Особого внимания требует экономико-правовое регулирование следующих направлений:

Повышение эффективности управления медицинских консилиумов по дистанционному лечению. К примеру, в КНР 4 января 1999 г. Министерством здравоохранения КНР было опубликовано «Уведомление об укреплении управления консилиумом по дистанционному лечению» [76]. Дистанционное лечение относится к такой форме врачебной помощи, которая предполагает использование электронных средств связи для проведения медицинских консультаций в других местах, это медицинское действие, которое должно проводиться в медицинском учреждении, получившем лицензию от государства [91].

Разработка методических рекомендаций о содействии предоставления услуг телемедицины [77]. К примеру, в КНР 21 августа 2014 г. Национальной комиссий по здравоохранению и плановому деторождению КНР были приняты «Рекомендации о содействии предоставления услуги дистанционного лечения медицинскими учреждениями» [76]. Медицинские учреждения, применяя в своей деятельности информационные технологии, осуществляют предоставление медицинской услуги пациентам вне медицинских учреждений [77]. Услуги дистанционного лечения пациентов включают дистанционную патологическую диагностику; дистанционную диагностику медицинской визуализации (в том числе визуализацию, ультразвук, ядерную медицину, электрокардиограмму, электромиограмму, энцефалограмму и т.д.); дистанционный мониторинг, дистанционный медицинский консилиум, дистанционный амбулаторный прием, дистанционные дискуссии и пр. [99].

Разработка федерального законодательства о профилактике инфекционных болезней, закона о практикующих врачах, закона о здравоохранении матери и ребенка, закона об ответственности за нарушение права, а также общих норм гражданского права, правил о медсестре, правил формирования истории болезни медицинскими учреждениями и других источников, предусматривающих внедрение норм телемедицины о конфиденциальности информации и персональных данных пациентов. Это означает, что конфиденциальность пациентов должна быть законодательно защищена, в том числе в процессе оказания медицинских услуг с использованием дистанционного лечения, включая специфику местоположения пациента и месторасположения приглашенного медицинского учреждения.

Следует отметить, что в случае применения электронных медицинских записей и разнообразия информированных субъектов при дистанционном оказании медицинского обслуживания «увеличиваются риски нарушений конфиденциальности пациентов и трудности государственного надзора за нарушениями конфиденциальности» [76]. Обобщение анализа медицинской практики и социальные исследования показывают, что нарушение «конфиденциальности пациентов остается одним из вопросов, которые необходимо срочно решить»

[76].

Применение дистанционной формы лечения пациентов с использованием роботов телеприсутствия требует незамедлительного обсуждения экспертным и профессиональным сообществом вопроса об установлении правовых отношений между кругом субъектов и основаниями возникновения этих отношений [9]. Указанная форма лечения порождает определенные вышеуказанные правовые, экономические и иные риски. В этой связи требуется проработка правовых механизмов, которые нацелены на минимизацию указанных рисков. При дистанционном лечении могут иметь место случаи, при которых только одно из медицинских учреждений оказывает услуги дистанционного характера, в то время как остальные участники осуществляют традиционную медицинскую деятельность. Правовое регулирование такой ситуации осуществляется достаточно просто, по аналогии с классической формой оказания медицинских услуг. Между тем удаленная диагностика и лечение с применением провайдеров или систем телеприсутствия предполагают формирование двух видов дистанционной медицинской деятельности, а именно медицинского консилиума дистанционного лечения и общего дистанционного лечения.

Освещение правоприменительной практики новых законов РФ и КНР о дистанционном оказании медицинских услуг (услуг телемедицины) свидетельствует о возникновении двойственности правоотношений, которые могут появиться при оказании подобных услуг. Используя терминологию законодательной практики КНР, отметим, что телемедицина – это оказание медицинских услуг общего дистанционного лечения и проведение консилиума дистанционного лечения. Китайская медицинская практика оказания услуг в дистанционном формате столкнулась с необходимостью перераспределения бремени ответственности между медицинскими учреждениями, участвующими в консилиуме (приглашающими медицинскими учреждениями и приглашенными медицинскими учреждениями), в частности по причинам нанесения вреда здоровью пациентам в случае оказания медицинских услуг ненадлежащего качества [76].

