«Бывают времена, – размышлял Самакро, – когда биография незаметно скатывается к самоповторам. А бывают времена, когда это очень даже заметно».

Сегодня был явно второй случай.

Полет «Реющего ястреба» к родной планете паатаатусов Ниттихай. По тому же вектору, которым они подобрались сюда для карательной операции под предводительством адмирала Ар’алани. И точно так же без малейшего предположения, что ждет их на месте.

Только на этот раз с ними не было «Бдительного» и остальных кораблей сторожевого соединения Ар’алани. На этот раз они ввязались в это в одиночку.

– Приготовиться к выходу из гиперпространства, – бесстрастно произнес Траун, сидевший в командирском кресле.

Самакро осмотрел мостик. Обширный опыт позволял ему с первого взгляда угадывать настрой подчиненных. Вот и сейчас он заметил, что они напряжены из-за тех же самых переживаний, что и он сам. Впрочем, паники или серьезных колебаний ни у кого не наблюдалось. Они уже достаточно давно служили под началом Трауна и не сомневались, что командир вытащит их из передряги, в которую сам и втравил.

Самакро отстраненно задался вопросом, была ли у них такая же уверенность, когда «Реющим ястребом» командовал он.

– Три, два, один.

Яркие полосы за обзорным экраном схлопнулись в звезды, что обрамляли планету Ниттихай.

– Далву? – позвал Траун.

– Засекли истребители, – доложила офицер сенсорного контроля. – Примерно двадцать канонерок в зоне поражения или поблизости.

– Проверьте, что на орбите, – скомандовал капитан. – По-моему, я вижу там большие корабли.

– Проверяем… подтверждаю, сэр, – сказала Далву. – Я насчитала семь кораблей: шесть крейсеров усиленной мощности и тяжелый фрегат.

Самакро посмотрел на экран. Семерка кораблей двигалась охранным строем, принятым у паатаатусов: в центре фрегат, с каждой стороны по крейсеру, еще один впереди и последний – сзади.

– Максимальное увеличение и данные сканирования, – приказал Траун. – В первую очередь фрегат, затем крейсеры.

На экране датчиков возникло изображение корабля средних размеров, слегка размытое из-за расстояния и разреженной атмосферы планеты, которую он облетал по орбите.

Но и этого хватало, чтобы разглядеть стандартную для паатаатусов конструкцию тяжелого боевого корабля: широкий и плоский корпус, прочная броня с минимальным количеством орудий точечной обороны, основные лазерные батареи щетинятся на носу, под фюзеляжем чернеют ракетные шахты. По сравнению со всеми прочими инородцами, с кем Доминации довелось иметь дело, конструкция была уникальной, но при этом в полной мере отражала боевую тактику паатаатусов: налететь на врага со шквалом лазерного огня, а затем задрать нос и после выпуска ракет уйти в петлю, чтобы освободить место для следующего.

– Средний капитан? – приглашающим тоном позвал Траун.

– На мой взгляд, сэр, это паатаатусы, – сообщил Самакро. – Уж точно не похоже на конструкцию кораблей вагаари из наших архивов.

– Согласен, – сказал капитан. – Разумеется, это ничего стопроцентно не доказывает, учитывая склонность вагаари перенимать технологии завоеванных ими народов. Но это убедительный аргумент в пользу нашей теории, тем более я не вижу никаких следов модификации кораблей.

Самакро переключил внимание на сведения о планете, которые ползли по дополнительному экрану датчиков.

– Я также не вижу следов обширных разрушений на поверхности планеты, – добавил он.

– Отличное наблюдение, – похвалил капитан. – Мы проверяем слух о заключенном между ними союзе, но это вполне могли быть искаженные донесения о вторжении вагаари. Однако паатаатусы без боя не сдались бы, а это, скорее всего, привело бы к заметным разрушениям на планете.

Самакро кивнул. Он держал в уме, что их совместно выработанное мнение не опирается на слухи как на истину в последней инстанции. Но Траун предпочитал отделять зерна от плевел еще до начала операции, отбрасывая маловероятные версии, чтобы сосредоточиться на главной. В нынешней ситуации они рассчитывали обнаружить, что паатаатусы либо спелись с пиратами, либо рассекают по своей системе в гордом одиночестве.

