Докладная записка губернатора Корнели и адмирала Серве всего на неделю опередила сообщение о том, что крупная эскадра айвов вошла в пространство Алой ступицы. При этом незваные гости не скрывались, а потребовали переговоров с «отцом семьи людей», причём согласились встретиться на территории сектора вольфаров. Приглашение было отправлено от имени «Смотрящего во Вселенную соцветия древа нации» — если перевести на нормальный язык, на переговоры явилась целый министр иностранных дел Федерации айвов. Проигнорировать без серьёзной причины такую встречу император людей не мог без потери лица в международной политике. Приходилось лететь, хотя на душе и скребли кошки от нехороших предчувствий. Особенно если учесть, что даже под угрозой военного столкновения перебросить в Ступицу отныне можно лишь ограниченный контингент: люди показали себя достаточно серьёзным противником, враг может рискнуть и одновременно напасть на метрополию с тыла через пиратскую точку прыжка.

Оформлением зала для встречи занимались люди, но с учётом пожеланий и с участием айвов. Чёткие прямые линии, строгая геометрия, обилие глянца зеленоватого металла и матово-зелёного стекла и скрытые источники света. Сплошные изогнутые поверхности мебели, стеклянный стол посередине и металлические трубки стульев, казалось, не имели ни одного угла. Пространство в таком оформлении выглядело максимально свободным, а два прямоугольника серебристых дверей, через которые вошли высокие переговаривающиеся стороны, как бы демонстрировали уникальность зала в противовес всему остальному миру.

Ленард первым шагнул через порог, следом вошла госпожа посол: дама средних лет, высокая, по меркам людей с приятной внешностью и фигурой, которую подчёркивало классическое платье с оголёнными, белыми, плечами и шеей. Прекрасно подобранный костюм для дипломатического приёма согласно этикету людей — и это настораживало. Ленард встал рядом со своим стулом, и выговорил заранее вызубренное протокольное приветствие на языке айвов. Ксенопсихологи с пленными золотоволосыми поработали за последний год отлично, поэтому сейчас император определил, что на миг госпожа посол была ошарашена. Потом взяла себя в руки, но огонёк раздражения явно остался тлеть. И это было хорошо. В какой-либо положительный итог встречи Ленард не верил, зато несдержанная гостья могла совершить полезную ошибку.

— Приветствую отца семьи людей.

Ответ прозвучал на общегалактическом, а не на интерлингве, и этим сразу же посол поставила себя немного ниже собеседника: она здесь гостья. На это Ленард и решил надавить.

— Императора империи людей, досточтимая госпожа посол. И как глава звёздной империи я готов вас выслушать.

— Именно об этом я и хотела поговорить, отец Ленард. Но сперва позволите? Наш этикет немного отличается от вашего, и не предложить гостю ритуальный напиток — значит выразить крайнюю степень невежливости. Не бойтесь, никакого яда. Я готова выпить его вместе с вами, наши организмы очень схожи, и яд для вас будет ядом и для меня.

— Конечно же, леди.

Император сделал вид, что ни ответного хамства, ни попытки выровнять ситуации, перейдя на этикет айвов, он не заметил. А вот про яд Чужая сболтнула зря. Исследования пленных с участием мощнейшего интеллекта, уникальной интуиции и обширной базы данных Адама выявили некоторые интересные особенности эндокринологии этих инопланетян. В частности, несмотря на очень близкую биохимию на основе кислорода и почти идеальную совместимость продуктов питания, существовало несколько интересных соединений, которые у айвов вызывали всего-то средней тяжести расстройство пищеварения, а вот у человека через какое-то время начнутся внезапные судороги и прогрессирующее поражение нервной системы. Айвы наверняка знают намного больше подобных токсинов, но уверенны, что людям пока этого неизвестно… хотят отравить? В любом случае ничего пробовать Ленард и не собирался, пусть сейчас в носу и стояли фильтры, а во рту и по всем открытым участкам кожи напылена специальная защитная био-плёнка. Но изобразить — можно.

— Лика, зайди, — скомандовала посол.

