Грузовичок медленно поднимался по улицам в сторону гор. Кана ехал сквозь полчища насекомых и вспоминал слова Лукина.

— Понимаешь, Канат, мы разработали способы активации бешеного роста саранчи, — рассказал профессор. — Но также позаботились о мерах профилактики. Усовершенствовали специальный биопестицид. Даже малая его концентрация в воздухе смертельна для саранчи. Проблема в том, чтобы пройти теперь в лабораторию при госпитале, отыскать этот пестицид и распылить в воздухе над Алмурты.

— А он не… — спросил было Кана, но Лукин покачал головой.

— Для человека не опасен.

— Я найду его, — пообещал Кана. И вот он едет в госпиталь по улицам, усеянным саранчой.

Он планировал выехать с улицы Семи Роз на проспект Альфарабиус. Ехал медленно, осторожно. Перед тоннелем под автомобильной развязкой на мгновение остановился, задумался.

Во-первых, грузовик сплошь покрыли насекомые. Сидели на стеклах, шевелили лапками, закрывали обзор. Кана смотрел на дорогу сквозь просветы между их телами.

Во-вторых, подъезд к тоннелю загромождали другие автомобили. Их на съезде к развязке скопилось больше, чем в иных местах дороги. В некоторых приоткрыты дверцы, видны останки людей, почти дочиста обглоданные саранчой.

Ну, и в конце концов, сам тоннель сверху и снизу облепили пузырчатые серо-зеленые наросты. Они подозрительно напоминали кучки, выпавшие из синей бочки в бункере. Из них еще потом полезли личинки саранчи. Кажется, в тоннеле насекомые устроили кладку.

Дорога и все близлежащие здания до сих пор были усеяны живым ковром из насекомых. Саранча беспрерывно летала в воздухе. Соваться в таких условиях в тоннель Кана посчитал неоправданным риском.

— Вот ведь, выжарки бродячие, — пробормотал Кана и дал влево, решив объехать опасное место по встречной полосе. В условиях, когда трафик в городе полностью парализован, можно не беспокоиться о правилах дорожного движения.

Он поднялся через разворот на проспект Альфарабиус. В одном месте колеса, измазанные внутренностями раздавленных насекомых, забуксовали. Грузовичок покатился назад, отчаянно визжа шинами. Натолкнулся на металлические ограды у обочины, попутно раздавив с полдесятка саранчи на борту, остановился, обреченно заглох. Кана вспотел от страха. Если сейчас не заведется, где найти новое средство передвижения?

К счастью, автофургон немного покапризничал и завелся с третьей попытки. Кана дал газу и вылетел на Альфарабиус, давя саранчу на дороге.

Поехал по встречной полосе, огибая неподвижные машины на пути.

Так он ехал с километр, даже немного ускорился, потому что саранчи поубавилось. Дальше дорога пошла под уклон, грузовик понесся еще резвее, Кана весело крутил рулем, ныряя между чужими автомобилями и особо крупными особями саранчи и даже позволил пропеть веселый мотивчик.

Он промчался мимо улицы Жаркой и надеялся, что дальше путь будет также светел и комфортен. И зря.

На подъезде к пешеходному переходу, навесным мостом перекинутому через проспект Альфарабиус, обнаружилась невообразимо огромная саранча. Больше грузовика раза в два, наверное. Стояла посреди дороги, в окружении собратьев помельче, как королева со свитой.

Дальше, за нею, металлические опоры пешеходного перехода облепили пенистые серо-зеленые кладки. Нависали над всей дорогой, как огромный живой занавес. И, кажется, из кубышек внутри начали вылупляться личинки.

Кана резко вдавил педаль тормоза. Грузовик завилял на дороге, сбил нескольких насекомых и заглох прямо на ходу. Руль заклинило, колеса продолжали крутиться.

Со всего маху автомобиль врезался в гигантскую саранчу. Чуть протащил перед собой и с чавканьем въехал в плотную массу кубышек, нависающую над дорогой. Сразу потемнело, будто Кана попал за кулисы огромного театра. Машина застряла в массе и остановилась.