Оба варианта таили свои риски, но зато гарантировали, что в случае нападения «Реющий ястреб» мог отстреливаться без опасения нанести урон жертвам вторжения или – что еще более невероятно в случае с паатаатусами – нейтральной стороне.

– Капитан, мы получили запрос на сеанс связи, – выкрикнул из-за коммуникатора Брисч. Он нажал на кнопку…

– Говорит воительный принц, – разнесся из динамика голос паатаатуса.

Самакро нахмурился. «Воительный принц»? Он ни разу не слышал о таком звании.

Если это вообще можно считать званием. С таким же успехом это может быть титулом, самоназванием или еще чем-то, присущим только этим инородцам. Чисские дипломаты несколько раз затевали переговоры с паатаатусами, но внутренняя структура их правительства и по сей день оставалась загадкой. А уж у Флота экспансии и обороны ни одно взаимодействие с этим народом не обходилось без взаимного обстрела.

– Вы вторглись на священную территорию паатаатусов, – заявил принц.

– Что-то они сегодня больно разговорчивы, – заметил Афпрайу, сидевший за пультом управления орудиями. – Сэр, вражеские корабли заняли позицию.

– Разговорчивы и в то же время несговорчивы, – буркнул Самакро. – На них это не похоже.

– Да, – согласился Траун. – Не похоже.

Самакро покосился на капитана. Тот прищуренным взглядом блуждал между экраном датчиков и тактическим дисплеем.

– Вы говорили, что нужно спросить у них про вагаари, – тихо напомнил он командиру.

– Да, – задумчиво кивнул Траун. Помедлив еще секунду, он нажал на кнопку встроенного коммуникатора. – Воительный принц, говорит старший капитан Траун, командующий кораблем Флота экспансии и обороны чиссов «Реющий ястреб», – представился он. – Мы прибыли с миром, чтобы кое о чем у вас спросить. – Он отключил микрофон.

Самакро сдвинул брови.

– Сэр, а как же вопрос? – осведомился он.

– Пока повременим, – ответил капитан. – Считайте, что мы проводим эксперимент.

– Сэр, флот паатаатусов пришел в движение, – доложила Далву. – К нам приближаются десять истребителей, корабли на орбите перестраиваются. Оставшиеся истребители не трогаются с места.

– Смотрите внимательно, средний капитан, – посоветовал Траун. – Разберемся, что они задумали.

– Слушаюсь, сэр, – выпалил Самакро, подавив рвущееся наружу хмыканье. Если паатаатусы придерживались своей стандартной боевой доктрины, то они задумали облепить свою жертву со всех сторон и растереть ее в пыль. А поскольку «Реющий ястреб» прибыл без подкрепления…

– Смотрите. – Траун указал на экран. – Корабли на орбите. Видите?

Самакро внимательно пригляделся. Семь тяжелых кораблей перестраивались из сторожевой позиции в оборонительную. Один из идущих впереди крейсеров переместился выше фрегата, а замыкающий опустился вниз.

– Оборонительный строй, – сказал он. – Наводит на мысль, что наш принц на борту фрегата.

– Верно, – согласился Траун. – Но вы обратили внимание, каким образом перестроились крейсеры?

Самакро наморщил лоб:

– Один из ведущих переместился вверх, а замыкающий вниз.

– Передний ведущий крейсер встал в заслон над фюзеляжем фрегата, и теперь в авангарде оказался второй, следовавший за ним, – уточнил Траун. – В то же время замыкающие крейсеры совершили зеркальный маневр: тот, что шел непосредственно за фрегатом, нырнул вниз под корму, а тот, что держался позади него, переместился на его место.

Самакро проиграл картинку у себя в голове. Командир был прав.

– Да, сэр, – произнес он. – Но я все равно не понимаю, что это значит.

– Сэр, истребители идут на сближение, – доложил Афпрайу.

– Вижу. – Траун включил микрофон. – Воительный принц, это старший капитан Траун. Как я уже сказал, мы прибыли с миром. Тем не менее, если ваше текущее поведение не изменится, вы узрите всю мощь Доминации чиссов.

