– Костян, вставай! Светает уже. Хватит дрыхнуть. И так чуть не сутки проспали.

Сквозь сон Костя слышал весёлый голос Олега и понимал, что торопиться некуда. Он с наслаждением потянулся, не открывая глаз, и снова свернулся калачиком под одеялом. Олег не мама, и ему не в школу. Они наконец-то в безопасности, в тепле, в уюте, в чистой постели. С сознанием выполненного долга после тяжёлого и опасного путешествия. Имеют право отдохнуть и никуда не спешить.

– Вставай, Костян! – Олег пихнул его в плечо. – Янька уже заждалась. И мамка тоже.

Костя рывком сел в кровати, откинув одеяло.

– Чего? Яна здесь?!

– Угу! – Олег стоял полностью одетый и с весёлыми искорками в глазах.

– Откуда? – Костя торопливо натянул рубаху и взялся за штаны, аккуратно сложенные на сундуке рядом с кроватью. – В смысле, как? Зачем они здесь?

В заиндевелые окна вползал бледный зимний рассвет. Они и впрямь проспали почти сутки со вчерашнего утра. Очевидно, ему (и Олегу) снова дали какое-то снотворное, как тогда, в первый день в Скальном Грае.

– Крёстная вызвала маму с Соловьём на Совет. И Янька напросилась с ними. Они уже знали, что мы тут, ну и вот.

– Да, но как? – Костя знал, что Соловей с княгиней могли долететь за это время до Волхова, но Яна-то летать не любит и не умеет.

– Сквозной проход, – коротко ответил Олег. – Ну, как нас вчера крёстная вытащила с болот – фьюить, и всё!

– Ах, да! – Костя сообразил, о чём говорит Олег. – Значит, у них было направление?

Направляющим курсом, или попросту направлением, называли здесь вещь, задающую курс через сквозные проходы. Хорошие волшебники могли перемещаться в пространстве, образуя магией так называемые сквозные проходы, позволяющие преодолевать практически любые расстояния за секунду-другую. Но для этого, во-первых, они должны представлять себе куда перемещаются, хотя бы приблизительно, а во-вторых, нужна была вещь, связывающая их с местом или с человеком, к которому они направляются. Вещь, которая, как магнит, притягивает их к нужному месту, не давая сбиться в сквозных проходах и оказаться совсем не там, где надо.

Принцип работы здешней сказочной трансгрессии Костя знал. И спрашивал больше потому, что не мог поверить, что княгиня с Яной, да ещё и с Соловьём, оказались в Мариинском дворце. Ведь помимо всего прочего царица должна была снять магическую защиту с дворца, а может, и с города, не позволяющую другим волшебникам проходить сквозными проходами в чужие владения. Значит, она сама позвала сюда Соловья? Но после всего, что было?! Как? Зачем? Почему?

– Да не знаю я, Костян! – нетерпеливо отмахнулся Олег, которого Костя засыпал вопросами, одеваясь. – Знаю, что все уже здесь и все на ногах. Готовится чего-то.

– Кто все? – Костя торопливо наматывал свежие портянки и надевал сапоги.

– Да все! Крёстная, мама, Мороз, Велизарий, халдонские… А, эти ещё – посланцы Кощея из твоего мира.

– Рита? – живо вскинулся Костя, застёгивая красный парчовый зипун.

– Эта, с которой ты у нас по Окоёму говорил? Да, тут она. А ещё гонец подомчал из Золотого Города. От Елены. Короче, затевается чего-то, а ты спишь. Пойдём уже.

Олег схватил приятеля за руку и выволок в коридор. У Кости голова пошла кругом от сообщаемых новостей, и он не сразу сообразил, куда ведёт его княжич.

– Куда мы? – спросил он, вприпрыжку спускаясь за Олегом по лестнице.

– Сначала пожрать. Я голодный, как весенний медведь. А мамка сказала, что кормить будет нас только всех вместе, и велела дождаться, пока проснёшься.

– Ага, – выдавил Костя. – Так ты видел её уже?

– Ну ещё бы! И Яньку тоже. Она всё теребила, чтоб я рассказал, как и что, и я чуть не начал, Костян. Вот на волоске был, – Олег обернулся на бегу, весело блеснул глазами. – Но так же не честно, правда?! Мы же вместе прошли всё это, значит, и рассказывать вместе.

Костя, не ожидавший такого благородства от друга, благодарно кивнул, не сразу сообразив, что им придётся рассказывать. Только у самой столовой до него вдруг дошло.

– Погоди-ка, – он схватил Олега за руку. – А чего мы рассказывать-то будем?

– В смысле? – не понял Олег. – Чего было, то и расскажем.

– Я про Книгу, – напомнил Костя. – Царица же вчера запретила.

– А-а, – понятливо кивнул Олег. – Да. Только она запретила говорить про то, что мы узнали из неё, а не про саму Книгу.

– Да, но про неё тоже никто не должен знать.

– Ха! – ухмыльнулся Олег. – Да все уже знают. Янька первым делом бросилась извиняться. Чуть не плакала, дура.

– Извиняться? – растерялся Костя. – За что?

– А вот пусть она сама тебе сейчас расскажет, – Олег распахнул дверь и пропихнул друга вперёд себя. – Глядите, кого привёл?!

В небольшой, но светлой и уютной столовой, в стене которой приятно пыхтела печка с раскрытым устьем, уже был накрыт стол, за которым их ждали княгиня с Яной. Девочка нетерпеливо перебирала край скатерти, не находя себе места, а княгиня, тоже занятая своими мыслями, то и дело отбирала у неё скатерть и велела держать руки на столе.

При появлении мальчишек обе встали.

– Костя! – княгиня радостно улыбнулась ему, наклонилась, обняв и расцеловав. – Как же я рада тебя видеть! Ты хоть представляешь, что мы пережили, когда вы сбежали и пропали?! О чём вы только думали?!

– Простите! – пробормотал Костя. – Я… мы не хотели. Мы не думали, что так всё получится. Мы хотели вернуться… Если бы не Колобок…

– А я что говорил? – Олег шумно опустился на стул, пододвинул к себе тарелку со свежим тёплым сыром. – Это ты ещё не видел её, Костян, когда она меня утром песочила. Тебе-то остатки достались.

