Пусть накрепко перстами и устами

Союз любви скрепила ты меж нами

И, пав, тем паче в любящих глазах

Возвысилась, — но не развеян страх!

Ведь женщины, как музы, благосклонны

Ко всем, кто смеет презирать препоны.[258]

Мой чиж из клетки может улететь,

Чтоб завтра угодить в другую сеть,

К ловцу другому; уж таков обычай,

Чтоб были женщины мужской добычей.

Природа постоянства не блюдет,

Все изменяют: зверь лесной и скот.[259]

Так по какой неведомой причине

Должна быть женщина верна мужчине?[260]

Вольна галера, хоть прикован раб:[261]

Пускай гребет, покуда не ослаб!

Пусть сеет пахарь семя животворно! —

Но пашня примет и другие зерна.[262]

Впадает в море не один Дунай,

Но Эльба, Рейн и Волга — так и знай.

Ты любишь; но спроси свою природу,

Кого сильней — меня или свободу?

За сходство любят;[263] значит, я, чтоб стать

Тебе любезным, должен изменять

Тебе с любой? О нет, я протестую!

Я не могу, прости, любить любую.

С тобою я тягаться не рискну,

Хоть мой девиз: «не всех, но не одну».

Кто не видал чужих краев — бедняга,

Но жалок и отчаянный бродяга.

Смердящий запах у стоячих вод,

Но и в морях порой вода гниет.

Не лучше ли, когда кочуют струи

От брега к брегу, ласки им даруя?

Изменчивость — источник всех отрад,

Суть музыки и вечности уклад.[264]