Протираю глаза, прогоняя остатки сна. Хорошо бы умыться, но такие удобства в камере не предусмотрены. Ладно, сойдет и кошачий вариант… Встаю с лежанки и самым придирчивым взглядом обвожу стены… Увы, ничего, что указывало бы на потайной ход, не вижу. Стены, хоть и не оштукатурены, камни лежат на растворе ровно, без видимых щелей. Решетка тоже плотно прилегает к раме. Ручки нет. Да и какой в ней смысл, если можно открывать, хватаясь за любой прут… Прутья слегка побиты ржавчиной, но не настолько, чтобы их можно было согнуть голыми руками. На уровне пояса — проушины для навесного замка…

Не понял? Проушины имеются, а вот замка я в упор не наблюдаю. Это как понимать? Выход там же, где вход?

Берусь за прутья и толкаю решетку от себя… Петли издают противный скрип, но проворачиваются. Вот так просто? Меня что, забыли запереть в камере? Или тут так все сурово, что узники даже не пытаются бежать? Интересно…

Стараясь не поднимать лишнего шума, выхожу в коридор. Пара факелов исправно чадят, давая света ровно столько, чтоб видеть стены. За не имением других вариантов, оглядываю их.

Нет, ну так не бывает… Каким бы баловнем Фортуны я не был, но повесить мой меч на крюк прямо рядом с незапертой камерой — это уж слишком хорошо. Натуральные «поддавки». Впрочем, выбора все равно нет. Ладно, поживем — покашляем…

Опоясываюсь мечом и сразу чувствую себя гораздо бодрее. Теперь меня уже просто так под локотки не взять.

Коридор длинный, левый конец утопает во мраке, в конце правого чуть брезжит свет. Что ж, как там гласит девиз на моем оружии? «Свет рождается во тьме». Ну, стало быть и нам туда дорога.

Все так же осторожно, шаг за шагом иду в ту сторону. Слева и справа — такие же камеры, как моя. Пустые… Это я единственный узник тут что ли? Еще одна загадка… Впрочем, если вспомнить что совсем недавно закончилась война, из которой люди хоть и вышли победителями, но с такими потерями, что каждая пара рук на счету, то становится понятно, почему тюрьма пустует. По ходу, преступникам прописывают какие-то телесные наказания, вроде розг, и отправляют на исправление усердным трудом.

Осторожно выглядываю из-за угла, и тут же дергаюсь назад. Коридор сворачивает к кордегардии, в дверях которой стоит стражник. И судя по тому, что он что-то говорит — стражник здесь не один. А путь на свободу прямо у него за спиной. Незадача… Пройти незаметно не получится, а вступать в бой как минимум с двумя бойцами — это поднять шум, на который непременно кто-то заглянет. Дальше — понятно. Либо прибьют при попытке бегства, либо вернут в камеру, только на этот раз уже не забудут навесить замок на двери.

Выглядываю еще раз, чтоб получше оценить обстановку, и замираю, наткнувшись на взгляд стражника… Между нами шагов пять, так что не видеть он меня не может. Практически глаза в глаза смотрим друг другу. Прятаться или с криком «ура» бросаться на него — одинаково глупо, но и ничего не делать — такой же коленкор.

Ну, что ж… Где наше не пропадало. Ладонью нащупываю рукоять меча, и в этот миг стражник зевает. Да не просто так, а нарочито прикрывая рот ладонью. Потом поворачивается ко мне спиной и продолжает прерванный разговор.

Не понял? Я что — невидимка? Кто-то из навестивших меня во сне, наложил на меня чары невидимости и забыл об этом сказать? Интересно девки пляшут…

Но если так, то чего ты Влад свет Твердилыч завис? Топай дальше. Может, чары имеют определенный срок действия, а ты тут прохлаждаешься?

Мысленно перекрестившись, по-прежнему стараясь не создавать шума, выхожу из укрытия и медленно, шаг за шагом, неосознанно прижимаясь к стене, крадусь к выходу из темницы.

Шаг… еще шаг… еще…

Вот я уже буквально за спиной стражника, руку протянуть и можно дотронуться. Теперь вижу, с кем он разговаривает. В кордегардии сидят за столом еще двое. Один, увлеченный беседой, смотрит на собеседника. Второй — чуть склонив голову к плечу… рассматривает меня! Потом несколько раз кивает, то ли соглашаясь с говорящим, то ли в такт собственным мыслям, и отводит глаза.

Фу, ты! Аж в пот бросило. Пронесло… Но если один — случайность, то два уже закономерность. Меня в самом деле не видят. Можно не прятаться…

Но не прятаться, не значит вести себя, как слон в посудной лавке. Так что двигаюсь дальше максимально осторожно.

Вот уже ступеньки… Поднимаюсь к двери и снова замираю в растерянности. Ладно — меня стражники не видят, но саму собой открывшуюся дверь не заметить невозможно. Дверь крепкая, дубовая, тяжелая… на сквозняк не спишешь. Но и выйти, не отворив, нельзя. Придется рисковать… И лучше сделать это быстро.

