Рим

Великолепный вид ночного города, открывавшийся из вертолета, не взбодрил Нико. Он не чувствовал никакого облегчения, оказавшись дома. Здесь, в Риме, повара были в восторге от его предпочтений простой еды, но в Силибри этого понять не могли, и отчаянно пытались впечатлить изысками. В результате от их изумительной еды Нико впервые одолела изжога. Или ему просто стало неуютно, что водитель встречал его, вместо того чтобы проводить со своей женой медовый месяц? Они только недавно обручились с горничной Нико.

- Я думал, вы в отпуске?

- Мой отпуск начинается завтра.

Нико посмотрел на часы.

- Но завтра уже наступило.

- Мне кажется, лучше, когда тебя встречает знакомое лицо. Как прошло путешествие?

- Вполне неплохо.

По всем критериям оно было прекрасным. В роскошном новом отеле у Нико изначально был свой номер, так что во время визитов в Силибри он был освобожден от нелепых ночевок у соседей. Он посетил кладбище и понял, что отец наконец обрел покой. Отель процветал, в нем бронировали номера богатые и знаменитые, и даже королевские особы. Деревня оживала, и это радовало. Но там не было Авроры. А без нее, без даже малейшего шанса столкнуться с ней, Силибри казалась деревней-призраком.

Он пожелал водителю хорошего отпуска и зашел в свой безупречный дом. Оставил чемодан в холле, направился наверх и, приняв душ, лег в постель. Но, несмотря на усталость, заснуть ему не удавалось. Прошли месяцы с их последнего разговора с Авророй, но слова крутились в голове так, словно он был вчера. Почему у него не получается двигаться дальше? Как у нее.

Нужно было отвлечься, и Нико решил выбрать книгу - да и не повредит поработать над внимательностью, в последнее время его концентрация ухудшилась. При виде незнакомой обложки он нахмурился, но затем рассмеялся. Один. Ему никогда не разделить этот смех с ней. Хотя… Выключив свет, он думал о доме, который был так далеко, и о доме, в котором он лежал сейчас. И о мире, созданном им для себя в Риме. Его водитель прав: лучше, когда тебя встречает знакомое лицо, и, когда он приезжал в Силибри, таким лицом была Аврора.

Он пытался избегать ее, но в результате постоянно искал. Рядом с ней всегда становилось лучше, но теперь в Силибри от нее не осталось и следа. Бруно практически не говорил о ней, а мать только и сыпала словами о прекрасной новой карьере своей дочери, которая не дает ей вернуться.

- Может быть, скоро…

И тут Нико понял. Разве в детстве он не слышал этих сумбурных речей? Не догадывался, что стояло за молчанием вокруг дочери Пино, которая внезапно ушла из школы и исчезла, чтобы позаботиться о тетушке в Палермо? Она вернулась несколько месяцев спустя, бледная и мрачная, с самыми грустными глазами в мире. Неужели Аврора? Нико сел. Она бы сказала ему, если бы забеременела, ведь правда? Он снова и снова проигрывал в голове последний разговор. Ни намека. Снова и снова.

Ни одного. И только в самом конце: «Такси скоро приедет». Почему Бруно не отвез дочь на станцию на своей машине? Причина могла быть только одна. Сердце пропустило удар, ему хотелось позвонить ей прямо сейчас, но нужно дождаться хотя бы утра. А если она не ответит? Или ответит, но не признается?

Завтра. Завтра он поручит Марианне выяснить, куда перебралась Аврора, и встретится с ней. Нужно просто пережить эту ночь.

Впервые Аврора не могла увидеть красоту раннего утра в Риме. Еще было темно и очень холодно, а у нее с собой - только несколько в спешке захваченных предметов первой необходимости для Гэба. Но главное, малыш с ней, цел и невредим. Что ей делать? Она всегда гадала, почему Нико выбирал спать в парке вместо их дома. Теперь она понимала

- гордость. Но у нее есть сын. Их сын. И Гэб заслуживал лучшего, чем быть на улице ранним морозным утром.

Она никогда не хотела, чтобы ее звонок Нико был таким. Она хотела быть собранной и спокойной, но сейчас у нее не было выбора. А что, если он поменял номер телефона или заблокировал ее? Что, если послушался ее совета и начал выключать телефон на ночь? Впервые она была благодарна, что он так не поступил.

- Аврора?

Неужели у него записан ее номер телефона?

- Нико, прости, что звоню…

- Никогда не извиняйся за то, что звонишь мне.

