Ник сидел за столом в своем номере, пытаясь сосредоточиться на цифрах на экране компьютера, но все безуспешно. Все, о чем он мог думать, так это она, Фрэн, внезапно появившаяся в его жизни снова. Живая и прекрасная, как всегда. Выругавшись, Ник отодвинулся от стола и мрачно оглядел гостиную.

Донна Франческа.

От ее имени и титула веяло историей, прекрасным воспитанием, гербами, старинными домами и историческими палаццо, наполненными бесценными произведениями искусства. Аристократы были связаны друг с другом, все женились друг на друге, смыкали ряды против чужаков, помогали друг другу сохранить свои привилегии.

Все те, кто родился в знатной семье, были уверены, что мир лежит у их ног. Они не работали ни для чего, они просто наследовали это. Точно так же Вито Вискари, который сидел на стуле и ждал, когда его роскошное наследство упадет ему в руки. А его отец и дядя позаботились о том, чтобы его путь наверх был гладким и легким, отмахиваясь от любого, кто встанет у Вито на пути. Как они отмахнулись от него в пользу избалованного молодого наследника Вискари.

Презрение наполнило Ника - то самое чувство, которое эта женщина, стоявшая перед ним вечером, из позолоченного мира привилегий и аристократии, смогла почувствовать. И все же, кроме презрения, он испытывал также и гнев. Злость на то, что она оказалось не той, за кого он ее принимал.

«Я думал, эта женщина - доктор Фрэн Ристори, от золотистых волос и улыбки которой у меня перехватывало дыхание. И ее тело словно создано для того, чтобы слиться с моим телом так, будто мы две половинки одного целого».

Воспоминания, горячие и жгучие, терзали Ника.

Подумать только, он даже всерьез размышлял над тем, чтобы нарушить правило всей своей жизни и снова связаться с Фрэн и попытаться вернуть то время, что он провел с ней. Выражение его лица стало жестким. Слава богу, он не наделал глупостей! И просто продолжил жить привычной жизнью.

Кем бы Фрэн ни была, он с ней порвал все отношения. Так какое ему дело до того, что она дочь маркиза?

Телефон, стоявший на столе, зазвонил, и он схватил трубку.

-Да!

Его голос был резок. Кому он понадобился в столь поздний час? Ник был не в настроении принимать гостей. Когда девушка со стойки регистрации назвала имя, выражение его лица смягчилось. Он может извлечь выгоду от этой неожиданной встречи.

Разве он только что не сказал, что нужно двигаться дальше? И он может это сделать. Прямо сегодня же вечером. Что бы ни привело сюда Лорну Линдхерст, он воспользуется этим. Он откроет шампанское, даст ей понять, что интересуется не только ее искусством дизайна сада, и посмотрит, к чему это приведет.

- Передайте мисс Линдхерст, - обратился Ник к служащей, стараясь, чтобы его голос звучал не так резко, - я буду рад ее видеть.

Ник повесил трубку и подошел к бару, собираясь достать бутылку шампанского. Он поставил рядом два бокала. Проверил, что освещение создает нужную атмосферу для сообщения, которое он хотел передать женщине, способной помочь ему забыть другую…

Вдруг тихо постучали. Он подошел и с приветливой улыбкой открыл дверь.

- Лорна, какой приятный сюрприз, - начал Ник, а затем улыбка исчезла с его губ. - Какого черта?… - Теперь в его голосе не было ни приветливости, ни тепла.

Фрэн прошла мимо него, шелестя юбками.

- Ник, мне нужно поговорить с тобой! - повернулась она к нему.

Ник все еще был в смокинге, верхняя пуговица рубашки расстегнута. За те несколько часов, что прошли с момента их внезапной встречи на крыше, его подбородок покрыла легкая щетина. Сколько раз, просыпаясь рядом с ним, она водила пальцем по этой щетине! Сердце Фрэн защемило от тоски.

Ник выругался по-итальянски. Грубое слово непроизвольно слетело с его губ, и она побледнела. Ему было плевать, что она понимает итальянский язык. Все, что наполняло его сейчас, - это гнев. И шок.

Фрэн опять была перед ним, как и тогда, на крыше отеля. Такая же прекрасная.

И он понял, что не сможет переключиться на Лорну и продолжать жить своей жизнью. Ник посмотрел на ее платье от-кутюр, ее сапфировое ожерелье, ее чудесные волосы, уложенные замысловатыми локонами. Донна Франческа, во всем ее аристократическом величии.

А затем до него дошел смысл ее слов. «Мне нужно поговорить с тобой!»

Гнев пронзил его с новой силой. Нет, она не обязана с ним разговаривать! Он не хотел ничего обсуждать.

Выражение его лица изменилось, он вновь отстранился.

- Я не хочу ничего слышать, донна Франческа! - холодно начал Ник.

Что-то странное промелькнуло в ее глазах. И он понял, что это гнев.

- Ну что ж, Ник, ты должен это услышать! Я не позволю, чтобы ты со мной так обращался!

Ошибкой было разговаривать с ним в таком тоне. Его глаза сузились, голос стал ледяным.

