После встречи с верховным правителем Седламского государства, мы с Рене вернулись в особняк моего друга и устроились в одной из деревянных беседок на заднем дворе. Сидя в тени вьющихся растений, мы пили «Амброзию» в честь удачно прошедшей аудиенции. С этого дня я был назначен на высокую должность главного придворного зодчего.

Ровно в полдень пожилой распорядитель встретил нас у золотых дворцовых ворот и без лишних вопросов проводил в тронный зал. Помещение, в котором мы оказались, было очень большим. Оно занимало не меньше четверти первого этажа здания. Пол, потолок и стены были расписаны пятью красками — золотого, серебряного, белого, красного и чёрного цвета, относящихся к символу власти на Рацидоре. У дальней стены на высоком подиуме стояли два деревянных трона, украшенных резьбой и драгоценными камнями.

На более массивном троне восседал сам верховный правитель Алерт — уже не молодой, но ещё полный сил мужчина, одетый в длинный чёрный камзол с золотым и серебряным шитьём. Слева на троне поменьше сидела его жена Азолла в пышном красно-белом платье. Она была довольно красива, но ничем особенным не отличалась от тех женщин, которых я видел раньше на улицах Седлам-Салта.

Подойдя ближе, мы с Рене поклонились карионской чете.

— Здравствуй, Ларкус, — размеренным тоном произнес Алерт. — По-моему в этот раз ты слишком долго отсутствовал. Я уж начал беспокоится — не погиб ли ты в своём путешествии.

— Ну, что вы, господин карион, не стоит из-за меня так беспокоиться, — ответил Рене. — Я всегда смогу за себя постоять.

Алерт снисходительно улыбнулся.

— Так-то лучше. Мне бы не хотелось потерять такого великого ученого-творца, как ты.

Я вижу, ты нам что-то принес?!

— Это новые духи для госпожи Азоллы. Взгляните… — Рене с поклоном передал супруге кариона маленький стеклянный флакон, после чего решил представить верховному правителю мою скромную персону. — Как видите, господин карион, я пришел к вам не один. Раньше мой друг Лесонт жил в столице Глардии, а теперь решил перебраться в Седлам-Салт. Он зодчий, и я рекомендую взять его на службу. Уверяю вас, вы об этом не пожалеете!

Породистое лицо Алерта осталось подчёркнуто невозмутимым, хотя было видно, что ему не очень нравится выслушивать чужие советы. Даже если их даёт главный учёный страны. Он несколько секунд смотрел на меня оценивающим взглядом тёмно-медовых глаз, после чего благосклонно произнес:

— Ну что же, Лесонт, если сам Ларкус тебя рекомендует, значит, ты действительно чего-то стоишь. Но мы это еще проверим…

— Надеюсь, господин карион, я смогу оправдать ваше доверие, — кивнул я и слегка поклонился по примеру Алмана.

— В таком случае обсудим твои знания наедине. Пойдём, я покажу тебе дворец. Расскажешь мне, что здесь нужно изменить на твой взгляд. Ларкус тем временем развлечёт мою дорогую Азоллу рассказами о приключениях в диких землях.

Прохаживаясь по залам, коридорам, рабочим и спальным комнатам карионского дворца, я объяснял Алерту все, что мне было известно об архитектуре зданий и дизайне интерьеров. При этом я ограничился только теми стилями, которые были похожи на местные.

— Значит, Лесонт, ты считаешь, что менять архитектурный стиль особняков, или строить современные дома в центре города не стоит? — уточнил Алерт, когда мы направились обратно в тронный зал.

— Конечно, господин карион! — спокойно ответил я, не отводя взгляда. — Это может нарушить ту гармонию и красоту, которая сейчас присутствует в Седлам-Салте. Но многие городские здания требуют срочной реконструкции и реставрации. Такой старый город, как этот, должен сохранить свой облик в нынешнем виде. Понимаете?

— Кажется, да. Ты хорошо объясняешь и говоришь все прямо в глаза, как Ларкус. Мне это нравится….

— Теперь понятно, почему он так высоко тебя ценит. Думаю, ты подходишь для государственной должности главного зодчего Седлам-Салта.

Алерт хлопнул в ладоши, и рядом тут же появился придворный распорядитель, шедший за нами тенью.

