Лара подперла рукой подбородок, одним глазом следя за слабым сиянием на востоке, а другим – за итиканцами, что собрались на поляне. По затылку стекали капли дождя, но после трех ночей наблюдения с крыши казармы беспрестанные ливни были ей уже нипочем.

За последние несколько дней население Срединного дозора увеличилось в четыре, если не в пять раз; на лодках без конца приплывали мужчины и женщины, чтобы пополнить ряды солдат на время Приливов войны. Правда, назвать их мирными жителями язык не поворачивался, настолько легко они влились в строгий режим острова. Даже самые молодые, которым было не больше пятнадцати лет, прибыли в полной боевой готовности.

Тем не менее старшие офицеры – профессиональные солдаты Срединного дозора – вели учения денно и нощно, ничего не оставляя на волю случая.

И Лара следила за всем, что происходило в эти ночные часы.

Выбраться из дома в Срединном дозоре не составило особого труда, даже с учетом приставленных к нему стражей. Во-первых, Лара спасла королю жизнь во время битвы на Серрите и тем самым заслужила определенную долю доверия, так что от нее перестали ждать какой-нибудь гнусности. Во-вторых, из-за туч ночи выдавались очень темными, что играло ей на руку. В-третьих, итиканцы сосредоточились на гораздо более важной (по их мнению) угрозе, чем девушка, отмокающая в горячих источниках.

На амаридцах.

Флот стоял на якоре у берегов Итиканы, но не предпринимал никаких действий после Серрита. Илай – главный информатор Лары – сказал, что они, вероятно, ждут улучшения погоды. Воды там неглубокие, с кучей камней и отмелями, не говоря уж о рукотворных ловушках, которыми славилась Итикана. Да и нападать при плохой видимости и непредсказуемых порывах ветра по меньшей мере неразумно.

Но шторм не продлится вечно, и Срединный дозор бурлил в предвкушении грядущей битвы. Что хорошо послужило целям Лары.

Ее голова и так была забита полезными сведениями с вылазки за пределы Срединного дозора, а за последние три ночи ей предоставили еще больше информации. О том, как патрулируется мост внутри и снаружи, где стоят дозорные на соседних островах и какие сигналы используют для связи со Срединным дозором, который, по-видимому, выполнял роль центрального пункта управления для этой части Итиканы. О взрывчатках, используемых для уничтожения вражеских кораблей, – их выпускали из лука, бросали из катапульт, а иногда – если не соврали, – закладывали вручную под покровом ночи.

Лара наблюдала, как солдаты тренируются под дождем при тусклом свете фонарей, чтобы не привлекать внимания врагов на воде. Рукопашный и ножевой бой, стрельба из лука – худшие из них были как минимум умелыми. Лучшие… ну, Лара предпочла бы не встречаться с ними в бою без крайней необходимости. Все итиканцы были вооружены до зубов высококачественным оружием, и в гарнизоне хранилось достаточно запасов, чтобы любой мог заменить снаряжение.

Срединный дозор – лишь часть головоломки, но если таких стандартов придерживались во всей стране, то Серин и другие наставники не соврали, назвав Итикану необоримой.

Касаемо всего остального, что сестрам рассказывали о Королевстве моста… Лару снедали сомнения. Что правда, а что ложь? Не могли же обе стороны быть с ней откровенны. Все называли себя жертвами, и никто не видел себя агрессором.

Кто-то врал.

Или все они. Лара смахнула с лица влажную прядь и в который раз пожалела, что ей не разрешили провести какое-то время вдали от комплекса. Все свои знания она почерпнула из книг или от наставников. Если закрыть глаза на боевую подготовку, она похожа на ученого, который исследует мир, но никогда не покидает стен библиотеки. На это ограничение Лара неоднократно указывала Серину, к его нескончаемой досаде.

«Это слишком рискованно, – огрызался он. – Один-единственный промах – и все, над чем мы работали, за что боролись, полетит к чертям собачьим! Неужели твое желание пожить в другом месте стоит единственного шанса Маридрины сбросить иго Итиканы? – Он даже не ждал ответа, просто влепил ей пощечину и добавил: – Помни о своем предназначении».

Мастер Эрик ответил по-другому, когда Лара надавила на него.

«Твой отец такой человек, которому нужно все контролировать, таракашка, – сказал он, водя точильным камнем по лезвию. – Здесь он управляет каждой переменной, но снаружи… – указал оружием на пустыню, – даже королю это неподвластно. Ты живешь в подобных условиях из необходимости, девочка моя. Но так не будет продолжаться вечно».

