Мгла сумеречного мира окутала их, словно холодное и мокрое полотенце. На сувайворов сразу накатила дикая слабость, гудящие от усталости ноги подкашивались. Казалось, организм предает беглецов после невероятного напряжения и сверхусилий последнего часа. Здесь, в тишине и сумраке, где им, на первый взгляд, ничего не угрожало, адреналиновой подпитки не стало, и силы закончились сразу и вдруг – пришла реакция, откат. Алина со стоном опустилась на камни, а Эдуард почти рухнул рядом с ней.
– Надо… немного посидеть, – тихо произнесла Алина. – Нам нужна передышка, иначе мы просто умрем тут.
– Боюсь, у нас нет времени. – Эдуард пошевелился и поморщился от боли. – Это спокойствие может быть обманчивым. Мне кажется, здесь что-то не так.
– А по-моему, так тут прямо курорт, – хмыкнула Алина. – Особенно если сравнивать с тем, что творится в реале.
– Это ненадолго, – хмуро посулил Эдуард. – Как думаешь, сколько времени понадобится Источнику, чтобы понять, куда мы подевались? Вряд ли много. Он тут царь и бог, Лина, достанет нас хоть где. Надо успеть пройти как можно дальше, прежде чем…
Он не договорил, но в этой недосказанности чувствовалось ожидание большой беды.
– О, оптимизм, – прокомментировала Алина. – И как ты идти собираешься? Мы уже никакие.
Эдуард молча полез в поясной подсумок, достал оттуда инъектор и пару ампул стимулятора.
Алина опять застонала:
– Эдик, это уже третья доза! Он ведь термоядерный! Ты представляешь, какой потом будет отходняк?!
– Прекрасно представляю, – хмуро заверил ее муж. – Но главное, чтобы у нас было это «потом». Что до последствий… так ведь мы же сувайворы, а не просто погулять вышли. Стойкость и регенерация при нас. Справимся, вот увидишь. Но без стимулятора у нас шансов нет, сама понимаешь. Без него мы бы уже давно свалились. И сейчас без дозы не встанем. Тут нас, лежащих без сил, Сеятель и оприходует.
Алина обреченно прикрыла глаза. Крыть ей было нечем.
– Ладно, черт с тобой! – тихо проговорила она. – Коли, Склифосовский!
Стимулятор действительно был термоядерный – сил заметно прибавилось. Алина пружинисто поднялась, стараясь не думать, на каких экстремальных режимах жжет ресурсы ее организма эта зверская химия, и двинулась следом за мужем. Благо он как-то ухитрялся ориентироваться в здешней мгле, сквозь которую едва просвечивал неприветливый скалистый пейзаж острова Херд.
На Таганае Алине в сумеречном мире бывать не довелось, и знала она о нем лишь по рассказам Эдуарда. На первый взгляд все казалось таким, как он и говорил: туманно, мало что видно, зато безопасно. По крайней мере не каплет. В буквальном смысле. Так что же ему не нравится? Что тут не так? Она покосилась на приборы и мысленно чертыхнулась: в этой проклятой мгле все приборы отказали разом – экраны были либо совсем темные, либо цифры менялись с бешеной скоростью, даже на секунду не замирая в каком-то одном стабильном положении. Эдуард про такое не рассказывал, да и не мог рассказать: в Таганайской Зоне он в сумеречный мир попал не то что без приборов, но даже и без тела. Так что вполне возможно, эти закидоны электроники тут – обычное дело… Или нет. Их интеграция здесь ослабла, и Алина не очень понимала, что творится сейчас в голове у мужа, только чувствовала его нарастающую по экспоненте тревогу и невольно начинала тоже заражаться ею. Она уже хотела спросить мужа, что происходит, но тут внутри нее что-то екнуло, заставив обернуться… чтобы заледенеть всей спиной.
Потому что на них клубящимся дымным маревом катилась стена кромешной жути: в дыму возникали, дико искажались и пропадали лица и морды людей, зверей, рептилий и жутких тварей, какие могут привидеться только в горячечном бреду или в ночном кошмаре. Вначале Алина подумала, что это морок, иллюзия, наведенная Источником, чтобы напугать их, но эту мысль тут же сменила другая – что проверять данную гипотезу на своей шкуре совершенно не хочется, да и времени на упражнения в самовнушении совсем нет: это может накрыть их обоих меньше чем за минуту.