– Уж не слышу ли я в твоих словах угрозу роерожденным патаатусам, старший капитан Траун? – взревел инородец.

– Они подразумевают ровно то, что я сказал, воительный принц, – отрезал Траун.

– Ты собираешься навредить паатаатусам?

– Я собираюсь сделать ровно то, что я сказал.

– Последствия на твоей совести.

– Я готов за них ответить.

– В таком случае исход в твоих руках.

– Я готов.

Динамик пискнул.

– Сэр, он отключился, – сообщил Брисч.

– Принято, – кивнул капитан. – Всем орудиям: полная готовность.

Самакро украдкой втянул воздух. Что Траун затевает?

– Сэр, у нас нет полномочий выступать против паатаатусов без провокации с их стороны.

– Я и не собираюсь, – заверил его командир. – Не замечаете ничего странного в построении истребителей?

Самакро переключил внимание на тактический дисплей, стараясь заглушить свои недавние сомнения, которые вдруг опять разнеслись шепотком в голове. «Положиться на командира, чтобы он вытащил их из передряги, в которую сам и втравил…»

Он сосредоточенно сдвинул брови. Истребители паатаатусов обычно вились как бесформенный рой, сжимая круг со всех направлений в горизонтальной плоскости. Но эти машины построились в звенья по два и три истребителя и со всей осмотрительностью надвигались на «Реющий ястреб».

– Нетипичный для паатаатусов строй, – заключил Самакро.

– Это точно, – согласился Траун. В его голосе прозвучала нотка мрачного веселья. – Но нам он знаком.

Секунда – и два ближайших звена открыли огонь, нацелив все свои лазеры на «Реющий ястреб».

– По нам стреляют! – выкрикнул Афпрайу. – Сэр, наши действия?

– Воздержитесь от стрельбы, – бесстрастно приказал Траун.

– Сэр, нас атакуют!

– Нет, не атакуют, – возразил капитан. – Далву, диагностику повреждений.

– Повреждения… – Далву замерла. – Сэр, их нет, – растерянно произнесла она. – Вражеские лазеры задействовали… десятую часть мощности?

– Этого не может быть, – усомнился Самакро, вглядываясь в строчки на экране. Вспышки лазеров по яркости были вполне сопоставимы с теми, что он видел в предыдущих стычках с паатаатусами.

Но Далву не ошиблась: энергетические разряды едва потревожили электростатические барьеры «Реющего ястреба», не говоря уже о том, чтобы нанести какой-то урон.

– Ничего не понимаю.

– Далву, частотные характеристики лазеров, – потребовал Траун. – На что они настроены?

Самакро невольно прищурился: ну что за нелепый вопрос. Спектральные лазеры по определению были настроены изменять частоту излучения в зависимости от материала, на который они направлены.

– Сэр, они настроены не на материал обшивки, – все так же обескураженно проговорила Далву. – Они… – Она снова умолкла на полуслове, но на этот раз развернулась к капитану, чтобы он видел ее однобокую усмешку. – Они настроены на поглощение межпланетной пылью.

Пару мгновений Самакро не мог сообразить, что к чему. Настроены на поглощение межпланетной пылью?

Внезапно до него дошло.

Разряды были такими яркими лишь потому, что их энергия ионизировала разреженную пыль и межзвездное вещество, влекомое солнечным ветром сквозь пустоту. Благодаря тому, что лазеры истребителей были настроены на ионизацию этой мешанины, лучи приобрели максимальную контрастность. Настолько отчетливую, что их можно было принять за полноценные выстрелы, предназначенные для разрушения корпуса боевого корабля.

– Сэр, вы правильно подметили, – сказал Самакро, хотя собственные догадки, облеченные в слова, звучали невероятно даже для него самого. – Это не атака.

Он посмотрел на командира:

– Это лазерное шоу.

– Верно, – согласился Траун. – Афпрайу, настройте три наших спектральных лазера на такую же частоту и мощность и откройте ответный огонь. Постарайтесь мазать или задевать по касательной, чтобы у зрителей не возникло вопросов из-за отсутствия повреждений.

– У зрителей, сэр? – переспросил Афпрайу, мельком оглянувшись на капитана через плечо. – У паатаатусов, что ли?