В этой связи в настоящее время обозначились различные научные подходы к решению данной проблемы.

Первый научный подход предполагает, что участники консилиума (как приглашающие, так и приглашенные медицинские учреждения) являются в указанных случаях солидарными ответчиками перед пациентом. По нашему мнению, предпочтительней с точки зрения эффективной защиты нарушенных прав пациентов при оказании услуг консилиума дистанционного лечения является такая юридическая конструкция, при которой бремя ответственности возлагается на медицинское учреждение, находящееся с пациентом в обязательственных отношениях и осуществляющее приглашение других медицинских учреждений в целях проведения консилиума в дистанционной форме [76].

Однако возможно возложение бремени ответственности и на приглашенное медицинское учреждение в порядке регресса, при условии, что доказательство вины данного участника консилиума будет нести приглашающее медицинское учреждение. В таком случае требуется научная проработка формы вины приглашенного медицинского учреждения, классификации медицинских рисков в пределах допустимых врачебной практикой стандартов оказания медицинских услуг. Кроме того, такая правовая позиция базируется на суждении, что пациент – это так называемая слабая сторона правоотношений.

Сегодня правовой режим дистанционного лечения и услуг телемедицины в Российской Федерации находится на стадии становления и, скорее всего, получит импульс для дальнейшего развития. Процесс оказания услуг с применением дистанционных технологий и систем телеприсутствия требует принятия целого ряда специальных нормативных актов и директив исполнительных органов РФ, направленных на минимизацию правовых рисков для пациентов. Среди основных проблем правового регулирования услуг телемедицины, выявленных в настоящее время, необходимо отметить следующие правовые ниши дальнейших исследований:

Формирование правового режима защиты конфиденциальной информации о пациенте, состоянии его здоровья и прочих персональных данных. Информация в режиме электронного взаимодействия имеет циркуляционный характер, что, очевидно, приводит к ее распространению среди более широкого круга участников по сравнению с традиционной формой оказания медицинских услуг [104]. По этой причине блокировка доступности информации о пациенте является одной из главных задач развивающейся телемедицины [76].

Проработка договорных форм взаимоотношений приглашающего и приглашаемого медицинских учреждений. На текущий момент отсутствует единообразная научная точка зрения по проблеме оценки юридической квалификации указанных отношений, которые уже оформились в российской врачебной практике.

Основные теоретико-прикладные положения и рекомендации в процессе работы над статьей доведены до уровня конкретных предложений, которые могут быть внедрены в деятельность медицинских учреждений в целях повышения эффективности развития телемедицины.

В качестве заключения следует отметить, что создание трансграничного медицинского обслуживания и телемедицины может повлечь за собой такие позитивные воздействия, как оказание узкоспециализированной медицинской помощи, медицинских услуг на приграничных территориях и медицинской помощи зарубежным пациентам.

Перспективные ниши для дальнейших научных исследований заключаются в следующем:

На основании проведенного сравнительно-правового анализа законодательной базы двух стран (Российской Федерации и Китайской Народной Республики) и правоприменительной практики в сфере телемедицины можно сделать вывод о наличии схожих пробелов правового регулирования, а также идентичных тенденций реформирования системы здравоохранения на современном этапе.

К основным направлениям решения системных проблем в сфере оказания телемедицинских услуг следует отнести формирование эффективного правового режима, нацеленного на обеспечение высокого качества оказываемых услуг; построение правовой модели реализации независимой оценки качества оказания услуг; оптимизирование единой информационной платформы в указанной сфере; а также модернизацию механизмов экономико-правовой защиты пациентов.

Перспективными направлениями дальнейших научных исследований являются выработка научно-прикладных рекомендаций по обозначенным выше проблемам на уровне интеграционных объединений стран, а также создание модельных вариантов правового регулирования в виде подзаконных актов.

Авторами исследования отмечается, что наиболее очевидными преимуществами внедрения телемедицины в жизнь российского общества являются ее независимость от географического местоположения и фактора времени, возможность доступа к удаленной информации в реальном режиме времени или, при необходимости, оперативно. Кроме того, включение указанного вида медицинских услуг во врачебную практику различных государств, в том числе России, требует незамедлительного внесения изменений в нормативно-правовую базу регулирования процесса предоставления дистанционной медицинской помощи.