Его уверенность и спокойствие словно вставали на пути того ада, из которого она только что сбежала.

- Где ты?

- Сижу на скамейке в районе Прати. - Она описала местность.

- Я рядом. - Спасибо пустым улицам.

Не завершая звонок, он быстро оделся и сел в машину.

- Что случилось?

- Не хочу говорить об этом.

- Хорошо.

Иногда она была благодарна ему за краткость и за то, что он не считал необходимым заполнять тишину. Аврора глубоко вздохнула.

- Нико, мне нужно тебе кое-что сказать до встречи. Я не одна. У меня с собой ребенок…

- Хорошо.

Никаких вопросов. Ни единого. Рядом притормозила дорогая черная машина, и, чтобы не видеть разочарования на его лице, Аврора предпочла смотреть на Гэба.

- А вот и он, - обращалась она к малышу.

- Аврора.

Девушка подняла голову - перед ней в тяжелом черном пальто и со снегом в волосах стоял Нико. Внезапно Рим снова обрел красоту.

- Ты не побрился.

- Ты бы предпочла посидеть на этой скамейке подольше? - К ее удивлению, Нико улыбался.

- Нет.

Она хотела было заговорить, но не знала, что сказать. Нико заговорил первым:

- Не здесь. Не сейчас.

Он снял пальто, завернул в него Аврору с маленьким Гэбом и провел их к машине.

- Забирайтесь оба внутрь.

Он так легко сказал слово «оба», но в его голове оно пульсировало. Теперь их двое. Теперь их двое.

На этот раз дом не показался Авроре подавляющим, наоборот - таким прекрасным, что на мгновение она закрыла глаза и сделала глубокий вдох.

- Что тебе нужно для?… - Он замялся. - Это мальчик или девочка?

- Мальчик. Гэб. - Она сглотнула. - Ну, он Габриэль, но сокращенно Гэб.

- Что нужно Гэбу?

- Все. У меня только эта сумка. - К глазам Авроры подступили слезы, вещей там было максимум на ближайшие шесть часов.

- Я позвоню Марианне. - Видимо, это всегда было его первой реакцией на докучливые дела. - Что случилось, Аврора?

- Я уже сказала. - Она с прямой спиной села на краешек дивана. - Не хочу это обсуждать.

- Допустим. Но у тебя синяк на щеке.

- Он не хотел.

Аврора подняла голову - о, она знала это выражение лица Нико. Мрачная ухмылка была на его лице в первую ночь их секса. Так он смотрел, когда сказал ей идти в постель и услышал ее «нет». Так он смотрел, когда терял терпение. Так он смотрел, прежде чем потерять контроль над собой.

- Хорошо, я скажу тебе.

И она рассказала - о работе, которую нашла, о том, какой прекрасной была Луанна и дети. А потом рассказала о ее муже.

- Все было хорошо в его отсутствие, но потом… Я была в безвыходном положении, Нико, и я осталась.

Снова эта мрачная улыбка. Она поспешно продолжила:

- Около двух часов ночи я положила Гэба в кроватку после кормления. Я живу в летнем домике…

- Зимой?

- Там есть отопление. Мне было так хорошо там. Но это не важно. Я увидела свет и как они дерутся. Точнее, я увидела, как он бьет ее, и я… - Она сглотнула. - Я вмешалась.

Тишина.

- Я не могла ничего не делать.

- То есть ты перебежала через сад - видимо, по снегу - и ворвалась в дом, где бушевал разъяренный мужчина… Он ударил тебя?

- Нет! Я пыталась оттащить его от Луанны, и он толкнул меня, а затем сказал, что мне здесь не рады и из-за меня у него слишком много проблем с женой. Затем он снова толкнул меня, и я упала. - Она покачала головой. - Не хочу больше говорить об этом.

- Имеешь право. Будет достаточно утомительно пересказывать это полиции.

- Я не собираюсь говорить с полицией.

- То есть ты хочешь, чтобы я пошел туда и прибил его?

- Нико, это просто синяк.

- Сфотографируй, пока его видно, и расскажи полиции детали, пока они свежи в памяти. Или я действительно отправлюсь туда прямо сейчас и прибью его.

- Нико, повзрослей уже! Что это изменит?

- Для меня - многое. Так каким будет твое решение?

- Нико, я не хочу доставлять проблем. Я просто хочу забыть…

- Ты никогда этого не забудешь, как и Луанна и ее дети. Я знаю это по своему опыту. Отрицание и игнорирование, попытка закрыть на это глаза ни на йоту не исправят ситуацию. С ней нужно встретиться лицом к лицу.