– Ну ладно, ладно, – Ольга грозно взглянула на сына, выпрямилась, чуть подтолкнув Костю вперёд. – Тут ещё кое-кто хочет с тобой поздороваться.

– Здравствуй! – Яна смущённо улыбнулась, подавшись вперёд и неуверенно замерев.

– Привет! – Костя тоже смутился, дёрнувшись навстречу и не зная, что делать дальше – то ли пожать руки, то ли обняться, то ли что?.. Что за проблемы вечно с этим этикетом?!

– Ну ладно! – Яна нервно рассмеялась, порывисто и неловко обняла его одной рукой и тут же отстранилась, зардевшись. – Я просто тоже испугалась, когда вы пропали. Вы обещали вернуться, а сами…

– Мы не хотели, Янь! – проникновенно сказал Олег, раскладывая на здоровом ломте хлеба сыр и копчёное мясо. – Особенно он, – княжич кивнул на Костю. – До последнего упирался. Говорил, что мы обещали, что должны вернуться. Думаю, он за тебя переживал, – Олег весело метнул взгляд на приятеля с сестрой и откусил, сколько смог запихнуть в рот.

– Да не слушай ты его, Янь, – пробормотал Костя, тоже садясь за стол. – Так получилось просто. Мы действительно хотели вернуться, но Колобок… В общем, он перехватил нас, и мы оказались на галере Садко.

– На «Безумной щуке»? – Яна округлила глаза, опускаясь напротив Кости и наклоняясь к нему через стол. – Того самого Садко?! И что было дальше?

– Эй, эй! – возмутился Олег, с трудом проглатывая очередной кусок. – Ты извиниться сначала обещала. Так что давай.

– Ничего я не обещала, – Яна смутилась, опять покраснев. – И вообще, я просто…

– Ты просто сдала нас Соловью, – закончил за неё Олег. – А ведь обещала!

– Да, и вы тоже обещали, – выдавила Яна, уже чуть не плача и старательно избегая смотреть на Костю. Тот вертел головой, не понимая, что происходит.

– Олег! – княгиня опять нахмурилась, жёстко взглянув на сына. – Яна отвечала за ваши ошибки, а не за свои. Если кто-то и виноват здесь, то точно не она.

– Да?! – не сдавался Олег. – Соловей и на Костяна давил, а он не струсил и не проболтался. Только когда уж пригрозили Яньку…

– Олег, хватит! – оборвал его Костя, начавший понимать. – Ваша мама права, это мы с тобой виноваты. Надо было вернуться, тогда Яне не пришлось бы за нас отвечать. И вообще, такого уговора не было.

Яна благодарно взглянула на него. Княгиня улыбнулась и налила в кружку горячего топлёного молока.

– Ладно! – хмыкнул Олег, переводя хитрый взгляд с Кости на Яну и обратно. – Тогда как нас Сойка нашла?

– Уж точно не Яна в этом виновата, – заметил Костя, намазывая масло на кусок свежеиспеченного хлеба. – Она же не знала, где мы. Что она могла им сказать?

– Вы встретились с Сойкой? – жадно спросила Яна, наклоняясь через стол к Косте и нарочно избегая брата. – Где? Как это было?

– Да, в общем… – Костя замялся, не зная, стоит ли рассказывать всё, что случилось на Нижнем Волоке. – Ничего хорошего там не было, на самом деле…

– Погоди, погоди, – перебил Олег. – А до этого-то что с нами было? Надо с самого начала.

К великому сожалению Олега про «самое начало» Яна уже всё рассказала. После допроса у Соловья она, всхлипывая, призналась родителям про кражу шапки-невидимки и про спасение Книги. Что потом пошло не так, девочка не знала, и все эти долгие недели, что о мальчишках не было ни слуху ни духу, терзалась и каялась, что так и не остановила их тогда. И где их теперь искать? И найдут ли живыми?

– А мы в это время, – увлечённо, хоть и не без досады на сестру, «укравшую» у него такое заманчивое начало, продолжил Олег, – поднимались по Живой реке. Чего там только не было – ты б знала, Янь!

Он рассказывал про песчаные суховеи, заставлявшие их задыхаться и кашлять несколько дней; про блуждающие омуты, в одном из которых они чуть не погибли; про нападение аловцев и пиратов на Нижнем Волоке. Костя слушал Олега и ему казалось, что всё это было не с ними. Когда он проживал эти события в самой их гуще, они воспринимались как естественная данность, пусть и чуть более сложная, чем обычно. Но сейчас, слушая про пережитые приключения, он не мог поверить, что действительно прошёл всё это. Это они с Олегом были там, а не какие-то посторонние сказочные герои.

Рассказывая про бой на Нижнем Волоке и гибель Садко, Олег запнулся и неуверенно посмотрел на приятеля, словно призвав на помощь. Костя понял. Яне действительно не стоит рассказывать всего.

– Ну, в общем, – подхватил он рассказ Олега, – Сойка с разбойниками нападали с реки, аловцы с суши, и Садко приказал нам драть оттуда. Ну, мы и ушли под шапкой. С Колобком и Шариком. Ой, а кстати, где Шарик? – вспомнил он вдруг.

– Да тут он, во дворе, – успокоил его Олег. – Крёстная не разрешает держать собак дома, так что…

– Ну ладно, а дальше, дальше что, – нетерпеливо подторопила Яна. Она явно находилась под впечатлением, и слушала рассказы мальчишек с распахнутыми глазами, забыв о еде.

– Дальше, – продолжил Олег, польщённый вниманием сестры, – дальше мы нахватали припасов и пошли к Лосиному острову. Пешком. Ты когда-нибудь ходила пешком больше чем полчаса? А мы несколько дней топали.

Олег рассказал про ночёвку в кустах шиповника, про то, как чуть не замёрзли на плоскогорье, как добрались наконец до Лосиного острова и Колобок отослал сообщение в Волхов.

