– Значит, там его полно, – сказал советник Лакувив, нежно поглаживая три металлические проволоки и ощущая странное чувство отрыва от реальности.

– Вот-вот, – подхватила Лакджиип, сидевшая по другую сторону его письменного стола. – А эти болваны понятия не имеют, на каком богатстве почивают.

– Похоже на то, – согласился Лакувив. – Они просто вручили вам это?

– По собственной воле и без малейшего колебания, – ответила она. – Они сказали, что сам по себе металл ценности не представляет, важнее мастерство, с которым ювелиры создают свои произведения.

Советник покачал головой:

– Идиоты.

Лакджиип пожала плечами:

– Смею предположить, что это касается всех деятелей искусства. Дай художнику сотню юниверов, которые можно потратить на краску и мольберт, и на выходе получишь картину, за которую кто-то выложит многие тысячи. Правда, в нашем случае затраты как раз обратно пропорциональны.

– Если хотите мое мнение, в искусстве за что ни возьмись – везде разброд и шатание, – заметил Лакувив. – Но это не наша забота. Когда приедет Хаплиф?

– Да вот-вот уже, – ответила помощница. – Я всего несколько минут назад разговаривала с пилотом, и он сказал, что они явятся по расписанию. – Она скривила губы. – Ах да: они взяли с собой Йопонека.

– Кого?

– Йопонека, – повторила Лакджиип. – Юношу из семьи Кодуйо, у которого в разгаре «год странствий». Это он познакомил вас с Хаплифом.

– Точно. – Лакувив наморщил лоб, пытаясь вспомнить, как выглядел тот юноша. – Он еще здесь?

– Он все еще на Селвисе, если вы об этом, – сказала помощница, с недоумением воззрившись на него. – Только за месяц их пребывания в Красных Холмах он приезжал сюда пять или шесть раз. Вы не обращали внимания?

– У меня голова забита важными делами, – осадил ее советник. Впрочем, после ее слов он припомнил чудаковатого молодчика, который болтал с помощниками и клерками в коридорах резиденции. – И что ему надо?

– Здесь, в ратуше? – Лакджиип пожала плечами. – Понятия не имею. Думаю, он просто старается завязать как можно больше знакомств в семье Зодлак. Наверное, решил поиграть в политику, строя из себя важную шишку. Большинство помощников, которым он докучает, потакают ему.

– А может, он в будущем метит на высокий пост в качестве посредника между Зодлак и Кодуйо, – предположил советник. – Ладно, когда они приедут, пусть подождет где-нибудь в другом месте.

– Поняла, – кивнула Лакджиип. – Вы уже придумали, что делать дальше?

– Для начала нам нужно больше информации об этом месторождении, – пояснил Лакувив. – Поэтому я и пригласил Хаплифа. Тот факт, что вы видели только агбуи, не означает, что там не отираются другие инородцы.

– На обратном пути мы наполовину обогнули планету с включенными на полную мощность датчиками, – сообщила помощница. – Там ничего нет: только первозданная, необитаемая глушь.

– В ваших словах я не сомневаюсь, – заверил ее советник. – Но сейчас там никого нет, а в следующий момент чужаки могут свалиться на голову. Возможно, на их линиях снабжения или сбыта за пределами планеты работают инородцы. Может, какие-то группы инородцев совместно с агбуи владеют частью забоя или на заводе каждые пару месяцев сменяются вахты. Что-то вроде субаренды бизнеса или места проживания.

– Мне кажется, это маловероятно, – возразила Лакджиип, отрешенно глядя вдаль. – Агбуи – единственные в своем роде, не понимающие ценность столь богатой жилы найикса. Если бы о ней прознал кто-то еще, молва уже разлетелась бы по окрестностям.

– Маловероятно, но все же возможно, – поправил ее Лакувив. – В конце концов, при постройке гражданских грузовиков и лайнеров можно прекрасно обходиться без найикса, что широко практикуется и у нас, и у агбуи. Вот когда берешься за военные корабли, тогда и возникает потребность в чем-нибудь посолидней.