- Пожалуйста, Нико, оставь это.

Нет. Иногда она забывала, что Нико настолько же сицилиец, насколько и она. В его прекрасных апартаментах появились полицейские и взяли у нее показания. Это действительно оказалось утомительно, но в конце ее ждало облегчение. Когда она спросила, будет ли в безопасности Луанна, Нико ответил за полицию.

- С ней все будет в порядке. Сейчас она в моем отеле с детьми.

Когда полиция ушла, Аврора повернулась к нему:

- Ты не обязан был это делать.

- Мне в радость. Я прослежу, чтобы о ней позаботились, мои юристы ей помогут. Луанна дала тебе дом, когда ты в нем нуждалась и… - Он прервался на полуслове. - Тебе нужно отдохнуть.

- Не могу. Гэб спит, и я боюсь, что в постели случайно его придавлю.

Но она действительно сильно устала. Адреналин, на котором она держалась, куда-то исчез.

- Может быть, я могу положить его в ящик комода. Или если у тебя есть коробка…

- Или я могу подержать его.

Теперь замолчала Аврора.

- Это же лучше коробки?

- Я сплю спокойнее, когда он рядом.

- Позволь мне подержать его, Аврора.

Она протянула ему Гэба, и он неловко взял малыша в одну руку.

- Нужно держать головку.

- Я держу.

- И если он проснется, осталось две бутылочки. Я должна положить их в холодильник…

- Отправляйся в постель, Аврора.

- В какую?

Она покраснела, а от слов Нико у нее перехватило дыхание.

- В ту, в которой он был зачат.

Настолько прямой ответ, который не оставлял сомнений, что Нико знал, чей это ребенок.

Аврора с облегчением закрыла дверь и осталась одна. Нико знает. Что он об этом думает

- другой вопрос. Ей уже стало спокойнее.

Постель была незаправлена. Конечно. Наверняка она разбудила его звонком. Аврора улыбнулась при виде валявшейся на полу книжки - видимо, он читал ее или как минимум просто нашел. Она с блаженством приняла душ и натянула на себя рубашку - не чистую, а сброшенную им прошлой ночью. Ей хотелось быть ближе к его запаху. Когда она скользнула под одеяло, дверь открылась, и на пороге показался он - с чашкой в одной руке и их сыном в другой.

- Сладкое молоко. Или хочешь поесть?

- Нет, молока достаточно.

- Я позвонил Марианне, она позаботится о вещах и няне.

- Мне не нужна няня.

- А мне нужна.

- Ну да, у тебя же активная социальная жизнь. - Она сверлила его глазами. - Все эти балы и походы в театр…

- Это был рождественский марафон. - Нико знал, о чем она говорит. Это входило в обязанности, сопряженные с его статусом, а фотографии публиковались везде. - Последние месяцы выдались насыщенными.

- Я видела. - Аврора пыталась разрезать его взглядом пополам.

Нико выдержал ее взгляд, не моргнув.

- Только, Аврора… - Он не мог больше думать о том, что она сказала. - Ты никогда не находилась в безвыходном положении.

- Мне нужно было появиться здесь на восьмом месяце беременности с отекшими лодыжками?

- Ты знаешь ответ. Ты никогда не находилась в отчаянном положении.

Да, потому что у нее был выигрышный билет - его ребенок. И хотел он того или нет, Нико знал свой долг. Именно поэтому она избегала этого варианта любой ценой.

- Была, Нико.

Закрыв дверь, он ушел в гостиную. Он посмотрел в голубые глаза Гэба, опустил взгляд на ямочку на подбородке, прямо как у него. И снова посмотрел в эти роскошные глаза.

- Твоя мать - самая сложная женщина на этой земле.

А затем он влюбился - потому что двухмесячный ребенок способен покорить любое сердце одной улыбкой.

- Эта улыбка у тебя не от меня.

Теперь в его жизни их двое. Двое сердец, о которых нужно позаботиться. В его жизни появились две - тогда как он не хотел и одной.

Проспав несколько часов, Аврора проснулась и увидела рядом с кроватью люльку. А на ней самой лежала тяжелая рука Нико. Он заснул, даже не забравшись под одеяло.

Девушка села и посмотрела на колыбельку своего сына. На какое-то мгновение стало казаться, что все так, как и должно быть.

- Он хотел к тебе, - в полусне проговорил Нико. - Я не мог его успокоить в люльке, но едва принес сюда, как он заснул.