– Мы думали Махоня соврал, – взахлёб рассказывал Олег. – Мы и знать не знали, что крёстная действительно заболела и нас некому снять с Лосиного острова. Сидим себе спокойно, ждём. Доедаем запасы. Ну и дождались. Хлобысть – вороны Балки!

Яна в ужасе прижала ладони ко рту. Костя с трудом сдержал самодовольную ухмылку. Ради этого стоило пережить всё сначала.

– Хорошо, Колобок вовремя заметил. Успели вскрыть мшары, разогнать дым и свалить. Вот на столечко разминулись, – Олег состроил пальцами крохотную щель. – Прикинь, Янь – над головой стая воронов Балки свистит, а ты – мордой в землю и дышать не моги.

– Ну, не так всё драматично было, – сказал Костя, пытаясь – не очень удачно – скрыть улыбку. – Но перепугались мы изрядно. Даже забыли всё своё добро на острове. Вы простите, пожалуйста, – повернулся Костя к княгине с виноватым выражением. – Мы там оставили шапку-невидимку, совсем никак было не вернуться за ней.

– Ничего страшного, Костя, – успокаивающе улыбнулась Ольга, подливая ему молока. – Потом найдём. Главное, вы выбрались.

– Да… ну, в общем… – Костя посмотрел на пристыженного Олега; тот кивнул, предлагая ему продолжать. – Ну, в общем, дальше мы по мшарам пошли. Олег рыбу ловил, пока озёра не кончились. Потом наткнулись на Оську, Колобок уговорил его подвезти нас, ну и всё. Последний день я уже не помню. И как нас царица забрала тоже, – смущённо завершил Костя.

– Это с голодухи, – пояснил Олег, внимательно глядя на приятеля. – Последние три дня мы вообще ничего не ели. А ты чего главное-то не рассказал?

Костя неуверенно посмотрел на княгиню, и та чуть заметно повела головой и глазами. Костя понял: Ольга в курсе как они спрятали Книгу, наверняка Марья ей уже рассказала. Но Яне знать необязательно; это потенциально всё ещё слишком опасный секрет.

– Что – главное? – от Яны не ускользнули эти переглядки. – О чём вы?

Олег открыл было рот, но наткнувшись на предостерегающий взгляд матери, поперхнулся, подавившись словом.

– Вы про Книгу? – настойчиво спрашивала Яна, бегая взглядом по лицам. – Вы же что-то сделали с Книгой, нет?! Это же самое главное было?!

– Янь, я бы сказал, но вон видишь… – Олег кивнул на напряжённое лицо матери и торопливо уткнулся в тарелку, избегая очередного грозного взгляда.

– Мам! – Яна вперилась настойчиво-обиженным взглядом в мать. – Почему им можно, а мне нельзя?

Ольга коротко вздохнула. Костя догадался, что она ещё не придумала годную ложь, а просто отмахнуться от дочери, прямо обижая её, тоже не хотела.

– Янь, нам царица запретила, Марья Моревна, – примиряюще сказал он. – Нам нельзя говорить про Книгу. Вообще ничего. Ещё слишком опасно. Чем меньше людей знает про неё, тем лучше.

– Но я же знаю! – воскликнула Яна.

– Да, вообще, – возразил Костя. – Но не где она сейчас. Пусть так и остаётся.

Он переглянулся с княгиней и Олегом и поймал в их глазах немое одобрение. Яна обиженно надулась.

– Это не наше решение, Янь, – повторил Костя. – Мы не можем, мы обещали царице.

– Да, – согласно закивал Олег. – Мы обещали, Янь. Ты же знаешь крёстную. Если что… – он чиркнул ребром ладони по шее.

– Да ну тебя! – пробормотала Яна, отвернувшись.

– Ладно, ребята! – Ольга хлопнула в ладоши. – Слушайте сюда. У меня для вас новость.

– Какая? – выпрямившись, тут же спросил Олег.

Костя с Яной тоже насторожились.

– Как я вам говорила в первый день знакомства, Костя попал в наш мир не совсем по своей воле. Точнее сказать, остался. Костя, я обещала тебе, что мы найдём способ вернуть тебя домой. И, кажется, мы нашли его.

У Кости неприятно заныло под ложечкой. Почему-то он не был готов услышать то, что собиралась сейчас сказать княгиня.

– Сегодня ты возвращаешься домой, Костя! – княгиня улыбалась, но Костику казалось, что не было в этой улыбке искренней радости. – Сегодня ночью ты сможешь обнять родителей и заснуть в своей кровати.

– Да ладно?! – пробормотал ошарашенный Олег.

– Что, правда?! – Яна, кажется, тоже не могла поверить и смириться. – Уже? Вот так скоро?!

Костя молчал, не зная, что сказать. Конечно, надо бы радоваться, но он сам не очень понимал, что сейчас чувствует.

– Ребята, Костя провёл здесь уже не один день, – с мягким упрёком напомнила княгиня. – Вы знали, что он здесь не навсегда. Ему пора возвращаться.

– Да, но… но… – Яна бегала растерянным взглядом по лицам. – Но почему сегодня? Они же только вернулись. Ну, в смысле, нашлись. И сразу…

Она запнулась. «Расставаться», мысленно договорил за неё Костя. У него в голове бушевал вихрь мыслей, он не знал, за что зацепиться. И предпочёл просто слушать.

– Так надо, ребята, – непривычно мягко объясняла княгиня. – Так сложились обстоятельства, что Обмен надо произвести сегодня. Именно сегодня и никак иначе.

– Обмен? – переспросил Костя. – То есть… то есть вы всё-таки решили пустить Кощея?

Яна с Олегом испуганно переглянулись. Княгиня открыла рот, но не успела ничего сказать, как в дверь постучали. На пороге возник Коломна.

– Княгиня! – дьяк смотрел на неё странным взглядом, не обращая внимание на детей. – Государыня просит вас подойти. Срочно.

– Зачем? – недоумённо спросила Ольга. Вроде, договорились же обо всём, она в этом деле не участвует ни под каким видом.

– Пройдёмте, пожалуйста, – просительно проговорил дьяк. – Государыня вам всё объяснит.

– Ну ладно, – Ольга пожала плечами, недовольно нахмурилась, встала. – Ребята, вы тут доедайте, а я отойду пока. Если не дождётесь, возвращайтесь к себе в комнату.

