотрят их мужья?

– Я полностью разделяю ваше мнение! Я ни разу не была в Париже, но знакома с одной француженкой… Думаю, вы еще не раз услышите о ней: ее зовут мадемуазель де Круа, и она считает себя первой красавицей Англии, – улыбнулась Вивиан: а впрочем, эта толстушка не так уж скучна! Она разделяла ее нелюбовь к Франции! Просто находка!

– Уверена, девушки красивее вас в Англии не найти! – горячо воскликнула Шарлотта, что заставило мисс Коуэлл слегка зардеться от такого комплимента.

– Право, вы вгоняете меня в краску! – громко прошептала Вивиан.

– …мисс Коуэлл к нам? – вдруг услышала она голос мистера Сэлтона, назвавший ее имя.

– Прошу прощения? – вежливо обратилась Вивиан к нему.

– Не желаете ли как-нибудь посетить наш скромный дом? – улыбнулся ей мистер Сэлтон, а Шарлотта просияла от счастья.

Краем глаза Вивиан увидела, как при этих словам побледнело лицо ее тети. У девушки не было никакого желания становиться подругой мисс Сэлтон, которая уже видела в ней настоящего идола и не скрывала этого, но желание насолить строгой тетке, заставившей ее вскоре стать миссис Дэрбинелл, взяло верх, и Вивиан, широко улыбнувшись, ответила:

– Благодарю вас за приглашение, мистер Сэлтон. Буду рада увидеть, где именно в Лондоне вы остановились.

– Мы всегда рады вам, мисс Коуэлл, – теплым тоном, с иностранным акцентом сказала мисс Сэлтон. – Наша бедная Шарлотта отчаянно скучает, и мы были бы рады узнать, что у нее появилась подруга.

– Мама! – сконфуженно прошептала ее дочь, но Вивиан тактично притворилась, будто это открытое навязывание ей дружбы с толстушкой Шарлоттой не рассмешило ее.

– Я могу приехать к вам завтра? – осведомилась она, заметив, какими еще более нервными движениями затеребила ленты своей шляпы леди Крэнфорд.

– Я уже не могу дождаться завтрашнего дня! – вскрикнула Шарлотта, но, поняв свое бестактное поведение, приложила ладонь в губам, словно стыдясь своих слов, и Вивиан вновь почувствовала к ней жалость.

Было очевидно: мисс Сэлтон никогда не была популярна в обществе, но была дружелюбной и очень одинокой девушкой, тянувшейся к теплу и пониманию… Вивиан сама тянулась к этому, когда приехала в холодный дом тетки, и нашла все это у своей милой Джейн… Почему бы ей не дать шанс и смешной мисс Шарлотте Сэлтон?

– Энтони, не желаете ли присоединиться к моему визиту к мисс Сэлтон? – вежливо спросила она кузена.

Тот мягко улыбнулся.

– Мой завтрашний день будет занят моей невестой и ее семьей, – ответил он кузине. – Но, даю слово, что обязательно найду день, чтобы нанести вам визит, мисс Сэлтон, – обратился он к Шарлотте.

– Спасибо! – выдавила из себя девушка и уставилась на носки своих красивых атласных туфель. Красивый и молодой мистер Крэнфорд приводил ее в замешательство, и она не смела взглянуть в его лицо.

Молодой джентльмен и понятия не имел о том, какое впечатление произвел на мисс Сэлтон, ведь она была совершенно не в его вкусе: полная, неуклюжая, с чересчур громким голосом. Заметить эту невзрачную темноволосую девушку на фоне великолепной рыжеволосой нимфы Вивиан было сложно. Однако Вивиан легко поняла, что мисс Сэлтон явно была очарована ее кузеном, и мысленно пожелала ей забыть его, ведь тот вскоре станет супругом другой девушки – мисс Леншер, на которой он женится не по желанию, а ради ее приданого.

«Бедная девушка, она, увы, не обладает красивой внешностью, способной заставить джентльменов обратить на нее внимание… Хотя, глаза у нее очень выразительные: такие ярко-карие! И длинные черные ресницы. В остальном она заурядна. Уверена: ее родителям трудно будет найти для нее достойного супруга» – с сожалением в душе подумала мисс Коуэлл, мягко улыбаясь Шарлотте, которая, впрочем, была настолько смущена, что больше не смела вымолвить ни слова.

– В субботу мы устраиваем званный ужин в честь возвращения в Лондон, – вдруг объявил мистер Сэлтон. – Мы надеемся, что сможем увидеть на нем вас мистер и леди Крэнфорд, и, конечно вас, мисс Коуэлл.