Двери за спиной дамы раскрылись, на пороге появилась молоденькая служанка лет шестнадцати в самом настоящем накрахмаленном переднике и платье горничной, век примерно девятнадцатый по старотерранскому стилю. Она несла на маленьком подносе небольшой кувшин и две чашки. Человек-негритянка! Чистокровная афро! Ленард ощутил, как внутри словно задрожала струна, чуть натяни и лопнет. Посол только что дала, сама того не понимая, информацию, которая уже окупила встречу. По всем имеющимся данным, в пространстве айвов была единственная вассальная колония людей — Раулетта. Но до Разлома это был крупный промышленный и транспортный центр, он входил во все основные реестры, и данные по его заселению сохранились в архивах Вербены. Негроидов среди колонистов Раулетты не было совсем. Появление на встрече чернокожей девочки, которая явно служит давно и выдрессирована служить, означало, что айвы контролируют и активно используют как минимум ещё одну колонию людей… а возможно и больше.

Госпожа посол нервозность собеседника тоже заметила, но приняла это именно насчёт того, как Ленард воспринял намёк — люди годны исключительно в виде рабов. Наверняка айвы изучали перед визитом историю эпохи Терранской федерации. Не просто так, раз на Диане сплошь европеоиды, служанка выбрана именно чернокожая, и одета она в старинное платье прислуги. Дальнейшая сцена тоже явно была спланирована заранее и признана усилить эффект. Подавая хозяйке напиток, служанка неловко наклонила поднос. Тонкая струйка юркнула через край кувшина и рассыпалась каплями по платью айвы, несколько капель скатились с ткани на пол. Негритянка немедленно нагнулась в подобострастном поклоне, глаза её округлились, остекленели выражением покорности и вины. Айва коротко взмахнула рукой и дала девчонке пощёчину. Сделала она это спокойно, с невозмутимым лицом. Ударила служанку так, как поправляют морщину на скатерти или смахивают крошки. Исправила маленькое упущение в своём хозяйстве, и только.

— Ужасные скоты эти чёрные!

— Предпочитаете белых? Нет-нет, пусть девочка остаётся.

В голосе Ленарда неожиданно прорезались властные приказные нотки, совсем нехарактерные для его предыдущей манеры общаться с гостьей как с равной. Айва удивлённо подняла бровь, но жестом приказал служанке не уходить. Подождала, пока император вроде бы пригубил напиток, затем выпила несколько глотков сама и лишь после этого заговорила:

— Любая прислуга должна знать своё место. Но и остальным неплохо бы соблюдать честность и порядочность в делах. Например, вам, отец Ленард. Вы признали главенство Жёлтой семьи, а потом нарушили клятву.

— Вот как? Даже если забыть, что мать Эника преступница в том числе и по вашим законам? Она заключила сделку с империей и нарушила условия договора, более того, попыталась организовать покушение на главу империи.

— Это всего лишь ваши слова, причём бездоказательные. Мать Эника уступила права на свою собственность Древу айвов, поэтому по всем галактическим законам система Алой ступицы принадлежит нам. Мы требуем немедленно вернуть нашу собственность, а также освободить всех наших соплеменников, которых вы держите в заложниках. Даём вам срок одни ваши планетарные сутки. После этого я готова обсудить, на каких условиях мы готовы взять вас под свою руку. Обещаю, условия будут достаточно мягкие, особенно с учётом вашего нарушенного обязательства.

Император ухмыльнулся, уже не пытаясь соблюдать хотя бы видимость дипломатического этикета. Надо же, насколько Эника оказалась скользкой, если вывернулась опять — чтобы выкупить у неё права, с неё пришлось снять все обвинения. Сказаны были под запись и слова, ради которых затеяли весь этот фарс с переговорами. Запись айвы потом предъявят соседям как обоснование захвата системы. Людей уже списали, когда вольфары заявят протест, то выйдет слово против слова. И кто говорит правду, решать станет тот, кто на этот момент будет контролировать систему. Посол встала, собираясь покинуть зал. Отпускать её Ленард не собирался: в голове посла и служанки наверняка отыщется намёк, где искать координаты остальных колоний. Например, по рисунку созвездий из памяти служанки, если она росла не на планетах айвов. Всё равно столкновения не избежать, так что повод для задержания можно сейчас придумать любой, лишь бы он дал вольфарам возможность сохранить лицо как посредникам. Потом «разберутся», посла с извинениями отпустят. Но нужные данные из неё уже вытащат.