Ребята покивали, настороженно следя за Коломной. Непохоже, что он пришёл с хорошими новостями. Кажется, опять что-то пошло не так.

– Ну? – спросила Ольга, как только вышли в коридор. – Что случилось?

– Велизарий умер, – без предисловий ответил дьяк.

– Что?! – Ольга встала, непроизвольно схватившись за сердце. У неё закружилась голова, и стало трудно дышать.

– Да, – хмуро кивнул Коломна. – Дело дрянь. Все наши планы – коту под хвост!

* * *

Велизарий лежал на большой кровати маленький, сухой, неподвижный. С закрытыми глазами, с заботливо сложенными на груди руками. В ногах у него, уткнувшись лицом в покрывало и вздрагивая худыми лопатками, рыдала Сирин. Прислонившись к стене и недоверчиво глядя на всех входящих, стоял настороженно-испуганный Аддон.

Одуряюще пахло жасмином. От запаха голова у Ольги закружилась ещё больше. Она растерянно смотрела на старого учителя и не могла поверить.

Как же так?! Ещё вчера он был жив, они говорили, спорили, строили планы. Ещё вчера он договаривался с Хранителями и лично был готов участвовать в тяжелейшем изнуряющем заклятии. А сегодня лежит жалкий, маленький, беспомощный – мёртвый! У неё не укладывалось в голове.

Велизарий казался вечным. Он был всегда. Она не помнила родителей, но с самого раннего детства росла рядом с Велизарием и, можно сказать, под его присмотром. Она мечтала учиться у него, как брат, и, если бы не та катастрофа и не решение Кощея, непременно бы и училась.

То, что произошло с Кощеем, никак не отразилось на их отношениях. К ним с Марьей Велизарий всегда был добр. Он всегда был на их стороне, всегда помогал и был готов помочь и сегодня. Несмотря на свои без малого сто лет, несмотря на слабость и горечь от уничтоженной школы, он всё ещё был готов помочь.

И вот его нет. И что теперь делать?

Рядом с ней, обхватив себя руками и неподвижно замерев, стояла Марья. Она смотрела на Велизария сузив глаза и напряжённо размышляя.

Сзади в затылок тяжело дышал Мороз. Тут же были Коломна, Иван и только что вошедший Соловей. Слегка безумным взглядом он оглядел Велизария, выругался и вперился в Марью.

– Что с ним случилось?

Марья дёрнула плечом.

– Сердце встало, – пробормотала она нехотя. – Скорее всего, умер во сне.

– Да твою ж… – Соловей опять длинно и затейливо выругался. – Обязательно надо было ему сегодня откинуться! Не мог до завтра подождать?!

Сирин подняла залитое слезами лицо, взглянула с ненавистью.

– Это вы, вы его доконали! Я же говорила, что он стар и слаб, я же просила не втягивать его во всё это!

– Да он сам втянулся! – громко и возмущённо возразил Соловей.

– Замолчи! – истерично взвизгнула Сирин. – Если бы не вы, он спокойно бы доживал в Халдоне и прожил бы ещё лет десять. А вы вытащили его сюда, заставили опять участвовать во всём этом, подорвали его здоровье и силы. Вы хоть знаете, что с ним было, когда Елена сожгла школу?! Ведь это же его добило, он же сломался совсем после этого!

Сирин уткнулась лицом в ладони и зарыдала опять. Соловей угрюмо замолчал.

– Так и… – Мороз прокашлялся. – Так и что мы будем делать теперь?

Он спросил, не обращаясь ни к кому конкретно, но все поняли, кому предназначался вопрос.

Марья пошевелилась, разжала руки и медленно подошла к кровати. Она наклонилась над телом Велизария, всмотрелась в старое, пожелтевшее, уже начавшее покрываться восковой плёнкой смерти лицо.

На секунду Ольге показалось, что сестра хочет поцеловать старика на прощание. Но Марья приподняла с груди Велизария ладонь и сняла его перстень.

Общий потрясённый вздох пронёсся по комнате.

– Ты что делаешь? – Сирин подняла на Марью изумлённые глаза. – Ты что делаешь?! Верни немедленно!

– Прости, Велизарий! – Марья даже не повернулась к Сирин. – Но мне ещё раз понадобится твоя помощь. В последний раз.

Зажав Лонгир Велизария, она быстро вышла из комнаты в соседний зал. Разъярённая Сирин бросилась за ней.

Марья остановилась посреди гостевого зала, в котором Велизарий с Сирин делали Коломне предложение насчёт сватовства. Сирин догнала Марью и вцепилась в руку.

– Отдай сюда! – прошипела она, пытаясь вырвать перстень Велизария.

– Сядь! – жёстко сказала Марья, отставляя руку. – Я взяла ненадолго и не для себя. Если помолчишь минуту, я всё объясню.

Сирин поджала губы, с ненавистью и подозрением вперившись в Марью. Подошли остальные.

– Что ты задумала, Маша? – взволнованно спросила Ольга.

– У нас сегодня много работы, если ты не забыла, – Марья метнула взгляд с Ольги на Соловья и снова повернулась к сестре. – Нам нужно снять Запрет. А потом ещё кое-что.

– Но это уже невозможно! – воскликнула Ольга. – Велизарий мёртв!

– Да. И что?

– Так без него же Запрет не снять. Нужны все участники.

– Нет, – качнула головой Марья. – Нужны не участники, нужны их Лонгиры. Которыми и ставился Запрет.

Ольга охнула. Сирин издала звук, похожий на клёкот.

– Так вот зачем тебе его перстень, – негромко проговорил Соловей, внимательно, с прищуром, взглядывая на Марью. – Что ж ты сразу-то не сказала? Могли бы с самого начала заменить старика.

– Вот ты и заменишь его, – сухо сказала Марья, протягивая перстень Соловью.

– Что? Нет! – вскрикнула Сирин, пытаясь перехватить руку Марьи. – Лонгир Велизария этому разбойнику?! Ни за что!

Марья отдёрнула руку и снова протянула Соловью.