– Ни в коем случае, – ответил капитан. – Паатаатусы на пару с нами разыгрывают свою роль в этом, как метко выразился средний капитан Самакро, «лазерном шоу».

Он посмотрел на своего первого помощника.

– Мы обсуждали вероятные варианты взаимодействия паатаатусов с вагаари, – пояснил он. – Исторически сложилось, что вагаари присваивают технологии завоеванных рас, но редко оставляют корабли без видимых модификаций. – Он указал на крейсеры с фрегатом, которые по-прежнему дрейфовали на орбите в компактном оборонительном построении. – Однако нам известен народ, который предпочитает присваивать чужой флот в полной мере – либо подчиняя себе экипажи, либо заменяя их на своих сородичей.

Самакро глянул на тяжелые корабли, а затем на истребители, которые разыгрывали представление взаимного обстрела. Те, кто предпочитает присваивать чужой флот в полной мере…

Он замер, внезапно распознав схему атаки. Те, для кого упоминание имени Трауна – само по себе веская причина прибегнуть к насилию.

– Никардуны?

– Полагаю, что да, – подтвердил капитан. – Я давно подозревал, что генерал Йив пытался взаимодействовать с паатаатусами, видя в них либо союзников, либо подданных. Если я правильно понял нынешнюю ситуацию, сработал второй вариант. – Он хищно улыбнулся. – Более того, я не сомневаюсь, что паатаатусы сообразили, что наше появление дает им шанс избавиться от захватчиков.

Самакро обдумал эту мысль. Истребители придерживались нехарактерных для паатаатусов тактики и боевого построения, но при этом лишь притворялись, что стреляют в полную силу. Офицер, который первым вступил в контакт, нарочито раздул враждебность, а затем прямым текстом спросил, намерен ли «Реющий ястреб» навредить паатаатусам. Траун, заверивший принца, что они прибыли с миром, и в то же время угрожавший продемонстрировать всю мощь Доминации чиссов.

Нет. Не угрожавший.

Обещавший.

– Думаете, никардуны слушали наши переговоры? – спросил Самакро.

– На это убедительно указывает якобы враждебная манера речи принца. – Траун изогнул бровь. – Итак, скажите: где же они?

Самакро посмотрел на тактический дисплей. Как, во имя вселенной, отвечать на такой вопрос? Никардуны могли засесть где-нибудь на планете, в космосе – да где угодно на территории паатаатусов.

Он не очень любил эти трауновские игры в угадайку даже в спокойной обстановке. Здесь же, на передовой, от них просто воротило.

– Не сбрасывайте со счетов крейсеры, – пробормотал Траун.

Самакро хмуро уставился на их изображение на тактическом дисплее, еще раз проигрывая в голове то, как они перестроились в оборонительную позицию.

– Никардуны в замыкающем крейсере, – заключил он. – В том, что под кормой фрегата.

– Как вы определили?

– Потому что именно он изначально был непосредственно позади фрегата. На котором, по моим предположениям, сейчас и находится принц.

– Недоказуемо, но вполне вероятно, – согласился Траун. – Думаю, они проводили учения по никардунской тактике, когда мы их отвлекли. А этот крейсер держал фрегат под прицелом на случай, если паатаатусы взбрыкнут. Когда мы появились, он быстро переместился на позицию, с которой может по-прежнему угрожать фрегату и в то же время оставаться под его прикрытием. Что-нибудь еще?

– Только те факты, которые вы только что изложили, сэр, – признал Самакро. – Соединение тяжелых кораблей расположилось на средней орбите, и с той стороны им вряд ли что-то угрожает. И зачем только принцу прикрываться кораблем с кормы от нападения с собственной планеты?

– И правда – зачем? – кивнул Траун. – Очень хорошо, средний капитан. Азморди, полагаю, пора двигаться вперед. Ведите корабль к фрегату.

– Слушаюсь, сэр, – отозвался рулевой. Планетный диск и рисунок звезд за обзорным экраном сместились – «Реющий ястреб» повернул на несколько градусов в сторону и начал разгоняться. – Сэр, между нами и тяжелыми кораблями два звена истребителей.