- Я не слышала, как ты вошел.

- Ты крепко спала. Ложись обратно, воспользуйся возможностью поспать, пока спит сын.

- Нет, я проснулась и голодна.

На самом деле она просто нервничала рядом с Нико. Переживала из-за грядущего разговора и не была уверена, как отреагирует на его вынужденное и неизбежное предложение. Да, сперва наверняка посыпятся вопросы и обвинения, но в конце он обязательно предложит ей выйти за него замуж. В его глазах будет один вопрос: «Ну что, теперь ты счастлива?» И как же ей хотелось швырнуть ему отчаянное «нет».

- Я приготовлю поесть…

- Через час нам привезут еду.

- Привезут еду?

- Мне готовят повара в отеле.

- Я просто хочу хлеба. В твоем модном доме он есть?

- Не уверен, я не занимаюсь покупками. Марианна купила кучу вещей для Гэба…

- Что ты ей сказал?

- Ничего. Просто попросил найти няню и купить вещи для двухмесячного малыша.

- И она ничего не спросила? - Аврора чувствовала, что он ее поддразнивает своими неопределенными ответами.

- Спросила, кормишь ли ты грудью.

- Что ты ответил?

- Что, кажется, нет.

- Я не могла.

- Ну, есть куча смесей и бутылочек, а няня уже на пути к нам. В доме есть отдельное крыло, и она сможет провести с Гэбом ночь.

- Нет.

- Аврора, даже если не брать в расчет синяк, ты выглядишь ужасно.

- Спасибо за деликатность.

- Ты утомлена.

Так и было… не из-за родов - с тех пор она стала чувствовать себя лучше. И не из-за ночных кормлений, не из-за драмы Луанны и ее мужа. Нет, ее истощили восемь лет погони за его любовью, затем бегство, и вот теперь снова погоня.

-Ты тоже кажешься усталым.

- Потому что ты утомишь кого угодно, - улыбнулся он.

Вскоре он ушел встретить няню. Аврора оставалась в рубашке, пока ее одежда стиралась. Собираясь с духом, она готовилась к встрече с очередным активным и эффективным человеком, каких нанимал Нико в Риме. Но няня оказалась… Ну, она чем-то напоминала необъятную итальянскую бабушку, которая обняла Аврору так, словно вырастила ее. Гэб ее покорил с первого взгляда.

- Он так похож на своего папочку!

- Над этим предположением мы пока работаем.

Няня удивилась, но Аврора залилась смехом.

И пока няня знакомилась с Гэбом, чтобы, проснувшись, тот не испугался ее, Аврора и Нико ужинали. Великолепный оссо букко в соусе из вина и трав. И даже хлеб! Ну, булочки… Прислуга сервировала сверкающий обеденный стол и разливала вино по бокалам, когда в животе у Авроры заурчало. Почувствовав ее дискомфорт, Нико отослал людей обратно в отель.

- Спасибо.

- Но десерт…

- Мы справимся.

Справимся. Именно это всегда и делал Нико. И с этой ситуацией он тоже справится как нельзя лучше.

- Прости, что свалилась на тебя.

- Я рад, что ты позвонила.

- Пожалуйста, Нико, обойдемся без вежливости.

- Хорошо. Я не буду вежливым. На тебе есть нижнее белье?

Она засмеялась, но под его серьезным взглядом быстро замолчала.

- Я действительно рад, что ты позвонила.

- Правда?

- Да. Мне только жаль, что это не произошло раньше.

- И что бы ты придумал?

- Что-нибудь получше, чем летний домик зимой.

- Пожалуйста, не надо… - Она заплакала. - Я старалась, как могла. Я втянула нас в это… ты думаешь, я загнала тебя в ловушку?

- Разве я говорил это?

- Нико, я не принимала таблетки.

- А я не использовал презерватив.

- Но ты думал, что я принимаю таблетки.

- Я, конечно, достаточно высокого о себе мнения. Но не настолько, чтобы ждать, что ты будешь продолжать принимать ради меня контрацептивы все эти восемь лет.

Ох.

- Если бы ты даже сказала, что у тебя овуляция, вряд ли бы я услышал. Я просто хотел тебя…

- Ох! - На этот раз вслух.

Странно, что он вообще знает это слово. Впрочем, ведьма в ее голове услужливо напомнила, что Нико знал все о женской анатомии.

- Мы занимались любовью, и у нас появился ребенок.

-Да.

