— Ну, и что было дальше?

Лайтер сидел в номере у Бонда и нетерпеливо теребил бахрому обивки кресла. Сам Джеймс расхаживал по комнате, время от времени отпивая виски из бокала, стоявшего на подносе на журнальном столике.

— Кровавый хаос, Феликс. Страшное дело. Каждый пытался быстрее выскочить из своей ванны. Помочь Беллу додумался только метис, а для того, чтобы разгрести такое количество грязи, сам понимаешь, одного человека мало. Негр — так тот вообще долго не мог очухаться. Кому не удалось вылезти из саркофагов, дергались и извивались, словно цыплята, которым вот-вот отрубят голову. Словом, Тингалмнга вытащили лишь тогда, когда прибежали парни, игравшие в кости в раздевалке. Еще немного, и ему пришел бы конец. Кошмарное зрелище. Он наполовину сварился. Все лицо было покрыто вздувшимися волдырями… Остальных достали позже. Представляешь, двадцать человек, обляпанных грязью, столпились поглазеть, что стало с жокеем? Среди них все-таки нашелся один нормальный. Он повел Белла в амбулаторию. Знаешь, я даже попытался ненавязчиво выяснить, не узнал ли кто налетчиков. Бесполезно. Все думают, что это дело рук банды, не связанной с Саратогой. Никто и понятия не имел о том, кому мог не угодить жокей. Пойми, Феликс, всеми владело лишь одно желание — побыстрее оттуда смотаться. — Бонд снова глотнул виски и закурил.

— А сам-то ты не заметил ничего особенного в этих ребятах? — Лайтер был похож на гончую, пытавшуюся найти утерянный след. — Не припоминаешь ничего странного или необычного в них?

— Я почти не видел мерзавца, стоявшего у двери. — Джеймс, разгоняя дым, помахал в воздухе рукой. — Наверняка могу сказать лишь то, что он был меньше и явно пожиже второго. Одет был в темные брюки и серую рубашку. Естественно, без галстука. Пистолет, по-моему, 45-го калибра. Похож на «кольт». Другой — тот, что делал всю работу, довольно пухленький здоровячок. Двигался быстро, но не очень-то решительно. Черные брюки. Рубашка коричневая, в белую полоску. Да, этот придурок разгуливал по бане в новеньких лакированных туфлях — все боялся поскользнуться. Оружие, кажется, 38-го калибра… Подожди, подожди… Ну, конечно! На руке у него, у основания большого пальца, огромная то ли бородавка, то ли родинка. Первое наверняка ближе к истине. Она еще налилась кровью, когда он покрепче сжал рукоятку пистолета.

— Уинт, — Лайтер имел вполне довольный вид. — А второй ублюдок — Кидд. Всегда работают вместе. Можно сказать, ударная группа Спангов, а точнее — каратели. Уинт — особый фрукт. Редкостная скотина. Настоящий садист. Кстати, очень любит сосать свою бородавку. Ему дали прозвище — Уинди. Очередное экзотическое имечко. Все они прямо-таки свихнулись на экзотике. Но, несмотря на все это, Уинт — хреновый путешественник и телохранитель. Абсолютно не выносит транспорта. Машину и поезд он, видите ли, еще может выдерживать с переменным успехом — его там частенько тошнит, а уж что касается самолета — туши свет. Только под пистолетом его можно заставить на нем прокатиться. Понимаешь, Джеймс, самолеты частенько разбиваются, а он весьма дорожит собственной шкурой. Но это все пустяки. Когда эта падаль стоит на твердой земле, то чувствует себя вполне уверенно.

Феликс выдержал паузу.

— Кидди — прелестный мальчуган. Все зовут его Буффи. Развлекается преимущественно с Уинтом. На них висит парочка убийств. Кидду — около тридцати. Спанги любят привлекать к работе молодежь. Кстати, я понял, с кем мы имеем дело, как только ты описал их. Думаю, через часик в полиции появится информация о местонахождении этих красавцев. Конечно, конечно, Джеймс. О тебе не будет сказано ни слова. — Лайтер с сожалением вздохнул. — И возьмут этих ребяток в поезде в Албанию. Сегодня же. Так-то. Я уже сообщил, куда следует, всю подноготную Шай Смайла. Естественно, там нет ничего о Тингалинге Белле. Теперь этот вонючий отстойник тряхнут как следует. Не огорчайся так из-за жокея. Давай пошлем ему деньги почтой. В конце концов он заработал их, маленький притворщик.

Феликс подал Бонду руку.

— Ладно, отдыхай. Встретимся за обедом.