Тогда его ответ привел Лару в бешенство – уж слишком он туманный для детского неокрепшего ума – но теперь… Теперь она задумалась: не было ли в словах наставника больше глубинного смысла, чем показалось на первый взгляд?

Уж не Лара ли та переменная, которую отец хотел контролировать больше всего?

Внизу открылась и закрылась дверь казармы, и Лара сосредоточилась на высокой фигуре, вышедшей из здания. Голову мужчины прикрывал капюшон от дождя, одежда ничем не отличалась от стандартной солдатской формы, но Лара инстинктивно поняла, что это Арен. На это указывало что-то в его походке. В прямой осанке. В намеке на гордость, которую он излучал, глядя на своих солдат. И что-то еще, чему она не могла дать определение…

Очевидно, Серин с отцом врали насчет короля Итиканы – хотя их можно понять. Куда проще вонзить нож в спину демона, чем предать мужчину, чьи действия и решения продиктованы желанием позаботиться о своих подданных. Но между ее родиной и Итиканой назревал конфликт, и то, что спасет одну страну, обречет другую. Благополучие маридринцев превыше всего, и главная задача Лары – дать своему народу то единственное, что обеспечит ему лучшее будущее. По этой причине Арен навсегда останется для нее врагом.

Король подошел к тренирующимся солдатам, чтобы пообщаться с женщиной, проводящей учения, и Лара наклонилась, пытаясь подслушать их разговор. В этот момент с крыши казармы соскользнула ветка и с глухим стуком упала на землю.

Арен развернулся на пятках, одной рукой схватился за оружие на поясе, а другой откинул капюшон с головы.

Лара замерла. Благодаря черной одежде она сливалась с теменью на крыше, но если кто-то поднимет фонарик, чтобы проверить, что вызвало шум…

Арен пнул мыском ботинка упавшую ветку с листьями. Лара мысленно заклинала его отвернуться: «Это сущий пустяк… Просто ветер сбил ветку. Такое случается по сто раз на дню…» Но в то же время понимала – интуиция подскажет ему, что что-то не так.

– Кто-нибудь, принесите фонарик! И лестницу. Кажется, на крышу снова забралась змея.

В ушах взревел пульс. Лара отползла назад, впиваясь пальцами в скользкий камень. Арен услышит даже малейший звук, но если немедленно не убраться отсюда…

Кто-то вдали протрубил в рог, и все итиканцы – включая Арена – бросили свои занятия и повернулись к воде. Снова прозвучал сигнал – на этот раз ближе. Король быстро кивнул.

– Амаридцы наступают.

Арен принялся выкрикивать приказы, но слушать их было некогда. Близился рассвет, а Лара могла вернуться домой незамеченной только под покровом ночи. И желательно до восхода солнца, не то ее хватятся.

Осторожно прокравшись вдоль задней части казармы, она взмыла в воздух и ухватилась за ветку, которая сильно нуждалась в обрезке. Перепрыгивая с дерева на дерево, добралась до джунглей. Затем двинулась по маршруту, который наметила еще в первую ночь, вышла на тропинку к дому и побежала по скользкой грязи так быстро, как только могла.

Снаружи сторожили Горрик с Лией. Лара бесшумно обошла здание, пока не нашла место, выходившее за пределы их поля зрения. Взобравшись по стене, проползла по крыше и спрыгнула в сад. Затем проскользнула через приоткрытое окно, спешно вытерла грязь с ботинок и одежды и кинула все сохнуть в гардероб.

Кто-то постучал в дверь, грохоча замком.

– Ваше величество? Уже рассвело!

Тарин. По ней можно сверять чертовы часы! С тех пор как она упустила королеву из виду на острове Наны, девушка вознамерилась искупить свою вину и стерегла Лару как зеницу ока. К примеру, спала в коридоре под дверью – и спала бы у самой кровати, если бы Лара деликатно не намекнула, что ее храп и мертвого разбудит.

Не ответь она, Тарин, вероятно, выбила бы дверь.

– Уже иду!

Накинув халат и обернув волосы полотенцем, Лара поспешила впустить воительницу.

– Что-то не так? Кажется, я слышала рог?

– Амаридцы, – уклончиво ответила Тарин и прищурилась. – Почему у тебя грязь на лице?