- Не стоит демонстрировать мне свои аристократические замашки, они меня не впечатляют! Не знаю, каким образом тебе удалось сюда пробраться. Но сейчас - уходи!

Он хотел было открыть дверь, но Фрэн его опередила.

- Ник, нет! - Она тяжело вздохнула, с трудом справляясь с бурей эмоций. - Ник, послушай меня! Не надо так. Это же я, Фрэн. Я не сделала тебе ничего плохого. Пожалуйста, не вымещай на мне свой гнев. Я не имею никакого отношения к тому, что происходит между тобой и Вито. Я не знала, что ты пытался захватить половину его акций. Да и откуда мне знать это? Я ведь даже не знала, что ты Николо Фальконе. Поверь мне, я не знала.

Голос Ника оставался ледяным.

- И я не знал, кто ты на самом деле!

- Потому что это не важно, - яростно выпалила Фрэн. - Тогда это не имело значения. И сейчас не имеет. - Она снова судорожно вздохнула и протянула к нему руку. - Ник, пожалуйста, не надо. Между нами было же что-то хорошее… не порти эти воспоминания.

Фрэн замолчала, чувствуя, как волнение внутри ее усилилось. Ее рука все еще была протянута к нему.

В нем что-то изменилось, Фрэн не могла понять, что именно. Ее грудь вздымалась, сапфиры на шее отражали слабый свет лампы. Женщина, которую он собирался оставить в прошлом навсегда. И теперь это прошлое возвращалось к нему, когда она протягивала к нему руки, ее глаза при этом казались огромными, губы приоткрылись, как будто она умоляла его о чем-то…

- Было что-то хорошее между нами, Ник, и твоя враждебность не оправданна.

Что-то изменилось в его взгляде. Словно под гипнозом, Ник шагнул к ней. Но не стал прикасаться к ее протянутой руке. Вместо этого он прикоснулся к ее щеке, очень осторожно и нежно.

- Сказать тебе, что было между нами? Показать тебе?

Ник провел кончиками пальцев по ее губам. Его голос казался хриплым, чувственным…

Фрэн замерла.

- Ник, нет! Я знаю, что в твоей жизни появилась другая женщина! Понимаю, что между нами все кончено.

Он резко выдохнул, в его глазах появился злобный блеск.

- Нет никакой другой женщины… - Слова сорвались с его губ.

Да и как может в его жизни быть другая женщина, когда эта Фрэн появилась из ниоткуда и захватила все его чувства? С первой встречи.

И теперь она ни на секунду не покидала его сознание.

Правда жгла его, как клеймо. Он всегда будет хотеть эту женщину, перед которой не может устоять. И было бы глупо думать иначе.

Он увидел, как изменилось выражение ее лица, услышал, как она вздохнула, увидел, как расширились зрачки, как вспыхнули щеки, как вздымается и опадает ее грудь. Ее рука упала, слишком слабая, чтобы оттолкнуть его руку, когда он снова провел кончиками пальцев по ее щеке, провел по линии ее подбородка, обхватил затылок и притянул ее к себе.

Она заколебалась и сдалась, произнеся его имя на одном дыхании, в то время как он положил другую свою руку на ее напрягшуюся грудь, чувствуя ее напрягшийся сосок сквозь шелк.

Желание пронзило его. Горячее. Сильное. Мир отступил, перестал существовать. Он услышал ее вздох. Вздох, который он узнал, - это был вздох удовольствия, возбуждения.

- Ник… - простонала она.

Он придвинулся к ней ближе.

- Показать тебе, что было между нами? - спросил он снова, и его голос был по-прежнему хриплым и низким.

Наклонив голову, Ник поцеловал Фрэн. Его поцелуй был бархатным, неторопливым, сдержанным, он с неизменной легкостью раскрыл ее губы, углубляя поцелуй. Стон вырвался из ее груди. Этого не должно было случиться. Фрэн ведь просто пришла прояснить ситуацию, сложившуюся между ними.

Но остановить Ника она не могла. Фрэн выронила сумку из рук, чтобы освободить две руки, и обхватила его, чувствуя, как невероятная легкость наполняет ее. Чувствуя тепло от его тела под своими ладонями.

Она произнесла его имя, и это были вздох, мольба.

Она не могла противостоять тому, что происходило. Она пришла сюда не за этим.

Она пришла за пониманием, за миром, за…

«Я пришла за этим».

Правда, эта правда вспыхнула в ее мозгу.

- Ник… О, Ник! - Это было наполовину рыдание, наполовину вздох, и она, отбросив все мысли, все размышления, ответила на его поцелуй, страстный, жгучий, настойчивый, который зажег внутри ее пламя. И это пламя разожгло огонь, который поглотил все. Весь мир.

Весь мир перестал существовать. Были только они. Только Ник. Только его губы на ее губах, его руки на ее руках. Он переменил позу, теперь она могла прижаться более плотно к его бедрам. Он хотел ее. Он хотел ее так же страстно, как и она его.

Голод охватил ее. Сильный, неистовый, смешанный с обнаженным, отчаянным желанием.

Ник, только Ник! Ник подхватил Фрэн на руки, словно она весила не больше перышка, и понес ее в другую комнату, опустил на кровать и снова накрыл ее губы своими губами.