Лобовое стекло затрещало, развалилось на несколько частей и вошло внутрь кабины. Кану придавило здоровенным брюхом и частью задней лапы насекомого. А еще к нему с радостным зуденьем полезли саранчи размером поменьше. На крышу с глухими хлопками сыпались кубышки с личинками.

Хорошо хоть, не перевернулся, решил Кана и возблагодарил небеса. И опять зря.

Гигантская саранча пожелала освободиться. Заворочалась, толкнула грузовик лапами, резко выгнула брюхо. Бедный автотранспорт не выдержал напора. Грохнулся на бок, давя пенистую массу и ненароком попавших сюда насекомых. Он все еще оставался под злополучным пешеходным переходом.

Падение немного оглушило Кану. Через отверстие для лобового стекла лезли бесчисленные личинки. В руки и ноги впились сразу три саранчи. От боли он чуть не закричал. Сориентировался, схватил их за головы и оторвал.

В кабину, крутясь и подпрыгивая, набивались все новые личинки. Обдавали вонючими внутренностями и превращались в саранчу. Скоро они снимут со случайно заехавшей сюда Фаланги скальп.

Пробиться сквозь них не было никакой возможности. Кана греб руками и ногами, но в кабину ползли новые. Скользкие, вонючие, противные. Как будто тонешь в заполненном устрицами бассейне.

Грузовичок под пешеходным переходом слабо трепыхался. Кана сумел-таки выбраться из кабины, а вот дальше дело пошло хуже. Личинки еще в новорожденном состоянии демонстрировали свой мерзкий характер, кусали человека-фалангу и готовились разорвать на кусочки. Они были повсюду. Кана потерял ориентацию в пространстве и не знал, куда ползти.

Он уже начал шептать последнее «Прости» Айке и родителям, когда вдруг масса заколыхалась и начала распадаться. Напор личинок ослаб. Где-то вдалеке, а затем все ближе и ближе, сквозь живую стену слышались сухие автоматные выстрелы. Потянуло тошнотворной гарью, будто рядом жарили сгнившее мясо.

В какой-то мере, оно так и было. Когда окровавленный, обезумевший, наглотавшийся личинок Кана увидел белый свет, первым делом он заметил струю огня, чуть не опалившую его шкуру.

Он повалился на мокрый асфальт. Продрал глаза, протер от слизи. Перед ним стояла цепочка солдат в костюмах химической защиты и в противогазах. Они чистили огнеметами пешеходный переход от личинок саранчи.

— Ого! — глухо подивился один, помахав хоботом противогазной маски. — Глядите-ка, я чуть Фалангу не поджарил!

Оглядевшись, Кана не увидел исполинскую саранчу. Она, кажется, до сих пор скрывалась под пенящейся массой.

Солдаты с любопытством разглядывали спасенного.

— Ты что же, тоже с саранчой не справился? — спросил другой.

Кана замахал всеми четырьмя руками.

— Осторожнее, там очень большая саранча!

Тот, что стоял ближе, глухо засмеялся под противогазом.

— Да мы знаем, Фаланга! Большая саранча сейчас повсюду. Ты не мешай, отойди в сторонку.

К цепочке подбежал офицер, кажется лейтенант.

— Чего встали? Продолжайте зачистку территории.

Заметил Кану.

— А, этот тоже здесь. Сейчас мы его передадим…

И не успел закончить.

Огромная саранча выбралась из пузырящейся смеси. Солдаты испуганно закричали. Кто-то даже попробовал сжечь ее из огнемета. Бесполезно, только разозлил. Откуда-то сбоку по ней стреляли из автомата.

Саранча тяжело подпрыгнула, приземлилась на цепочку солдат, двоих раздавила всмятку, нескольких сбила с ног. Еще одного ухватила челюстями, перерезала надвое. Сверху на подмогу стала налетать саранча поменьше. Цепочка солдат мигом распалась.