Поэтому Алина схватила мужа за руку и ткнула пальцем в сторону новой напасти. Эдуарду хватило одного взгляда, чтобы молча рвануть вперед, прочь от догоняющей хмари и в направлении берега острова. Они бежали, держась за руки и глядя себе под ноги, чтобы не споткнуться: видно в сумеречном тумане было плоховато, а если упасть здесь, то можно уже и не подняться. С каждой инъекцией стимулятора его хватало все на меньшее время. Вот и сейчас Алина чувствовала, что ресурс искусственной подпитки скоро закончится, но шансов отдохнуть в ближайшее время не предвиделось. Разговоров на бегу они себе не позволяли – те только отнимали силы и сбивали дыхание, так что перешли на мыслеобразы, которые благодаря их ментальной интеграции, к тому же усиленной физическим контактом, мозг сам переводил в слова.
«Что это за дрянь, твою налево?!»
«Псевдоматериальный морок, похоже. В физической реальности мы бы смогли с ним побороться нашими, сувайворскими способами, а здесь – не факт. Скорее, он нас порвет на части, прежде чем мы сможем хоть что-то предпринять. К тому же не уверен, что реальность сумеречного мира так легко нам поддастся: тут уж совсем чужая территория».
«Зашибись! И что делаем?»
«Бежим к месту, где мы оставили катер, и там выныриваем обратно в реал. Другого выхода нет».
И тут им стало не до общения, ибо со стороны надвигающейся стены кошмаров на них обрушилось мощнейшее пси-давление. Не будь сувайворы в интеграции и в постоянной готовности к подобному, возможно, этот стартовый натиск и сломал бы их. Впрочем, им и так приходилось тяжко: давление они держали, но невольно замедлили бег, ибо в глазах мутилось, и приходилось сохранять предельную концентрацию, чтобы видеть, куда бежать.
Острый скальный выступ впереди, напоминающий носорожий рог, вызвал у Алины прилив оптимизма: она узнала его. Это был один из ее ориентиров, и где-то за ним начинался спуск к лагуне, где находился их катер… Но едва беглецы завернули за выступ, как почти под ногами у них разверзлась пасть Провала. Будь их скорость чуть повыше, а усталость поменьше, они бы просто сверзились туда по инерции, но тут удалось замереть примерно в полутора метрах от черного ничто, из которого к тому же сразу полезли Пятна.
Сувайворы рванули назад и в сторону – прочь от Провала, наглухо перекрывшего им дорогу к лагуне.
«Какого черта, твою налево?! Аномалия в сумеречном мире?!»
«Похоже, Лина, этот Сеятель на ходу меняет под себя все правила».
«Стена догоняет!!»
«Выныриваем!!!»
И опять им удалось сбежать лишь в самый последний момент: клубящиеся кошмары бесновались уже совсем рядом, когда отчаянное совместное усилие двух сувайворов прорвало полог межреальностной перегородки, и оба буквально вывалились в физический мир.
Упав на камни, Алина ошалело огляделась и не выругалась в голос только потому, что берегла дыхание: дело пахло керосином. В нескольких десятках метров выше по склону здоровенная фиолетовая туча изливала на камни жидкую смерть, а справа, как и в сумеречном мире, чернела пасть Провала. Пятна из него, правда, пока не лезли, потому что день, но пройти мимо проклятой аномалии к лагуне шансов не было. Ну а левее шевелился, казалось, весь склон горы, буквально кишевший камнеморфами. Оставался один путь – вперед и вверх на здоровенный выступ, за которым, похоже, обрыв.
Еще одна, уже последняя инъекция стимулятора – и бежать туда, а что им еще оставалось? Ноги болели, в боку нещадно кололо, по лицу градом катился пот, а дыхание с хриплым подсвистом вырывалось из напрочь замученных легких. Алина понимала: еще немного – и они оба упадут, чтобы больше не подняться. Да и скала впереди вовсе не была спасением – снизу слышался шум океана. Стало быть, ее догадка верна – обрыв. Их все же загнали в ловушку.