Проводив Лайтера, Джеймс принял душ, смывая с себя последние напоминания о грязевых банях, и перед зеркалом привел в порядок свой внешний вид.

Не надевая пиджак, он спустился в гостиничный холл и заказал телефонный разговор с Шеди Три.

— Линия занята, сэр, — оператор просто излучал вежливость. — Повторить вызов?

— Да, пожалуйста.

Бонд позвонил вовремя — теперь у него будет причина сказать Шеди, что он пытался связаться с ним раньше. Если после скачек Джеймс был уверен, что Три удивится проигрышу Шай Смайла, то сцена в грязевых банях убедила его совсем в обратном. Нет, синдикат Спангов силен и вынослив. Какая реакция — Белла моментально вычислили. Успели побывать даже у него на квартире. Что и говорить — впечатляет.

Джеймс решил вести себя осторожнее.

Телефон издал короткий резкий сигнал, свидетельствовавший о том, что абонент находится в Соединенных Штатах — слишком уж характерный вызов.

— Заказывали Висконсиан 7-3697?

— Да.

— Соединяю. Пожалуйста, Нью-Йорк.

В трубке послышался высокий тонкий голос горбуна.

— Алло, кто это говорит?

— Джеймс Бонд. Я пытался прорваться к вам раньше, но безуспешно. Линия постоянно занята.

— Знаю, знаю.

— Шай Смайл дисквалифицирован.

— Мне уже сообщили. Жокей оказался поганцем. Что еще?

— Деньги, — коротко ответил Бонд.

Несколько секунд Джеймс ничего не мог разобрать, кроме шумного дыхания Шеди. Наконец, тот, по-видимому, что-то решил.

— Хорошо. Попробуем еще разок. Я вышлю вам тысячу по скорой почте. Вы выиграли ее у меня. Еще не забыли?

— Нет.

— Пока никуда не уходите. Я перезвоню вам через несколько минут. Хорошо?

— Буду ждать.

— Кстати, где вы остановились?

— В «Сагаморе».

— Прекрасно.

Телефон дал отбой.

Джеймс не переставал поражаться расчетливости этих людей. Как тонко они вели свое дело, стараясь официально оформить любой шаг и избежать малейших неприятностей. Да, они, безусловно, правы. Осторожны и защищены со всех сторон. А вот что делать ему? Конечно, неплохо бы выиграть пять тысяч. Можно считать, что они уже лежат у него в кармане. Но каким будет их следующий ход? Задействуют ли они его вторично — вот в чем вопрос.

Портье вновь позвал его к телефону.

— Это вы, Бонд?.. Слушайте внимательно. Отправитесь в Лас-Вегас. Туда каждые полчаса летает самолет из Лос-Анджелеса, формальности с билетами я улажу сам. В отеле «Тиара» для вас будет забронирован номер. Для начала осмотритесь… Теперь все запоминайте досконально — во вторник вечером, в пять минут одиннадцатого, зайдете в игральный зал. Это рядом с баром. Нечто вроде мини-казино. Понятно?

— Да.

— Сядете за средний стол. Пять раз поставьте на кон по тысяче. Думаю, вам не стоит объяснять правила игры в покер. Вы просто сорвете куш — и все. После этого встанете и уйдете. Из «Тиары» не уезжайте. Вы нам скоро понадобитесь. Ясно?

— Вполне.

— А теперь повторите все сначала.

Бонд слово в слово пересказал полученные инструкции.

— Да, и постарайтесь не наделать глупостей. Ошибки дорого стоят. Вы поймете, что я имел в виду, прочтя завтрашние утренние газеты.

Услышав короткие гудки, Джеймс положил трубку и вернулся к себе в номер.

Покер! Как он любил в детстве эту игру. Когда они собирались вместе с друзьями, родители приносили к чаю огромные пирожные, но детям было не до них. Сбившись в тесный кружок, они делили поровну цветные карточки и составляли партию. Бонд до сих пор не забыл того наивного волнения, когда выпадало двадцать одно и ощущение легкого холодка разочарования при нескольких проигрышах подряд. А «пролететь», набрав, к примеру, двадцать шесть, — о, для них это была настоящая катастрофа.

Что ж, придется освежить детские воспоминания. Только на этот раз он купит дорогие жетоны — фунтов по триста за штуку. Сядет за стол и начнет чистить карманы своих партнеров, равнодушно наблюдая, как крупье сгребает их карточки в его кассу.

Интересно, правда, какой это будет покер — дубль или обычный английский.

Джеймс лежал на кровати. По комнате клубами плавал табачный дым.