Тогда с другой полосы дороги, там где стояли военные грузовики, рыча двигателем, выехал бронетранспортер. Навел толстые дула пулеметов на безудержное насекомое и застрочил пулями.

Очередь наделала в грузном теле массу отверстий. Саранча не успела и повернуться, как пули пробили ей голову, шею и неуклюжее туловище. Чудовище откинулось назад, перевернулось, упало на дорогу, дергая лапами. Где-то выше, за грузовиками, торжествующе закричали солдаты.

Кана встал и пошел искать командира. Нужно получить сопровождение до госпиталя, чтобы остановить это безумие. Хорошо, что прислали войска. Видно, они пробиваются к центру города несколькими колоннами. Эта колонна идет по верхней трассе. Может, армия сама справится с саранчой, без жалкой помощи фаланги?

Но нет, пустые надежды.

Кажется, саранча обладала коллективным разумом. Через несколько секунд после гибели огромной саранчи гром усилился. С северо-запада послышалось трение мириадов крыльев. Кана отскочил подальше гигантскими прыжками, съехал с дороги ниже, на тротуар. На жидкую цепочку солдат вдруг опустилось целое облако насекомых. Вот прям реально облако, состоящее из сотен тысяч тел, крыльев, усиков, лапок и челюстей. Огнеметы прожигали в облаке крохотные отверстия, тут же заполняемые новыми полчищами. Солдат мгновенно разогнали.

Бронетранспортер в упор стрелял по облаку, но это было равносильно стрельбе из пушки по воробьям. Саранча облепила военную машину, залезла в дула пулеметов, забила своими телами. Пулеметы поперхнулись, умолкли. БТР рванулся было назад, расчищать путь, но сквозь облако скакнули еще две огромные саранчи, ничуть не меньше, а то и побольше недавно убитой.

Одна приземлилась рядом с удирающим бронетранспортером, другая упала на крышу. Вцепились в транспорт. БТР поначалу вырвался, смял одну саранчу.

В это мгновение статус наблюдателя нарушили серьезные помехи. На Кану кинулись двое насекомых, намереваясь перегрызть горло. Пришлось на них отвлечься.

Когда он закончил и опять глянул на место битвы, то увидел, что БТР беспомощно валяется вверх тормашками. Одну гигантскую саранчу в самоубийственной атаке пытался протаранить армейский грузовик. Вторая тварь ловила убегающих солдат.

Кана рванулся было на помощь к отчаянному водителю грузовика, но снова не успел. Неприятные сюрпризы в этот кошмарный день никак не хотели заканчиваться.

Сквозь раскаты грома, вызванного трением крыльев саранчи, завыл нарастающий звук. Будто авиабомба какая летела на город. Причем совсем рядом, прямо над головой. Кана даже голову поскорее втянул, потому что не исключал возможности бомбового удара.

Но нет, это оказалась не бомба. На многострадальный участок проспекта с ужасным грохотом упал военный самолет. Вроде истребитель какой, Кана не особо в моделях разбирался. Тем более, его полностью облепила саранча, скрывая опознавательные знаки.

Земля вздрогнула. Самолет зацепил грузовик и чудовищную саранчу, стукнулся об асфальт, развалился на части. Крылья в стороны, хвост переломился. Вместо кабины пилота огромная вмятина. Грузовик перевернулся на бок. Бесстрашного водителя выбросило наружу, прямо в кучу с личинками. Они с радостью набросились на нежданную добычу.

Огромная саранча уцелела, только удивленно шевелила усами, рассматривая небесного гостя.

— Что-то я здесь подзадержался, — пробормотал Кана и побежал дальше. Кажется, армия в его проекте не помощник.

Спустя полчаса он пожалел о своем решении. Саранчи становилось все больше. Он проехал всего полкилометра, за это время сменил три легковых автомобиля. Стекла в них очень быстро ломались под напором насекомых. Вдобавок, то и дело попадались гигантские особи саранчи размером с восьмитонный грузовик. Эти набрасывались на любое движущееся транспортное средство.

