– Нет, – смущенно сказала Лакэнсу. Алые глаза, глядевшие на изящную брошь, которую Шимкиф только что вложила ей в ладонь, горели ярче обычного. – Ну что вы, это слишком.

– Вовсе нет, к тому же мне не в тягость, – твердо настояла Шимкиф. Ее безгубый рот изогнулся в довольной улыбке. – Ваша семья к нам очень добра. Это самое меньшее, что мы можем предложить в благодарность.

– А это в знак извинения за то, что напугала вас на прошлой неделе, – добавила Фросиф, торжественно демонстрируя еще одну брошь, которую до этого прятала за спиной, – поменьше и с другим дизайном. – Тебе. – Шагнув к Лакрис, она повернула руку подруги ладонью вверх и вложила в нее украшение.

– О! – выпалила Лакрис. Покосившись на отца, она снова посмотрела на брошь, а потом на Фросиф. – Нет, ерунда какая-то выходит. Ведь не я напугалась, а ты. Это я должна подарить тебе подарок.

– Ни в коем случае, – подал голос Хаплиф, в знак единомыслия обвив руками плечи жены и дочери. – Мы счастливы отплатить вам хоть самую малость за ваше щедрое гостеприимство. То есть, если вы не против, – добавил он, выжидающе глядя на Лакфро.

«Ну наконец-то, – подумал глава семейства, – кто-то поинтересовался и моим мнением».

Он был против, его такой подход не устраивал. По меркам его семьи подарки были слишком роскошными и абсолютно неуместными, учитывая, как мало они заботились о гостях. Лакфро сразу почувствовал себя обязанным Хаплифу и всем агбуи, а он ненавидел быть должником.

Возможно, в этом и крылся смысл подарков. Вскоре после происшествия с застежкой-молнией из резиденции Лакувива явилась Лакджиип, и он отвел ее в сторону, чтобы задать вопрос о возможном бегстве инородцев от войны. С тех пор ему все время казалось, что Хаплиф как-то уж пристально к нему приглядывается.

Наверное, просто воображение разыгралось. Но опять же – а вдруг нет?

Так ошибся он насчет агбуи или нет? Неужели за их историей кроется что-то более глобальное? Или наоборот, малозначительное, просто другое?

Лакфро уже успел ознакомиться с политикой Доминации по приему беженцев, и она не воодушевляла. Если агбуи ищут себе постоянное пристанище, им придется преодолеть множество препон, но и в этом случае результат никто не гарантирует. На такой ранней стадии поисков они наверняка не хотят, чтобы их засыпали неудобными вопросами.

Итак, не для того ли они внезапно так расщедрились, чтобы Лакфро и его семейство держали рот на замке?

Тогда это не просто социальное обязательство оказать ответную услугу, а обычный подкуп.

Лакфро ненавидел взяточников. Сам он ни разу в жизни не позволял себе ничего подобного, зато в юности у него была довольно-таки неплохая работа, где ему стало известно, что начальник берет взятки. Первым делом ему захотелось спросить у Хаплифа в лоб, чтобы тот пояснил, что происходит и насколько это подобает так называемым цивилизованным кочевникам.

Но он не смог. Как тут спросишь, когда его жена и дочь с такой радостью и воодушевлением разглядывают подарки? Лакэнсу всегда любила экзотические украшения, и Лакрис явно пошла в нее. Лакфро не смог испортить им этот момент любования.

Возможно, смысл подарков был еще и в этом.

– Я согласен с женой, – произнес он. – Это значительно превышает любые щедроты, которые вы видели с нашей стороны. Но если одна сторона стремится к радости дарения, другая должна скромно принять бремя одаряемой, чтобы не омрачить этой радости. Вы оказали нам честь, и мы почтительно принимаем ваши подарки.

– Спасибо, – кивнул Хаплиф. – Мне понравилась фраза о радости дарения. Это чисская пословица?

– Не знаю, распространена ли она, – ответил Лакфро. – Так говорили мои родители, когда я не хотел принимать какой-то подарок или помощь.

– Мне кажется, у большинства чиссов присутствует эта ложная гордость, – вставила Лакэнсу, взяв мужа за руку.

– Ложная гордость, – повторил Хаплиф, словно пробуя, как это звучит. – Что это значит?