– Они посторонятся, – без тени волнения заявил капитан. – Афпрайу, разверните лазеры к двум ближайшим звеньям истребителей и стреляйте на малой мощности. Обеспечьте касательные попадания и правдоподобные промахи. Реального урона не наносить.

– Вы думаете, никардуны видят, что тут происходит? – озадачился Самакро. – Им закрывают обзор два корабля.

– Если бы они нас не видели, паатаатусам не пришлось бы разыгрывать это зрелищное представление, – напомнил Траун. – Возможно, они получают телеметрию от других кораблей. Мы должны исходить из того, что им видны все наши действия.

И это при том, что между «Реющим ястребом» и его мишенью сейчас находились крейсер и фрегат, не говоря уже о нескольких истребителях.

– Как нам вынудить корабли паататусов перестроиться?

– К сожалению, никак, – признал Траун. – У меня есть план, но его успешная реализация ложится на плечи принца. Остается только надеяться, что он и правда столь же умен и проницателен, как я о нем думаю.

– Первое звено истребителей уступило дорогу, – доложила Далву. – Второе звено отходит к тяжелым кораблям.

– Превосходно, – сказал капитан. – Как мы и рассчитывали. Афпрайу, зарядите два пробойника, а за ними четыре плазмосферы. Все снаряды запустить по прямой без малейшего разброса. Навести и рассчитать время таким образом, чтобы они ударили по фрегату.

– Слушаюсь, сэр. – Пальцы Афпрайу запорхали над клавиатурой. – Время до запуска?

– По готовности установок.

– Слушаюсь, сэр. – Артиллерист помедлил. – Позвольте напомнить, что если мы выстрелим слишком рано, то паатаатусы засекут снаряды и успеют уклониться?

– Да и второе звено истребителей еще маячит на пути, – добавила Далву. – С этой позиции они смогут перехватить ракеты.

– Принято, – кивнул Траун. – Брисч, будьте готовы возобновить переговоры. Афпрайу, ракеты готовы?

Тот кивнул:

– Заряжены и наведены.

– Открываю канал связи, – объявил капитан, нажимая на кнопку коммуникатора. – Воительный принц паатаатусов, говорит старший капитан Траун. Ваши действия оценены, так же как и ваши намерения по отношению к нам. Вы готовы узреть мощь Доминации чиссов?

– Ваши действия точно так же оценены, – ответил инородец. – Мы готовы к самому худшему. Так не разочаруйте нас. – Он отключился.

– Подначка? – предположил Самакро.

– Скорее просьба, – мрачно поправил его Траун. – Афпрайу, запускайте пробойники.

На тактическом дисплее стало видно, как ракеты вырвались из шахт. Показав секунду спустя в обзорном экране свой огненный шлейф, они устремились к планете. Проверив расчеты траектории, Самакро убедился, что Афпрайу правильно заложил в них собственную скорость вращения тяжелых кораблей по орбите. Истребители всем звеном убрались с пути и припустили к своим, старательно держась между снарядами и кораблями. Обратный счетчик запуска плазмосфер дошел до ноля…

– Запустить сферы, – скомандовал Траун.

Все на мостике ощутили легкий толчок, когда плазмосферы оторвались от «Реющего ястреба» и полетели вслед за пробойниками. Самакро видел, что истребители по-прежнему удирают, но они существенно уступали ракетам в скорости, так что расстояние между ними стремительно сокращалось. На мгновение в голову пришла неприятная мысль, что принц неправильно истолковал действия Трауна и приказал легким машинам принять удар на себя…

– Истребители завели маневровые, – доложила Далву. – Рассредоточиваются… путь свободен. Ракеты идут прямо к цели.

– Может, следует его предупредить? – осведомился Самакро.

– Никардуны могут услышать, – возразил капитан. Голос командира звучал ровно, но Самакро уловил в нем напряжение. Если принц окажется не таким умным и быстрым на подъем, как рассчитывал Траун, то «Реющий ястреб» только что прекратил бой с тенью и развязал настоящую войну. – Афпрайу, отставить лазерный огонь.