– Я как раз смывала ее. Некоторые виды грязи полезны для кожи лица. Очищают поры.

– Грязь-то? – Тарин недоверчиво посмотрела на свою королеву, затем покачала головой и устало потерла глаза. Войдя в спальню, быстро окинула ее взглядом. – Я же просила не оставлять окно открытым. Ты прямо напрашиваешься на то, чтобы проснуться в одной кровати со змеей.

– Я только что открыла его, – солгала Лара. – Тут душно.

Тарин заглянула под кровать.

– Буря закончилась, так что можешь выйти на улицу и подышать свежим воздухом. – Затем подняла одеяло и, выругавшись, отступила на несколько шагов. – Ну, что я тебе говорила?

Посреди кровати свернулась маленькая черная змея в желтую полоску и злобно шипела. Ворча себе под нос, Тарин вышла в коридор и позвала Илая, который явился через несколько минут с длинной палкой с веревочной петлей на конце. Он ловко поймал рептилию, затянул петлю и ушел так же быстро, как пришел, прихватив змею с собой.

Очевидно, Ларе стоило добавить: «Проверять комнату на наличие змей» в список повседневных дел по возвращении с разведок.

Хотя на крыше казармы ловить больше было нечего. Как и в Срединном дозоре, если уж на то пошло. Он почти неприступен, если только отец не сумеет заслать своего человека внутрь. В идеале – Лару, но она планировала сбежать задолго до вторжения Маридрины. Ее жизни будут угрожать как солдаты Сайласа, так и итиканцы, как только узнают о ее предательстве. А значит, нужно найти другой вход для отца.

– Я забью твое окно гвоздями. – Тарин подвинулась, пропуская тетю Илая, которая поставила поднос с завтраком на стол. – Или начну запирать с тобой Витекса на ночь.

Мысль о том, чтобы спать в компании огромного кота, вызвала у Лары дрожь по телу.

– Я не буду его открывать. Обещаю.

Лара села за стол, разложила еду по тарелкам и жестом пригласила Тарин. Девушки принялись с удовольствием потягивать горячий кофе. Чем больше времени они проводили вместе, тем лучше узнавали друг друга, и теперь в компании воительницы Лара чувствовала себя так же комфортно, как с сестрами.

– Амарид напал на нас?

– Еще нет. Они знают, что врасплох нас уже не застигнуть, и ищут слабые места.

– А Арен?..

– На воде, следит за тем, чтобы у нас не было слабых мест. А что? – Тарин ухмыльнулась. – Соскучилась?

Лара фыркнула от смеха, что можно было истолковать по-разному, однако шестеренки в ее голове лихорадочно закрутились. Арен ушел, а значит, в Срединном дозоре не осталось никого, кто вправе ей отказать.

– Я хотела попросить его кое о чем…

– М-м?

– Я хочу научиться плавать.

Тарин застыла с полным ртом ветчины и с трудом сглотнула.

– Приливы войны – не лучшее время, чтобы бесцельно рассекать по морям, Лара.

Та легонько пнула воительницу под столом.

– Я знаю! Я просто хотела посидеть в лодке в бухте. Кто знает, может, к концу Приливов войны я настолько привыкну к воде, что смогу отплыть дальше и не заблевать всех окружающих.

Тарин откусила еще кусочек мяса и нахмурилась.

– Там сейчас довольно людно…

– Может, есть более подходящее место? Я не хочу никому мешать.

Если на острове имелись другие причалы – желательно менее защищенные, – то не придется искать еще один вход на мост.

– Ни одного с приличным пляжем.

Лара разочарованно вздохнула.

– Просто я чувствую себя в ловушке. Я бы хотела увидеть больше Итиканы, но из-за морской болезни и страха… это кажется невозможным.

Тарин тоже чувствовала себя в ловушке – она была ограничена в перемещениях и действиях в силу обстоятельств и долга. Слова Лары попали точно в цель. Девушка отложила вилку и задумчиво уставилась в никуда.

– Полагаю, мы можем поплавать часок, если никто не будет возражать.

Лара широко улыбнулась.

– Минутку, только смою грязь с лица, и можем идти.

Спустя три часа они сидели в покачивающейся байдарке; Лара пыталась следить за происходящим в бухте, время от времени наклоняясь за борт, чтобы очистить желудок.