– Цивилизация, у которой нет военных кораблей, в наших краях не укоренится, – парировала помощница. – Впрочем, допускаю, что здесь вы правы, – добавила она, воздев руку, чтобы пресечь наметившийся было спор. – Похоже, агбуи и правда исконные бродяги. Расе, которая может просто сняться с места и удрать, нет нужды учиться воевать.

– Вот именно, – подтвердил советник. – Итак. Как я и сказал, для начала мы убедимся, что к месторождению имеют отношение исключительно агбуи. Потом… – Он сделал паузу. Правила предписывали, чтобы после этого он связался с патриэлем Лакуни и выложил ей всю подноготную. А она уже решит, пересылать ли информацию вышестоящим должностным лицам.

Вот тут и может возникнуть пробуксовка. Лакувив с Лакуни уже много лет не ладили, и не было гарантии, что она поверит его словам, по крайней мере – с ходу, без тщательной проверки. А если она проявит расторопность в этом вопросе, тем проще ей будет присвоить себе все лавры, удостоив советника лишь заметкой на полях. Если на то пошло, она может вообще не упоминать ни его, ни Красные Холмы в целом, а у него слишком мало рычагов воздействия, чтобы не допустить этого.

– …потом будет видно, – договорил он. – Вдруг дело окажется таким важным, что докладывать надо будет напрямую патриарху.

– Патриэлю Лакуни не понравится, если вы свяжетесь с ним через ее голову, – предостерегла Лакджиип.

– Ущемленная гордость Лакуни – это мелочи, – напыщенно выдал Лакувив. – Гораздо важнее заполучить ту планету в распоряжение семьи Зодлак. Кто знает, что расскажет Хаплиф, – может статься, что у нас просто не будет времени проходить все инстанции.

Лакджиип хотела что-то ответить, но осеклась и посмотрела на свой коммуникатор.

– Прибыли, – сообщила она. – Где вы их примете?

– Хаплифа пригласите к судейскому престолу, – приказал советник. – С нынешнего момента не помешает перевести все общение в официальное русло. Юнца Кодуйо можете помариновать в приемной.

Когда Лакувив с Лакджиип вошли в зал, Хаплиф ждал их прямо перед судейским престолом.

– Приветствую вас, советник Лакувив, – завидев их, радушно произнес агбуи. – Позвольте выразить свою признательность за ваш щедрый жест, когда вы отрядили охрану для нашего грузовика на пути туда и обратно. Следопыт Килори просил передать, что капитан не скупился на слова благодарности.

– Рад угодить вам, – ответил Лакувив. Уловив безмолвный вопрос в глазах охранников, которые проводили Хаплифа к престолу, он дернул подбородком в сторону приемной. Провожатые, кивнув в ответ, двинулись на выход. – Спасибо, что выкроили время, чтобы навестить нас.

– Для меня это удовольствие и честь, – сказал Хаплиф. – Чем могу служить?

– Хочу спросить вас о шахте, – произнес советник, провожая взглядом охранников, которые наконец исчезли за дверью. – Старшая помощница Лакджиип была поражена тем, как там все организовано, но мы с ней ломаем голову, есть ли там у вас и другие работники?

– Не пойму, к чему эти сомнения, – выдал агбуи. Артикуляция безгубого рта была особенно заметна посреди морщин, покрывавших его лицо. – Там полно работников: шахтеры, очистители, прессовщики, заготовители пищи. Кого еще не хватает?

– Вопрос был скорее в том, нанимаете ли вы для тех же самых целей представителей других народов? – уточнил Лакувив, неотрывно наблюдая за Хаплифом. – Скажем, некоторые инородцы идеально подходят для подземных работ: приземистого роста, с низкой потребностью в кислороде и способностью видеть в темноте.

– Ох, что вы, на это мы пойти не можем, – воскликнул агбуи, содрогнувшись всем телом. – Мы никому не доверяем до такой степени, чтобы пускать в шахты, поскольку у нас только два источника благосостояния: украшения и специи. Если мы лишимся залежей этого недорогого металла, само наше существование может оказаться под угрозой.

– Тем не менее нам вы показали свои заводы, – заметила Лакджиип.

– Но это же совсем другое дело, – растерянно протянул Хаплиф. – Вы – чиссы, отважные, честные и благородные. Вы обращаетесь с нами так же, как обращаетесь и со всеми прочими, кто точно так же держит свой нелегкий жизненный путь.

