Это выходит из-под контроля, заметил Флинкс. Все, чего он хотел, это помочь безопасно и ненавязчиво слезть с Бласусарра. Но лорду Эйпулу не откажут.

— Я вижу только один способ добиться такой уверенности — навсегда и наверняка. Он внимательно наблюдал за мягкой кожей. — То, что я только что пережил. То, что ты только что показал мне. Можешь ли ты поделиться ею с несколькими людьми одновременно?

— Не знаю, — честно ответил Флинкс. «Я сам ранее общался с несколькими разумами, но они непрошено сопровождали меня, и они не были людьми».

«Все к лучшему». Голос лорда Эйпула был воодушевлен. — Я тоже. И те, с кем я хочу, чтобы вы поделились, — чтобы они тоже могли быть убеждены, и чтобы Империя сделала все возможное, чтобы облегчить ваши усилия.

О, спаси нас всех.

Не в силах больше стоять в тишине, Эйипул IXс выступил вперед. «Уважаемый родитель, вы предлагаете разделить ужас, который вы только что пережили, с другими?»

— Это единственный способ, — сказал он ей с нетипичной мягкостью. — Я бы сам не принял слов с-с-мягкой-с-с-с-с-собостью. Я должен был быть показан. Мне пришлось испытать. С любым другим было бы то же самое. Они не приняли бы простое объяснение, как и я. Только испытав, они поверят». Он повернулся к ожидающему Флинксу.

— Я сделаю подготовительные шаги. В подходящий момент я сделаю необходимое представление». Он указал на аккуратно разложенный на полированном полу костюм Флинкса. — Боюсь, что по крайней мере еще раз вам придется прибегнуть к своей хитроумной маскировке.

Флинкс глубоко вздохнул. По его эмоциям, так же как и по его словам, было очевидно, что лорда Эйпула не собираются отговаривать от избранного им курса действий. С положительной стороны, Флинкс должен был признать, что для продолжения его деятельности было бы очень полезно, если бы представители Империи Анн, где бы и когда бы он ни сталкивался с ними, были специально проинструктированы дать некоему высокому молодому человеку свобода действовать, где и как он пожелает.

— Хорошо, — смиренно ответил он. — Если ты считаешь, что это так необходимо. С кем ты хочешь, чтобы я поделился? Ваши товарищи? Другие члены семьи? Он обдумывал другие возможности. — Представители военных?

Лорд Эйпул продемонстрировал первостепенную инклюзивность, подчеркнутую чистой безусловностью. «Поскольку та угроза, которую ты мне показал, является величайшей из всех, какие только можно себе представить, поэтому она должна подвергаться величайшей угрозе. Я возьму на себя необходимый риск.

Флинкс мгновенно насторожился. «Какой риск?»

АЭнн встретила его взгляд непоколебимым взглядом. «Я приму меры, чтобы вы могли поделиться своим опытом об этой галактической угрозе с Имперским Собранием и с самим Императором».

Испуганное шипение раздалось у его отпрыска. «Уважаемый ссир, нет!» Эйпул IXb бросился на своего родителя, за ним шла его сестра. Флинкс заметил, что Кииджим сдерживается. Это было семейное дело. Какого бы мнения он ни придерживался, какую бы информацию, по его мнению, он ни мог внести в дискуссию, друг близнецов оставался в стороне от дебатов. Если исход пойдет хорошо, он выиграет. Если бы это закончилось катастрофой, он мог бы заявить о непричастности. Неудивительно, что самой сильной эмоцией, которую Флинкс прочел у своего юного друга, было удовлетворение. Чувства, которые в настоящее время транслируются двумя потомками Эйпула, представляют собой совершенно другое эмоциональное состояние.

Они были напуганы, а также возмущены.

«Учтите, милорд, — умоляла его дочь, — что, если беспрецедентная конфронтация, которую вы предлагаете, провалится, это может означать конец вашей карьеры».

— Не только твоя карьера. Ее брат был вежливо зол. «Сама семья Эйипул может быть разорена. Все, что построили наши предки, наша славная семейная история, наше положение в Империи — все это может быть принесено в жертву на алтарь поспешного решения. Мы можем потерять все — даже свое имя.

Их патриарх молчал. На мгновение Флинкс подумал, что раздражительные близнецы могли убедить лорда Эйпула передумать. Но, как оказалось, он только собирался с мыслями.

«Если бы вы столкнулись с таким же уродством, как я, вы бы поняли», — серьезно сообщил он своим отпрыскам. — Вы бы поспешили на мою поддержку и даже не подумали бы бросить ей вызов. Но вы стояли вне ужаса. За это я благодарен. За это вы должны быть благодарны. Наслаждайтесь своим продолжающимся невежеством и радуйтесь, что наш посетитель решил не передавать вам всю силу своего знания. Сбоку Кииджим многозначительно посмотрел на Флинкса, когда лорд Эйипул снова повернулся к мягкокожему.