Кана вылез из последней тачки и отступил под натиском тварей. Он впервые сомневался в своей способности проникнуть в логово врага и получить волшебный пестицид. Саранча атаковала все чаще.

Насколько парень помнил из фильмов и книг, вскоре саранча должна сняться с города и перелететь на другое место. Когда здесь не останется пищи. На это могло уйти несколько дней, при этом насекомые уничтожат всех жителей. Кроме того, саранча подчинялась приказам Дэна Касовича. А он мог направить ее на любой город в Казахстане или в соседней стране. Короче говоря, Кана не имел права выпускать саранчу из города. И должен уничтожить ее как можно быстрее.

А потом он нашел лазейку. Вернее, ему указали путь.

— Эй, Фаланга! — закричали откуда-то сбоку.

Кана огляделся. На дороге чуть отодвинулась крышка канализационного люка. Из нее наполовину вылез человек в камуфляже, в руке автомат. Он махнул, подзывая к себе.

— Айда с нами!

Кана не заставил себя долго ждать. Подскочил и нырнул вслед за спасителем в темное отверстие, не забыв задвинуть за собой крышку.

* * *

Он прекрасно ориентировался в темноте. Удачно приземлился в небольшом тоннеле, в два метра высотой. Вокруг стояли солдаты, увешанные оружием, на касках горели налобные фонарики. Один, тот самый, что подозвал к себе, шарахнулся от упавшей с небес фаланги и добродушно ругнулся:

— Уф, окаянный, еле успел от тебя отойти!

Кана огляделся. В тоннеле толпилось около десятка солдат. Тот, что вызволил его, протянул руку:

— Ну, звезда, будем знакомы. Я майор Бунчик.

Кана пожал ладонь, а тот продолжал балагурить:

— В отряде я самый старший по званию и возрасту. Это те, кого я успел спасти. Десять бойцов вместе со мной. Ты одиннадцатый будешь.

Кана кивнул.

— А теперь о насущном. Ты знаешь, как отсюда выбраться?

Кана помотал головой. Майор удивился, брови взлетели вверх.

— Как так, Фаланга? Я думал, тебе все известно. Чего молчишь, саранча язык откусила?

— Как выбраться, не знаю, — ответил, наконец, Кана. — А вот как прекратить этот беспредел, вроде понятно.

И рассказал про госпиталь и экстра-пестицид. Майор думал недолго. Повернулся к бойцам, спросил:

— Ну, кто со мной? Порешим гадов, тогда и сами спасемся.

Бойцы закивали.

— Дело говоришь, Бунчик. Пошли в госпиталь.

В общем, все согласились. А куда еще деваться?

Двигаться решили по канализации. У одного из солдат, из инженерной роты, имелась карта подземных коммуникаций. Посветили фонариками, прикинули примерный маршрут. Выходило, что только раза четыре придется выбираться наружу и перебегать в другие лазы. Большую часть пути можно пройти под землей.

Они маленько передохнули и пошли в поход во спасение человечества.

В тоннеле, конечно, пованивало. То еще амбре, так сказать, далеко не аромат роз. Сапоги топали по тягучей жиже, Кана старался особо ее не разглядывать.

Он шел позади всех, наслаждался тишиной и спокойствием. Чуткие уши фаланги все равно фиксировали шум наверху, но отдаленно, будто за тридевять земель. Изредка в канализацию прорывались группки саранчи, но солдаты их быстро ликвидировали.

Навигатор под землей глючил, но иногда показывал верное направление. Вскоре отряд добрался до места первой вылазки на поверхность.

— Я пойду первым, — сказал Кана, выступив вперед. — Буду тараном. Не отставайте.

Бунчик поглядел на солдат, возражений не последовало. Кана подошел к проходу наверх, пролез немного по скобам и подпрыгнул к крышке. Выдавил наружу, отодвинул. Высунул голову.