Лакувив не думал, не гадал – а поежился. Неужели инородец и правда настолько наивен?

– Ваша доверчивость, Хаплиф, не знает границ.

– Она произрастает из опыта и интуиции, – категорично заявил агбуи. – Мы три месяца бок о бок путешествовали с Йопонеком из семьи Кодуйо. Сначала он был нашим попутчиком, а затем стал другом. Благодаря ему я научился читать в сердцах и душах чиссов и убедился в благородстве вашей расы. Я доверю вам свою жизнь, советник Лакувив из семьи Зодлак.

На его лицо набежала тень.

– Правда и то, что в скором времени я собираюсь обналичить кредит этого доверия. Как вам известно, пираты уже однажды потрепали нас. Кто знает, не нападут ли они снова? Вдруг они совершат набег на наши шахты?

– Думаете, к этому дело идет? – спросил Лакувив, ощутив, как зашлось сердце. Вот она – долгожданная лазейка, к которой он хотел подтолкнуть собеседника, но не знал как. Однако тот, сам того не ведая, повернул разговор в нужное русло.

– Все возможно в нашей вселенной, – со всей серьезностью изрек Хаплиф. – Не сомневаюсь, что старшая помощница Лакджиип уже рассказала вам, что у агбуи нет средств, чтобы дать отпор врагам, поставившим себе цель погубить наш народ и отнять или разрушить все, над чем мы так усердно трудились.

– Да, да, конечно, – поддакнул советник. Можно подумать, кто-то в здравом уме станет разрушать забой с найиксом. Естественно, вслух этого произносить было нельзя. – Чем же мы можем вам помочь?

– Множество кораблей семьи Зодлак курсируют по окрестностям. – Хаплиф ткнул двумя длинными пальцами в потолок. – Они мощнее даже того корабля, который сопровождал наш грузовик. Я знаю: я их видел. Если хотя бы один такой отправится защищать нашу планету… Впрочем, я помню, каких трудов вам стоило выпросить у патриэля даже этот патрульный корабль. А заполучить другой, побольше, и вовсе непосильная задача.

– Как вы сами и сказали, все возможно в нашей вселенной, – ввернул Лакувив. – Я немедленно позвоню в резиденцию патриэля.

– О, – без особого энтузиазма обронил агбуи. – Да. Было бы замечательно.

– Как-то это невесело прозвучало, – заметил советник. – Что-то не так?

– Нет, что вы, – тем же бесцветным голосом произнес Хаплиф. – Прошу, не примите за упрек, советник Лакувив. Семья Зодлак запредельно благосклонна к нам. Просто… я не уверен, что патриэлю можно доверять. То есть в ее заботе о судьбе агбуи я не сомневаюсь, – поспешил добавить он. – Я уверен, что она ни за что не бросит нас в беде. Я всего лишь переживаю, что она может присвоить себе похвалы и благодарность за решительную и бескорыстную защиту нашей планеты, которые по праву должны принадлежать вам. Мне претит, что ваши старания будут принижены, а ваши труды погрязнут в лавине чужого хвастовства.

– Мне тоже, – мрачно кивнул Лакувив. Значит, не он один заметил, что Лакуни не прочь присвоить чужие заслуги. Хаплиф тоже разглядел в ней эту черту. – Как бы то ни было, дело не в согласованиях, а в том, есть ли у нас вообще время, чтобы ходить по инстанциям. Учитывая обстоятельства, думаю, мне следует напрямую связаться с патриархом.

Обвисшая кожа на лице инородца стянулась, образовав припухлость.

– Вам и это под силу? – не скрывая трепета, спросил он. – Вы можете вот так просто поговорить с благословенным правителем семьи Зодлак?

– Разумеется, – подтвердил советник. Конечно, не все было так-то просто. Прежде чем дозвониться хотя бы до приемной, ему придется прорваться по меньшей мере через два бюрократических заслона, не говоря уже о том, чтобы побеседовать с патриархом лично.

Но дело было важным и не терпело отлагательств, так что он был уверен, что преодолеет все препоны в кратчайшие сроки.