Он уже не мог отступать. Да и не хотел. Он желал ее здесь и сейчас. Ее. Фрэн.

Одежда ужасно мешала. Ненужная, невозможная. Ее нужно снять как можно скорее. Отбросить прочь.

Нетерпение наполнило Ника, погнало вперед. Где-то в глубине души он понимал, что все это безумие и он должен остановиться немедленно. Но отрезвляющая мысль исчезла, полностью сгорела, когда Ник увидел ее обнаженное тело. Глаза Фрэн были широко раскрыты, зрачки расширены, взгляд словно обезумел от страсти и желания…

И эта страсть и желание ослепили его…

Ник не мог сопротивляться Фрэн, да и не хотел. Все, чего он желал, - прижаться к ней крепче и погрузиться в лавину страсти.

И с торжествующим криком Фрэн отдалась Нику. Она закричала и обхватила его ногами, чтобы он не смог исчезнуть. Огромный прилив энергии, всепоглощающий, неудержимый, набирающий силу, овладевая им, обрушился на него с низким ревом, накатывал снова и снова.

Ник слышал крик Фрэн, чувствовал, как плоть плотно обхватывает ее лоно, содрогаясь от наслаждения снова и снова, пока спустя, казалось, вечность он не почувствовал, что его тело начинает расслабляться. Наконец руки Фрэн разжались и кольцо ее ног, обвитых вокруг его тела, распалось, освобождая его. Он расслабился полностью, прижавшись плотно к ней так, что стук их сердец стал единым целым.

Ник прошептал ее имя, а потом прижал Фрэн к себе, чувствуя, как его охватывает дикая усталость. Он был в состоянии лишь произносить ее имя снова, затем его глаза закрылись, и он погрузился в сон. При этом он не выпускал Фрэн из объятий…

Фрэн пошевелилась. Ее руки и ноги отяжелели. Она медленно провела руками по тонким хлопковым простыням, желая вновь ощутить тепло тела Ника.

Но его не было рядом.

Она открыла глаза, на секунду ослепнув, но потом ее глаза приспособились к освещению. Она увидела дверной проем и Ника, замершего в дверях. Он был одет в белый махровый халат и молчал. А потом он заговорил:

- Тебе нужно идти. - Протянув руку, он щелкнул выключателем, зажигая прикроватные светильники. - Тебе нужно идти, - повторил он.

Фрэн вздрогнула. Что-то было не так. Выражение его лица… как будто вырезано из камня. Засунув руки в карманы махрового халата, он стоял неподвижно. Она увидела, как он вздохнул, явно собираясь с духом.

- То, что произошло, не должно было случиться, - сказал он. - Это была… ошибка.

Фрэн почувствовала, как ее сердце бешено и тяжело забилось внутри. Она могла чувствовать только эти удары и больше ничего. Совсем ничего. Казалось, внутри ее вдруг образовалась стена. Которая удерживала ее целой. Единой. Не давала развалиться прямо тут на части.

Он снова сделал глубокий вдох.

- Я подожду, пока ты оденешься. Машина отвезет тебя, куда скажешь.

И он отвернулся.

Фрэн хотела закричать его имя, только оно сейчас крутилось у нее в голове. Но она не стала этого делать. Не смогла. Ей ничего не оставалось, как встать с кровати, найти разбросанное белье, платье, взять ожерелье на столике около кровати… Каким-то образом она смогла одеться, заколоть волосы, которые беспорядочно рассыпались по плечам. Ее руки тряслись. Эмоции все так же захлестывали. Она все еще слышала безумный стук сердца.

Фрэн заставила себя пройти в гостиную. Ник повернулся и посмотрел на нее. В его взгляде читалась пустота. Наклонившись, он поднял выпавшую сумочку из ее рук и подал ей. Все молча. Выражение его лица было как застывшая маска.

Фрэн взяла сумочку, стараясь не соприкоснуться с ним рукой, и убрала туда свое ожерелье.

- Спасибо, - пробормотала она, не глядя ему в глаза.

Когда она подошла к двери, Ник открыл ее, и тогда она повернула голову и посмотрела на него. В ее горле словно застрял нервный ком.

- До свидания, Ник. - В голосе не было никаких эмоций. Она очень старалась никак не выдать своего волнения. - Больше я тебя не побеспокою. Даю тебе слово.

Потом Фрэн повернулась и пошла к лифту, двери которого были открыты. Она шагнула внутрь, и двери закрылись. Ник исчез из вида.

Ушел из ее жизни.

Ник неподвижно стоял у своего номера, глядя на закрывшиеся двери лифта. Он выгнал ее прочь. Он должен был так поступить. Нужно было сделать это.

«Тебе нужно идти».

Вернуться в тот мир, откуда она пришла. Стать той, кем она и является на самом деле - донной Франческой. Стать той, с кем он не хотел иметь ничего общего.

Самое верное решение - попрощаться с Фрэн навсегда. Но почему же, черт побери, эмоции жгли его, пронзали и не давали покоя?! И как быть с зияющей пустотой, оставшейся после ее ухода…