Небо снова превратилось в черное полотно, усыпанное точками звезд, когда «Реющий ястреб», а за ним и истребители перестали разыгрывать спектакль, паля друг по другу безвредными лазерами. Пробойники почти достигли тяжелых кораблей, следом неслись плазмосферы. Самакро затаил дыхание со странным убеждением, что все остальные – и чиссы, и пааатаатусы – сделали то же самое…

На экране датчиков стало видно, как крейсер с вершины формации резко заложил вправо, давая дорогу ракетам. Поскольку размеры и масса не позволяли находившемуся под ним фрегату повторить маневр, тот просто перевернулся на девяносто градусов влево по продольной оси, зависнув «на ребре» и точно так же открывая дорогу снарядам. Самакро успел заметить за ним перевернутый крейсер, недвусмысленно нацеливший свои подфюзеляжные ракетные установки на флагман принца, но в этот момент пробойники пронеслись мимо фрегата и вонзились в беззащитное брюхо не успевшего увернуться корабля никардунов.

Ракеты еще расплескивали кислоту, которая сжигала узлы развертывания электростатического барьера и провода в ракетных установках крейсера, когда вслед за ними ударили плазмосферы. Компактный выброс ионного излучения довершил то, что начали пробойники, выведя из строя все системы управления и превратив корабль в неподвижную груду металла и керамики.

Как только на крейсере погас последний ходовой огонь, фрегат и остальные крейсеры начали обстрел.

И не на малой мощности, как истребители против «Реющего ястреба». Вся округа озарилась вспышками: казалось, будто каждый лазер на кораблях паатаатусов нацелен на обездвиженный крейсер, снося крупные куски брони и внутреннего убранства, методично кроша отсек за отсеком. Наружу вырвались раскаленные жидкости и газы, затем корпус крейсера сотрясли взрывы лазерных конденсаторов и ракет в шахтах.

Прозвучал последний залп, и все было кончено.

Долгую секунду на мостике было тихо. Самакро неотрывно смотрел на дрейфующие обломки, которые только что были боевым кораблем, чувствуя подступающую тошноту. На своем веку он повидал смерть и разрушение, но никогда ярость воюющих не была такой расчетливой и всепоглощающей.

Брисч, сидевший на другой стороне мостика, откашлялся.

– Старший капитан, вас вызывает воительный принц.

– Благодарю. – Траун нажал на кнопку. – Старший капитан Траун слушает, – произнес он в микрофон. – Надеюсь, все сложилось наилучшим образом?

– Наилучшим, старший капитан, – ответил принц. Самакро обратил внимание, что голос у инородца был до жути спокойным, в противоположность пылу атаки, который они только что наблюдали. – Наши несостоявшиеся никардунские поработители мертвы.

– Они все были на усиленном крейсере?

– Самые важные – да. Это их предводители и прочие, кто угрожал моей жизни в обмен на покорность роерожденных. С теми, кто остался в нашем доме-улье, еще разберутся. – Принц отвлекся. – Уже разобрались, – все так же бесстрастно поправил он сам себя. – Поговаривают, что Доминация чиссов разгромила всех остальных никардунов?

– Возможно, где-то остались незначительные очаги сопротивления, – уточнил Траун, – но они долго не продержатся. И уж тем более не смогут дотянуться до территории паатаатусов.

– Не бывать этому, – отрезал принц. Самакро услышал в его фразе и обещание, и угрозу. – Старший капитан Траун, предыдущая наша встреча с тобой прошла при прискорбных обстоятельствах. Теперь мы выступили единым фронтом, и этот опыт по-своему уникален.

– Доминация всегда рада прийти на помощь, – сказал капитан. – Никардуны слишком долго отравляли Хаос своим присутствием. Итак, на этом все?

– Ни в коем случае, старший капитан Траун, – возразил принц. – Ни в коем случае.

Взглянув на тактический дисплей, Самакро ощутил, как под воротником бегут мурашки. Истребители паатаатусов по-прежнему роились вокруг, многие были в зоне обстрела. Стоит им по-быстрому подать мощность на лазерные пушки…

– Ты сказал, что хочешь о чем-то спросить, – продолжил инородец. – Если у паатаатусов есть ответ на твой вопрос, мы почтем за честь поделиться с тобой знаниями.