– А ей отдай свой, – велела она. – В качестве залога. Как только закончим, вернём перстень обратно. Раз уж ты так беспокоишься…

– Я не об этом беспокоюсь, – прошипела Сирин.

– В самом деле, Марья, – Соловей нерешительно подкинул перстень Велизария. – Почему я? Пусть она участвует.

Он кивнул на Сирин. Марья отрицательно качнула головой.

– Лучше ты.

– Почему?

– Потому что Сирин не верит в наш план и может сорвать его, даже сама того не желая. На подсознательном уровне.

– Что ты несёшь? – подозрительно спросила Сирин.

– Это известный эффект, ты проходила его с Велизарием. Странно, что я тебе должна о нём напоминать, – Марья ядовито улыбнулась. – Так или иначе, Велизария заменит Соловей.

– Ну хорошо, – Соловей снял свой перстень, бросил Сирин и надел Лонгир Велизария. – А меня кто заменит?

Марья посмотрела на Ольгу. Та отчаянно покачала головой.

– Нет! Маша, пожалуйста! Я не могу!

– Придётся, – жёстко сказала Марья. – Я пошла тебе навстречу, но сейчас у нас нет выбора.

– Нет…

– Ты ведь хочешь вернуть мальчика домой? – оборвала царица сестру.

Ольга растерянно смотрела на неё, понимая, что возражать ей нечем. Она только что пообещала Косте возвращение домой, и что же – опять обмануть его?!

– На второй заход я тебя не заставлю, – примиряющее сказала Марья. – Ты нужна только для снятия Запрета. Для убийства Кощея Сирин подойдёт гораздо лучше.

Сирин зло блеснула глазами, но ничего не сказала. Промолчали и остальные. Ольга, понурившись, сдалась.

– Ну что ж, – прервал молчание Мороз, – раз всё решили…

– Секундочку, – прервала Сирин. – У меня есть одно условие.

– Какое ещё? – устало спросила Марья.

– Как ты знаешь, Велизарий заключил соглашение с Коломной. Я хочу, чтобы ты подтвердила его. Иначе я не дам разрешения использовать Лонгир Велизария.

Среди собравшихся прошло движение. Иван выдвинулся вперёд, сузив глаза и переводя холодный взгляд с Сирин на Аддона. Коломна тихонько потянул царевича назад.

– И вот прямо сейчас это надо обсуждать? – зло встрял Соловей.

– Действительно, Сирин, – нахмурился Мороз. – Завтра день будет; дай сначала с Кощеем справиться.

– Нет! – резко ответила Сирин. – Либо мы решаем сейчас, либо я всё отменяю.

– Муар будет с минуты на минуту, – напомнил Коломна. – Велизарий уже договорился, вы не можете всё отменить.

– Ещё как могу! Если я захочу, Муар развернётся и…

– Я согласна.

– Что?!

– Я согласна подтвердить ваше соглашение, – сухо повторила Марья. – Как только закончим с Кощеем, я подпишу брачный договор. Можем оформить брак прямо здесь, в Волхове. Свадьбу сыграете в Халдоне. Устраивает?

Иван со свистом втянул воздух. Сирин выглядела удовлетворённой. Она хмуро кивнула и, взяв Аддона под руку, вернулась с ним в комнату Велизария.

* * *

Иван догнал мачеху в переходе.

– Марья…

Она вырвала руку.

– Марья, постой!

Он развернул её к себе и прижал к стене светло-серого мрамора.

– Ты что творишь?!

– Успокойся, – неестественно сухо и холодно произнесла Марья, глядя снизу вверх в растерянные глаза пасынка. – Никакой свадьбы не будет.

– Не будет?! А что ты им только что обещала?!

– Это моё дело. Тебя оно не касается, и Лики тоже.

Иван стоял перед ней, опустив руки, и не знал, что сказать. И совершенно не ожидал того, что случилось дальше.

Марья сжала зубы и влепила ему хлёсткую пощёчину. От неожиданности и силы удара у Ивана мотнулась голова.

– Ты чего? – опешил он.

– Ты знаешь чего, – тихо, с нотками горечи, ответила она. Несколько секунд она смотрела Ивану в лицо, а он, уже всё поняв, старательно отворачивался и тяжело дышал.

Сардонически усмехнувшись, Марья коротко покачала головой и двинулась дальше.

Иван остался. Конечно же, он знал. И, строго говоря, заслужил это. Глупо было надеяться, что Марья ничего не узнает о вчерашнем. И ему ещё дико повезёт, если всё ограничится только этой пощёчиной.

* * *

Маргарита со Снежкой дожидались Лику несколько часов, пока наконец не поняли, что царевна не придёт.

Снегурочка ликовала. Она обнимала и поздравляла Маргариту, а та терзалась сомнениями. Она не стала рассказывать Снежке о разговоре с Коломной, но не могла для самой себя делать вид, что его не было.

Она всё сделала правильно. Но не вовремя. Тут хитрожопый дьяк, конечно же, прав, а она опять накосячила, не подумав. И что теперь выйдет из этого, непонятно совершенно.

Утром Маргарита заявилась в комнаты Лики, где узнала от Дуняши, что царевна ещё не соизволила вернуться. По весёлому озорному блеску в глазах Маргарита поняла, что слуги уже знают. Ну и все остальные, очевидно, тоже.

– Свела на свою голову, – бормотала она с досадой, возвращаясь к себе. – И поболтать теперь не с кем.

В самом деле, не бежать же вытаскивать Лику из постели царевича. Маргарита смущённо крякнула, представив себе картину. Что теперь будут говорить во дворце? Коломна-то прав, формально они всё-таки брат и сестра. И как это всё воспримут здесь? Не венчаны, не расписаны и живут во блуде. Да ещё и халдонские со своим сватовством, которые наверняка не оставят всего этого просто так.

– Ну натворила я делов, – досадовала Маргарита, запуская пальцы в и без того растрёпанные патлы. – Игра престолов, блин, по тридевятой версии. Хоть домой теперь не возвращайся, пока всё тут не разрулишь.