– У этого выражения несколько оттенков значения, – пояснила она. – В данном случае…

– Подождите-ка, – попросил Лакфро, почувствовав, как завибрировал на наплечной перевязи коммуникатор. – Мне звонят. – Он нажал на кнопку. – Лакфро слушает.

– Землевладелец, это старшая помощница Лакджиип, – послышался знакомый голос. – Вы, случайно, не знаете, где Хаплиф?

– Вообще-то он здесь, у нас, – сообщил Лакфро, хмуря брови и делая шаг к инородцу. – Хаплиф, звонит старшая помощница советника Лакувива. Она хочет с вами поговорить.

– Вот как? – удивленно спросил тот, тоже делая шаг навстречу. – Я думал, что официальные визиты на эту неделю уже закончились.

– Меня не спрашивайте, спросите у нее, – отмахнулся Лакфро. Он начал было отстегивать коммуникатор от перевязи, но вспомнил, как Лакувив строго-настрого наказал, чтобы никакая чисская технология не попала в руки инородцев. – Говорите так… вот сюда… в микрофон.

– Да. Я знаю, – сказал Хаплиф, нависая у него над плечом. – Это Хаплиф из агбуи.

– Говорит старшая помощница Лакджиип, – снова представилась она. – К Селвису подошел корабль, с которого сообщают, что привезли еще одну группу агбуи. Вам что-нибудь об этом известно?

– Ничего конкретного, старшая помощница, – ответил инородец. – Возможно, они прилетели предложить помощь или получить часть урожая специй в надежде, что благословенные земля и климат позволят снять излишки.

– А они позволили? – поинтересовалась Лакджиип.

– Думаю, нам хватит, чтобы поделиться с собратьями, – поведал Хаплиф. – А еще они могли привезти металлическую проволоку для создания украшений.

Последовала едва ощутимая пауза.

– Какого рода металл?

Лакфро нахмурился: у Лакджиип как-то странно изменился голос.

– Надо полагать, все четыре разновидности, – ответил Хаплиф. – Хотя порой мы используем только две или три. Где они приземлились? Хотя сперва, наверное, надо было спросить, разрешили ли им приземлиться?

– Советник Лакувив сейчас разговаривает об этом с патриэлем Лакуни, – сообщила Лакджиип. – Но я уверена, что патриэль даст разрешение. Мы посадим их на главной площадке Красных Холмов. Я пришлю за вами аэрокар.

– Минуточку, старшая помощница, – вклинился Лакфро, поскольку ему в голову пришла внезапная мысль. – Прямой и обратный рейс аэрокара займет вдвое больше времени, а у грузовиков обычно жесткий график. Если вы не против, я с удовольствием привезу Хаплифа к вам на посадочную площадку, а потом заберу обратно.

– В этом нет необходимости, – тоже слегка изменившимся голосом произнес инородец. – У вас же наверняка много неотложной работы.

– Жена с дочерью без проблем на несколько часов возьмут ее на себя, – заявил Лакфро. – К тому же это самое меньшее, что я могу для вас сделать за вашу доброту и щедрость.

– Я не возражаю, – сказала Лакджиип. – Наши патрульные корабли поддерживают с ними постоянную связь, и как только патриэль даст разрешение, по приказу советника Лакувива их препроводят в Красные Холмы. Вы успеете прибыть в течение часа?

– Успеем, мэм, – заверил ее Лакфро. – Пока Хаплиф будет собираться, я прогрею аэрофургон.

– Благодарю вас, землевладелец. До встречи. – С этими словами она отключилась.

– Как раз отличный день для поездки, – заметил Лакфро, отступая на шаг назад от Хаплифа и выключая коммуникатор. – Я выведу аэрофургон и подберу вас у вашего корабля.

– Да, конечно, – кивнул инородец. Лакфро показалось, что по сравнению с поведением агбуи минуту назад, когда они раздавали украшения, радости в голосе Хаплифа заметно поубавилось. Возможно, ему не больше самого чисса нравились непрошеные одолжения. – Мы с Шимкиф соберем все излишки специй, чтобы передать сородичам.

– Хорошо, – кивнул Лакфро. – Я буду ждать.

Развернувшись, инородцы двинулись к своему кораблю.