Тарин отвела ее в здание неподалеку от казармы, заполненное различными лодками, которыми ныне не пользовались. Выбор пал на маленькую байдарку, рассчитанную на двух человек, настолько старую, что она чудом держалась на плаву. Никто не заметит ее отсутствия. Пока они несли лодку к берегу, Лара размышляла, как бы спрятать ее для будущего побега.

Облокотившись на бортик, она наблюдала, как поднимается цепь, ограждающая устье бухты, чтобы суда могли перевезти груз от опоры к берегу: ящики с едой, лекарствами и оружием – все из Эренделла, – клетки с кудахчущими курами, три живых поросенка и дюжина говяжьих туш. Все перемещения итиканцев скрывал густой туман.

Сигнальные рожки не смолкали ни на минуту, звуковые волны передавали десятки разнообразных сообщений, судя по различным реакциям, которые они вызывали. Такое не повторить необученному маридринскому солдату. Лара подозревала, что отцу придется нанять музыкантов, если он захочет обратить этот способ общения себе на пользу. Она отпила воды из фляги, помассировала ноющие виски и прислушалась к нотам, пытаясь запомнить последовательность и ответы, хотя для того, чтобы уловить их смысл, потребуется несколько дней, если не недель.

Байдарка повернулась так, что Лара оказалась спиной к скалам, закрывающим бухту от моря, но тут ее внимание привлек грохот цепи. Она повернулась к приближающимся лодкам и сразу увидела Арена на одной из них.

А он увидел ее.

Обменявшись несколькими фразами с Джором, Арен изменил курс и направился к маленькой байдарке. Когда лодки поравнялись, ухватился за мачту и встал.

– Полагаю, этому есть какое-то любопытное объяснение?

Тарин тоже поднялась, байдарка покачнулась, а вместе с ней и желудок Лары.

– Ее величество считает, что длительный контакт с водой излечит ее от морской болезни.

– И как успехи?

Тарин указала на стайку крошечных рыбок, кружащих вокруг лодки, и Лара покраснела, чувствуя себя посмешищем.

– Отдохни, Тарин, – сказал Арен. – Я сменю тебя ненадолго.

Он занял место напротив Лары, и ее сердце екнуло. Подождав, пока другая лодка уплывет к берегу, Арен спросил:

– И почему ты добровольно вызвалась на эти пытки?

Лара уставилась на дно байдарки – через крошечную трещину постепенно затекала вода. Надо бы залатать ее.

– Потому что… Если не покорю море, то не смогу никуда с вами плавать.

– Покоришь? – Арен подался вперед, и ее взгляд невольно опустился к его губам. Лара зарделась, вспомнив их ласку.

– Наверное, «вынесу» более подходящее слово, – пробормотала она. Потом заметила неприятную ссадину на внутренней стороне его предплечья. – Вы ранены.

– Пустяки. Я повздорил со скалой, и она вышла из драки победителем.

С одной стороны, Лара боялась приближаться к нему, понимая, что в его присутствии переставала видеть и слышать все вокруг. Но с другой стороны, Арен был ключом к тому, чтобы увидеть всю Итикану, а без этого ее план не осуществить.

– Можно взглянуть?

Арен придвинулся и расстегнул наручи, защищавшие тыльную сторону руки.

– Видишь? Ничего серьезного.

– Все равно нужно перевязать.

В этом не было необходимости, и они оба это знали. Лара все равно взяла Арена за запястье. Он же передал ей мазь и рулон ткани. Лодка покачнулась на волнах, и колено короля стукнулось о девичье бедро. По ноге разлился жар и наполнил Лару чувством, которое уж очень отвлекало.

Заставив себя сосредоточиться на ране, она вытащила несколько осколков камня, смазала поцарапанные места мазью и осторожно наложила повязку. Но не могла игнорировать то, как вихры на ее лбу шевелились от дыхания Арена. Как напрягались мышцы его предплечья при каждом движении. Как свободной рукой он задел ее бедро, ухватившись за борт байдарки.

– Из тебя бы вышла неплохая целительница.

– Любой идиот может намотать бинт на руку.

– Я про то, что ты сделала на Серрите.

Лара пожала плечами и завязала бинт узлом.

– Все маридринки должны знать, как привести своих мужей в порядок. Я прошла специальную подготовку.

– Тренироваться на ткани не то же самое, что штопать иголкой и ниткой кожу истекающего кровью человека. Я чуть не упал в обморок, когда делал это впервые.