— Код ноль! — крикнул император.

С грохотом, сминая интерьер, со стороны айвов упала бронированная переборка. Станция изначально строилась не по единому плану, а надстраивалась как улей. Нередко внешние стены уходили вглубь, но предусмотрительные и осторожные хозяева броню не демонтировали, создавая всё новые и новые рубежи обороны, способные выдержать попадание корабельной пушки. Вот только айвы этого не знали, и посол осталась без прикрытия. В комнату ворвались десантники в бронескафандрах, повалили посла и служанку на пол.

— Смотрящее во Вселенную соцветие древа нации обвиняется в организации покушения и попытке убийства императора людей, — громко произнёс Ленард. — Госпожа посол, вы наивны. Весь стол — это один сплошной датчик, который в том числе определяет и яды.

По перекосившемуся лицу айвы Ленард понял, что попал пальцем в небо. Тем проще… и зря она надеется на какой-то скрытый отложенный яд, который наверняка у неё введён в организм заранее на случай захвата людьми. За этот год на пленных биохимию айвов изучили прекрасно, и нейтрализатор подберут без труда. Посла сразу же впихнули в реанимационную капсулу, в соседнюю уложили служанку.

Пятнадцать минут спустя император слушал доклад:

— Айвы смогли тайно пронести на встречу тяжёлое вооружение, но пробить броню всё равно не сумели. В секторе идёт бой, господин аль-Кеорл в ярости.

Ленард усмехнулся: вольфары гарантировали переговоры своим словом. Уже попытка отравления становилась поводом для серьёзного дипломатического скандала. Тайной доставкой тяжёлого вооружения в дом хозяина, который принял вас как гостя, и уж тем более стрельбой в доме хозяина, айвы вообще нанесли вольфарам смертельное оскорбление, которое смывается исключительно кровью.

В этот миг по выделенному каналу в ушах императора зазвучал голос адмирала Серве.

— Во вселенной много народов. Где люди — там победа.

Ленард сначала непроизвольно сморщился. Никак не мог до сих пор привыкнуть, что простая удачная находка для речи перед выпускниками неожиданно превратилась в официальный девиз космофлота. Дальше император, не думая о том, как выглядит со стороны, ринулся в сторону ситуационного центра. Слова командующего обороной могли означать лишь одно: флот айвов начал атаку.

* * *

— Смир-на! Его Величество на мостике!

Команда была формальностью, ибо отвлекать сотрудников ситуационного центра во время боя нельзя, поэтому отреагировали губернатор, который встал и сделал положенный поклон, да несколько офицеров вспомогательных служб. Такой же формальностью прозвучал и ответ:

— Вольно.

Ленард торопливо занял своё место и принялся впитывать информацию, чтобы понять происходящее в системе. Айвы начали разворачиваться в боевые порядки, сразу как получили сигнал со станции? Вдобавок к ним через прыжковую точку продолжало активно прибывать подкрепление. Адмирал Серве бросать навстречу сразу все свои силы не рискнул. Вместо этого якобы начал повторять сценарий сражения как и с пиратами. Только в этот раз в первой волне шли вообще все имеющиеся в наличии роботы, а эскадру союзников с самого начала усилила группа линкоров людей. Айвы опыт прошлого сражения тоже учли. Можно было восхититься, как, разбившись на группы, они изящно маневрируют, не подпуская противника на близкие дистанции. Автономные дроны теперь атаковали не кучно, а словно облако москитов — подлетел, ударил, отступил. При этом живые экипажи адаптировались под тактику противника или меняли тактические схемы намного быстрее, и было понятно, что роботов они скоро уничтожат. Однако свою задачу первая волна всё равно выполнит. Заставит противника израсходовать боезапас и энергию, эмиттеры щитов выработают часть ресурса. Но главное, вражеский командир, судя по всему, не сообразил — в этот раз основной целью первой волны были не крупные суда, а дроны и эсминцы.

