- Агафа? Ты где была?
- Что вы сделали с моей матерью?
- Мы заберем ее в Эверсити.
- Исполнитель Террини… он ослепил ее.
- Да, - кивнул я.
- Это очень жестоко.
- Откуда ты узнала?
- Я видела это. Я видела это еще до того, как вы приехали. Я предупреждала ее, но она мне не верила.
На ферме было тихо. Где-то далеко залаяла собака. И вдруг я с содроганием понял, что вижу свет люменов сквозь силуэт девушки. Я покачал головой. «Слишком много грога», подумал я, но меня не покидало странное ощущение, что я говорю не с созданием из плоти и крови, а с призраком.
Она склонилась ко мне.
- Он убьет здесь всех. Ты должен его остановить.
Она закусила нижнюю губу и, испуганно вздрагивая, потерла руки.
- Слушай, - сказал я. Я был уже сыт по уши этими сказками и пришел к единственно возможному выводу. – Я не верю во все это дерьмо про соломенного человека. За этим кто-то стоит. Кто это?
Она исчезла, и ее голос прозвучал с другой стороны от меня:
- Никто, - сказала она. – Я не лгу тебе. Клянусь жизнью своей матери!
Я обернулся туда, но там никого не было. Я повернулся в другую сторону, но и там не было никого. Волосы на моих руках встали дыбом. От этих резких движений у меня закружилась голова, и я упал, как последний пьяница. Мне понадобилось мгновение, чтобы подняться.
«Надо было больше закусывать», подумал я. Амасек на пустой желудок – не самая лучшая идея.
Шатаясь, я поднялся по ступенькам административного блока и вошел в кабинет бухгалтера.
- Где ты был? – спросил Террини.
- Просто проверял Мургию.
- Как она? Раскаивается в своих преступлениях?
Я кивнул, встревоженный этим странным видением Агафы. Сделав еще один глоток грога, я не сказал ничего.
Мы с Террини, шатаясь, направились в дом для гостей. По пути мы курили лхо и с пьяной откровенностью обсуждали вопрос о том, кто унаследует пост моего отца.
- Слушай, - сказал он. – Вас трое, и каждый из вас не настолько силен, чтобы справиться с остальными двумя. Я бы на твоем месте заключил союз с одним из твоих братьев, убил бы третьего, а потом как-нибудь избавился бы и от «союзника». И тогда наследником останешься только ты.
Я знал, что обсуждать такие вопросы неприлично, но я был пьян, и мне было любопытно, что думают обо всем этом рядовые силовики. Кроме того, я так часто слушал мнение моей матери по этому вопросу, что мне нужен был свежий взгляд.
- Кто из нас самый сильный? – спросил я у Террини.
- Ну, Хингалл никому не нравится, - сказал он. – Но у Гэктама есть сторонники. Он старается использовать принцип «я не Хингалл». Он слаб, но некоторым это нравится – это значит, что его можно использовать.
- А я? Что люди говорят обо мне?
Террини подумал над этим вопросом.
- Пока никто не знает тебя настолько, чтобы составить мнение.
- Это хорошо?
- Это не хорошо и не плохо, но ты можешь извлечь из этого преимущество.
Я попросил его пояснить.
- Ну, это значит, что ты пока неизвестная величина. И это хорошо. Ты можешь заставить их думать о себе то, что ты хочешь.
- А чего хочет Патридзо? – спросил я.
Террини засмеялся.
- Он не так уж важен. Но вдовствующая правительница хочет, чтобы начальник полиции был надежным, сильным и честным. Однако, пожалуй, этого хочет она одна. Представители знати хотят кого-то, кто принимал бы их сторону в борьбе с политическим соперниками. А простому народу все равно, пока его оставляют в покое. Вот примерно так обстоят дела.
- А что насчет силовиков?
Он снова засмеялся.
- Они хотят, чтобы твой отец жил.
Я тоже засмеялся:
- И я этого хочу.
Некоторое время мы шли в молчании.
- Ты говоришь об этом так просто, - сказал я, думая о его совете насчет убийства моих братьев.
- Так и есть, - кивнул Террини. – Знаешь, что говорят в наркокартеле Банда?
- Нет.
Террини затянулся лхо-сигаретой, когда мы свернули на тропинку, ведущую к дому для гостей, и выдохнул длинную струю дыма.
- Доверие помогает предательству, - сказал он и подмигнул. – Ладно, пошли спать.
В ту ночь я опять спал плохо.
Ко мне снова являлись призраки. Моя мать. Мой отец. Братья, и даже Прыгун, его сшитое тело скакало по деревянному полу с тяжелым стуком. Когда он поймал меня, его руки оказались такими сильными, что я не смог вырваться. Он прижал меня к полу.
- Идите сюда! – позвал он, и в мой сон вошли мои братья. Они явно знали о том плане, который мы с Террини придумали этим вечером.
Их лица были такими же белыми, как у Прыгуна, и вокруг глаз тоже были нашиты голубые бриллианты.