- Я рано вернулся из Силибри, потому что без тебя там уныло. Я благодарен Небесам, что провел с отцом его последнее утро, но затем мне оставалось только поехать обратно. Марианна сказала, что ты в доме. - Он посмотрел прямо на нее. - Я сразу понял, что ты еще не ушла. Желание направило меня прямо к тебе, и мы соблазнили друг друга. Так, как всегда это делали. Мы довели друг друга до края, и нет, я не думал о таблетках, презервативах или о чем-то еще. Только о том, чтобы взять тебя. Так что нет, ты не загнала меня в ловушку.

- Спасибо.

- И еще кое-что. Я не собираюсь тыкать в тебя пальцем за то, что было. Но пожалуйста, теперь позаботься о таблетках. Потому что будут времена, как сегодня, когда мне будет хотеться тебя прямо здесь, на полу.

- Я принимаю таблетки.

К счастью, так как она была невероятно возбуждена.

- Зачем?

- Затем, что какими бы ни были чувства, итог один - мы все равно оказываемся в постели.

- Да. - Нико сделал глоток красного вина и, немного задержав во рту, проглотил. - Но не сейчас, нам нужно многое решить.

К глазам снова подступили слезы. Она не хотела его рациональных решений, ей хотелось его обожания. Облегчения, что она снова в его жизни. Аврора хотела его любви.

- Пожалуйста, Нико. Я не готова заниматься с тобой урегулированием деловых вопросов.

- Тогда ешь.

Она кивнула.

- Но я действительно это имею в виду. Никакого секса, пока мы не разберемся со всем.

- Хорошо. - Девушка запила свою ложь вином.

Впервые в жизни Аврора оставила грязные тарелки на столе, настолько она была опустошена и устала. В поисках няни ей пришлось пройти через весь дом.

- Он прекрасен. - Няня смотрела, как Аврора купает Гэба. - Погреть ему бутылочку?

- Спасибо.

Было так хорошо сидеть и кормить его рядом с этой доброй женщиной. Она скучала по маме в эти месяцы.

- Надеюсь, вы хорошо устроились?

- Да. Надеюсь, и вы тоже. И маленький Гэб. Это первая ночь здесь для всех нас.

- Да. - Аврора устало усмехнулась.

- Ваша щека?

- Это не Нико. - Аврора хотела избежать недоразумений. - Он бы никогда не сделал подобного.

- Знаю. В противном случае я бы не согласилась на эту работу.

- Я работала на человека, который смог это сделать.

Внезапно все напряжение последних месяцев обрушилось на нее. Она почувствовала, сколько энергии ушло на наблюдение за собирающимся штормом. Бедная Луанна. И Антонио, и маленькая Надя. Она посмотрела на сонно улыбающегося Гэба. Бедный Нико. Наконец она поняла, как ужасно, когда тебя бьет тот, кого ты любишь. Тот, кто должен быть источником твоего доверия. Неудивительно, что Нико не хотел больше иметь ничего общего с любовью.

- Идите спать. - Няня увидела слезы Авроры. - Я позабочусь о маленьком Гэбе.

Нико и няня правы, ей нужно поспать ночь, зная, что ребенок в безопасности. Аврора поцеловала сына и пожелала ему доброй ночи.

В спальне ее ждал сюрприз. Нет, не то, что Нико застелил постель. Он стоял там в черных пижамных брюках. Аврора рассмеялась.

- Я думала, они на случай, если ты ляжешь в больницу.

- Марианна слишком много болтает. Но да, они на экстренные случаи - а ты как раз таким и являешься.

Она не была уверена, что это означает, но кажется, в его словах звучала гордость. Зато Нико знал. С ней в его жизнь приходили напряжение и драма. Кровь закипала в венах, в мозгу пульсировал сигнал «опасность!». Ему приходилось прикладывать дополнительные усилия, чтобы сохранять спокойствие и трезвую голову. Один раз ему это не удалось.

Точнее, несколько раз… Но сейчас нельзя думать о сексе. Он просто хотел не упускать Аврору из виду.

Сперва они лежали в напряженном молчании, погрузившись каждый в свои мысли. Первой заговорила Аврора:

- Я не переложу на няню ночное кормление Гэба.

- Тогда постарайся не разбудить меня, когда пойдешь к нему.

Аврора рассмеялась. Ее пугало, насколько правильным казалось лежать в его постели.

- Это больно? Роды?

- Агония.

- Ты не говорила родителям, что я отец?

- Нет.

- Почему?

- Не хочу отвечать на этот вопрос, Нико.