Приказ кариона о вручении мне должностной грамоты с печатью верховного правителя был выполнен спустя полчаса. Такое быстрое трудоустройство оказалось для меня несколько неожиданным. Но я даже не подал вида, что удивлён. В конечном итоге, разве не за этим я пришёл на аудиенцию к Алерту.

Рене Алман допил первый бокал вина, откинулся на спинку скамьи и ненавязчиво уточнил:

— Ты говоришь — карион согласился с твоими дизайнерскими предложениями?

— Да, причём без колебаний, — довольным тоном ответил я, разглядывая пузырьки газа в своём бокале. — Приступлю к работе со следующей недели. Начну с обновления дворца, потом перейду к проектам по реконструкции и реставрации старых городских зданий. А дальше будет видно.

Кстати, мне понадобится твоя помощь. Я посоветовал Алерту поменять витражи на зеркальные стекла. Наверно, я поспешил с таким новшеством для этого мира, но… Я надеюсь, ты поможешь мне их сделать?!

— Хочу тебе напомнить, Сандр-Лесонт, что я биохимик, а не стекольщик. Но раз уж ты пообещал это кариону, придется научить дворцовых мастеров делать подобные стёкла. Хотя, это будет совсем не просто…

Насколько я помню, они имеют металлическое напыление на одной из сторон. Напыление наносится в процессе изготовления стекла с помощью пиролитического метода и вплавляется в стекло при воздействии высокой температуры.

— Совершенно верно. Это старинный способ производства такого типа стекла. Но я знаю, как упростить его в здешних условиях. От тебя потребуется только мельчайшая пыль нескольких металлов и свободный азот.

— Металлическую пыль получить не очень трудно. А, вот, с инертным азотом придётся повозиться.

— Отлично, — кивнул я, отставляя пустой бокал на круглый столик, — А сейчас давай во что-нибудь сыграем. Помнишь, в карионском дворце ты обещал научить меня играть в рацидорские карты.

Ну, если обещал, значит, научу, — ответил Рене и позвонил в колокольчик, подзывая управляющего, сидевшего в соседней беседке.

Выслушав пожелание хозяина, Орчес уже через минуту принёс из дома небольшую серебряную коробочку с картами. От земного вида они отличались только тем, что вместо цифр от шестерки до десятки, на них были изображены люди, от простого воина до главного военачальника. Кроме того, рацидорские карты имели пять мастей, раскрашенных в пять карионских цветов.

— Эту колоду карт придумал один из моих старых друзей, который ещё на Земле любил азартные игры, — сказал Рене, когда управляющий ушёл. — Но у них есть свои особенности в правилах, которые никогда не меняются. Например, независимо от типа игры, из колоды игрокам всегда раздается по пять карт. А козырной мастью считаются только золотые карты…

Впрочем, рассказывать тебе сразу все особенности нет смысла. В карты надо играть, а не болтать о них. Так что давай начнём с «Последней жертвы».

Он принялся тасовать колоду с ловкостью старого фокусника.

Игра, которую предложил мой друг, по смыслу очень напоминала обычного «Подкидного дурака». В первой же партии я начал понимать, что проигрываю. Поэтому решил немного отвлечь Рене и, как бы невзначай, спросил:

— Когда же всё-таки вернётся твоя дочь? И почему бы не послать за ней слугу?

— Тебе что, уже не терпится её увидеть? — усмехнулся Рене. — Не волнуйся, она скоро появится. Ещё вчера я отправил за ней посыльного.

А теперь, Лесонт, сдавайся. У меня три главных золотых козыря! Ты проиграл!..

Обреченно вздохнув, я бросил оставшиеся карты на стол…

— Отец! — неожиданно со стороны дома донёсся взволнованный и радостный женский голос.

Мы с Рене оглянулись, и я увидел бегущую к нам молодую женщину с гривой волнистых пепельно-русых волос. Я сразу понял, что это дочь моего друга. Портретное сходство Трои с покойной матерью было, как говорится, на лицо.

Стройная фигура с высокой грудью, тонкой талией и крутыми бёдрами тоже вызывала восхищение. Всё было при ней, и не было ничего лишнего.

Изучая девушку с нескрываемым интересом, я вдруг вспомнил отрывок из стихотворения древнего поэта о чудном мгновении. Встретившись взглядом с небесно-голубыми глазами Трои, я немного смутился. В моей душе шевельнулось что-то тёплое и нежное. Это, действительно, было прекрасное мгновение.