Айвы ещё добивали последних роботов, когда союзники закончили перестроение так, чтобы две группы тяжёлых судов наступали плотным строем по сходящимся курсам, а эсминцы и лёгкие крейсера охватили остальную сферу. При этом люди разбросали имитаторы и ракетные подвески, и первый залп последовал со всех сторон, маскируя истинное направление главного удара. Айвы опять показали отменную выучку и уже закончили перестроение в оборонительный ордер, когда со всех сторон стартовала волна ракет. Мгновенно айвы начали ответную стрельбу, хотя вынужденно и распределяли свои ракеты по сфере, не зная, где настоящие корабли людей и вольфаров, а где имитация.

Смертоносные светлячки помчались навстречу друг другу, стараясь остановить накатывающуюся волну разрушения, вылетели точки зенитных снарядов. Ракеты айвов поразили имитаторы, настоящие корабли ударами противоракет вражеский огонь полностью нейтрализовали, слишком низкой была плотность залпа на кубический километр. Часть ракет людей оказалась сбита, но целей было слишком много. Ракеты эсминцев были слабее, но из-за них система противоракетной обороны работала по всей сфере — своих лёгких кораблей оказалось недостаточно парировать и эту угрозу.

Ракеты союзников достигли зоны поражения, но вместо того, чтобы прорываться сквозь плазмопушки и лазеры последнего рубежа обороны — детонировали. К целям устремились мощнейшие пучки когерентного излучения… Когда-то лазерные боеголовки стояли на вооружении флотов всех рас, концентрированные лучи энергии будто шрапнель резали броню вражеских судов. С усовершенствованием щитов от этого типа ракет отказались. В старых ракетах пучки генерировались в близких диапазонах волн, и щиты под это легко подстраивались, удар выходил очень слабым. Новая боеголовка, созданная людьми и вольфарами с помощью знаний Вербены, генерировала пучки когерентного света сразу в десятке разных диапазонов, любой щит отражал не более двадцати процентов излучения. В результате эти ракеты могли атаковать с расстояния и из-за предела заградительного огня. Щиты вздрагивали и прогибались, пытаясь смягчить воздействие лучей, но большинство пучков всё же прорвались внутрь. Из пробитых боков кораблей айвов утекала атмосфера, гибли экипажи, разбивались орудия и пусковые.

Вокруг Ленарда царили суета боевых переговоров. Император вывел на свой экран данные о противнике. Всего-то первый залп уже нанёс айвам достаточно сильные повреждения. Часть крейсеров вообще вышла из боя, ещё несколько тяжёлых кораблей пострадала очень серьёзно, но в состоянии продолжать сражаться. Отступать айвы и не думали, начав встречное движение. Два боевых строя сходились, и расстояние, которое преодолевали ракеты, уменьшалось. Благодаря новым боеголовками, понемногу нарастающему численному перевесу и тому, что, сохранив эсминцы, люди продолжали обстреливать по сфере, растягивая вражескую зенитную оборону, по айвам попадали куда чаще, чем по союзникам. Золотоволосые гуманоиды упорно держали строй. Зная, что в ракетной перестрелке у людей сейчас все преимущества, айвы всё равно не пытались отступить, а надвигались, тратя корабли и жизни экипажей, лишь бы сблизиться на дистанцию выстрела энергетических орудий.

Адмирал Серве в ответ скорректировал курс своего флота, теперь он уходил чуть в сторону, чтобы как можно дольше сохранить расстояние и использовать преимущество в ракетах. Группировка айвов мгновенно повторила его манёвр, они повернули даже круче, хотя это давало союзникам лучший угол для стрельбы: теперь ещё больше ракет взрывалось вблизи кораблей противника, посылая сверхмощные лазерные пучки в борта, всё чаще пробивая защитные поля. Взорвался линкор айвов, ещё один. Расстояние всё сокращалось, корабли людей всё чаще получали повреждения, но то же происходило и с айвами. Опять взорвался линкор айвов, потом несколько крейсеров, остальные корабли тоже понемногу теряли боеспособность.