- Хорошо.

- Не хочу больше разговаривать.

- Тогда не говори.

Авроре нравилось, что он не заставляет ее отвечать, что принял ее отказ. Нравилось быть рядом с ним, пусть он ее рядом видеть и не хотел. И они спали - хотя довольно беспокойно. Сперва Аврора прижалась к нему, но ей так хотелось исследовать его тело, что она сразу же отодвинулась. В полночь то же самое пришлось проделать Нико. Он пытался думать о чем-то скучном и асексуальном, чтобы успокоить возбужденную плоть. Желание витало в воздухе, но секс все усложнит. Как комично, что они оба пытаются притвориться спящими. Нико хотел секса. И женщина, с которой он его хотел, лежала рядом. Он чувствовал и ее желание.

- Нико? Нам надо поговорить.

Как будто это он увиливал и отказался разговаривать два часа назад. Такой и будет жизнь с Авророй! Но Нико промолчал: важнее действительно разобраться. Сейчас, в этой темноте.

- Чего ты хочешь, Аврора?

- Не знаю.

- Ты наверняка думала об этом хотя бы немного.

- Я в смятении.

Он взял ее руку, и она сжала его в ответ.

- Тогда мы можем это обсудить.

- Как мне кажется, у меня есть два варианта.

- Варианты - это хорошо. Поделись ими со мной.

- Я хочу… - Она просто не знала как.

Наконец, лежа в темноте, она нашла способ. Так, как рассказала Луанне за ночь до рождения Гэба.

- Я хотела сказать… - Она удержалась от слова «тебе». - С момента как я узнала о беременности, я хотела сказать отцу ребенка. В конце концов, нет сомнений, что Гэб от него, и я знаю, что отец позаботится о малыше.

- Конечно, - осторожно ответил Нико. Если ей помогает говорить о нем в третьем лице - пусть. Он был готов отдать все, лишь бы узнать ее мысли.

- Но я переживаю, что он может предложить другой вариант.

Нико молчал.

- Брак. Понимаешь, однажды он отказал мне, и я бы чувствовала, что заставила его жениться на себе.

- Так…

Это было мягкое «так» - не оценка и не выражение мыслей. Просто знак, что он слушает.

- Думаю, он выберет второй вариант - даже если на самом деле его не хочет. Он хороший человек, уважаемый моей семьей. И они будут ждать от него предложения.

- А ты этого не хочешь?

- Я бы предпочла первый вариант.

- Так?

- Видишь ли… Я думаю, он пожалеет о своем решении.

- Не думаю.

- Он вообще не хотел жениться.

Молчание.

- Но теперь он попытается поступить правильно. Из необходимости. И эта мысль мне претит. Думаю, наш брак будет ужасной ошибкой. - Она пыталась обрисовать картинку, к которой постоянно возвращалась мыслями. - Он будет наездами приезжать в Силибри, видеться с нами… возможно, в выходные… а затем возвращаться к своей жизни.

У меня будет муж, а у Гэба отец, нас будут уважать в деревне. А у него будет своя жизнь в Риме. Его прекрасных апартаментах и…

- И?…

- С другими женщинами.

Он обдумывал ее слова.

- Тебя это будет устраивать?

В спальне было темно, так что она не увидела его улыбки. А сосредоточенность на мыслях не дала ей расслышать легкое поддразнивание в словах Нико. Она полностью упустила тот факт, что он шутит.

- Конечно нет.

- Ты любишь его, Аврора?

- Слишком.

- Ты веришь, что он любит тебя?

- Если и да, то время от времени этой любви не хватает надолго. Вот почему мне больше нравится первый вариант.

- Первый вариант - не вариант, а гарантия, он поддержит вас обоих. Но что по поводу второго варианта? Что, если он хочет брак и семью? Что, если он передумал?

- Возможно, он просто хочет одурачить меня. Я ведь знаю, что ему больше бы подошла тихая жена, которая не будет отсвечивать.

- Ты точно это знаешь?

- Да, потому что он сам об этом сказал. Я могу попытаться быть такой, но насколько у меня получится…

- Зачем тебе быть той, кем ты не являешься?

- Затем что, если он постарается ради меня, я должна сделать то же самое ради него.

- А он хочет, чтобы ты изменилась?

- Он хочет грацию и элегантность, мир и спокойствие. Я могу попытаться быть всем этим.

- Тебя не хватит и на пять минут, Аврора.

- Посмотри на меня, Нико.

Он посмотрел. И внезапно она заснула.