Возвращаться к себе в комнату не хотелось. Маргарита подумала: куда бы пойти? С кем провести время, дожидаясь, пока Лика соизволит наконец подняться и выйти? Идти за Снежкой, значит, попасться на глаза Морозу, а это страшно. К тому же она сама скоро прибежит. Сашка Ферзь? Его нет во дворце со вчерашнего дня, и никто не знает, где он.

Пойти наконец с Костиком повидаться, решила Маргарита. И тут же сообразила, что не знает, где разместили мальчишек. В поисках, у кого бы спросить, Маргарита забрела в залы Северной башни. Зайдя в нефритовый зал, она заметила, что кто-то идёт навстречу.

У неё радостно подпрыгнуло сердце.

– Никита! – завопила она, бросаясь на шею напарнику. – Ты как тут, долбодятел? Когда прибыл? Сам-то как? Чё вообще происходит, ты в курсе? У меня столько есть всего тебе рассказать!

Она перевела дух, отстранившись, но всё ещё радостно пихая его кулаком в плечо.

– Угомонись, Кошкина! – Никита улыбался сдержанно, но, кажется, рад был не меньше. – Не изменилась нисколько. Даже шмотки те же.

– Ну да, – Маргарита бросила взгляд на свои потрёпанные кроссовки, джинсы и куртку, которые так и продолжала носить во дворце. – Не то, что ты, принц албанский! – она восхищённо оглядела напарника. – Ишь как вырядился да расфуфырился! Где ты вообще достал всё это?

В отличие от Маргариты, Никита действительно был одет по-здешнему. В высоких чёрных сапогах, тёмно-серых рейтузах и коротком чёрном зипуне с золотым шитьём и мехом внутрь. На поясе – единственное из нездешнего – пистолет в кобуре; на пальце – и Маргарита тут же схватила его за руку, чтобы рассмотреть получше, – перстень с рубином.

– Ух, и ни фига себе! – восхищённо выпалила она, вертя перед глазами ладонь Никиты. – Откуда? Где взял?

– Подарили, – усмехнулся он.

– Подарили?! Кто? Эта?.. Как её?.. – Маргарита уставилась в лицо Никиты, нетерпеливо пощёлкала пальцами. – Да блин, всё время забываю. Елена! Шемаханская!!

– Да, – спокойно ответил Никита. – Она.

– Ага! – хищно вперилась в напарника Маргарита. – А ну, признавайся – окрутила она тебя?! Тут такое про неё рассказывали!..

– Угомонись, Марго! – опять попросил Никита. – Тут такое творится, а тебя это интересует?

– Ну а как? – удивилась Маргарита. – Меня всё интересует, и это в первую очередь. Давай, колись – было у тебя чего с ней?

– Кошкина! – Никита назидательно постучал кулаком ей по лбу. – Очнись! Мы не в мамском чатике, а в параллельном мире. Ты хоть помнишь, как мы оказались тут? И зачем?

– Кстати, об этом, – обрадовалась Маргарита. – Костя тут. Я как раз собиралась идти к нему. Теперь осталось придумать, как вернуть его домой. Ну и нас заодно.

– Знаю, – кивнул Никита. – Я как раз здесь по этому поводу.

– По какому поводу?

– По поводу возвращения.

– Да ладно?! – поразилась Маргарита. – Чё, серьёзно?!

– Да. Сегодня в полночь Костя вернётся домой. Сначала Костя.

– В полночь? Почему в полночь?

– Потому что так по плану.

– Твоя ж маракуйя ж! Значит, он всё-таки сработал, этот ваш план?

– Видимо, да. По крайней мере, они согласились.

– Рассказывай! – потребовала Маргарита. – Что за грёбаный план и чего тут намечается? Я уже задолбалась в непонятках ходить. Ты в курсе, что я тут под арестом?

– Видимо, есть за что, – усмехнулся Никита.

– Ну есть, да, – согласилась Маргарита. – Потом расскажу. Сначала ты.

– Ну не здесь же, – Никита повёл взглядом по большому пустому залу. – У тебя есть тут комната? Где тебя держат?

– Есть, – Маргарита схватила Никиту за рукав и потащила за собой. – Пойдём. Номер мне выделили. Не Ритц Карлтон, конечно, но жить можно.

Она провела Никиту к себе, пихнула на лавку и нетерпеливо начала выспрашивать. Никита отвечал осторожно, порой с явной неохотой и точно чего-то недоговаривал. Он рассказал про план Бессмертного, про переход в Золотой Город и бой у Калинова моста, про башню Кощея и то, что узнал про него за последние недели, но категорически отказался отвечать на вопросы про Елену и свои отношения с ней.

Маргарита слушала, открыв рот, а когда Никита дошёл до своей находки в кабинете Кощея, сначала даже не поверила и переспросила несколько раз. И только когда Никита в третий раз подтвердил, что да, в шкатулке лежали синие камни Лонгира, хлопнула себя по лбу и простонала в отчаянии:

– И ты ничего не взял?! Ни единого камешка?!

– Ты меня слушаешь, Кошкина? – вышел из себя Никита. – Я тебе что только что рассказывал про Саура, Рогдая и этого треклятого Змея? Я бы им на закуску пошёл, если бы Елена узнала о краже.

– Да как бы она узнала?!

– Уж, поверь, за этим она следит точно, – усмехнулся Никита. – Это тебе не брюлики цветные, – он помахал перед носом Маргариты ладонью с перстнем. – Это основа основ здешнего мира, самая его высшая ценность.

– Спасибо, уже догадалась, – ядовито парировала Маргарита. – Меня тут чуть не убили из-за одного такого камешка.

– Да ну?! – удивился Никита. – А с тобой-то тут что произошло?

– Долгая история, – нетерпеливо отмахнулась Маргарита. – Потом как-нибудь. Но, между прочим, если бы ты притаранил сюда один из этих маленьких камешков, это бы решило одну мою большую проблему.

– Да не мог я, Марго! Даже если бы Елена не заметила, Бессмертный же возвращается. Он тут же бы всё обнаружил, и тогда мне бы точно хана. Тебе повторить, что было в той записке? Из-за этого тут война началась!

– С чего ты решил?