Соотношение сил с каждым уничтоженным орудием всё больше склонялось в пользу людей. В голове Ленарда зашевелились беспокойные мысли. На один погибший или повреждённый корабль союзников уже приходилось три уничтоженных или выведенных из строя судов айвов. Такими темпами на момент ближнего огневого контакта перевес в орудиях у людей будет в полтора раза. Когда флоты наконец сойдутся на дистанцию энергетического оружия, агрессора сотрут в порошок наличными силами без поддержки второй половины флота. Кто бы там ни командовал у золотоволосых, он не мог этого не понимать. Вдобавок психология айвов отрицала идею камикадзе. Так почему же они не отступают, пока могут? При текущем соотношении сил преследовать столь крупную группировку до полного уничтожения, оголяя торговую станцию и путь в метрополию, люди не станут. Зачем адмирал айвов продолжал удерживать курс на сближение? О том же явно подумал и командующий обороной. Вторая часть флота, до этого скрытно находившаяся возле военной станции, стартовала и начала движение, хотя защитные поля у неё всё ещё находились в режиме маскировки. Да, союзники и так гнали айвов к военной базе, планируя зажать вражеский флот в клещи… но чуть позже. Теперь же адмирал Серве решил, что выгоднее расправиться с первой частью вражеского флота до того как айвы подкинут какой-то неожиданный сюрприз.

— Новый контакт! Множественные контакты от звезды азимут два-девять!

Можно было восхититься мужеством, выучкой и слаженностью айвов. Рассчитав появление пиратской точки, они с самого начала планировали начать сражение, сразу как она будет доступна для прыжка, загоняя флот людей в ловушку. Переговоры были лишь поводом ввести флот, а послы пронесли тяжёлое вооружение, собираясь занять оборону и спокойно отсидеться, пока флот захватит систему. Можно также было восхититься вражеской разведкой, которая частично сумела переиграть людей: поняла, что в Алой ступице всё-таки есть вторая военная база и даже примерно определила её координаты. Вот с оценкой мощи космофлота империи айвы ошиблись существенно. Они явно предполагали, что основные силы целиком будут скованы боем с первой половиной флота вторжения, рядом со станцией останется самое большее скромное мобильное прикрытие из эсминцев. Сейчас две эскадры, сами того не ожидая, вышли навстречу друг другу встречным курсом, на ходу пытаясь торопливо перестроиться из походного кильватерного строя в атакующий ордер… При этом айвы имели не такой уж и большой перевес по тоннажу, одновременно люди из группы-один продолжали громить свою часть флота противника.

Айвы успели первыми сформировать нечто вроде полуцилиндра, готовясь атаковать с выпуклой части и завершая перестроение с плоской. Строй людей был нетрадиционный, напоминавший огромное «V», лежащее на боку в космическом пространстве. Стрелять люди тоже начали первыми и с «неправильных» дистанций: огонь открыли подвески, которые корабли тянули на внешней броне — и эти подвески несли ракеты планетарного класса. Оборону айвов застали врасплох. Враг уже получил данные от своих кораблей — союзники используют ракеты нового типа, но думал, что на таком расстоянии двигатели выработают ресурс, подлетать ракеты станут по баллистическим траекториям. Просто атакуют с дальнего рубежа, так что свои снаряды просто надо выпускать чуть раньше, пусть даже остаток пути и им придётся лететь тоже по встречной баллистической траектории. Но планетарные ракеты несли дополнительную ступень, поэтому сохранили резерв хода, уклонились от противоракет и атаковали с дистанции, превышающий радиус эффективного огня энергетического вооружения.

Огонь сосредоточили на линкорах айвов, справедливо предполагая, что именно на них располагается командование. Первый залп имел чудовищные последствия. Он был самым мощным и самым сконцентрированным в этом бою, пользуясь дополнительно компьютерами станции, артиллеристы могли рассчитать цели с максимальной тщательностью. Отчаянные капитаны лёгких судов айвов, разгадав замысел противника, попытались спасти флагман, начали лихорадочно маневрировать, но сейчас это оказалось только хуже. Боеголовки взорвались почти одновременно, лазерные пучки прошивали стены и переборки, никакая броня не могла устоять перед этой волной проникающего разрушения. Энергия пронизывала металл, сверхтвёрдые сплавы разлетались огненными каплями. Взорванные корпуса выбрасывали пламя, узлы двигателей вспыхивали и гасли, взрывались боевые посты, отказавшие реакторы вскипали яркими вспышками рукотворных солнц. Ответный залп айвов пропал впустую, рассеявшееся прикрытие лёгких крейсеров и эсминцев, обрамлявших букву «V», сформировало оборонные сети, почти не пропустившие вражеские ракеты. Новый залп людей опять проредил вражеские корабли, сказывалась неразбериха, вызванная попыткой отразить самую первую атаку. Но дальше айвы восстановили цепочку командования, уцелевшие корабли перестроились и мгновенно закрыли бреши. Изящно перехватили новый залп и довольно чувствительно ударили сами, в ответ тоже стараясь повредить линкоры людей и теперь уже их оставить без командования.