- Спасибо, Прыгун, - сказал Хингалл, мой старший брат. Он унаследовал угрожающую внешность моего отца, к которой добавлялась склонность к садизму.
Прыгун держал меня.
- Дай камень, - сказал Хингалл Гэктаму, моему среднему брату.
Я должен был легко увернуться от неуклюжего Прыгуна, но какая-то призрачная сила держала меня, и я видел, как клочья его рыжих волос все приближались. Гэктам с трудом поднял большой камень, который он нашел. Кряхтя, он выпрямился и подтащил камень ко мне.
- Подними его выше! – велел Хингалл. – А теперь бросай ему на голову!
Я в испуге проснулся и сел.
Было уже утро. Я потер лицо, стараясь скорее стряхнуть сон. «Просто сны», сказал я себе, и выругался вслух, злясь, что слишком много думаю о них.
Террини гремел посудой в кухне. Я поднялся с койки, надел свой черный костюм и пояс с кобурой, и собрал оставшиеся вещи в вещмешок. Это место явно действовало мне на нервы. Я ждал с нетерпением, когда мы скорее отправимся обратно в Эверсити.
Мы сидели и пили рекаф. Наши мысли уже были обращены к дороге домой, и мы говорили о предстоящей поездке. Основной заботой была перевозка Мургии. Террини, допив свою кружку, хлопнул руками по коленям и фыркнул.
- Мы засунем ее в десантное отделение и прикуем наручниками к поручням, - сказал он, и повернулся к двери, чтобы сплюнуть за порог. – На обратный путь бухгалтер даст нам немного мясной пасты. Достаточно, чтобы троим хватило на пять дней. Больше ей не понадобится.
Последнюю фразу он произнес без лишнего драматизма, просто констатируя факт. Мургии понадобятся все ее силы, когда мы передадим ее моему отцу.
Сервы уже отправились работать в поля. Поднимаясь по ступенькам административного блока, мы слышали шум комбайнов вдалеке, от рокота их огромных двигателей воздух вибрировал.
Капо был в своем кабинете и что-то фальшиво насвистывал. Сервочереп с гудением парил над его головой, зависнув в воздухе, было слышно, как внутри него работают механизмы, его дрель вращалась.
- Отдыхай! – приказал ему Капо, и сервочереп полетел к своей подставке, едва не врезавшись в меня и уклонившись в последний момент.
- Мерзкая штука, - сказал Террини, глядя, как сервочереп устраивается на подставке. Манипуляторы с инструментами повисли, и свет в глазах черепа погас.
Пододвинув себе стул, Террини уселся, скрестив руки.
- Значит так, - сказал он. – Сегодня мы возвращаемся в Эверсити и забираем с собой Мургию. Десятинный флот уже прибыл. Вы будете продолжать исполнять обязанности временного бухгалтера, и соберете урожай полностью. Понятно?
Капо послушно кивал. Да, он справится с обязанностями бухгалтера еще несколько дней. Да, тут действительно нужен кто-то более подходящий. Ему никогда не приходилось чем-то руководить, он всегда только исполнял приказы.
- О ваших опасениях я сообщу начальнику полиции, - сказал Террини. – И Экклезиархии. Та девчонка так и не появилась?
Капо покачал головой.
- Ну ладно. Когда появится, отошлите ее в Эверсити. А теперь, Рудгард, приведи сюда эту женщину.
Он кинул мне ключ от камеры. Я ловко поймал его, и направился вниз по каменной лестнице.
Отомкнув замок, я с лязгом открыл дверь, заскрежетавшую по каменному полу. Мургия сидела в дальнем углу камеры, прижав колени к груди.
- Мургия? – позвал я ее.
Она не ответила.
- Вставай!
Она не двигалась.
- Вставай!
Я подтолкнул ее ногой, и ее тело соскользнуло по стене на пол, голова свесилась набок.
Ее горло было перерезано, казалось, циркулярной пилой. Страшная рана почти отделила ее голову от туловища. Когда она упала, я увидел, что ее брюшная полость вскрыта.
- Террини! – закричал я.
Мой напарник прибежал, громко топая по лестнице, и, ворвавшись в камеру, посмотрел на труп Мургии. Раны на ее теле были ужасными.
- Как ради Трона… - произнес он.
Мы внимательно осмотрели камеру. Не было признаков взлома замка. Не было следов борьбы. Ничего.
Террини, присев, потрогал труп.
- Холодная, - сказал он. – Значит, убийство произошло несколько часов назад.
Когда он подвинул тело Мургии снова к стене, ее окровавленные волосы испачкали его руку. Склонившись, Террини осмотрел ее голову. В затылке оказалась круглая дыра.
Мы еще раз осмотрели камеру, пытаясь обнаружить потайную дверь или люк. Но ничего такого не было. Испачканные кровью стены были простыми каменными стенами.
Я еще чувствовал некоторую спутанность мыслей от выпитого вчера амасека, но попытался тщательно все обдумать.
- Единственный ключ от камеры у нас?
- Да.
