Ольга Книппер завершала учёбу, когда в театральном мире Москвы происходило событие, поистине историческое для культурной жизни.

К тому времени уже снискавший любовь зрителя актёр и режиссёр Константин Сергеевич Станиславский и писатель, драматург, театральный педагог Владимир Иванович Немирович-Данченко уже были знакомы и даже подружились, но великая идея пришла к ним в ресторане «Славянский базар», куда они заглянули пообедать 19 июня 1897 года.

Разговор сам собой зашёл о театре, о тех новых идеях, которые не давали покоя им обоим. Постепенно разговор вылился в обсуждение программы нового театра. Впоследствии, вспоминая эту встречу, Константин Станиславский писал: «Мы протестовали и против старой манеры игры… и против ложного пафоса, декламации, и против актерского наигрыша, и против дурных условностей постановки, декораций, и против премьерства, которое портило ансамбль, и против всего строя спектаклей, и против ничтожного репертуара тогдашних театров».

Принимая решение о создании нового театра — театра для народа, Станиславский и Немирович-Данченко считали необходимым многое изменить, многое усовершенствовать.

Оба были беспредельно преданы театру. К примеру, бабушка Константина Станиславского — а если точнее, то Константина Алексеева, ибо Станиславский является сценическим псевдонимом — была знаменитой парижской артисткой Мари Варлей. То есть театр — дело семейное. Он увлекался театром с раннего детства, а остальные предметы, которые вынужден был изучать, просто ненавидел.

Он вспоминал, как воспринимал учёбу: «Мешало всему лишь проклятое ученье. В ящике стола была всегда спрятана какая-нибудь театральная работа, — либо фигура действующего лица, которую надо было разрисовать и раскрасить, либо часть декорации, куст, дерево, либо план и эскиз новой постановки. На столе книга, а в ящике — декорация. Лишь только учитель выйдет из комнаты, тотчас декорация попадает на стол и прикрывается книгой или просто прячется в самое ее нутро. Пришёл учитель, я повернул страницу, и — всё скрыто. На полях тетрадей, книг рисовались планы мизансцен. Поди уличи, что это план, а не геометрический чертеж».

И тем не менее он вполне мог стать промышленником, ибо родился в купеческой семье — купцы были и первыми промышленниками. Окончив седьмой класс гимназии, Станиславский пошёл работать на отцовскую фабрику, на которой производились так называемые канители — тончайшие золотые нити.

Углубился в работу, старался всё понять и всему, чему необходимо, научиться. Сразу не понравилась организация труда на фабрике. Неслучайно ведь фабрика оказалась на грани разорения. Станиславский проехал по заграничным фабрикам, посмотрел организацию производств и уловил главное — настало время электричества. Предложил отцу вместо канители изготавливать кабель, спрос на который оказался колоссальным.

Отец Владимира Ивановича Немировича-Данченко, подполковник Русской императорской армии, служил на Кавказе и там женился на армянке Александре Каспаровне Ягубян (1829–1914). Окончил с серебряной медалью Тифлисскую гимназию и поступил на физико-математический факультет Московского университета. Точные науки не привлекали, он перевёлся на юридический факультет, но и это оказалось чуждым ему делом. В 1879 году он бросил университет, потому что любимое дело пришло само собой ещё за два года до этого решения. В 1877 году состоялась первая публикация на театральную тему. А затем он стал постоянным автором критических статей в журналах «Будильник», «Артист», «Стрекоза», газетах «Русский курьер», «Новости дня». Одно время даже работал в газете.

В 1881 году его первую пьесу, «Шиповник», взял в свой репертуар Малый театр.

И вот эти два удивительных, талантливых человека взялись за создание театра, доступного для зрителей не только из числа богатеев. Владимир Иванович Немирович-Данченко обратился в Московскую городскую думу за субсидиями: «Москва, обладающая миллионным населением, из которого огромнейший процент состоит из людей рабочего класса, более, чем какой-нибудь из других городов, нуждается в общедоступных театрах».

Дума отказала. Тогда решено было обратиться к меценатам.

Театр был создан. Его директором-распорядителем стал В. И. Немирович-Данченко, директором и главным режиссёром — К. С. Станиславский.

Первый состав набрали из воспитанников драматического отделения Музыкально-драматического училища Московского филармонического общества. Подбирал В. И. Немирович-Данченко, который преподавал там.

Среди первых актёров были Иван Михайлович Москвин (1874–1946), ставший признанным мастером художественного слова (чтецом), театральным режиссёром, а после революции лауреатом двух Сталинских премий первой степени (1943, 1946), ровесница Ольги Книппер Маргарита Георгиевна Савицкая (1868–1911), которая в 1895 году вместе с ней поступила в Музыкально-драматическое училище Московского филармонического общества, после окончания которого в 1898 году была приглашена своим педагогом Вл. И. Немировичем-Данченко в только что основанную труппу МХТ. По её поводу Станиславский сказал: «Восхитительная. Выйдет толк… Пришел в восторг от её голоса и темперамента».

Константин Сергеевич Станиславский взял в труппу и Ольгу Книппер.

Будучи не только актёром, но и театральным режиссёром, педагогом и реформатором театра, Станиславский создал свою теорию сценического искусства, целью которой было достижение перевоплощения актёра в образ. Станиславский добивался того, чтобы актёры на сцене испытывали искренние переживания того героя, роль которого они играли, чтобы в буквальном смысле жили на сцене.