Поворачиваю ручку, дергаю створку на себя и пулей вылетаю наружу.

— Бац!

Ох, ты ж, раскудрить через коромысло. Аж искры из глаз… Кто ж так строит? Впопыхах не рассчитал габариты и влепился лбом в притолоку. Хорошо влепился… Рассек кожу до крови… Трогаю пальцами. Ерунда, только кровавит сильно. Вытаскиваю из пояса платок и кое-как бинтую голову, чтоб кровь глаза не заливала.

Дверь оставляю распахнутой: открыться сама она еще как-то может, но открыться и закрыться сама собой — это уже слишком для самого тупого. Стражники, скорее всего, умом не блещут, но даже они должны проверить, что это было.

Угадал… Топот сапог по ступеням, и в проем высовывается усатая голова в шлеме. Мазнув по мне равнодушным взглядом, ворчит себе под нос, что-то вроде: «Ишь ты, ветер что ли?», — и… закрывает дверь.

Уфф! Первый шаг, который считается самым трудным, сделан. Осталась «мелочевка» — пройти через двор замка и выйти за его пределы сквозь ворота. Ага, шутка юмора…

Вход в тюрьму на задворках. Какой-то кот, завидев меня, выгнул спину дугой и фыркнул. Это пускай… Кот не пес — тревогу не поднимет. А вот псам на глаза лучше не попадаться. Им моя невидимость до фонаря, эти носом «видят».

Помня, что не знаю срока действия колдовства, уже не особо прячась, но все ж не напрямик, перебегаю к стене и держась ее, крадусь к воротам.

Ворота открыты, но возле них караул. Двое воинов. Стоят, опираясь на длинные пики, и разговаривают.

Сидя в темнице, я сбился с времени, но судя по всему — вечереет. Значит, времени у меня немного. Не знаю, как тут заведено, но во всех книгах писалось, что на ночь ворота запираются. Так что тянуть нет смысла… Лучше не станет, а вот хуже — запросто.

В общем, делаю морду кирпичом, и неторопливой походкой праздношатающегося, иду к воротам.

Стражники, видимо, заслышав шаги, обрывают разговор и поворачиваются в мою сторону. Поклясться готов, что они меня видят. Потому что смотрят не сквозь, а водят оценивающим взглядом сверху вниз. Опять, мимолетно хватаюсь за меч, буквально слыша требовательный оклик. Но… ничего не происходит. Оба стража отворачиваются и продолжают разговор.

— Вот я сегодня к ней и заскочу, как сменимся… — слышу отрывок слов того, что спиной ко мне.

— Только деньги наперед не давай. И лишнего не плати… — советует второй, как раз в тот момент, когда я равняюсь с ними, даже головы в мою сторону не повернув.

Кто ж это мне так подсобил втихаря? Вряд ли парни… Нет у них таких возможностей. Но и Швед не просто так о равновесии мне талдычил. Тогда кто? Есть еще какая-то сила, желающая мне добра, но при этом желающая сохранить инкогнито? М-да… Все страньше и страньше… Ну, да ладно. Кем бы ты ни был, добрый незнакомец, все равно спасибо. Авось, сочтемся…

Замок уже за спиной, осталось проскочить предместье, а там уж ловите меня, если надо. Там я уже вольная птица.

— Здорова, командир! — слышу за спиной знакомый голос. Поворачиваюсь — Тень с широкой улыбкой протягивает руку. — Рад тебя видеть. Что так долго знак не подавал?

— Знак? — переспрашиваю растерянно. Потом задаю не менее глупый вопрос: — Ты меня видишь?

— Само собой, — пожимает плечами товарищ. — А с чего б мне тебя не видеть, если ты вот он, рядом стоишь? Я еще от ворот за тобой иду…

— Посторонись! — какой-то мужик, катящий тележку с бочками, прет прямо на меня. И что характерно, на меня же и глядит. — В сторону! Зашибу! — повышает голос, и я отхожу в сторону.

— Ишь, стоят, как вкопанные, еще б расселись на дороге… — ворчит он, пихая тележку дальше.

Твою ж! И этот меня видит? А почему стражники не замечали? Ничего не понимаю. Мотаю головой, собираясь с мыслями.

— Тень, ты мои слова императору передал?

— Да. Слово в слово. Он сильно обрадовался, узнав об этом.

Еще лучше. Императору понравилась моя авантюра, а в награду — приказал посадить меня за решетку. Кто-то здесь альтернативно одаренная личность, и я, похоже, уже догадываюсь кто… Нет никакой невидимости. Просто император одной рукой отдал приказ заточить меня в каталажку, а второй — приказал стражникам не препятствовать моему побегу. И теперь, если кто-то попытается обвинить людей в нарушении Договора, он сможет под любым зельем правды, поклясться, что некий Влад Твердилыч, Защитник деревни Выселки, осужден им, как смутьян и подстрекатель и посажен в темницу. Вот такая рокировка, понимаешь…