Я еще раз огляделся. Кроме двери в камере было только узкое окно высоко под потолком. Когда я посмотрел на него, кое-что привлекло мое внимание. С окна свисали длинный кусок веревки, и на его конце висела фигурка. Я оторвал ее и поднял к глазам.
Соломенный человечек.
- Убита? Трон Святой… - вздохнул Капо, сидя за столом и закрыв лицо руками. Он явно не находил, что сказать.
В этот момент в кабинет попытался зайти Перин. Я преградил ему путь и спросил:
- Ты чего хотел?
- Ничего, сэр… - промямлил Перин.
- Тогда подожди снаружи, - велел я ему.
- Но… мы нашли Агафу, - сообщил он.
- Наконец-то. Ведите ее в кладовую, - приказал я и захлопнул дверь кабинета.
- Трон Святой, - опять произнес Капо. – Я же говорил вам, что тут нужен исповедник!
Я хлопнул рукой по столу.
- Слушайте, - сказал я. – Кто-то убил Мургию. Это не дух и не призрак. Это человек. И мы найдем его, кто бы это ни был.
Я посмотрел на Террини. Он понимал, о чем я думаю.
- Зови всех сюда, - сказал он.
Мы позвали Перина и остальных надсмотрщиков.
Я был спокоен, холоден и тверд как мрамор.
- Значит так, - сказал я. – Сегодня ночью была убита Мургия. Я хочу, чтобы вы все были все время вооружены и ходили только парами. Понятно? Сервам не говорить ничего. Необходимо продолжать сбор урожая и выполнить наш долг перед Императором. Есть вопросы?
Вопросов не было.
Мы направились в оружейную. Тяжелые бронированные двери покрылись пылью за долгие годы. Внутри оказалась стойка с автоганами, в их спусковые крючки была продета цепь, которую Террини убрал. Я брал со стойки по два автогана и передавал их надсмотрщикам. Это было очень старое оружие, давно списанное из арсеналов Астра Милитарум, и оказавшееся на вооружении частей локальной милиции, и в конце концов закончившее свой путь в местах, подобных этому.
Террини и я с утра опросили всех – сервов и надсмотрщиков – кто еще не успел уйти в поля. Это было пестрое сборище людей, как и бухгалтер, плохо справлявшихся со своими обязанностями. Никто из них ничего не видел и ничего не знал. Но я им не верил. Они что-то утаивали.
«Недостойный» лично пожелал ответить на мои вопросы. Порезы, которые он себе нанес, воспалились и распухли, и кожа на его щеках так натянулась, что стала почти прозрачной. Под розовой кожей я видел белесые бугры инфекции, наверху которых выступал затвердевший желтый гной. Один из нарывов лопнул, и кровь с гноем текли по щеке. Казалось, «Недостойный» был доволен ходом событий.
- В вас мало веры, - сказал он. – Император недоволен нами. Он будет судить нас всех.
Когда мы закончили, Террини пошел в помещение с вокс-аппаратом, и снова пробудил машинный дух старинного устройства. Глаза металлического черепа на передней панели засветились. Слова из вокс-трубки доносились глухим треском, слишком тихо, чтобы я расслышал.
- Да. Необъяснимые смерти, - сказал в трубку Террини. Наступила долгая пауза. – Две, пока мы были здесь.
Снова пауза.
- Мы думали, что нашли виновного. Мургия Крово, она была связана с наркокартелем Банда. Торговала обскурой.
И снова пауза. Я повернулся спиной к нему и рассеянно побарабанил пальцами.
- Да, - сказал в трубку Террини, - Я знаю.
Прикрыв вокс-трубку ладонью, он повернулся ко мне и прошептал:
- Они проверяют.
Наконец разговор подошел к концу.
- Ничего, - сказал он. Подождав еще немного, он повесил трубку, вздохнул и повернулся ко мне. Его лицо было встревоженным.
- Что случилось?
- Меня предупредили, что из Долгой Засухи сюда надвигается буря.
Я мало знал об этой части планеты, и Террини пришлось мне объяснить:
- Пустынный циклон. Они довольно опасны.
Я все еще не понимал, о чем речь, и Террини пояснил подробнее:
- Мы не сможем уехать, пока буря не пройдет.
- Значит, мы здесь застряли?
Он кивнул.
- И надолго?
- Возможно, на два дня.
- Понятно, - сказал я, понимая, что у нас нет выбора. Я думал о моей репутации и ее роли в предстоящей борьбе за наследство. – Ну ладно. Десятинный флот уже прибыл в систему. Так что мы теперь можем удостовериться, что урожай убран полностью.
Террини кивнул.
- Да. Урожай.
В первый день буря была просто темным пятном на горизонте. Она заставила всех рабочих Торсарбора напрячь силы и трудиться быстрее. Теперь, казалось, каждый час был ценен. Мы погнали сервов в поля, и комбайны снова поползли по полям, очищая их.
Я тоже отправился в поля следить за сервами, и наблюдал, как косилочные агрегаты комбайнов крошат леса стеблей. В полях жили разнообразные животные, и теперь они бросились убегать от комбайнов в поисках нового укрытия.