Ремесло пророка не может быть востребовано всегда и везде. Стабильные и великие эпохи в пророках не нуждаются. В такие периоды писатели занимаются изображением своего времени, стремясь к совершенству формы. Но как только в человеческих делах воцаряются беспорядок и анархия, люди начинают требовать от писателей и ученых создать образ лучшей вселенной. В хаотичном безумном мире послевоенных лет Герберт Уэллс был не только писателем, но и психиатром.

Нам еще предстоит проверить, действительно ли предложенные им средства подходят для лечения нашей цивилизации и помогают решить ее проблемы. В любом случае несомненно, что эти решения покажутся привлекательными целой армии читателей и в течение нескольких лет духовная власть Уэллса в части Европы и в Соединенных Штатах будет вполне сравнима с той, коей располагал в XVIII веке Вольтер. Уэллс был вхож к Рузвельту и Сталину; он на равных беседовал с главами государств; нередко порицал действия Лиги Наций. Конечно, и ему самому не раз доставалось от молодого поколения. Королева Виктория жаловалась, что господин Гладстон обращается к ней как к государственному учреждению; Уэллс в послевоенные годы, по сути, и был таким учреждением. О своей миссии и идеях он вещает с религиозным пылом. Он серьезен, и мы воспринимаем его всерьез. Но есть ли у него последовательная доктрина? Поговорим же о пророке, а потом изучим его пророчества.