Значит, Вегас. Черная яма подпольного бизнеса. Азартные игры, проституция, наркотики. Одним словом, местечко не для приличных людей. Хотя кто знает? Саратога — прекрасное развлечение, несмотря на то что кто-то недурно греет здесь руки. Не стоит судить предвзято о городе, где еще ни разу не был. А потом — там Тиффани. Как он соскучился по ней — по ее недовольно надутым губам и столь резким сменам настроения. Любопытно, кем же она работает в «Тиаре»?..

К приходу Феликса в пластиковой пепельнице красовалось пять обожженных фильтров. По их виду и отсутствующему взгляду Бонда Лайтер понял, что его друг впал в меланхолию, и без труда угадал ее причину.

— Джеймс, ты что, не веришь мне? Я же говорил, она хорошая девочка. Просто вынуждена иметь дело с такой мразью, как Спанги. Наверняка сейчас ее хорошенькие глазки затуманены грустью и она с нежностью вспоминает какого-то англичанина.

Бонд рассмеялся.

— Феликс, ты мой исцелитель.

Лайтер воспринял комплимент без ложной скромности.

— Не только твой, дорогой мистер Икс. Я доктор, привыкший бороться с недугами куда более серьезными, чем этот.

— Вот как? — Джеймс разыграл легкое удивление. Однако ответ на свой вопрос он получил лишь тогда, когда они садились в машину.

— Именно так, мой друг.

Мотор «студеллака» работал практически бесшумно.

— Сегодня, к примеру, я сделал нашему обществу инъекцию против весьма опасных и коварных вирусов. Писсаро, Бад, Уинт и Кидд — под колпаком. За ними наблюдает полиция. Думаю, это придется Серафимо немного не по душе. М-да. А с Шай Смайлом все в порядке. Сейчас он преспокойно едет в Неваду. Правда, у него что-то с ногой — после последней скачки.

— Что-нибудь не так, Феликс? — Джеймс чувствовал, что Лайтер неспроста завел разговор на подобную тему.

— В игру включилось ФБР. Оказывается, они давно присматривают за Спангами, а после Саратоги почуяли, что у них под боком действует чья-то чужая рука. Но они не возьмут быка за рога. В лучшем случае — пойдут по моим следам. Так что можешь не беспокоиться. Кстати, я связался со своей конторой. Мне порекомендовали смотаться в Лас-Вегас — навести некоторые справки о настоящем Шай Смайле. Так-то.

Феликс затормозил у входа в «Павильон» — лучший ресторан Саратоги. Оставив «студеллак» на попечение швейцара, они вошли в зал. Бонд нисколько не удивился, что Лайтер завез его сюда. Он вообще любил пышно отмечать успехи своих маленьких шалостей.

— Джеймс, клянусь тебе, ты еще никогда не пробовал столь искусно приготовленных омаров. Здесь их запекают в жаровне. А соус! Он просто тает во рту. Кстати говоря, в этот ресторанчик частенько наведывается Серафимо, так что если увидишь его за соседним столиком, будь повежливее.

Однако ожидания Феликса не оправдались. Для обеда было уже слишком поздно, и посетители, успев утолить голод, медленно расходились.

Лайтер выбрал угловой столик и заказал два крепких мартини, смешанных с «Кресто Бланка».

— Итак, ты отправляешься в Вегас. — Джеймс закинул ногу на ногу и вкратце пересказал свой разговор с Шеди Три. — Занятное совпадение, правда?

— Нисколько, — Феликс отрицательно покачал головой. — И ты, и я идем по тем неправедным путям, которые могут привести лишь в злачные вертепы. Абсолютно ничего странного. Знаешь, в этом сыскном агентстве я буквально сбил себе пальцы, строча рапорты начальству. Но со Спангами — другое дело. Просто не успеваешь ничего писать. Уверен, так и будет и в Вегасе. Не успею приехать, как придется уже смываться, так и не посмотрев на плоды своего кропотливого труда.

— Ах ты, мошенник, плетешь очередную интригу?

— Боже упаси, просто хочу немного тебе помочь. У нас ведь тоже есть своя секретная полиция. В том числе и в Лас-Вегасе. Там работает отличный парень — Эрни Курео. Пожалуй, стоит, чтобы он тебе посодействовал. Прекрасно ориентируется в этой помойке. Всегда в курсе всех событий. С местными гангстерами, кстати, на дружеской ноге. Словом, покажет тебе все, что нужно. Да-а, потеряешь полжизни, если не полюбуешься жемчужиной Вегаса — вторым Бродвеем. Ночная иллюминация, словно на Рождество. Монте-Карло! Представляешь, пять длинных миль — игральные дома, казино и прочая гадость. Но оформляли их, мерзавцы, лучше некуда.