– Я сейчас же примусь за дело.

– Благодарим вас за визит, – вставила Лакджиип. – Я прикажу водителю доставить вас на ферму Лакфро. Как только дело сдвинется с мертвой точки, мы сразу же дадим вам знать.

– Вы – само милосердие, старшая помощница Лакджиип, – рассыпался в комплиментах Хаплиф. – Но вам не кажется, что мне лучше остаться здесь на тот случай, если у патриарха возникнут какие-то вопросы? Я лучше всех смогу осветить некоторые детали.

– Возможно, – сказала она, вопросительно глядя на начальника. Несмотря на то что Лакувив выставил предстоящую задачу сущей ерундой, Лакджиип не хуже него знала, по каким бюрократическим лабиринтам им предстоит пройти и насколько это может затянуться. – Но не в ближайшее время.

– Я готов ждать сколько нужно, – заявил инородец. – Чем скорее мы призовем защитников из семьи Зодлак на свою планету, тем скорее у нас упадет камень с души.

– В таком случае не будем вам препятствовать, – подвел итог советник. – Старшая помощница Лакджиип прикажет охранникам, дежурящим у дверей, разместить вас и организовать какие-никакие закуски и напитки.

– Я снова в неоплатном долгу перед вами, – расплылся в благодарностях Хаплиф. – Грядущие поколения агбуи будут вечно почитать ваше имя.

– Благодарю, – кивнул Лакувив. Его бы больше устроило, если бы его имя двинулось вверх по семейной иерархии.

* * *

Со звонком патриарху вышло примерно так, как Лакувив себе и представлял.

Он без труда дозвонился до резиденции семьи на Цсилле. Статус советника семьи Зодлак на Селвисе обеспечил ему беспрепятственное прохождение первых двух уровней отсеивания нежелательных просителей, а упор на важность вопроса для насущных интересов семьи помог преодолеть третий. Не прошло и часа, как его соединили с приемной, где он увяз в препирательствах с третьим помощником патриарха.

Вот тут-то вся затея уперлась в глухую стену.

– Он сказал, что информация, донесенная советником, по определению не может заинтересовать патриарха, не говоря уже о том, чтобы придавать ей жизненно важное значение, – сокрушался Лакувив, свирепо глядя на экран коммуникатора на своем письменном столе.

Абсолютно мертвый экран. Зловредный помощник посоветовал в следующий раз подавать прошение по надлежащим каналам, коротко попрощался и отрубил связь.

– Возможно, патриэль Лакуни сможет продавить вопрос, – закинула удочку Лакджиип.

– Лакуни вообще не в курсе дела, – отрезал советник.

– Возможно, пришло время ввести ее в курс.

Лакувив скрипнул зубами. Как ни прискорбно, но помощница была права. Без поддержки патриэля он не сможет выделить даже новый патрульный корабль для сопровождения грузовиков агбуи, не говоря уже о фрегате или крейсере.

Впрочем, сами по себе боевые корабли погоды не сделают. Без полноценного экипажа они только и были пригодны на то, чтобы дрейфовать по орбите в качестве оборонительных платформ.

Тем не менее даже парочка патрульных – лучше, чем ничего. Их участие даст семье Зодлак хоть какое-то основание претендовать на шахты и их содержимое, когда вопрос все-таки дойдет до Синдикуры.

– Ладно, – вздохнул он, снова включая коммуникатор.

Бюрократические заслоны, которыми отгородилась от подчиненных патриэль, были далеко не такими внушительными, как у патриарха, да и самих жаждущих связаться с ней было гораздо меньше. Десять минут переключений с линии на линию – и она ответила на звонок.

– Сразу ставлю вас в известность, – после стандартного приветствия произнесла Лакуни, – что мне уже звонили из резиденции патриарха. Меня категорически не устраивает то, что вы связались с ними через мою голову.

– Приношу извинения, если задел вас, – выдал Лакувив, из последних сил стараясь не сорваться. Ее ничего не волновало, кроме строгого соблюдения процедур и собственного статуса. – Но возникли непредвиденные обстоятельства, которые могут либо принести прибыль и почет семье Зодлак, либо повергнуть в беду всю Доминацию.