– Ты и правда собрался лететь в Красные Холмы? – скорее удивленно, чем сердито спросила Лакэнсу.

– Мне показалось, это разумное предложение, – ответил Лакфро, стараясь придать голосу небрежность. – Я все равно хотел переговорить с советником и старшей помощницей. Дашь посмотреть брошь?

– Надеюсь, ты не заведешь речь о подсчете юболов? – Лакэнсу протянула ему украшение.

– Нет, они здесь ни при чем, – заверил он супругу, внимательно разглядывая брошь. Стоило признать, что вещица была красивой: четыре разноцветных металлических нити переплетались между собой в узоре, который напоминал что-то среднее между заплетенной косой и старинной арфой. – Ах да, ты не могла бы собрать мою дорожную сумку? Вряд ли мне придется ночевать в Красных Холмах, но надо быть готовым ко всему.

– Хорошо, – сказала Лакэнсу, взглянув на него с некоторым подозрением.

Надо признать, не без основания: в свое время он немало повоевал со счетоводами советника. Но сегодня у него другая задача.

– Спасибо, – бросил он вслед жене, которая направилась к дому. – Лакрис, ты не могла бы пойти проверить стадо и заодно кран поилки, чтобы он не забился?

– Конечно, пап. – Девочка шагнула ближе и обвила руками его плечи.

– И не забудь поставить пастуший посох на режим манка, – сказал он, уткнувшись носом в плечо дочери. – Когда ты в прошлый раз шибанула Брискола током, он пятнадцать минут не мог прийти в себя. А потом еще два дня ходил боком.

– Да, зато остальные после этого вели себя как паиньки, – прощебетала Лакрис, выпутываясь из объятий. – Будь аккуратным на дороге.

– Я всегда аккуратен на дороге.

– Ну да, когда не гонишь, как маньяк.

– Гонять я не гоняю, – с притворной обидой хмыкнул он. – Только в крайних случаях.

– Этот случай не крайний, – предостерегла Лакрис. – Мы же не хотим, чтобы наш гость с воплями вывалился из аэрофургона, как только ты его остановишь. Это подорвет репутацию Доминации.

– Уж поверь, – пообещал Лакфро, – я зарекомендую себя самым унылым водителем в мире.

– Ну и хорошо, – сказала девочка. – До вечера. На пути домой тоже будь унылым водителем. – Она сорвалась с места, на ходу пряча собственную брошь в нагрудный карман.

Глубоко вдохнув. Лакфро положил брошь жены в карман и повернулся туда, где стоял аэрофургон. Им с Хаплифом желательно улететь до того, как Лакэнсу спохватится о своем подарке.

* * *

К счастью, Лакэнсу либо забыла о броши, либо решила, что у ее мужа и так забот хватает. Она закинула его дорожную сумку на заднее сиденье и помахала рукой, когда Лакфро, подняв аэрофургон на несколько метров над землей, направился к кораблю агбуи. Хаплиф уже поджидал с собственным походным мешком, не намного больше по размерам, чем у Лакфро, и три минуты спустя они уже неслись по восточной воздушной трассе по направлению к Красным Холмам.

Поездка по большей части прошла в тишине. Хаплиф пару раз пытался завязать разговор, но Лакфро его энтузиазм не поддержал. Получив на несколько своих вопросов односложные или обрывочные ответы, инородец внял намеку и замолчал. На полпути до Красных Холмов снова позвонила Лакджиип, которая подтвердила, что грузовик агбуи получил разрешение на посадку и направляется на официальную посадочную площадку семьи на дальней от всех главных центров коммерции стороне города. С запасом уложившись в час, который дала им старшая помощница, Лакфро посадил аэрофургон в сотне метров от только что прибывшего грузовика.

Возле корабля собралась небольшая, но внушительная делегация. С одной стороны виднелся советник Лакувив, увлеченно беседовавший с кем-то из новоприбывших. По искусно сделанной подвеске на шее инородца Лакфро сделал вывод, что это какая-то важная шишка: возможно, капитан корабля или даже официальное лицо. По другую сторону стояли старшая помощница Лакджиип и несколько чиновников из семьи Зодлак, которые вели беседу с тремя другими агбуи. Когда аэрофургон приземлился, Лакджиип обернулась на звук и к тому моменту, как они с Хаплифом выбрались наружу, подошла поприветствовать их.

