К книге
Памятники средневековой латинской литературы X-XII вековЛАТИНСКАЯ ЛИТЕРАТУРА МЕЖДУ ИМПЕРИЕЙ И ПАПСТВОМ (X—XI вв.). Бальдерик Бургейльский. О ПИСЧИХ ТАБЛИЧКАХ
53%
ЛАТИНСКАЯ ЛИТЕРАТУРА МЕЖДУ ИМПЕРИЕЙ И ПАПСТВОМ (X—XI вв.). Бальдерик Бургейльский. О ПИСЧИХ ТАБЛИЧКАХ
77

Может быть, есть у иных таблички побольше, поменьше,

Но совершенно таких ни у единого нет.

Их размер невелик, зато велика красота их, —

Мастеру их красота стоила многих трудов.

Верно, был одарен большим дарованием резчик,

Смогший в малую вещь столько искусства вложить.

Восемь дощечек так плотно лежат, прижавшись друг к другу,

Что мудрено не принять их за единый брусок.

Эти таблички в длину имеют полфута, не боле —

10 Щепка от малой доски вдвое была бы длинней.

Дивная вещь! небывалая вещь! пигмейской породы

Крошки-таблички лежат здесь, на ладонях моих.

Некогда, басни гласят, земля порождала гигантов;

Ростом и силой они даже страшили богов.

Был исполинский их род истреблен ударами молний,

И появился на свет крошка, пигмей — человек.

Люди были тогда, пожалуй, нынешних мельче:

20 Памятен был небесам буйственный в битвах гигант.

Вот и теперь божество искусной рукой древодела

К небу стремившийся ствол сделало крошкой-доской.

Был он велик и могуч, служил сатирам и фавнам, —

Ныне, изящен и мал, служит для наших забав.

Шесть гексаметров вдоль восковой умещу я страницы,

Целых восемь вмещу, если писать поперек.

А ведь табличек таких не одна предо мною, а восемь —

Ровно четырнадцать в них, как посчитаешь, страниц.

Дважды восемь — шестнадцать, но верхней и нижней страницы

30 Писчий воск не покрыл — значит, четырнадцать их.

Можно и шесть написать, и двенадцать можно, и сотню

Стихотворений на них, переписав и стерев.

Многая лета тому, кто выточил эти таблички,

Многая лета и вам, милым табличкам моим!

Воск зеленый на вас да будет утехою взору;

Шнур, скрепляющий вас, пусть не порвется вовек!

Грифель, скользящий по вам, да будет искусной работы,

Коей в анжуйском краю славится мастер Ламберт.

Крепкий мягкий чехол, с шитьем, достойным Арахны,

40 Да охраняет всегда вас от опасных толчков!

Словно мальчишку в слезах утешают, даря ему птичку,

Так Сагиенский аббат вас мне в подарок прислал.

Пусть же утеха моя продлится долгие годы, —

Я не хочу покидать писчей отрады моей.

С вами буду я жить, а вы живите со мною:

Вместе мы жизнь проживем, вместе и ляжем во гроб.

Предыдущая главаГлава 77 из 145Следующая глава