– Эту театральщину я тоже не одобряю, советник, – сурово сказала Лакуни. – Ладно. У вас две минуты, чтобы изложить суть.

– Речь идет о цивилизованных кочевниках расы агбуи, которые месяц назад прибыли в провинцию Красных Холмов, – сообщил он. – Большего я не могу сказать по коммуникатору.

– Это защищенный канал.

– Стопроцентной гарантии нет, – возразил Лакувив. – Лучше вам самой приехать в Красные Холмы, и я введу вас в курс дела.

– Вы спятили? – рявкнула Лакуни. – Если вам нужна аудиенция, приезжайте сами.

– У меня здесь документы и материалы, которые нельзя перевозить, – поведал советник. – Некие ресурсы, которые могут привлечь внимание представителей других семей в Мощеном Тракте.

– Пускай себе таращатся, – нетерпеливо отмахнулась патриэль. – Что у вас там такое мозолящее глаза?

Лакувив сжал кулаки. Неужели трудно понять намек, который тебе буквально вдалбливают в голову?

– Я уже сказал вам, что это дело может принести почет семье Зодлак, – повторил он. – Но так же оно может возвеличить любую семью, которая спохватится раньше других. Да и тому, кто вовремя просигналит своей семье, перепадут кое-какие лавры.

Последовала небольшая пауза.

– Значит, вы сочли, что это требует личного доклада патриарху, – наконец выдала она. – И бросились звонить, не спросив меня.

– Исключительно из-за того, что время поджимало, – нашел оправдание Лакувив. – Если мы не подсуетимся сейчас, потом суетиться будет бесполезно.

Снова повисло молчание, на этот раз оно длилось дольше. Лакуни даже лучше него представляла, какие выкрутасы творит межсемейное соперничество в высших кругах Доминации.

– Хорошо, – нехотя произнесла она. – Я все равно убеждена, что вы вышли за рамки. Но так и быть, я в любом случае собиралась завтра поехать на озеро Горного разлома. Раз такое дело, выдвинусь сегодня и по пути заверну к вам.

– Спасибо, патриэль, – рассыпался в благодарностях советник, позволив себе беззвучно выдохнуть. Раз ему удалось уговорить Лакуни, возможно, вдвоем они смогут достучаться до патриарха, чтобы тот немедля отправил корабли, которые застолбят права семьи на шахты. – Оправдаются ваши самые смелые надежды.

– Смотрите у меня, – предостерегла она. – Я буду через три часа. Вы уж постарайтесь удивить меня.

Она отключилась. Лакувив с секунду не отрывал взгляд от экрана, а затем повернулся к Лакджиип, сидевшей напротив.

– Она приедет, – сообщил он.

– Я так и поняла, – кивнула помощница. – Другой вопрос – согласится ли она беспокоить по этому поводу патриарха.

– Согласится, – отрезал советник. – Как только она где-то завидит выгоду для себя, сразу становится крайне предсказуема.

– Что роднит ее… э-э… с абсолютным большинством живых существ, – фыркнула Лакджиип. – Вы намерены держать Хаплифа с Йопонеком в ратуше до ее приезда?

– Хаплифа-то да, – сказал Лакувив, поднимаясь. Он снова забыл взять в расчет мальчишку Кодуйо. – Если Йопонек хочет вернуться на корабль агбуи, кто-нибудь из наших его отвезет.

На Хаплифа с Йопонеком они наткнулись в одном из совещательных залов. Парочка о чем-то увлеченно беседовала за остатками трапезы, которую им соорудили сотрудники ратуши.

– А! Советник Лакувив, – приветливо воскликнул Хаплиф, завидев вошедших. – И старшая помощница Лакджиип. Ну что, вы с хорошими новостями?

– Смею надеяться, что да, – подтвердил Лакувив. – Я убедил патриэля Лакуни прибыть сюда и лично обсудить вопрос. Может статься, она захочет выяснить детали. Полагаю, вы все еще согласны ее дождаться?

– Безусловно, – сказал агбуи. – Если она одобрит ваше решение оказать нам помощь, каков будет следующий шаг?

