От страха Дэвин прирос к месту. Вокруг гибли его солдаты: им отрубали конечности, пронзали сердца острыми клинками, сносили головы топорами.

А Дэвин просто стоял на месте и хотел умереть.

Когда началось сражение, он был уверен, что Буркс сразу же разрубит его своим топором пополам. Но орк отвлекся, когда два солдата прыгнули на него, чтобы защитить своего командира. Дэвин не знал, что он сделал, чтобы заслужить такую преданность.

После этого никто не пытался на него напасть. Орки с троллями бросались на людей, люди бросались на орков и троллей, но почему-то никто не обращал внимания на Дэвина, стоявшего ближе всех к берегу.

К его ногам рухнуло тело тролля. Тело капрала Барнса пролетело над ним по дуге и плюхнулось в воду. Дэвин сначала задумался, зачем орку, который прикончил Барнса, было нужно так далеко его бросать, но потом решил, что не хочет этого знать.

А затем мир содрогнулся.

Подземный толчок сотряс землю настолько сильно, что майор смог перебороть свою панику. Он сдвинулся с места, хотя в итоге смог лишь упасть на песок.

Ещё секунду назад на небе не виднелось ни облачка, а день был ясным и солнечным. Но теперь небеса потемнели, и молния с оглушительным грохотом ударила в землю.

Дэвин услышал какой-то рокот и, посмотрев в сторону моря, увидел, что на нем поднялась огромная волна. За все то время, что майор служил в крепости Северной стражи, он никогда не видел таких больших волн. Обычно их поднимали только проходившие мимо корабли.

Но эта волна по высоте не уступала стенам крепости, и она готовилась обрушиться прямо на Дэвина.

Майор попытался быстро подняться на ноги, но ботинки заскользили по песку, и он рухнул в него лицом. Отплевываясь и стараясь не вдохнуть его носом, Дэвин приготовился к неизбежному и, стараясь найти опору, сунул кулаки глубоко в песок.

Вода врезалась в майора, чуть не отбросив его в сторону, но благодаря тяжелой броне и воткнутым в песок рукам ему удалось удержаться на месте. Дэвин мог только гадать, что случилось с другими солдатами, которые не успели приготовиться. Судьба орков и троллей его не заботила. Но в основном он думал лишь о том, сможет ли когда-нибудь снова дышать.

Через несколько секунд вода потекла в обратном направлении. Она смыла песок с лица майора, но его одежда насквозь промокла, волосы прилипли к голове, а борода стала невероятно тяжелой.

– Воины, сегодня вы опозорили мое имя!

Дэвин перекатился на спину и посмотрел вверх. Черные тучи все ещё застилали небеса, но в одном месте они расступились, и на фоне светлого пятна повис дирижабль.

На миг в Дэвине затеплилась надежда. Может быть, этот дирижабль принадлежал полковнику Лорене, которая спаслась сама и вызволила леди Праудмур из лап Пылающего Клинка? Ведь леди вполне могла устроить этот погодный кошмар. Может быть, они пришли сюда, чтобы собрать войска, отбросить орков и всех спасти?

Затем майор внимательно присмотрелся к дирижаблю, и его сердце ушло в пятки. Дирижабль был украшен различными причудливыми символами, в который майор узнал орочьи знаки. Во время войны он видел как минимум два из них на броне и оружии орков, не говоря уже о воинах, которые прямо сейчас убивали его солдат. Командир взвода, в котором Дэвин служил во время войны, говорил, что орочьим кланам эти символы заменяли гербы.

Дэвин никогда не был особо религиозным человеком. За всю свою жизнь он молился лишь однажды, когда прятался за деревом и просил, чтобы демоны его не заметили. Когда это желание сбылось, Дэвин решил больше не испытывать удачу, и поэтому с тех пор никогда ни о чем не просил высшие силы.

Однако сегодня майор снова взмолился о том, чтобы пережить этот день. Он даже каким-то образом смог заставить себя подняться на ноги.

Слова, которые до этого услышал Дэвин, доносились с дирижабля. Верёвочная лестница упала сверху и натянулась, когда говоривший орк начал спускаться вниз.

Когда его ноги коснулись берега, все воины Орды – ну или, по крайней мере, те, кого Дэвин, не отрывавший взгляда от новоприбывшего, видел краем зрения – подняли оружие в приветствии. Майор заметил, что у орка голубые глаза, и он сразу же понял, кто перед ним. До сегодняшнего дня Дэвин никогда не встречался с вождем Орды, но вспомнил, что Тралл являлся могущественным шаманом. Как и леди Праудмур, он запросто мог устроить этот потоп.

Одной рукой орк держал на весу двуручный молот. Дэвин понял, что это легендарный Молот Рока, который некогда принадлежал Оргриму – наставнику Тралла. Орк воскликнул:

– Я – Тралл, владыка Дуротара, повелитель кланов и вождь Орды! Я пришел к вам, чтобы сказать… – Он указал на Буркса. – Этот орк говорит не от моего имени!

За последние шесть лет Дэвин много раз присутствовал на переговорах с орками. Ещё он, конечно же, видел их во время войны, да и крепость Северной стражи располагалась на Торговом побережье, а это означало, что орки нередко бывали здесь.

И за все это время Дэвин ни разу не видел на лицах орков такой гримасы, в какой теперь исказилось лицо Буркса.