— Ты должен сделать, как я предлагаю. Хвост дворянина резко дернулся вправо. — Иначе я тебе не помогу.

Вот оно. Что бы ни случилось с этого момента, Флинкс мог считать себя оправданным. Решение было навязано ему. Решение и возможность. И все же…

— Не знаю, смогу ли я сделать то, о чем вы просите, лорд Эйипул. Я никогда не пытался, по крайней мере намеренно, поделиться своим опытом с более чем одним разумным существом одновременно».

— Ты поделился со мной. Из раздатчика рядом с ним благородный Энн выпил свежее возлияние. «Вы найдете Императора замечательным существом, и в Собрании есть много людей, которые мудрее и более осведомлены, чем я. Я думаю, никто не будет застрахован от важности того, что вы должны им открыть.

«Кстати, об иммунитете, — напомнил Флинкс своему хозяину, — здесь есть опасность. Теперь ты это знаешь.

— Лучше, чем мне хотелось бы, — признал Эйипул. «Однако всякое знание таит в себе опасность в большей или меньшей степени». Он продемонстрировал веселье третьей степени. «Если бы это было не так, правительства не были бы так озабочены его регулированием». Подойдя ближе, он понизил голос.

«Я даю вам, Флинкс из Содружества, Флинкс LLVVRXX уровня Ссайинн, шанс пообщаться с высшими лидерами Империи. Это возможность, которую еще не предлагал ни один человек. Ни глава вашего правительства, ни последний прибежище вашей объединенной церкви, ни самый выдающийся среди ваших ученых, ни уважаемые вожди вашей армии. Ты должен показать моему роду, что поставлено на карту. Он отступил. «Только тогда вы будете уверены в безопасном уходе из этого мира и возможности продолжить свою основную работу».

Флинкс поймал себя на том, что обдумывает то, что было одновременно и предложением, и приказом. Если бы он отклонил просьбу Эйпула, его возможности были бы серьезно ограничены. Если он согласится и сможет это осуществить, могут быть дополнительные преимущества. Воспоминания о времени, проведенном на Джасте среди Ярусов Ссаайнна, неизбежно привели его к теплым воспоминаниям об одной исключительной Энн: женщине, Хралуук, которая заботилась о нем и проявляла к нему особый интерес. Она хотела, чтобы он был мостом между людьми и ее видом. Это была возможность сделать это в масштабе, который ни один из них не мог предвидеть.

Конечно, если он потерпит неудачу в своих усилиях, люди и Эй-Энн не только не сблизятся, но и он вполне может погибнуть.

Он снова сосредоточил свое внимание на благородной найе, ожидающей перед ним. Эмоции были возбуждены, но под контролем. Эйипул ждал ответа.

«Если вы действительно сможете обеспечить мне такую аудиторию, — вздохнул Флинкс, — я попытаюсь сделать то, о чем вы просите. Я попытаюсь, как никогда раньше».

«Отлично, мой незаконный друг! Я немедленно приступлю к работе. Эйпул указал налево. «Между тем, вы мое предположение. Мы поселим вас в той части резиденции, которая закрыта для посетителей, даже для семьи. Там вы сможете отдохнуть и восстановить силы. Думаю, вам все это понадобится, — торжественно заключил он.

— Уважаемый ссир, — запротестовала его дочь. «Это безумие! Если с-мягкая-кожа обнаружится, если станет известно, что мы укрываем-с-ся человека, незаконно прибывшего на Бласуссарр, то это будет конец нашего семейного-с-с-стояния, как если-с-с-сбы-с-бы все мы погибли от-с-с-с рук человека!

«Тогда, — твердо сказал Лорд Эйпул своему протестующему отпрыску, — вам, вашему брату и вашему другу надлежит позаботиться о том, чтобы этого не произошло. Аззисн?

Сделав почтительный шаг назад, она опустила глаза и неохотно пробормотала: «Аззиссн». В этом несчастном согласии к ней присоединился ее брат, а также внимательный Кииджим.

— Это решено. Повернувшись к своему непредвиденному гостю, Лорд Эйпул начал приветственно махать кончиком хвоста. Помня, что его гость явно не в этом, дворянин быстро заменил его протянутой рукой. Четыре чешуйчатых пальца сжимали пять явно более мягких.

— Итак, можешь ли ты есть нормальную пищу?

«Я нахожу большинство блюд AAnn вполне приемлемыми, как и мой спутник». Флинкс добавил легкий кивок в сторону минидраги, удобно сидящего на его левом плече. «Хотя через некоторое время постоянный режим употребления мяса и его синтетических производных становится утомительным».

Его хозяин ответил явным содроганием. «Я понимаю. Я знаком с человеческим питанием. А

по крайней мере, ты не транкс. Мы постараемся найти sкое-какое «съедобное» растительное сырье, чтобы вы могли варьировать потребление. А пока я хотел бы, чтобы вы рассказали мне все, что можете, об этом ужасе, который м-с-с-с-с-с-с-м приближает нас и угрожает всему сущему. Он сделал глубокий, свистящий вдох. «Хотя я лишь ничтожно мало ощутил это для себя, я все же хотел бы знать больше. Если есть что узнать. Взяв Флинкса за руку, он повел более высокого человека к лифту. Его отпрыск и их друг послушно плелись позади.