– Как замечательно! Но вы должны пообещать, что устроите танцы! Званый вечер без танцев – как трапеза без десерта! – оживленно воскликнула Вивиан.

– О, не беспокойтесь, дорогая мисс: несмотря на то, что я люблю хорошо покушать, танцы всегда были моей страстью! – широко улыбнулась миссис Сэлтон. – А вы любите танцевать, леди Крэнфорд?

– Увы, после смерти мужа я не танцую. – Графиня попыталась растянуть губы в улыбке, но они совершенно не желали улыбаться. – Сердечно благодарю вас за приглашение, мистер Сэлтон, однако, в субботу я буду очень занята и, к сожалению, не смогу посетить ваш уютный званный вечер… И, прошу простить меня, но меня и сегодня ждут дела… Очень срочные дела… Желаю вам хорошего вечера. Энтони! Вивиан! Экипаж ждет!

Вивиан и ее кузен удивленно переглянулись: что на нее нашло? Отчего она вдруг так заспешила домой и почему сказала, что занята в субботу? Ведь это была чистая ложь: леди Крэнфорд сама сказала им, что эта суббота будет ее выходным от всех дел, касаемых Гринхолла и свадьбы сына.

Если Вивиан была удивлена, то Энтони почувствовал досаду: поведение матери никак не шло знатной леди, графине. Ведь, не дождавшись ответа и пожеланий хорошего вечера от семейства Сэлтон, она быстро зашагала прочь от их небольшой компании.

– Приношу вам свои извинения. Кажется, моя мать неважно себя чувствует, – извиняющимся тоном произнес он, и Сэлтоны понимающе улыбнулись.

– О, жара сегодня просто невыносима. Я и сама чувствую себя, как рыба на суше, – тихо рассмеялась миссис Сэлтон. – Но мы не будем больше задерживать вас… Однако ждет вас в субботу на вашем вечере!

– И мы будем там! – радостно прощебетала Вивиан: званый ужин! Танцы! Новые знакомства! Что еще требовалось юной девушке для того, чтобы назвать вечер добрым, а день не зря прожитым?

– И вы ведь приедете завтра? – тихо спросила ее Шарлотта.

– Обязательно. Будет ли вам удобно принять меня после десяти утра? Я попробую подъехать к вам к одиннадцати, – заверила ее мисс Коуэлл.

Мисс Сэлтон просияла от счастья и поспешно кивнула.

– Желаю вам хорошего вечера, – сказал Энтони.

– Благодарю, взаимно, – ответил ему мистер Сэлтон.

Мужчины слегка поклонились друг другу, женщины присели в книксене, и Сэлтоны направились вглубь парка, а мистер Крэнфорд и его кузина – к экипажу, ожидающему их у ворот парка.

– Вы тоже это заметили? – было первым вопросом Вивиан, когда они довольно быстрым шагом зашагали к экипажу.

Ладонь девушки покоилась на локте кузена.

– Вы о моей матери? – усмехнулся Энтони.

– Именно! – тихо воскликнула Вивиан. – Кто такой этот мистер Сэлтон? Отчего тетя Беатрис вдруг так внезапно заторопилась обратно в Гринхолл?

– Ума не приложу. Должно быть, он ее давний знакомый, как она и сказала. Думаю, она и вправду неважно себя чувствует: моя мать крайне чувствительна к переменам погоды.

– Бросьте, Энтони, погода сегодня не менялась: с самого утра стоит духота.

– Тогда у меня нет ответа на ваш вопрос, дорогая Вивиан, но я полностью согласен с вашим мнением: моя мать вела себя крайне невежливо.

«Ах, он, должно быть, не заметил того, как тетя то краснела, то бледнела! Все мужчины слепы и глухи, когда дело касается женских переживаний, – добродушно подумала Вивиан. – Но я должна разгадать эту тайну…. Ведь теперь я не усну!»

Выйдя из парка, молодые люди направились к экипажу, в котором их уже ожидала леди Крэнфорд. Вдруг рядом с экипажем Крэнфордов остановился другой, белый, и сидящие в нем персоны грациозно покинули его. Взглянув на них, Вивиан нахмурилась, но тотчас поспешила улыбнуться и пожелать им хорошего вечера.

Мадемуазель де Круа, одетая в красивое бежевое платье, положила свою тонкую ладонь, затянутую в белую перчатку, на локоть элегантно одетого герцога Найтингейла, и так же мило улыбнулась сопернице.

«Смотри и плачь: он мой!» – говорила улыбка француженки.

Герцог вежливо поклонился мисс Коуэлл, и пара медленно направилась к входу в парк, а в нескольких шагах позади них одиноко шагал мсье де Круа.