– Хаплиф из народа агбуи, – кивнула она инородцу. – Землевладелец Лакфро. – Она добавила еще один кивок. – Благодарим за сотрудничество, землевладелец. Хаплиф, это те самые специи, за которыми они прилетели?

– Да, – ответил он, взвесив свой мешок в руке. – Если хотите, можете проверить содержимое.

– В этом нет необходимости. – Лакджиип указала на группу, от которой она отошла, и Лакфро увидел, что на земле рядом с чиссами стоят еще два таких же мешка размером с полторы его дорожные сумки каждый. – Как вы и предположили, они привезли металл для изделий.

– Отлично, – одобрил инородец. – Мне будет спокойнее, если вы возьмете на себя проверку груза, прежде чем я его заберу. Не хочу, чтобы потом возникло малейшее подозрение, что ваши покорные слуги агбуи провезли на вашу планету контрабанду или что-то вредное.

– Мы уже осмотрели их, – сообщила Лакджиип. Она слегка склонила голову к плечу. – Вы не говорили, что они привезут и готовые изделия.

– А они привезли? – со смешком покачал головой Хаплиф. – Это сказываются долгие космические путешествия и завышенная вера в собственные художественные способности. Такое бывает во время длительных перелетов, когда экипаж изнывает от скуки, а все материалы под рукой.

– Значит, это сделали члены экипажа? – уточнила она. – Любопытно. Украшения выглядели ничуть не хуже тех, что вы вручили советнику Лакувиву.

– Даже не сомневаюсь. Но внешняя добротность и долгосрочное качество – не обязательно синонимы. Впрочем, хуже никому не стало. Посмотрим, что они сотворили, и исправим, если надо.

– Ну что ж, удачи, – напутствовала инородца Лакджиип. – Можете забрать их, когда вам удобно.

– Спасибо. – Шагнув было к сородичам, Хаплиф замер и наморщил лоб, глядя на корабль. – Простите, я только заметил… Это что, следы обстрела?

– Похоже на то, – подтвердила Лакджиип, обернувшись туда, куда он указывал. – Разумеется, патрульные корабли, которые сопровождали их на посадку, ни при чем, – добавила она.

– Нет, нет, об этом я и не думал, – поспешно заверил ее инородец. – Я всего лишь представил, что им пришлось бежать от пиратов или от других опасностей на пути сюда.

Лакфро моментально вспомнил, как дочка Хаплифа среагировала на звук замка-молнии на куртке Лакрис.

– Возможно, они бежали от опасностей вашей родной планеты, – пробормотал землевладелец.

Лакджиип озадаченно посмотрела на него, Хаплиф сделал вид, что не расслышал.

– Пойду спрошу у капитана, – сказал инородец. Поклонившись помощнице, он направился к беседовавшим с чиссами сородичам.

– Наверное, им есть что обсудить, сравнить, так сказать, показания, – произнесла Лакджиип. – Не думаю, что это займет много времени. Если хотите, можете расположиться вон там, в зале ожидания. Там есть чем подкрепиться, на случай, если вы голодны.

– Благодарю, – ответил Лакфро. – У меня вопрос, – быстро добавил он, увидев, что она собралась уходить.

Лакджиип неохотно повернулась обратно:

– Да?

– Посмотрите. – Он вытащил брошь, которую Шимкиф подарила его жене. – Я все ломаю голову, насколько это ценная вещь, чтобы не сочли за подкуп…

– Откуда это у вас? – рявкнула Лакджиип, выхватив у него украшение.

– Хаплиф подарил, – пояснил Лакфро, отшатнувшись от столь бурного проявления эмоций. – Вернее, моей жене…

– Вам нельзя владеть ею, – оборвала его старшая помощница советника. – Это повсеместно запрещено.

– Да, но…

– Именем советника Лакувива и семьи Зодлак я ее конфискую. – Лакджиип сунула брошь себе в карман. – Не вздумайте кому-нибудь о ней рассказывать. Слышите меня?

– Нет, не слышу, – прорычал Лакфро, стряхнув моментальное оцепенение. – Вы не можете забирать мою собственность. По какому праву?