На ее лице заиграла улыбка. Лара развязала узел повязки, оставшись им недовольной.

– Женщины не могут позволить себе быть такими слабонервными, ваше величество.

– Вы не ответили на вопрос, ваше величество, – его голос прозвучал непринужденно, игриво, но в нем чувствовалась серьезность, словно Арен пытался уличить ее во лжи.

– Мы с сестрами практиковались на раненых слугах и охранниках. А также на лошадях и верблюдах.

Это правда. Впрочем, Лара умолчала, что ее истинное обучение заключалось в спасении валькоттских воинов, с которыми сестры сражались на тренировочной площадке. Более извращенного способа, чтобы набить руку, трудно себе представить. Сначала она пыталась лишить человека жизни, а мгновение спустя спасала его. Только для того, чтобы повторить все сначала.

– Это полезный навык в наших широтах. Если, конечно, ты хочешь применить его в деле.

Застегивая наручи поверх повязки, Лара случайно задела его ладонь, и Арен переплелся с ней пальцами. Все мысли мигом улетучились.

– Я помогу, насколько смогу. Теперь это и мой народ.

Его лицо смягчилось.

– Так и есть.

Они дружно подпрыгнули, когда что-то врезалось в корпус байдарки. Лара подняла взгляд на Джора, стоящего в соседней лодке с веслом в руке.

– Ты готов?

– К чему?

Солдат изумленно покосился на своего короля.

– Сигналы, Арен. Амаридцы движутся на юг.

Лара не слышала никаких сигналов. Не видела, как подплыла лодка. Ни черта не замечала, пока перевязывала Арену руку. Как и он, судя по всему.

Арен перепрыгнул с одной лодки в другую, из-за чего они закачались, и мужчины поплыли к устью бухты. Лара долго смотрела им вслед, прежде чем крикнуть:

– И как мне вернуться на берег?

– У тебя есть весло! – ответил король с озорной улыбкой на лице и развевающимися на ветру волосами. – Воспользуйся им!

* * *

С тех пор каждое утро, независимо от погоды, Лара с Тарин спускались к морю. Сначала это было настоящей пыткой. От постоянной качки кружилась голова, завтрак подступал к горлу, но мало-помалу тошнота утихла, как и страх, который преследовал ее всякий раз, стоило сесть в лодку.

Налеты не прекращались, в ушах беспрерывно звучала музыка рогов, игравших извечную песнь войны. Арен и его солдаты не знали покоя: то оттесняли налетчиков, то укрепляли оборону, то развозили продовольствие по бесчисленным сторожевым башням и аванпостам. Чаще всего эти вылазки заканчивались стычками, и лодки возвращались полными раненых мужчин и женщин, а лица их товарищей неизменно искажали усталость и истощение.

Тяжелораненых доставляли к дюжине целителей, размещенных в Срединном дозоре, а тех, кому требовались только швы или перевязки, оставляли на поруки Ларе. Часто одним из ее пациентов был Арен – и только тогда Тарин наконец позволяла себе хоть ненадолго покинуть королеву.

– Я вот думаю, – Лара приложила пиявку к отеку на щеке короля и ухмыльнулась, когда тот отшатнулся, – вы намеренно нарываетесь на неприятности или просто настолько некомпетентны?

Он скривился, когда она достала еще одну пиявку из банки.

– А есть третий вариант?

– Не шевелитесь.

Лара приложила пиявку так, как показывали целители, и восхищенно наблюдала, как отек почти мгновенно спал. Напившись вдоволь, набухшие твари упали ей прямо в руки. Снабдив Лару всем необходимым, целители также настояли, чтобы ей дали лодку получше и вернули крошечную байдарку в сухой док. По ночам Лара тайком переправляла на ней украденные припасы в укромное место рядом с утесами, постепенно готовясь к побегу.

– Похоже, ты уже чувствуешь себя увереннее на воде.

– Меня больше не тошнит. Хотя кто его знает, как оно будет в открытом море, на высоких волнах.

– Возможно, когда-нибудь мы это проверим.

«Когда-нибудь». Значит, не скоро. Лара изо всех сил старалась не хмуриться – у нее уже заканчивались идеи, как влюбить в себя короля. Да, он хотел ее – это очевидно по тому, как его взгляд то и дело опускался к не до конца зашнурованному вырезу туники. Однако завоевать его доверие оказалось гораздо сложнее.