Адмирал Серве на самом деле находился на космической станции, хотя стандартные доктрины и предписывали командующему находиться как можно ближе к полю боя. Это чуть увеличивало время реакции, зато адмирал не только не терял управления, если вражеский огонь повредит флагман, но и имел под боком мощный аналитический центр и тактические компьютеры станции. Поэтому адмирал Серве быстрее айвов спрогнозировал дальнейшие потери от ракетной дуэли, и космофлот империи сменил курс. Айвы ожидали, что, как и в первом случае, люди будут держать расстояние, пытаясь воспользоваться преимуществом нового типа ракет — вместо этого люди начали стремительное сближение.

Командир айвов слишком поздно осознал свою ошибку. Да, экипажи золотоволосых имели больше опыта, в манёвренном бою они бы свели на нет то преимущество в числе энергетических пушек, которое получили люди после успешной первой атаки. Но сейчас две линии буквы «V» схлопнулись навстречу друг другу, вламываясь во вражеский строй. Куда бы айвы не смещались, они всё равно вступали в перестрелку на дистанции кинжального огня. Мощные энергетические батареи вспыхнули яростью плазмы и когерентного света, круша и ломая броню. Словно две косы две линии людей прорезали строй айвов, собирая смертоносную жатву — намного более точную, чем те могли подумать, ведь имперскому космофлоту продолжали помогать мощные радары и системы наведения близкой станции. Вдобавок и сама станция, пусть и медленно, тоже начала двигаться в сторону сражения, собираясь добавить огонь своих сверхмощных пушек. Адмирал айвов на это резко сменил курс, одновременно поменяла направление полёта другая флотская группа айвов. Да, на новом направлении они понесут дополнительные потери, но, собравшись в единый кулак, смогут вырваться из ловушки.

Несмотря на попытки их притормозить, айвам всё же удалось соединиться. Ощетинившись лазерами и плазмопушками, уйдя в глухую оборону, потрёпанная, но всё ещё очень грозная эскадра вторжения начала отступление к точке гиперпрыжка. Шанс на победу у айвов оставался достаточно большой — их переиграли новой техникой на первом этапе, но в сложном манёвренном бою скажется лучшая выучка и преимущество в боевом опыте экипажей. Особенно если учесть, что айвы в перестроениях не ограничены, а людям надо защищать торговую станцию. Однако при любых раскладах эта победа будет стоить золотоволосым чудовищных потерь. Остатки флота Алую ступицу не удержат, да и соседи мгновенно воспользуются ослаблением военной мощи Федерации айвов. Пиррова победа командующему вторжением была не нужна, намного выгоднее сейчас отступить. Люди продолжали их преследовать, но скорее символически. Победа и им досталась немалой ценой — люди сохранили больше вымпелов, но многие корабли повреждены. Дальнейшее столкновение может закончиться взаимным уничтожением, которое оставит узловую станцию беззащитной, а желающих поживиться вокруг слишком много.

Внезапно из точки гиперпортала, куда и отступали золотоволосые, один за другим начали выпрыгивать в нормальное пространство военные корабли.

— Какого?.. — растерянно успел сам себя спросить Ленард.

И в этот момент новые корабли атаковали ракетами отступавших айвов. На линию связи командного центра пришло сообщение:

«Единение шархов, признавая территорию империи людей, гарантирует неприкосновенность системы Алой ступицы».

Боевые корабли тем временем продолжали пребывать. Шархов, судя по всему, очень беспокоила сохранность инвестиций в столь важный торговый проект, потому что их флотская группировка явно содержала не один лишь экспедиционный корпус, но и часть основного флота, стянутого от планет. Дать сбежать хотя бы одному кораблю айвов они не собирались.