– Именем советника…

– Да, это я слышал, – перебил ее Лакфро. – Но есть законы, регулирующие порядок изъятия собственности, и там прописаны веские основания и процедуры, которые следует неукоснительно соблюдать. Вы не можете просто забрать что-то у члена семьи Зодлак, сунуть это в карман и считать, что мы будем молчать в тряпочку.

– Именно так я и считаю, – неожиданно глухим и зловещим голосом произнесла Лакджиип, – потому что вы будете молчать в тряпочку. Вы не будете обсуждать это ни со мной, ни с советником Лакувивом, ни с кем-либо еще. Вы меня поняли, землевладелец Зодлак’фр’оа? Ни с единой душой.

Лакфро уставился на нее с таким чувством, будто его ударили в живот. На Селвисе не было принято называть друг друга полными именами, за исключением представления при знакомстве. Только в сугубо официальных, протокольных или чрезвычайных случаях.

– Ваши жена и дочь это видели? – спросила Лакджиип.

– Да, – с громыхающим сердцем ответил он. После этого она, скорее всего, спросит…

– Хаплиф дарил вам еще что-то подобное?

К счастью, то, что он предвидел вопрос, помогло ему перестроить мозги и речевой аппарат на правильный ответ.

– Нет, – сказал Лакфро.

Долгую секунду Лакджиип прожигала его тяжелым взглядом, наверняка прикидывая, не врет ли он. Затем, дернув губой, она словно через силу кивнула.

– Их тоже предупредите, чтобы никому не рассказывали, – приказала помощница. – Если Хаплиф предложит вам что-то еще… – Она помолчала. – Можете принять подарок, но сразу же позвоните мне.

– Ладно, – ответил Лакфро. – Но…

– Безотлагательно, – отрезала Лакджиип. – Я знаю, Лакфро, что ситуация вам непонятна, но уверяю, что речь идет о глобальной безопасности. Круги на воде от сегодняшних событий дойдут до патриарха, а может, и до Синдикуры. Никто – повторяю, никто – не должен об этом знать. – Она похлопала по карману, в котором лежала конфискованная брошь. – Вам понятно?

– Вы же сами сказали: куда уж мне уразуметь ситуацию, – досадливо буркнул он.

Лицо Лакджиип приобрело жесткое выражение.

– Ладно… пускай так. Просто держите язык за зубами. – Она набрала побольше воздуха, и тревожные морщины на ее лице частично разгладились. – Идите в зал ожидания. Я вас позову, когда Хаплиф будет готов к отъезду.

– Да, мэм.

Лакфро побрел через все посадочное поле к административному зданию. Сердце глухо колотилось, мозг охватило странное состояние суматошности и оцепенения одновременно.

Что за безобразие?

Брошь что, ядовитая? Или опасна каким-то другим образом? Может, это улика в деле о чудовищном преступлении?

А может, все гораздо хуже? Вдруг обстоятельства настолько запредельны, что он даже вообразить себе не может? Вдруг эта брошь – ключ к карте сокровищ – или, паче чаяния, на ней самой нанесена часть карты, – будь то драгоценности или технологии, ставшие недоступными за те тысячелетия, когда Доминация добровольно затворилась в собственных границах и перестала снаряжать плохо продуманные экспедиции в Низший космос? Ходили слухи о каких-то технологиях инородцев, запертых в секретных хранилищах и исследовательских лабораториях, о которых знали только патриархи. Или еще хуже, вдруг в металлическом плетении зашифрован подробный план военного вторжения?

Лакфро с отвращением тряхнул головой. Ну точно. На этой ноте пора вытащить себя за шиворот обратно в реальность, пока в своих фантазиях он не свалился за ее край.

Но хоть Лакджиип и забрала у него брошь, стереть воспоминания о ее бурной реакции было не в ее власти. Еще неизвестно, так ли эти броши важны, как она описывала, но то, что сама она верит в исключительность ситуации – это факт.

У него на руках были фрагменты головоломки, которую за один день не решить. Тут надо хорошенько подумать и обсудить свои догадки – сначала с Лакэнсу, а затем, по возможности, с верными друзьями.