«Капец, приехали! – с тоской подумала Алина. – Обидно, твою налево: все начиналось весьма неплохо!»
Вот и верхняя площадка скалы… Чуда не произошло – дальше почти отвесный обрыв вниз, к пенно ярящемуся прибою и без единой возможности спуститься. Разве что прыгнуть. Дальше бежать некуда, только немного влево или вправо по самой площадке, но это, как говорил первый командир Алины по учебке в АПБР, уже называется «суетиться под тесаком». Вот теперь действительно финиш, без вариантов. Фиолетовая туча пока далеко, но тут и без нее все ясно: толпа камнеморфов доберется до сувайворов гораздо раньше и разорвет их в мелкие клочья. Если только…
– Слушай, а если попробовать пространственную аномалию открыть? – затаив дыхание, предложила Алина.
– Давай попробуем, – кивнул Эдуард. – Вряд ли нам позволят, но попытка не пытка.
Прав он, конечно: проклятый Сеятель держит весь этот остров в железном кулаке – вон как лихо выдавил их из сумеречного мира, а уж откалывать такие наглые номера под самым своим носом… Но не сдаваться же, в конце-то концов! Не в правилах это семьи Прохоренковых – выбрасывать белый флаг они просто не умеют.
Сувайворы вновь взялись за руки, сконцентрировались и попытались так скорректировать реальность, чтобы прямо рядом с ними возникла пространственная аномалия, ведущая на берег. У Алины жутко заломило виски и подкосились ноги: реальность, подчиняющаяся Источнику, не собиралась поддаваться их дерзкой попытке. Десять секунд, двадцать, полминуты… На какие-то мгновения Алине почудилось, что им удалось: она даже ощутила что-то вроде химического запаха, свойственного этой аномалии… Но практически тут же все пропало, а по обоим сувайворам шарахнул такой откат, что они, застонав, рухнули на камни. Их последний козырь был бит.
С огромным трудом Алина заставила себя подняться, чтобы стоя встретить свой конец. Камнеморфы находились уже в паре десятков метров от них. Все, что оставалось обреченным сувайворам, – чуть изменить реальность, сделав ожившие камни уязвимыми для оружия, и грохнуть хотя бы нескольких… Это если сил хватит.
– Лина…
– Да?
Эдуард тоже поднялся и, пошатываясь, стоял рядом.
– Симбионт… подал сигнал… Он… летит сюда… Надо… чуть-чуть продержаться… и…
– И?..
– Прыгаем со скалы в океан.
– Рехнулся?! Там же камни – разобьемся!
– Откинетишь нас, чтобы мы подальше прыгнули, на глубину. Помнишь, мы тренировались временно снижать стойкость к энерговоздействию?
– Черт, да ты знаешь, какая вода холодная?! Мы в ней и часа не продержимся – утонем на фиг, и все!
– Будем решать проблемы по мере возникновения, – отмахнулся Эдуард. – Или хочешь с ними поздороваться? – он мотнул головой в сторону приближающихся порождений Источника.
– Умеешь уговаривать, твою налево! – буркнула Алина. – Скоро твой… питомец прилетит?
– Скоро. А пока давай…
Дальнейшее Алина поняла без слов – минимальная ментальная интеграция и мыслеобразы все сказали. Эдуард проводил точечные корректировки реальности и ментально «подсвечивал» жене ставших уязвимыми камнеморфов, а она стреляла. Метко, хладнокровно, как в тире. Один за другим твари Источника валились под ее короткими очередями, пока сухой щелчок не известил Алину о том, что патроны кончились.
Сувайворы попятились к самому краю каменной площадки. Призрачная тень симбионта вынырнула из-за скалы, когда обоими уже овладело отчаяние. Вынырнула и села на плечо Эдуарду, крепко вцепившись в него лапами.
– Давай!
Алине не требовалось повторять дважды – камнеморфы вышли уже практически на расстояние прыжка. Но сувайворы все-таки успели раньше – они взялись за руки и, пришпоренные кинетической Силой Алины, шагнули в пропасть, навстречу пенящимся внизу серым прибойным волнам.