– С того. Хранители, как я понял, обладают монополией на этот Лонгир. Они решают, кому и сколько его выдавать, и, видимо, по здешним правилам, больше одного в одни руки нельзя. А Бессмертный начал его собирать и за это поплатился.

– Но зачем ему?

– Не знаю. Может, власть хотел утвердить, может, Хранителей свергнуть, может, энергии не хватало для опыта какого-нибудь. Не знаю. В любом случае он становился самым могущественным колдуном, и остальным это не нравилось. Поэтому они и начали войну против него.

– То есть не он начал?

– Да уже без разницы, кто начал. Нам бы тут сейчас под новый замес не угодить.

– Новый? – непонимающе нахмурилась Маргарита.

– Кошкина, ты же помнишь Бессмертного. Как, по-твоему, похож он на человека, который всех простит, всё забудет и сядет крестиком вышивать?

– М-да, – задумчиво протянула Маргарита. – Похоже, ты прав. Хоть бы Костика отправить отсюда!

– Думаю, отправим, – успокаивающе кивнул Никита. – Если всё сойдётся. Ты-то тут как? Как время провела?

– О-о! – с предвкушением произнесла Маргарита. – Ты даже не представляешь, чё тут было! Короче, слушай…

Увлечённо начав рассказывать, Маргарита быстро осознала, к своему недовольству, что её, казалось бы, захватывающие приключения сильно уступают тому, что досталось Никите. Один только бой у Калинова моста чего стоит! А волки Золотого Города! А полёт на Змее! Это – да, это – круто. А у неё что было? Один кошак говорящий да косяки беспрестанные. И рассказать-то толком нечего, о чём не хотелось бы забыть побыстрее. И даже своими навыками Маргарита не могла похвастаться. Лонгира у неё не было, а на рассеянном она боялась, что не справится, и Савостьянов сочтёт её врушкой и балаболкой.

– Ну и вот, – неуверенно закончила Маргарита. – Перстень, оказывается, Черномор спёр, и, получается, я освободила колдуна-сволочугу. Ладно ещё под арест, а то Мороз бы меня точно убил. Хорошо хоть, что Марья встала и мальчишки нашлись. А то не знаю, чем бы всё это закончилось. И война, и вообще…

– Да, Марго, – усмехнулся Никита, – ты нисколько не изменилась. В нашем мире, в сказочном – всё одно. Сначала делаешь, потом думаешь.

– Ну, я хотя бы…

Что «хотя бы», Маргарита договорить не успела. В дверь постучали.

– Заходи, открыто! – крикнула Маргарита, подумав, что, может быть, Лика наконец соизволила, или Снежка примчалась. Но дверь открыл Коломна.

– А ты чего тут? – растерялась Маргарита, сразу вспомнив вчерашний разговор и решив, что сейчас ей прилетит очередной втык или даже расправа от царицы. Но дьяк демонстративно проигнорировал её и повернулся к Никите.

– Вас ждут, – сухо сообщил он.

– Уже? – Никита посмотрел на часы, поднялся.

– Пройдёмте, – кивнул дьяк в сторону.

– Куда это? – взволновалась Маргарита.

– К царице, – успокоил её Никита. – Надо передать план на сегодня.

– Я думала, ты от неё, – Маргарита не отставала от Никиты до двери.

– Она ещё кого-то ждала, – Никита неопределённо повёл ладонью. – Хочет, чтоб я лично всё передал. Ты тут подожди, я скоро.

– Да, – сказал Коломна, пропуская Никиту и вставая в дверях перед Маргаритой. – Твоё присутствие необязательно. Жди здесь.

Он злорадно хмыкнул и захлопнул перед ней дверь. Маргарита от досады топнула ногой. Даже тут Савостьянов главнее неё, даже здесь к нему относятся с большим уважением, чем к ней. А ведь он только прибыл! Чё за дела?! И где уже Лика, наконец?! Долго будет в постели валяться?

* * *

Пока шли к кабинету царицы, Коломна рассказал, кто будет присутствовать и как к кому обращаться. Никиту волновало, будет ли царевич? Ему не хотелось встречаться с ним после того, что было на Калиновом мосту. Коломна сухо сообщил, что на этом совещании Иван не присутствует.

Войдя в кабинет, Никита первым делом поклонился царице. Он уже видел её пару часов назад, когда она принимала его, только что прибывшего в город, с глазу на глаз. Сейчас ему предстоит передать условия Елены и всем остальным.

Коломна его подготовил, поэтому Никита сразу узнал и Ольгу, и Соловья, и Мороза, и Сирин, и только что прибывшего из Малахита спецпредставителя Хранителей. Который, как объяснил дьяк, привёз разрешение Хранителей на сделку и хочет узнать о деталях.

Спецпредставитель был ровесником Соловья и Сирин, но выглядел моложе и свежее. Узкое, бледное, чистое лицо с небольшим носом над высокой верхней губой и светлыми водянистыми глазами было спокойным и малоподвижным. Жидкие серые волосы были аккуратно расчёсаны и прикрывали изрядную плешь на темени. Если бы не серебристый плащ с капюшоном и золотой перстень с Лонгиром на пальце, он вполне мог сойти за рядовую офисную крысу.

Хотя у Никиты сразу же возникла другая аналогия. На курсе он изучал дела знаменитых маньяков и серийных убийц, и почти у всех них были такие же постные непримечательные физиономии, как у спецпредставителя. Из всех присутствующих он беспокоил Никиту больше всех. К концу разговора он чувствовал почти физическое отвращение к этому колдуну, которого к Бессмертному, например, почему-то не было. Несмотря на все уже известные дела последнего.

Спецпредставитель стоял рядом со столом Марьи, положив руку на бронзовый сундучок. Царица сидела и поднялась сразу, как вошёл Никита.

– Гонец от Елены, Никита Савостьянов, – представила она его остальным. Они все стояли, и, кажется, не столько от уважения к царице, сколько от напряжения, не в силах усидеть на месте.

– Савостьянов должен подробно ознакомить нас с условиями Кощея, – продолжила Марья, неторопливо подходя к камину и поворачиваясь к Никите. – Прошу, начинайте. Как наш брат планирует возвращаться?