«Лакрис, пожалуй, стоит оставить в неведении», – с сожалением подумал Лакфро. Дочка была умницей, но делиться с подростками секретами всегда было чревато, особенно если это грозило серьезными неприятностями в случае огласки. Ему и так предстоит неловкое объяснение с женой о том, как он утратил ее новую брошь, не стоит своими руками создавать предпосылки для не менее неприятного объяснения с советником Лакувивом.

Оставалось надеяться, что они с Лакэнсу найдут разгадку своими силами. Если же нет, то еще вопрос, к кому можно обратиться за помощью.

Прибавив шагу и предвкушая выставленные подчиненными советника угощения, Лакфро принялся мысленно составлять список тех, кому доверяет.

* * *

– Значит, я не ошибся, – сказал Хаплиф, многозначительно кивнув на борт грузового корабля агбуи, который они с Лакувивом разглядывали. – Я увидел… еще оттуда… и сразу понял. Эти повреждения получены в бою.

– Верно, – подтвердил советник. – Капитан сказал, они наткнулись на пиратов.

Впрочем, исходя из рассказа капитана, Лакувив склонялся к тому, что это был скорее не бой, а бегство мохнатого кутенка от хищника. История была преподнесена с изрядной долей недосказанности, однако учитывая, что на корпусе корабля не наблюдалось ничего похожего на лазерные орудия, излучатели или ракетные установки, неудивительно, что капитан решил удрать в гиперпространство при первой же тревоге.

– Увы, – горестно вздохнул Хаплиф. – Эти кошмарные твари никому не дают проходу.

– Да уж, больно много их развелось, – согласился Лакувив. – Вам не приходило в голову вооружать свои корабли?

– Это бесполезно, – покачал головой инородец. – Мы – цивилизованные кочевники, отнюдь не воины. Мы ничего не знаем об оружии, боевой тактике и ведении войны.

– Все равно не помешало бы прикрутить на видном месте парочку внушительных лазерных турелей, – не унимался советник. – Даже если вам тяжело с ними управляться, одно их присутствие даст потенциальному врагу понять, что вы не беспомощны.

– И что же тогда станет с нашим походом за мудростью и знаниями? – с ноткой сожаления спросил Хаплиф. – Скажите: вы бы допустили на свою территорию вооруженный корабль неизвестного происхождения? Позволили бы нам поселиться среди своего народа?

Лакувив невольно дернул губой. Следовало признать, что он наверняка не разрешил бы. Да даже если бы он изъявил готовность принять чужаков, патриэль определенно наложила бы вето на их посадку.

А если нет, то ей пришлось бы держать инородцев в Мощеном Тракте под усиленной охраной, а уж никак не отправлять в гостеприимные Красные Холмы.

Это было бы катастрофой. Зная патриэля, Лакувив не сомневался, что она зашвырнула бы подаренную брошь в дальний ящик стола, не удосужившись ее проверить. И тогда семья Зодлак никогда не узнала бы, каким богатством и могуществом обладают агбуи, сами того не ведая.

– За мудрость приходится платить высокую цену, – философски разглагольствовал Хаплиф. – Но мы сделали свой выбор, как и подобает разумным существам. – Он ткнул в сторону обожженной обшивки. – Остается только надеяться, что следующий перелет пройдет спокойнее.

– Будем надеяться, – согласился Лакувив. – Куда они направятся в дальнейшем?

– На нашу сырьевую планету, – поведал инородец. – То есть на самом деле не нашу. Насколько нам известно, она никому не принадлежит. Мы называем ее своей, потому что у нас там шахты.

У Лакувива внезапно сдавило грудную клетку.

– В которых вы добываете металл для своих изделий?

– Да, – подтвердил Хаплиф. – По иронии судьбы мы наткнулись на нее, когда искали планету с подходящим климатом и почвой для наших специй. Но эта мечта не сбылась. – Он издал суховатый смешок. – Представьте наше удивление и радость, когда мы случайно обнаружили чуть ли не у самой поверхности богатые залежи металла, идеально подходившего для нашего творчества. Тогда мы поняли, что высшие силы не зря привели нас на эту планету.

– Да, не иначе, – протянул Лакувив, постаравшись, чтобы в голосе прозвучал лишь сдержанный интерес в рамках обычной вежливости. – Скажите, все ваше сырье добывается на тех шахтах?

– Большая часть, – ответил Хаплиф. – Месторождение очень богато на голубую спинприю, но в нем встречаются и другие металлы.

