Касим нередко задавался вопросом, как его отец может быть таким безжалостным диктатором. После расставания с Анжеликой он стал вести себя так же, как и его отец когда-то. Касим презрительно относился к окружающим и к тем, чьими поступками управляли эмоции. Какое значение имели желания других, если его собственное сердце было заковано в цепи? Все приносили жертвы.

«Не думай о ней».

Если бы не свадьба сестры через два дня, он поехал бы в пустыню и пришел там в себя. Вместо этого он присутствовал на нескончаемых встречах с родственниками и сановниками. Не успела одна ветвь королевской семьи прибыть и присоединиться к нему и его родителям за кофе, как в следующей комнате находился иностранный посол, ожидая возможности выразить свои поздравления.

Сегодня утром день начался с западни. Король познакомил его с отцом женщины, которую он прочил сыну в жены.

Конечно, не раньше, чем она достигнет брачного возраста. Неужели отец серьезно верил в то, что он женится на ребенке восемнадцати лет?

Его предполагаемый тесть высказал озабоченность по поводу разницы в возрасте. Касим заявил, что может подождать, пока она закончит свою учебу, если это будет предпочтительнее. Его королева должна быть хорошо образованна.

Король истолковал это как попытку продолжить уклоняться от брака и спросил об этом Касима напрямик, как только они остались одни.

— Ты же давал мне слово!

— Я устранил ее соперницу, не так ли? — недовольно ответил Касим.

Сверившись со списком гостей, он убедился в том, что Анжелика вежливо отклонила свое приглашение.

— Может быть, проведем сначала эту свадьбу?

Объявили о прибытии семьи Садика. Их с королем перепалка была вынуждена прерваться. Касим сел с Садиком и их отцами, чтобы подписать брачные контракты, затем они присоединились к королеве и матери Садика.

— Хасны здесь нет? — Садик угрюмо окинул комнату взглядом.

— Нет. Платье прибыло. — Королева покраснела.

Фатина пристально посмотрела на нее.

— Такая неприятность, когда у Хасны гости. Надеюсь, она ничего не испортит?

— Девушки этого не допустят, — успокоила ее мать Садика. — Они сами наблюдали за распаковкой гардероба Хасны.

— Совтер с вами? — спросила королева мягким тоном.

— О да, — сказала мать Садика с улыбкой. — Мальчики отправились в пустыню на мальчишник. Я правильно сказала, Садик? У меня была приятная встреча с их матерью. Мы дружим много лет.

— И все они приехали сюда? — спросил король, бросая косой взгляд на Касима. — Обе девушки?

— Да, мы переживали за Треллу, но под угрозой оказался приезд Анжелики. Она несколько дней пролежала с серьезной простудой. Однако она выздоровела и… — Мать Садика почувствовала растущее напряжение. — Что-то не так?

Она коснулась складок палантина.

— Я знаю, мы не сказали, что она приедет, но она делит комнату со своей сестрой, поэтому я не думала, что это доставит вам лишние хлопоты.

— Это вовсе не проблема, — твердо сказал Касим и посмотрел на отца.

«Избавься от нее», — прочитал он в его взгляде.

* * *

Касим был в ярости.

Это было неприемлемо. Теперь он будет оправдываться за это перед отцом. Последуют угрозы. Его дядя и братья тоже будут на свадьбе. Обстановка была крайне напряженной. В припадке ярости могли быть совершены необратимые поступки.

Мало того, что он теперь должен был думать о том, как уладить эту проблему, прибытие Анжелики терзало его сердце. Ее отказ до сих пор не давал ему покоя.

Он смирился с тем, что больше не видел ее. Проклятье! Теперь она была у него дома.

Он начал спрашивать проходившего мимо слугу, в каком номере поселили семью Совтер, но увидел знакомое лицо, скрывшееся в комнате своей сестры.

Когда он подошел к охраннику, его сердце забилось чаще.

— Шарль. — У него звенело в ушах. За этой дверью была Анжелика.

— Ваше высочество.

Касим постучал.

Женский смех резко оборвался, и его младшая сестра приоткрыла дверь. Она лучезарно улыбнулась.

— Касим!

— Хасна одета? Могу я войти? — Он силился говорить спокойным тоном. Он не мог позволить себе сорвать свое дурное настроение на восьмилетием ребенке.

Хасна позвала брата:

— Да, заходи.