– Так… ну, в общем… – Никита прокашлялся, немного растерявшись под настороженными взглядами семи пар глаз. – В общем, в шесть вечера вы снимаете Запрет. В полночь Бессмертный проходит в Исток. Шесть часов – это оптимальный срок, чтобы он успел подготовиться и спокойно, без спешки и суеты, войти в портал.

Хотя царица Марья была единственная здесь, кто уже всё это знал, Никита всё равно обращался к ней. Почему-то ему комфортнее было обращаться именно к ней. А кроме того, она была здесь хозяйкой и, очевидно, главной. «Почему в этом мире главные действующие лица – женщины?» – мельком подумал он.

– Наши с ним часы синхронизированы, – продолжал Никита, подняв левую руку и показав часы. – Мы доставляем мальчика к Истоку и ровно в полночь опускаем в озеро. Бессмертный войдёт с той стороны, портал откроется и мальчишку перенесёт в его мир. Там его будут ждать, Бессмертный позаботится об этом.

Никиту слушали внимательно и настороженно. Было слышно лишь как потрескивают поленья в камине и гудит дымоход.

– К Истоку все должны прибыть за полчаса до полуночи. Все находящиеся сейчас в Волхове волшебники в полночь должны быть у Истока. Елена пришлёт воронов Балки; они должны успеть сообщить, что город не прикрыт колдовством. Елена будет ждать со Змеем под городом. Если в пять минут первого она не получит сообщение от Бессмертного, то атакует город. А потом обнародует ваши досье из Книги. И не только ваши.

Марья чуть прищурилась и больше ничего. Ничем не дала понять, насколько её взволновала или нет угроза Елены.

– В Волхове должны остаться ваши родные и близкие. Если Бессмертный не явится, она оставляет за собой право уничтожить и город, и всех его жителей. Если вы задумаете ловушку у Истока, Елена предупреждает, что тоже кое-что приготовит. Бессмертный должен вернуться не только в этот мир, но и в Золотой Город. Только после этого все взаимные претензии обнуляются.

Никита закончил и замолчал. Он выучил наизусть эту короткую речь, но до сих пор не мог понять главного. Где в этом плане место для них с Кошкиной? Как уйдёт Костя – понятно. А им что делать? Кто им откроет портал? Разве что Бессмертный вернётся и всё порешает?!

– Это всё? – тихо, почти не открывая рта, спросил спецпредставитель.

– Да, – нервно кивнул Никита. – Ещё только Саур будет присутствовать и на снятии Запрета. Он должен убедиться и доложить Елене, что Запрет действительно снят и вы ничего не симулировали. Бессмертный описал Елене процедуру, так что и она, и Саур в курсе того, что должно произойти. Если не произойдёт, то…

Никита не договорил. Все и так всё поняли.

– Всё предусмотрел, засранец, – пробормотал Соловей, ожесточённо скребя короткую рыжую бороду. – Кроме одного. Одно условие мы по объективным причинам не сможем выполнить.

– Какое? – удивился Никита.

– Не смогут все колдуны быть на Истоке. Один уже того… преставился… Как бы Шемаханскую побыстрее уведомить?

– Чего? – поразился Никита.

Он только сейчас сообразил, что среди присутствующих нет Велизария. Когда Коломна называл ему участников совещания, он пропустил отсутствие Велизария и не мог сейчас понять почему. Царица Марья, княгиня Ольга, Мороз – понятно, а Велизарий вылетел из памяти. Наверное, потому что его вытеснил спецпредставитель, которого Никита не ждал, и незаметно для себя «заменил» одного волшебника на другого.

– Это мы уладим, – сказала Марья. – Это трагическая случайность, и она не повлияет на наше соглашение. Соловей заменит Велизария, и за вычетом этого всё остаётся в силе.

– Да, но…

– Сейчас Коломна проводит вас, чтобы вы убедились и могли подтвердить Елене, что мы вас не обманываем. Велизарий действительно мёртв. Скончался сегодня ночью.

– Но как я подтвержу?

– Я свяжу вас с ней по Окоёму. Она ещё в башне?

– Да… Наверное.

– Значит, всё получится. Идите.

Марья повелительно кивнула. Коломна уже стоял у двери, взявшись за ручку, и выжидающе смотрел на Никиту.

Никита неуверенно дёрнул плечом, вопросительно взглянул на царицу и, поклонившись, вышел с дьяком.

* * *

– Ты ему веришь? – без предисловий спросила Сирин.

– Не имеет значения, – пробормотала Марья, возвращаясь к столу.

– Да уж, не имеет, – саркастически откликнулся Соловей. – Одна ошибка – и тут всё займётся адским пламенем.

– Значит, не будем ошибаться, – она подошла к посланцу. – Хранители не дадут нам второго шанса, не так ли, Муар?!

Муар непроницаемо смотрел ей в глаза. Потом медленно, не отрывая взгляда от Марьи, откинул крышку сундучка, в котором на красной бархатной обивке лежал сверкающий синий камень, размером со страусиное яйцо.

– Ты уверена, что это сработает? – тихо спросил он.

– Никто не пробовал, – ответила Марья. – Но если и Большим Лонгиром не убить Бессмертного, значит, его уже не взять ничем.

– Я буду присутствовать, – сказал Муар.

– Само собой, – пожала плечами Марья. – А как иначе? Мы все будем присутствовать.

– Нет, ты не поняла, – Муар слабо улыбнулся. – От снятия Запрета до его появления. Которое необязательно случится в полночь.

Не все сразу поняли сказанное.

– В смысле? – нахмурился Мороз. – А когда же ему ещё являться?

– Муар хочет сказать, что не верит нашему брату, – ответила Марья, не оборачиваясь. – И он абсолютно прав. Я с тобой согласна, Муар. Оставайся там и карауль до полуночи. Если уверен, что сможешь справиться с ним без нас. А нам, всё-таки, придётся вернуться. За мальчиком, ну и подкрепиться немного. Заклятие Запрета – сильная вещь, его снятие много сил отнимет. Нам понадобится восстановиться.

Муар дёрнул уголком рта и захлопнул крышку. Возражать он не стал.