– Удобно, все под рукой, – выдал Лакувив, чувствуя, как сердце ускоряет пульс. Голубая спинприя – металл, который чиссы называют найиксом.

Целая жила, к тому же настолько богатая, что агбуи могут себе позволить изводить сырье на безделушки.

Месторождение на необитаемой ничейной планете.

– Впрочем, безопасность вашего народа превыше всего, – спохватился советник. – Я сочувствую вашим соплеменникам, да и все в Доминации ненавидят пиратов.

– Спасибо за участие в нашей судьбе, – кивнул Хаплиф. – Но что тут можно поделать?

– Ну… – Лакувив умолк, будто обдумывая внезапную идею, которая озарила его вот только что. – Может, отправить с вашим грузовиком охрану? Понятное дело, что везде она не сможет их сопровождать, но по крайней мере обеспечит безопасный перелет до следующей точки назначения.

Хаплиф повернулся к нему, ярко-красные и белесые складки на лбу сморщились еще сильнее.

– Вы пойдете на это ради нас? – спросил он. – Отрядите для нашей защиты могучий боевой корабль?

Лакувив едва сдержался, чтобы не скривиться. «Могучий боевой корабль». Когда-то, будучи одной из правящих семей, Зодлак и правда владела небольшим флотом настоящих боевых кораблей.

Но этого флота, как и права задействовать его, они лишились полвека назад. По нынешним временам в распоряжении семьи Зодлак на Селвисе осталась лишь горстка внутрисистемных патрульных кораблей размером с канонерку-переростка и два списанных крейсера с минимальным экипажем, которые выполняли роль орбитальных оборонительных платформ.

Разумеется, Хаплифу об этом было невдомек. Его собственный корабль приземлился под бдительным прицелом лазеров, и инородец естественным образом пришел к выводу, что оба крейсера полноценно функционируют. Несомненно, если бы ему удалось краем глаза взглянуть за скалистую гряду на самой большой луне Селвиса, его еще больше поразил бы прикорнувший там пустой фрегат – полузабытая реликвия славной старины.

Но сам-то Лакувив о нем не позабыл, как и о тех временах. «Мы вернем себе славу», – твердо пообещал он себе. Когда это случится, и фрегат, и крейсеры снова гордо понесут по космическим трассам Доминации эмблему правящей семьи.

– Не знаю, уместно ли называть их могучими, – сказал он. – Я могу предложить вам лишь патрульный корабль наподобие того, который сопровождал вас на посадку.

– Вы слишком скромно о нем отзываетесь, – заверил его Хаплиф. Недавнее изумление инородца сменилось энтузиазмом. – По сравнению с нашими многострадальными грузовиками, он определенно могуч. – Ротовая щель инородца изогнулась по краям. – Смею заметить, что трусливым пиратам он таковым и покажется.

Лакувив пожал плечами. Впрочем, инородец был прав: даже ничем не примечательный патрульный корабль семьи Зодлак может без труда противостоять большинству мелких пиратских банд, которые засели у границ Доминации. И уж точно ему по зубам убогая шайка, которая не смогла угнаться за мирным кораблем агбуи.

– Позвольте, я переговорю с патриэлем, – предложил он. – Патрульными кораблями распоряжается она, но истребование советником одной-двух машин для особого поручения – обычное дело. Вы знаете, насколько далеко эта сырьевая планета?

– Не очень далеко, – сказал Хаплиф. – Три-четыре дня пути.

– Вы имеете в виду – серий прыжков?

– Что, прошу прощения?

– Серия прыжков, – повторил советник. – Это когда вы за один раз минуете только пару систем, чтобы избежать опасностей нестабильных гипертрасс.

– Нет, нет, на наших кораблях есть навигаторы, – воодушевленно поведал инородец. – Мы нанимаем их со стороны, как правило, на несколько месяцев или год.

– У вас есть навигатор? – сдвинув брови, озадачился Лакувив.

– Ну да, – ответил Хаплиф. – А я что, не представил его?

– Нет, уверяю вас, не представили. – Советник будто взглянул на собеседника другими глазами. Услуги навигаторов, которые обладали редко встречающейся способностью вести корабли через Хаос, были недешевы, и большинство путешественников нанимали таких специалистов для единичных перелетов. А Хаплиф прохлаждался на ферме Лакфро сколько – уже недели три? – Значит, он все время проживает с вами?