Бонд улыбнулся.

— И сколько же нулей у них на рулетке?

— Два, наверное.

— Прекрасный ответ. Второй нуль всегда остается в тени. Ты меня скоро убедишь в том, что американские мафиози — благороднейшие люди.

— Смейся, смейся. Между прочим, Америка — единственная страна, где казино получает лишь один процент от сумм, имеющихся у него в обороте.

— Брось, Феликс. Все это детские сказки. Несчастные владельцы игорных домов, имеющие на счету в банке с десяток-другой миллионов.

— Поверь, не так-то просто обжулить кого-нибудь на рулетке. А, хотя тебе без разницы — ведь твоя победа уже обеспечена и по возвращении в Лондон можешь похвастаться погромом в «Тиаре». — Лайтер отхлебнул мартини. — Я открою тебе несколько секретов. — Зная их, ты более уверенно поставишь свою карманную мелочь против чьих-то мешков с золотом.

— Ну-ну, — Джеймс занялся мартини.

— Именно так, мой мальчик. Видишь ли, в Неваде через Рено и Лас-Вегас проходят золотоносные жилы. Причем родились они абсолютно на пустом месте. Необузданный азарт богача плюс чей-то азарт наживы — и хоп, появляется новоиспеченный миллионер. Вот в этом и есть смысл того глупого мифа — кое-что из ничего. Увы, так не бывает. Сколько людей ежегодно летают в тот же Вегас. Глядишь, а местные авиалинии уже под контролем тех же хозяев, что и казино. За двадцать четыре часа в игральном зале около восьмидесяти раз меняют кости, примерно сто раз — колоды карт. При желании можно приобрести свои. О, а сколько там автоматов! Стоит опустить в щель монетку — и развлекайся, сколько угодно. Никогда не наблюдал, как под утро их вычищают? Проходит по залу суровая пожилая леди в толстых перчатках, и слышно только: динь-динь-динь — в ведерко сыплются пятачки, гривенники, двадцатипятицентовики. Ей-богу, не было бы у бабульки перчаток, натерла бы на руках мозоли.

Бонд молчал.

— Правда, у каждой работы есть и свои недостатки. Постоянно бывая в казино, приобретаешь таких приятелей, как стенокардия, вегето-сосудистая дистония и прочие милые заболевания. А нервы — те вообще становятся ни к черту. Однако не будем забывать и о том, что каждый мало-мальски приличный игральный дом содержит небольшую клинику. Так-то.

Феликс бросил в бокал лимонную дольку.

— Бьюсь об заклад, тебе никогда не приходилось изучать статистику выигрышей в бинго или в рулетку, а я помню ее наизусть. Запиши, если хочешь.

Джеймс был заинтригован. Оторвав полоску бумаги от тисненого листа меню, он достал карандаш.

Лайтер уставился в потолок.

— Так, кости — пять процентов, рулетка — пять с половиной, бинго — семнадцать, колесо фортуны — аналогично. Ну, и процентов пятнадцать-двадцать — у игральных автоматов. Совсем недурно. Одиннадцать миллионов посетителей ежегодно — представляешь, сколько людей не обходят стороной заведения Спангов. Даже если брать по минимуму — пусть каждый потеряет на этом около двухсот долларов, — можно догадаться, какие суммы оседают в Вегасе.

— Спасибо за информацию, Феликс. — Бонд спрятал в карман карандаш и импровизированный блокнот. — Но ты, по-моему, забыл, что я еду туда не развлекаться.

— Напротив. Просто я хочу тебе кое о чем рассказать. Ты связался с хитрыми бестиями. Осторожность — вот твое главное оружие. — Феликс перегнулся через столик. — Недавно в Вегасе произошла весьма любопытная история. Наша фирма занималась этим, поэтому я в курсе некоторых подробностей. Однажды во время игры в карты — думаю, речь идет об одном из казино Серафимо — некий дилер вздумал поправить свои финансы и незаметно стянул несколько банкнот со стола. На следующее утро некто, не стоит называть его имени, ехал на машине в Болдер-Сити. На рукаве его рубашки виднелось несколько красных пятнышек. Нет-нет, не горчичный соус и не кактусовый сок. Странная случайность, но такие же пятнышки были и на манжете другой мужской сорочки. Одет в нее был кто-то, находившийся, по всей видимости, под землей. На поверхности торчала только судорожно сжатая кисть, и рядом — смятая колода карт. Явились полицейские и откопали — да-да, того самого дилера с простреленным затылком. Ну, как тебе это нравится?