– Мы обратимся к патриарху с просьбой назначить войсковую операцию, – пояснил советник. – С того времени, как семья Зодлак еще относилась к числу правящих, у нас остался небольшой флот, хотя с самых крупных кораблей были списаны экипажи и их перепрофилировали под стационарную планетарную оборону.

– Вроде тех, которые кружат над Селвисом?

– Да, легкие крейсеры, – кивнул Лакувив. – Еще в системе числится фрегат, который по сути законсервирован. В любом случае при согласии патриарха следующим шагом будет призыв из запаса резервистов с других планет, чтобы сформировать экипажи.

Йопонек откашлялся.

– Думаю, это затянется, – заметил он.

– Ничто не делается сию минуту, Йопонек, – ответил Лакувив, пригвоздив юнца взглядом. С чего это мальчишке вздумалось встревать? Ни его, ни семьи Кодуйо в целом эти приготовления не касались. – Или вы предпочли бы ждать свежий выпуск курсантов из академии Тахарим?

– Ну… – молодой чисс оглянулся на Хаплифа.

– Прошу вас, – приободрил тот своего товарища. – Это плод ваших изысканий.

– Хорошо. – Йопонек снова повернулся к Лакувиву. – Если внутренний распорядок семьи Зодлак не отличается от того, который принят в других семьях, вы можете объявить чрезвычайный сбор и отозвать офицеров и рядовых воинов напрямую из Флота экспансии и обороны.

Советник уставился на него:

– О чем вы вообще?

– Я говорю, можно пополнить личный состав за счет флота, – повторил Кодуйо. – Подразумевается, что это будут действующие офицеры и воины, а не резервисты, которые корабля в глаза не видели неизвестно сколько лет. Вы вправе отозвать примерно… постойте, сейчас посчитаем…

– Обойдемся пока без конкретных чисел, – оборвал его Лакувив. – Что за чрезвычайный сбор?

– Возможность, доступная любой из Сорока великих семей, если она до этого входила в число правящих и сохранила неукомплектованный местный флот, – пояснил Йопонек. – Некоторое время назад я углубленно изучал этот вопрос… Меня захватила сама концепция. Где-то лет тридцать назад какая-то раскольничья секта инородцев чуть было не вторглась во владения семьи Кодуйо на Массоссе. Семья объявила чрезвычайный сбор, но Силы обороны были заняты в других точках и не смогли выделить корабли для нашей защиты. Тогда мы отозвали родичей со службы…

– Ага, ага, я уловил суть, – буркнул советник, покосившись на Лакджиип. – Старшая помощница?

– Было дело, – сказала она, глядя на экран квестиса. – Тридцать два года назад. У семьи Кодуйо на Массоссе был старый – прямо-таки древний – легкий крейсер…

– Понятное дело, он сохранился с тех пор, как мы были правящей семьей, а это без малого сотня лет назад, – вставил Йопонек.

– …на который незамедлительно прибыли триста офицеров и воинов Сил обороны, – как ни в чем не бывало бубнила Лакджиип. – К тому моменту, как к ним вторглась орда инородцев, корабль был на ходу и махом вымел их с территории чиссов.

– Но это вопрос внутренней безопасности, – подчеркнул Лакувив. – У нас немного другая ситуация.

– По-моему, объявление чрезвычайного сбора не требует каких-то определенных условий, – проговорила помощница, листая страницы на экране туда и обратно.

– Не требует, – подтвердил Йопонек.

– Патриэлю достаточно объявить чрезвычайный сбор, – продолжила она, снова проигнорировав его слова, – и отправить вызовы служащим Сил обороны и Флота экспансии и обороны.

– И что, командование так просто их отпустит? – спросил Лакувив, чувствуя, как в душе колыхнулось предвкушение. Значит, можно обойтись даже без вмешательства патриарха?

Лакджиип пожала плечами:

– Если корабль не ведет бой и вблизи нет так называемой «непосредственной угрозы», капитан обязан дать пятнадцатидневную увольнительную каждому, кому поступил такой вызов.

– Невероятно, – тряхнул головой Хаплиф. – Ни в одном нашем пристанище я не встречал такой традиции.