– Конечно, – как само собой разумеющееся произнес инородец. – Никогда не знаешь, в какой момент придется сорваться с места, а полет до отделения Гильдии навигаторов может отнять бесценное время.

– И вы платите ему за все время, что он проживает у вас?

– Нам повезло – он не сильно заломил цену, – признал Хаплиф. – Он, как и мы, стремится к приключениям и культурному просвещению.

– И правда повезло, – согласился Лакувив. Тем не менее, насколько ему было известно – а он постарался, чтобы ему было известно о постояльцах практически все, – загадочный пилот и носа не казал из корабля Хаплифа. Интересно, к какой такой культуре он там приобщается?

И тут на ум пришел очевидный ответ.

– Должно быть, ему очень нравятся ваши специи и украшения, – предположил советник.

– Точно, – подхватил Хаплиф, наградив его очередной гротескной улыбкой. – К специям он равнодушен, поскольку его вкусовые предпочтения отличаются от наших с вами. Но ему полюбились наши скромные изделия, и он согласился принять их в уплату за работу.

– Хм, – выдал Лакувив, постаравшись скрыть ехидную улыбку. Действительно, и чего бы праздно не поторчать несколько месяцев неизвестно где, если платят найиксом. – Прискорбно, что у нас нет наготове таких специалистов. Если мы отправим свой корабль с вашим грузовиком, придется лететь серией прыжков к ближайшему отделению Гильдии и нанимать там кого-то. К сожалению, это тоже займет время.

– О… понимаю, – пылко произнес инородец. – Могу предложить выход: вам не нужно нанимать навигатора. Я почту за честь, если вы одолжите нашего.

– Серьезно? – разыграл удивление советник.

– Конечно, – заверил его Хаплиф. – Вы – наши друзья. К тому же мы пока не собираемся улетать, до следующего урожая уж точно. Так что мы вполне переживем его отсутствие в течение нескольких недель.

– Очень щедрое предложение с вашей стороны, – сказал Лакувив. Идеально: он-то ломал голову, как подтолкнуть инородца к такому решению, а тот сам выдвинул идею. – Однако я не уверен, что с моей стороны уместно вас так стеснять.

– Не щедрее того гостеприимства, которые предложили нам вы, – заявил Хаплиф. – В любом случае возражения не принимаются. Даже если не брать во внимание радушный прием здесь, вы рискуете кораблем, который будет защищать наш грузовик. Это самое меньшее, что мы можем сделать, чтобы облегчить их задачу.

– Ну хорошо, – сдался Лакувив. Мысли скакали как бешеные. Само собой, нужно, чтобы на борту оказалось его доверенное лицо: не дело офицерам или членам экипажа вникать, на что он нацелился. Лучшей кандидатурой была Лакджиип: умная, наблюдательная и преданная. Самое главное – преданная. – Я позвоню патриэлю Лакуни и обо всем договорюсь.

– Спасибо, – кивнул инородец. – Если мне позволено будет вернуться с землевладельцем Лакфро, то я подготовлю навигатора. – Он наморщил лоб. – Может, отправите с нами еще транспорт? – предложил он. – Невыносимо думать, что землевладельцу Лакфро придется дважды за один день работать извозчиком.

– Я отправлю вслед за вами старшую помощницу Лакджиип, – пообещал советник. – Могу я поинтересоваться, в какой гильдии состоит ваш навигатор?

– Конечно, – ответил Хаплиф. – Я понимаю, никому не хочется работать неизвестно с кем. Но мне говорили, что чиссы уже сотрудничали со следопытами из Гильдии навигаторов.

Лакувив кивнул:

– Да, было дело. Все пройдет без сучка и задоринки.

– Хорошо, – сказал инородец. – Мы тоже хотим, чтобы все сложилось по вашему вкусу и разумению.

– Не сомневаюсь, что так и будет, – успокоил его советник. – Ну что ж. Давайте разыщем Лакфро, и вы уже полетите обратно на ферму.

Он улыбнулся самой искренней улыбкой из всех, которыми удостаивался от него инородец.

– И вдохнем уже дух полета в наши планы.