Он вошел, подхватил свою младшую сестру на руки и поцеловал.

Комната Хасны была в два раза меньше его, но все же являлась одной из самых роскошных во дворце, оформленная в синих и серебристых тонах. Мебель была такой, которую любила его мать.

Сестра стояла на чем-то посреди комнаты и из-за этого казалась выше, чем обычно. Касим не мог определить, на чем именно она стояла, потому что ее свадебное платье доставало до пола. Воздушная вуаль украшала волосы. Жемчуга на ней было больше, чем в океане.

Фатина поднялась со своего кресла и подошла, чтобы поцеловать его руку, шикнув на другую свою дочь, которая требовала, чтобы Касим взял ее на руки.

Касим поднял восьмилетнего ребенка, чтобы она могла обнять его за шею своими тонкими маленькими ручками и прижаться губами к его щеке.

— Ты слишком быстро растешь, — сказал он ей. — Скоро наденете такие же платья, а меня будет некому рисовать. Хасна, ты прекрасна.

Он посадил сестру и притворился, что изучает платья, когда его внимание привлекло движение за пышной юбкой.

Анжелика поднялась, не сводя глаз с платья.

Его сердце затрепетало. Она была облачена в один из национальных нарядов его страны, а ее голова была покрыта шелковым шарфом. Она была похожа на женщин Замаира.

Она встретила его взгляд.

Трелла.

Он не знал, как понял это. Сходство было полным, он не мог сказать, что ее глаза были расположены ближе или дальше друг от друга, или что ее лицо казалось более широким или узким. Он просто знал, что это не Анжелика, хотя ее серые глаза смотрели на него так же пристально.

Он ощущал ее недобрые мысли. Острые иголки, которые она держала в руке, выглядели очень символично.

Он прекрасно понимал, что она чувствует. Касим был сам готов прибить себя гвоздями к позорному столбу. Где, черт возьми, ее сестра?!

— Анжелика создала что-то невероятное, не так ли? — сказала Хасна.

Он слышал в ее голосе уловку — она надеялась обмануть его.

— Я понял, что это ваш совместный труд. Привет, Трелла. Приятно познакомиться. Ваша сестра здесь? — Он огляделся.

— Как ты понял, что это Трелла! Я до сих пор не могу найти отличий. Я все еще думаю, что это Анжелика, и она меня обманывает.

Трелла приколола вуаль, а затем удалила все остальные булавки.

— Я показала вам свой паспорт.

Хасна усмехнулась, и Трелла взглянула на Касима улыбаясь.

— Она вернулась в нашу комнату.

Трелла была копией сестры.

— Все еще выздоравливает после гриппа? — поинтересовался он. — Возможно, ей следовало бы остаться дома?

— Она поправилась. — Теперь Трелла глядела на него с нескрываемым осуждением.

Помнила ли она, что он сделал ей одолжение, скрыв ее ночь с принцем Элазара? Ее высокомерие было неуместно. Но у него не было времени учить ее манерам.

Ему нужно было посадить ее сестру на ближайший рейс обратно в Париж.

Обычно Анжелика чувствовала себя расслабленной в компании своей семьи, но не сегодня. Она нервничала так, словно провозила через границу наркотики. Сверток, который передал ей Джамал, тянул ее вниз, как камень.

Рамон только раздражал. Без работы ему быстро становилось скучно, он подбивал ее поиграть с ним в теннис.

— Я думала, что Анри поиграет с тобой.

В действительности она умирала от желания увидеть дворец, когда они летели на вертолете. Она была потрясена. С чего она решила, что в жизни Касима было для нее хоть какое-то место? Дворец был по-настоящему огромным, его окружали живописные пейзажи.

Она сказала себе, что вспотела из-за жары. На самом деле это было беспокойство. Касим был здесь. Где-то за этими колоннами и высокими окнами, под куполами и флагами, он продолжал жить своей жизнью, возможно, уже с новой любовницей. Приехав в Замаир, она бросила ему вызов.

Может быть, она не увидит его до свадьбы. Она пыталась решить, следует ли им увидеться прямо сейчас, или она должна была попросить аудиенцию после свадьбы. Возможно, придется удалиться, но ей было необходимо выполнить свою миссию.

Как гостям семьи жениха, их поселили в прекрасных комнатах с потрясающим витражным стеклом. Оно окрашивало белоснежную скатерть обеденного стола разноцветными переливами. По прибытии их ждали фрукты, легкие алкогольные напитки, сладости и цветы.