– Если какой-то корабль находится вблизи планеты, объявившей чрезвычайный сбор, и на нем присутствует значительный процент выходцев из этой семьи, капитан по своему усмотрению может доставить их до места, – продолжала сыпать подробностями Лакджиип. – Но в большинстве случаев их высаживают на ближайшей планете, и оттуда они добираются своим ходом.

– Семья возмещает впоследствии дорожные расходы? – осведомился Хаплиф, буграми собрав складки на лбу.

– Либо так, либо им выдаются проездные сертификаты, – пояснил Лакувив. Мысли метались от одной возможности к другой. Селвис располагал боевыми кораблями, а при объявлении чрезвычайного сбора они будут укомплектованы настоящими офицерами и воинами. Всего-то и надо – заручиться одобрением патриэля, и шахта с найиксом окажется у них на блюдечке. – Это документы, по которым они могут бесплатно воспользоваться любым гражданским транспортом в границах Доминации. Почти все из Сорока семей выдают такие сертификаты своим военнослужащим.

– Кодуйо точно выдают, – снова вставил непрошеную реплику Йопонек.

– Зодлак тоже, – сказал Лакувив.

– Понятно. – Хаплиф чуть склонил голову набок. – Судя по воодушевлению на вашем лице, у вас появился план?

– Вы все правильно истолковали, – подтвердил советник. – Йопонек, благодарю, что пролили свет на столь важную часть нашей истории. По-моему, раньше я никогда об этом не слышал.

– Рад помочь, – ответил юноша. – Естественно, что вы не слышали: последний раз этим правом воспользовались тридцать с лишним лет назад, так что неудивительно, что вы не знали о нем.

Лакувив, не будь дурак, распознал завуалированное оскорбление: высокопоставленный чиновник из чужой семьи не в курсе важных политических аспектов истории и законодательства. Но в нынешней ситуации ему было недосуг негодовать от дерзости мальчишки.

– В таком случае, думаю, мы не станем дальше озадачивать вас с Йопонеком, – произнес он. – Если весь ваш багаж при себе, я прикажу водителю встретить вас у аэрокара и отвезти обратно на ферму Лакфро.

– Уже? – с неожиданным беспокойством встрепенулся Хаплиф. – Но вы же сказали, что сюда едет патриэль Лакуни.

– Не переживайте, я ей все растолкую, – заверил его советник. – Уже поздно, а у вас наверняка на завтра запланирована куча работы. Собрать урожай специй или что-то подобное.

– Ну что же, – сказал агбуи. Казалось, тревога его не отпускала, но он решил не спорить. – Пойдемте, Йопонек. Спасибо за гостеприимство, советник Лакувив.

– Охранник, который стоит снаружи, проводит вас к аэрокару, – напутствовал Лакувив инородца и юношу, которые двинулись к выходу. – Как только вопрос будет решен в нашу пользу, я дам вам знать.

– Он будет решен, – воодушевился Хаплиф. – Великая награда, как цветок глориосы, произрастает на благодатной почве великого риска. Все усилия, которые вы предпринимаете ради народа агбуи, воздадутся вам в тысячекратном размере.

– Ничуть не сомневаюсь, – согласился советник.

Молча проследив за тем, как они скрылись за дверью, он повернулся к Лакджиип:

– Мне нужен список всех выходцев из семьи Зодлак во Флоте экспансии и обороны с указанием мест их службы, – распорядился Лакувив. – Еще постарайтесь раздобыть перечень специалистов, необходимых для управления фрегатом и крейсерами.

– Я поняла, – протараторила помощница, набирая что-то в квестисе. – Я бы особо не волновалась о наборе специалистов. Семья Зодлак проводит политику, согласно которой родичи, поступающие служить на флот, должны изучить наши собственные боевые корабли. Кто бы ни явился на сбор, они смогут приступить к своим обязанностям после нескольких часов вводного инструктажа.

– Будем надеяться, – протянул советник. – Ничего, им не помешает поменять обстановку. У нас есть собственный связист?

– Целых два.

– Вызовите одного из них. Того, кто лучше хранит секреты.

– Слушаюсь, сэр, – ответила помощница, вперив в него взгляд. – А что, если вам не удастся уговорить патриэля?

– Удастся, – мрачно пообещал Лакувив. – Уж поверьте, я ее уговорю.