«Ну, — начал Флинкс, — это явно самая крупная форма жизни, которая когда-либо была идентифицирована, если ее можно назвать формой жизни в обычном смысле».

Лорд Эйпул показал невежество второй степени. «Вселенная слишком обширна, чтобы ее могли постичь такие ничтожные существа, как мы сами. Мы можем смотреть, мы можем размышлять, мы можем даже измерять, но мы не можем понять. Кто может сказать, что до сих пор могут существовать более крупные существа, может быть, даже такие, которые способны питаться такой необъятностью, которая угрожает нам сейчас?

Пытаясь представить что-то достаточно огромное, чтобы угрожать Великому Злу, которое мчалось к окраинам Млечного Пути, Флинкс обнаружил, что без колебаний соглашается со своим хозяином. Ничто «живое» не могло быть таким большим, как Великое Зло, но оно явно существовало. Почему не может существовать что-то еще большее? Попытка представить что-то столь грандиозное просто переполняла рудиментарную сеть нейронов, составляющую обычный разум. Даже математика была перегружена. В такие времена очень помогало иметь якорь, заземление. Что-то твердое, настоящее и истинное, за что можно держаться.

Именно в такие моменты он неизменно думал о Кларити Хелд.

Они поселили Флинкса в небольшом складском помещении, над землей и в безопасном месте, вдали от посторонних глаз, как Энн, так и электроники. В отличие от большой подземной камеры, где он раньше был спрятан, в этой комнате было освещение, бассейн с подогревом из песка, доступ к развлечениям AAnn и даже окно. Лорд Эйпул заверил Флинкса, что вероятность того, что его обнаружат, практически равна нулю. В отсутствие прямого упоминания или причины служба безопасности Крассина никогда не опустилась бы до расспроса членов важной семьи о возможном обнаружении инопланетянина, разыскиваемого за что-то столь незначительное, как подделка кредита.

Время показало, что благородный Эйпул знал, о чем говорил. Посетители и члены большой семьи приходили и уходили, не приближаясь к изолированной комнате Флинкса. В целости и сохранности он наконец смог отдохнуть и расслабиться.

Единственные перерывы в его распорядке дня возникали в виде все еще настороженного отпрыска Эйпула. Когда они не были заняты повседневными занятиями, делами или семейными делами, они присоединялись к Кииджиму, посещая убежище мягкокожего, засыпая его вопросами обо всем, от повседневной жизни в проклятом Содружестве до природы красочного чешуйчатого летающего существа, которое было постоянным спутником человека. . Флинкс с готовностью ответил на все вопросы. Невежество порождает ненависть, и, наоборот, образование убивает невежество. Знания, как он знал на собственном жизненном опыте, являются более эффективным оружием, чем ружье. Как однажды заметил Трузензузекс, трудно убедить врага в правоте вашего дела, пока вы сносите ему голову.

Он был бы счастлив остаться в кладовой, ожидая возвращения перенастроенного Учителя. Однако такого упрощенного решения в его ситуации быть не могло. Превращенный в большую реальность благодаря тому, что Флинкс поделился с ним, лорд Эйипул был убежден, что необходимо предпринять попытку повлиять на все Имперское Собрание. Если бы это удалось сделать, неохотный Флинкс понял, что это стало бы важной вехой не только в истории Империи, но и в отношениях Анн и людей.

И все, чего он хотел, это провести несколько дней на Бласусарре, чтобы доказать себе, что это возможно. Неужели ему суждено, спрашивал он себя, никогда не позволять делать что-то маленькое и простое?

Когда настал день сопроводить Флинкса в самое сердце Кррассина, его не нужно было прятать. Надежно запечатанный в своем скафандре, он был настолько похож на обычную Эй-Энн, что близнецы снова были ошеломлены совершенством иллюзии. Как только его гость снова надел закрывающий глаза джокк, лорд Эйипул проводил его в характерно резкий бласусаррианский свет раннего утра. Встроенные поляризационные линзы, скрывавшие глаза Флинкса, немедленно затемнялись, чтобы защитить его более чувствительную человеческую сетчатку. Он все равно почувствовал, что его глаза слезятся. Он не выходил наружу с тех пор, как вошел в комплекс Эйипул.

Он не забыл сложить хвост, когда Эйпул сел впереди него в частную семейную машину. Интерьер был гораздо более роскошным, чем у различных видов общественного транспорта, на которых он ездил во время своего пребывания на Бласусарре. Стены отделаны редкими породами дерева и блестящими углублениями из тактильного стекла. Мощная ритмичная музыка AAnn, состоящая из барабанов, колокольчиков и атональной электроники, незаметно исходила из невидимого источника.