— Анжелика! — сказал Рамон. — Ты слышишь?

— А ты меня? Я же сказала, чтобы ты играл с Анри. Я должна подогнать эти вещи для сестер Хасны. — Она подняла шелковые платья, которые вернулись с ней из комнаты Хасны.

Фатина заплакала, когда поняла, что ни одна ее дочь не была обделена их вниманием.

Теперь, когда Анжелика встретила Джамала и была чуть больше осведомлена об обстановке в семье, она была в восторге оттого, что смогла нарядить детей Фатины к свадьбе. И, как бы ей это было неприятно, она приняла плату за свою работу. Фатина настояла, она беспокоилась о том, что скажет королева, если узнает, что она этого не сделала. Анжелика снизила плату до условной, ей не хотелось нарушать мир в этом доме.

Рамон вздохнул.

— Ты должна пойти с нами, чтобы мы могли общаться с женщинами, которых встретим. — Он говорил так, словно она была глупым ребенком. — Я не знаю, как Садик выжил в этих ограничениях…

Он тосковал не по работе, а по своим привычным развлечениям.

— Попроси маму пойти с тобой, — предложила она ему с усмешкой.

— Увы, у нее сиеста.

Анжелика покачала головой.

Анри вышел из своей комнаты. Он переоделся в светло-серые тренировочные брюки и длинную футболку с рукавами. Он застонал от отвращения, когда увидел, что Рамон был одет так же. Они не пытались одеваться одинаково, но так происходило постоянно. Даже их панамы, купленные на двух разных континентах, были одинаковыми. Они привезли их в Замаир.

Мужчины нередко пользовались своим сходством в юности. Повзрослев, они дурачили людей реже.

Рамон несколько раз пытался ввести в заблуждение Циннию, но она всегда узнавала его. Эта способность различать близнецов, которая обнаружилась при первом же знакомстве, внушила Анжелике, что Цинния была создана для Анри.

Ее братья ушли, и она села на работу.

Через несколько минут раздался стук.

Морис вышел за дверь, и она замерла, чтобы послушать, с кем он говорил.

Ничего.

Странно.

Анжелика заставила себя встать и открыть дверь.

Она шумно вздохнула.

В своем биште и гутре Касим выглядел таинственно и маняще.

Она тщательно изучала мужскую одежду, чтобы сшить братьям свадебные плащи, но наряд Касима явно был скроен не последним местным портным, хорошо знакомым с техникой создания таких предметов одежды.

Касим отрастил бороду. Она красиво обрамляла его лицо. От одного взгляда на этого мужчину у нее перехватывало дух.

— Тебе нельзя быть здесь, — заметил он.

— Мне нужно рассказать, что привело меня сюда.

Мгновенно насторожившись, он вошел и плотно прикрыл за собой дверь.

— Ты беременна?

— Нет!

Он опустил глаза.

— Ты одна?

— Мама спит в своей комнате, — выпалила она, указывая на закрытую дверь. — Трелла вернется в любую минуту.

— Черт бы тебя побрал, — сказал он, понизив голос. — Чего ты пытаешься добиться?

Анжелика извлекла из сумки бархатный мешочек и протянула Касиму.

Выражение его лица было очень серьезным.

Он узнал работу мастера. Это украшение было совсем новым. Лучшее из всего, что он сделал. Его брат определенно нашел в этом свое призвание.

Она знала.

— Твоя семья знает, зачем ты здесь?

Его руки вспотели.

— Нет. Они думают, что я отважилась посетить свадьбу.

— Как ты его нашла?

— Он нашел меня и попросил отдать это тебе для Хасны.

Внезапно в комнату вошла Трелла. Касим торопливо убрал украшение в карман.

— Мне зайти позже?

— Нет, — сказал Касим, приняв решение. — Ты можешь сказать своей семье, что она со мной.

Он сжал руку Анжелики.

— Касим…

— Мы должны поговорить. — Он очень хотел убедиться в том, что для всех Джамал оставался мертвым. Конечно, он доверял Анжелике. Она не раскрыла его тайну даже собственной семье.

— Твой телефон. — Трелла передала аппарат Анжелике, когда Касим потянул ее к двери.

Мужчина подумал, что в этом не было смысла. Он сразу же понял, куда они полетят.