– Воины Дуротара, остановитесь! – Тралл снова указал на Буркса, но на этот раз молотом. – Это подлое создание вступило в сговор демоном, чтобы снова начать войну между нашими народами. Я не нарушу союза с людьми и не стану потакать желаниям тех тварей, что пытались нас уничтожить.

Буркс зарычал.

– Я служил тебе верой и правдой!

Тралл покачал головой.

– Несколько служивших с тобой воинов доложили, что ты носишь с собой талисман в виде охваченного огнем меча. Это символ Пылающего Клинка. Джайна и древняя чародейка, присоединившаяся к людям, утверждают, что все, кто носит при себе этот символ, находятся во власти демона по имени Змолдор. Он пытается разжечь на Калимдоре взаимное недовольство и разрушить наш союз. Как и всегда, демоны лишь используют нас, чтобы затем уничтожить.

Указывая своим оружием на Дэвина, Буркс ответил:

– Это они пытались нас уничтожить! Эти твари поработили нас, унизили и лишили нас нашего наследия!

Если Буркс явно находился на грани срыва, то голос Тралла оставался спокойным:

– Да, некоторые из них действительно обращались с нами плохо… И так произошло потому, что демоны опустошили наши души и заставили нас пойти войной на народы этого мира. И, в конце концов, мы проиграли эту войну. Но мы сбросили с себя оковы, подняли голову и стали сильнее, чем прежде. И мы смогли это сделать, Буркс, потому что мы – воины. Потому что мы чисты духом. Точнее, многие из нас, но не все. Я не могу назвать чистыми тех, кто якшается с демоническим отродьем и заставляет орков нарушить свое слово.

Орки и тролли смотрели на Буркса со смесью удивления и отвращения. Некоторые, как заметил Дэвин, оказались в замешательстве. Один из них спросил:

– Это правда, Буркс? Ты заключил сделку с демоном?

– Чтобы вырезать всех людей, я бы заключил сделку с тысячей демонов! Они должны быть уничтожены!

И в подтверждение своих слов Буркс набросился на Дэвина.

Майор всем своим существом желал спастись бегством, но, как и в тот момент, когда на него накатила волна, ноги все так же не слушались майора. Он смотрел на топор Буркса: орк замахнулся им, готовясь проломить череп Дэвина.

Но прежде, чем он успел нанести удар, все тело Буркса содрогнулось. Он перестал двигаться вперёд и рухнул на песок. Когда это произошло, Дэвин увидел, что Тралл ударил Буркса со спины Молотом Рока.

– Ты обесчестил Дуротар, Буркс. Из-за тебя воины орков, троллей и людей пали бесславной смертью. Это пятно может быть смыто лишь твоей кровью. Я – вождь, и мой скорбный долг привести твой приговор в исполнение.

Тралл поднял Молот Рока над головой, а затем с силой опустил его на голову Буркса.

Дэвин вздрогнул, когда кровь и ошметки плоти разлетелись в стороны, забрызгав песок, Тралла и самого Дэвина. Но майор был слишком напуган, чтобы хотя бы вытереться; он не тронул ни смешавшуюся с морской водой кровь на левой щеке, ни осколки черепа, застрявшие в бороде.

Тралл тоже не стал стряхиватьс себя останки Буркса, хотя на нем их оказалось гораздо больше. Дэвин подумал, что для орка это месиво, наверное, было знаком почета. Вождь шагнул вперёд и обратился к Дэвину:

– Весь Дуротар приносит вам извинения за действия этого предателя, майор, и за ту ужасную битву, что развернулась здесь сегодня. Я больше не позволю Пылающему Клинку влиять на мой народ. Надеюсь, что вы сделаете то же самое.

Не доверяя своему голосу, Дэвин просто кивнул.

– Мы уйдем. Мне жаль, что мы пришли недостаточно быстро и не смогли избежать кровопролития, но сначала я должен был приказать собравшимся на земле войскам не вступать в бой. Мы все вернёмся в Дуротар и больше не нападем на вас, – Вождь шагнул вперёд. – Если только вы не дадите нам причину для этого.

Дэвин снова кивнул, на этот раз более охотно.

Он так и оставался на месте, пока Тралл приказывал своим войскам собрать погибших и раненых, вернуться на корабли, а затем отчалить в сторону утеса Колкара. Даже когда Тралл забрался по лестнице в свой дирижабль и когда воздушное и водные суда отправились на север, Дэвин все ещё стоял, увязая ногами в песке, с размазанными по броне и лицу кровью Буркса, обломками черепа и его мозгами.

Дэвин был потрясен. Он вдруг понял, что во второй раз его молитвы оказались услышаны, и майор начал думать, что, наверное, высшие силы действительно существуют.

А ещё его поразило то, как быстро все переменилось… и все из-за слов Тралла. Да, устроенный им катаклизм заставил всех на минуту перестать сражаться, но долго бы это не продлилось. Слова Тралла убедили орков и троллей опустить оружие и отступить.

И хотя признавать это ему не хотелось – речь-то все-таки шла об орке – Дэвин был впечатлен.

Наконец, капитан, чье имя Дэвин никак не мог вспомнить, спросил:

– Что прикажете, майор?

– А… расходимся, капитан, – майор, даже не подозревавший, что затаил дыхание, выдохнул. Он вдруг почувствовал себя очень уставшим. – Расходимся.