— Чудесно, Феликс, — Джеймс приступил к уничтожению омара.

— Заметь, — Лейтер запихнул в рот приличный кусок, — парень был не промах. Работал в казино не первый год и наверняка успел нанести на свою карту многие подводные рифы. Однако ему не повезло. Ты плохо знаешь тамошнюю акваторию, так что смотри в оба. Над тобой могут подшутить, если ты где-нибудь ошибешься. Да, кстати, обрати внимание на освещение игорных домов.

Феликс поучительно поднял вверх указательный палец.

— Вполне современная техника, — Джеймс вовсе не собирался отрываться от еды только затем, чтобы обсудить достоинства или недостатки люстр или плафонов.

— Прямо-таки на редкость современная. Какой яркий и в то же время мягкий и рассеянный свет, чтобы не раздражать посетителей. И что уж совсем удивительно — не проникает в соседние холлы. Идиллия. Правда, Джеймс?.. Нет-нет, друг мой. Все не так просто. Каждый стол находится под пристальным наблюдением — все фиксируют телекамеры. Стоит только кому-то позволить себе подозрительный жест, и его начинают рассматривать крупным планом. Таковы правила, и дилеры прекрасно осведомлены о них, а тот бедолага допустил непростительную оплошность — он имел глупость понадеяться, что камеры направлены в другую сторону.

— Досадных промахов не будет, Феликс, — пообещал Бонд. — Я должен наконец добраться до их линии и проследить ее всю. У меня имеются некоторые претензии к мистеру Серафимо Спангу. Скажу тебе больше, мне вообще не нравится их синдикат. Поганцы, значит, они будут подглядывать в мои карты?

— Ба, да ты никак решил всерьез взяться за них… — начал было Лайтер, но тут же осекся, поняв, что Джеймс и не собирался шутить.

— Я не знаю, в чем дело, но во мне зреет что-то страшное. Против тех ублюдков с чулками на головах, для которых вылить на человека кипящую грязь — пара пустяков, против Писсаро и Бада, Шеди Три и его людей. — Глаза Бонда полыхнули зловещим огнем. — Спасибо за предостережение, Феликс, но я зашел слишком далеко, чтобы останавливаться.

— О’кей. — Лайтер отодвинул от себя пустую тарелку. — Я шепну Эрни пару слов насчет тебя. Думаю, не нужно объяснять, что, если ты засветишься, бесполезно обращаться к английскому консулу. На территории США лишь одна фирма может гарантировать твою безопасность — «Смит и Вессон». Ладно, давай-ка лучше займемся нашими «бурбонами». Обязательно пей его с содовой — довольно крепкий напиток. Да, и после того, как поставишь бокал на стол, попытайся не разбить о него свою физиономию.

— Не нагоняй тоску, — Джеймс был рад отвлечься от своих неприятных мыслей. — Пойми, без толку учить меня американскому образу жизни, а что касается тебя, авантюра с Шай Смайлом прошла на высоте. Прошу лишь об одном — не суйся в пекло в одиночку. Предоставь это мне.

— Если удастся раскопать что-нибудь об их выходках с Шай Смайлом, эх, и загремят же они. Думаю, их арест ускорит твое возвращение в Англию. Никто и в голове не держит, что сюда впуталась Сикрет Сервис. Под крылышком у М. тебя не разыскать даже мне. Но учти, Джеймс, что я-то останусь здесь и никуда не уеду. Если кто-то вычислит Феликса Лайтера… Даже при условии, что Серафиме прихлопнут, его дружки не дадут мне житья. Совсем невесело, возвратившись домой, обнаружить его в развалинах, и рядышком — труп сестры с простреленной головой. В нашей стране все возможно. О мафиози сейчас пишут в газетах, показывают их по телевидению. Да, теперешние гангстеры оккупируют не ночные бары, а федеральные правительства и муниципалитеты, — Феликс неестественно засмеялся. — Быть может, во имя свободы и своей собственной безопасности тебе придется пролить кровь. Чужую, конечно. Ты ведь готов к этому? Вернее, не ты, а то, что у тебя за пазухой. Все еще «беретта»?

— Да, — просто ответил Джеймс. — Все еще «беретта».

— И, конечно же, на твоем досье в конторе перед порядковым номером стоят два нуля?

— Стоят, Феликс.

— Прекрасно, Джеймс. Так, значит, у тебя в кармане лицензия на убийство?

— Пока, как видишь, не отобрали.

Лайтер поднялся. Лицо его было серьезно, как никогда.

— Иди спать, мой мальчик. Думаю, она тебе скоро понадобится.