Она подошла к нам, придерживая руками длинное голубое платье с белыми кружевами, и мило улыбнулась.

— Привет, красавица! — радостно произнес Рене, обнимая дочь. — Я вернулся вчера утром, и надеялся застать тебя дома. Но Орчес сказал, что ты уехала к подруге!

— Да, — кивнула Троя. — Просто мне стало так одиноко без тебя, что я решила немного отвлечься в гостях. Однако я вижу — ты без меня не скучаешь! У нас новый гость?!

— Не просто гость! — улыбнувшись, ответил Рене и обернулся в мою сторону. — Познакомься с моим новым другом Лесонтом. Вообще-то, его настоящее имя Сандр, и он один из нас…

— Как, тоже оттуда? — удивленно спросила девушка, понизив голос, и указала рукой в небо.

Только теперь она внимательно присмотрелась ко мне, сменив снисходительный взгляд на заинтересованный.

Наши глаза снова встретились, и я невольно растерялся, не зная, что сказать. Потом быстро пробормотал:

— Здравствуйте, Троя.

Она приветственно кивнула.

— Сандр попал на Рацидор совсем недавно, — сказал Рене, любуясь моим смущением. — Но, я думаю, он сам тебе всё расскажет немного позже. Правда, Лесонт?

— Разумеется. Буду очень рад, — ответил я. — Но вы, Троя, наверно устали с дороги и хотите отдохнуть?..

— Господи, Лесонт, какие церемонии, — насмешливо перебил меня Рене. — Переходи сразу на «ты», и общайся с моей дочерью, как нормальный человек, а не придворный ловелас.

Я уверен, что Троя совершенно не устала и может прогуляться по вечернему городу. Не правда ли, солнце моё?

— Конечно, отец. Мне надо только переодеться и привести себя в порядок. А потом я вернусь, и вы мне расскажете о своих приключениях.

Молодая женщина снова улыбнулась и грациозно направилась к дому.

Когда она скрылась за углом особняка, Рене хлопнул меня по плечу и ехидно спросил:

— Ну что, парень, как тебе моя дочь? Правда, красавица?..

— Не то слово! — задумчиво ответил я, наполняя бокалы новой порцией игристого вина.

— Отлично! В таком случае, я разрешаю тебе за ней поухаживать, — усмехнулся Алман и начал тасовать колоду карт. — Но смотри у меня, не вздумай обижать Трою.

А пока она прихорашивается, давай сыграем в «Счастливую карту». Это очень простая игра. Берём колоду и делим ее на пять равных частей. Потом снимаем себе по одной карте из каждой части и открываемся. У кого есть золотая карта, удваивает общую сумму очков. И так до тех пор, пока колода не закончится. Выигрывает, соответственно, тот, кто набрал больше очков!

К тому моменту, когда к нам вернулась Троя, я проиграл Рене три партии из трёх сыгранных, но даже не заметил этого. Я думал о дочери друга, которая с первых же минут чем-то меня зацепила. Перед мысленным взором маячили её глаза с длинными ресницами и очаровательная белозубая улыбка.

Переодевшись, девушка теперь была в красивом сиреневом платье с укороченными рукавами и бархатной отделкой по краям. Кроме того, она уложила длинные волосы в новую необычную прическу, которую я не смог бы описать при всём желании.

Она вошла в беседку, присела на скамью между мной и Рене, посмотрела, как я в очередной раз проиграл, и сказала:

— кажется, Лесонт, тебе сегодня не везет?!

— Да мне вообще в последнее время не очень-то везет, — спокойно ответил я, собирая карты в колоду, — не считая, конечно, тех двух случаев, когда твой отец спас мне жизнь!

— Как интересно! Хочу, чтобы вы с отцом рассказали мне о своих подвигах. Мне очень нравятся подобные истории…

— Нет уж, дочка, уволь. Пусть этим занимается Лесонт, — сказал Рене, глядя на Сауртан, который начал клониться к закату. — Мне пора в лабораторию. У меня сейчас идут важные химические процессы в новом эксперименте. Я обязательно должен за этим понаблюдать.

А вы тем временем можете сходить на ближайшую пристань, взять лодку и поплавать по городским каналам. Вперед, молодёжь!..

Судя по его настойчивому тону, нам с Троей больше ничего не оставалось, как отправиться через задний двор к находящемуся невдалеке речному каналу.