Никаких неожиданностей. В том смысле, что спереди и сзади снова тянулась дорога, заполненная саранчой и брошенными автомобилями. Одно насекомое заинтересовалось вылезшим из-под земли волосатым человеком, поползла к нему.

Кана опустил крышку, глянул вниз:

— Ну что, побежали?

Но бросок откладывался. Половина членов экспедиции валялась на смрадном полу тоннеля. Бунчик полз вверх. Увидел, взгляд Каны и прохрипел:

— Газы душат… — и тоже упал.

И Кана догадался. В канализации частенько скапливаются газы, не только противные для обоняния, но и опасные для здоровья. Судя по всему, группа попала в зону скопления вредного воздуха.

Медлить нельзя. Он спрыгнул, подхватил Бунчика, выскочил наружу. Положил рядом с колодцем, похлопал по щекам.

— Эй, ты меня слышишь? Прикрывай эвакуацию!

Майор открыл глаза, привстал, огляделся и поднял автомат. Кана нырнул за следующим бойцом.

Он вытащил их всех за пару минут. К сожалению, одного спасти не удалось, а еще двоих убили насекомые.

Мертвецов оставили на съедение, а отряд, кашляя и пошатываясь, кое-как отстреливаясь, перебрался в отверстие другого люка. Там все напялили противогазы.

Кане вредный воздух был не опасен, его удивительный организм приобрел иммунитет к токсичным выделением. Другое дело, что гены фаланги требовали еды, причем очень много. Пришлось набрать в каждую руку по парочке мертвых особей саранчи и с аппетитом пообедать ими.

— Вкусно, между прочим, — поведал Кана соратникам. — Может, отведаете?

Но те вежливо отказались. Бунчик, отдышавшись, так и сказал:

— Е-мае, ты нам еще сушеные гусеницы предложи пожрать.

Перекусив, Кана захотел спать. Но времени не было, пришлось бежать дальше.

Дальнейший поход проходил без особых происшествий до последней вылазки. Под землей они дошли до проспекта Мира и Согласия, перебрались на другую линию канализации. Пошли вверх к горам. До госпиталя оставалось пару километров, когда понадобилось перейти на последний проход.

Кана привычно высунулся из люка и поразился увиденному.

Настал вечер, тучи насекомых по-прежнему застилали небо. Зато, почему-то светили уличные фонари, видимо, включились автоматически. Саранча прыгала вокруг ламп, как ночные мотыльки. Более крупные особи полезли на источники света, сломали столбы и получили удар электричеством. Одна гигантская саранча висела на сломанном фонаре, как огромный кусок шашлыка на шампуре.

— Ну, что там? — нетерпеливо спросил солдат снизу.

— Ничего, все по плану, — ответил Кана. — Выходим.

И выскочил из люка, как пробка из шампанского. Приземлился рядом, зачистил место высадки от насекомых. Из канализации полезли другие бойцы.

Застучали очереди из автоматов. Новые волны саранчи, готовой полакомиться прибывшей дичью, отлетали назад с простреленными телами.

— Быстрее! — кричал Бунчик. — Уходим дальше!

И побежал на восток, к последнему люку.

Откуда-то сверху на шум прыгнула громадная саранча. Не меньше двухэтажного дома. Чем ближе к госпиталю, тем больше становятся, что ли?

Затем еще одна, другая, третья. Преградили путь крохотному отряду, зловеще шевеля длинными усами.

— Я их отвлеку! — закричал Кана. А затем увидел плотный сгусток в темном небе.

Над фонарями и крышами домов, над парящими в разные стороны насекомыми, появился плотный рой. Саранча в нем собралась в гигантский ударный кулак. Чуть поодаль из-за девятиэтажного дома вылетел другой вихрь насекомых. Навстречу несся третий. Все они кружились в плавном танце над землей и устремились на группу людей с автоматами.

Огромные саранчи перед отрядом тоже присели на лапах и разом прыгнули на солдат.

В общем, вышло так, что Кана вывел отряд прямо под концентрированный и мощный удар врага.