Одно время Лара думала, что это из-за того, что они еще не скрепили свой брак. Что, возможно, ему нужен этот шаг, прежде чем отдать ей метафорические ключи от своего королевства. Но затем отвергла эту теорию. Судя по бесцеремонным замечаниям его солдат, Арен имел опыт общения с женщинами, так что потребуется нечто большее, чем мастерство в постели, чтобы влюбить его в себя.

И нечто большее, чем просто влюбленность, чтобы он доверился ей.

Ведь какие бы чувства он к ней ни испытывал, своих подданных король любил еще больше. Арен доверится ей только в том случае, если поверит, что Лара так же верна им, как он сам.

– Сомневаюсь, что эта пиявка заслуживает такого пристального внимания с твоей стороны, – вывел ее из раздумий голос Арена.

Лара часто заморгала, осознав, что слишком долго смотрела на извивающееся существо на ладони.

– Она только что вернула тебе твою симпатичную мордашку, так что вполне заслуживает признания.

Арен расплылся в улыбке, и тут Лара поняла, что сказала. В присутствии всех остальных она сохраняла ясность ума, но король выводил ее из равновесия. Когда он был рядом, все как-то само собой выскальзывало наружу.

– Вечером будет дождь. Я подумал, почему бы не воспользоваться этой возможностью и не отужинать дома? С тобой.

Ее лицо вспыхнуло, сердце бешено заколотилось.

– Сегодня?

Арен отвернулся.

– Моя способность предсказывать погоду имеет свои пределы. Но да, «сегодня вечером» звучит многообещающе.

«Соглашайся! – крикнул ее внутренний голос. – Делай, что необходимо». Вот только остаться наедине с ним… Лара не была уверена, чем это кончится. Вернее, она была уверена, и во что бы то ни стало стремилась этого избежать.

Не потому, что не хотела, чтобы он ее поцеловал, – напротив.

И не потому, что не хотела, чтобы он снял с нее одежду, – в конце концов, она не раз представляла себе это.

Именно по этим причинам ей и нужно избегать данной ситуации, поскольку предать Арена и без того будет очень тяжело.

Внезапно затрубили рога – на этот раз не в мелодичном ритме, а тревожным пульсирующим воем, который резанул по ушам. Арен напрягся, выражение его лица посерьезнело.

– В чем дело? – требовательно спросила Лара.

– Айла.

– Кто?

– Это остров под охраной Кестарка. На него напали.

– Кестарк?

– Гарнизон к югу отсюда. – Он прислушался с задумчивым видом. – Но аванпост на Айле зовет на помощь Срединный дозор.

Солдаты уже выбежали на берег и толкали лодки на воду. Снова раздался звук рога, и Арен побледнел.

– Что происходит?

– Их катапульту заклинило. – Он встал и жестом подозвал своих стражей, которые стремительно гребли к ним. – Аванпост уничтожат. Амаридцы захватят остров, и прогнать их оттуда будет чертовски непросто.

Мысли вихрем проносились в голове Лары, но она приняла решение даже до того, как полностью созрел план.

– Возьми меня с собой, – схватила Арена за руку. – Если там есть раненые, я смогу помочь.

– Для этого у нас есть целители.

– Пятеро из них неизвестно где, а двое сами получили ранения. Остается всего пять. Этого недостаточно, если случится резня.

– Остальные придут позже.

Лодка находилась всего в нескольких метрах от них. У Лары оставались считаные минуты, чтобы убедить его.

– И сколько твоих людей погибнет за это время? – она крепко сжала пальцы Арена. – Я могу им помочь.

На лице короля промелькнула нерешительность, но затем он кивнул.

– Выполняй приказы. Без возражений.

Лодка подплыла ближе, и Арен перенес на нее Лару и шкатулку с необходимыми материалами.

– Вперед!

Они погребли к устью, цепь уже была поднята, за ней пенился неистовый и непредсказуемый океан. По спине Лары пробежали мурашки от страха, и она вжалась в дно лодки.

– Пора проверить, удался ли твой эксперимент, – сказал Арен, когда они проплыли между двумя высокими скалами. Стоило оказаться в открытом море, как лодка закачалась и накренилась.

– За Айлу! – прорычал Джор. – Пусть эти амаридцы попробуют на вкус сталь Срединного дозора!

– За Айлу! – вторили ему солдаты с других лодок, и над водой затрубили рожки.

Это был не мелодичный сигнал, а исполненный ярости рев.

Боевой клич.