Не прошло и пяти минут с тех пор, как Эгвин потребовала, чтобы Змолдор прекратил свои фокусы. Трюк со звучавшим из ниоткуда голосом, наверное, мог напугать обычного человека, но он был таким простым, что его мог провернуть любой первокурсник. Так что этот эффект не сильно впечатлил Эгвин.

Однако теперь, когда она увидела перед собой Змолдора – огромного, с жесткой шкурой, кожистыми крыльями, как у летучей мыши, и горящими глазами – она подумала, что ей следовало держать рот на замке. Демоны и так были не очень приятными на вид существами, но Змолдор считался уродливым даже по их меркам.

Демона окружали восемь фигур в плащах. Судя по всему, его чернокнижники. Они что-то ритмично напевали.

Джайна запустила руку под плащ и схватила свиток. Эгвин была рада – это означало, что скоро все закончится. Теперь, когда Змолдор показал себя, Джайна сможет изгнать его.

Внезапно юная чародейка закричала и рухнула на пол.

– Джайна! – Эгвин бросилась к девушке. Лорена, будучи хорошим солдатом, встала между демоном и своей повелительницей.

На лбу у Джайны выступил пот, и она с трудом смогла встать на колени. Чародейка процедила сквозь стиснутые зубы:

– Чернокнижники… блокируют заклинание.

Оказавшись к ним так близко, Эгвин тоже почувствовала их колдовство. Чары чернокнижников оказались довольно слабыми, но самих колдунов было много, и они усиливали заклинания друг друга. И все же могущественная чародейка вроде Джайны могла бы без труда пробить эту преграду.

Если только она не израсходовала все свои силы.

Эгвин чувствовала, что Джайна сопротивляется, но постепенно проигрывала прихвостням Змолдора.

Это даже лучше, чем я себе представлял. Я сделаю так, чтобы орков обвинили в смерти Праудмур. Люди от такого точно тронутся рассудком. Ничто не остановит их от того, чтобы развязать войну, а без Праудмур они её проиграют… но сначала прикончат как можно больше орков. Как же будет славно!

– Размечтался, – буркнула Эгвин. Оставался лишь один-единственный выход.

Прошло почти четыре года с тех пор, как она воскресила Медива. Эгвин уже говорила Джайне, что тогда для этого ей потребовались все запасы её магии, но магия никогда не исчезала навсегда. За два десятка лет после её побега на плоскогорье Шрамов бывшая Хранительница набрала достаточно магической силы, чтобы вернуть своего сына к жизни. И хотя за последние четыре года Эгвин не восстановила даже толики той мощи, она надеялась, что её будет достаточно, чтобы сделать то, что нужно. Ну а если нет… Что ж, Эгвин и так прожила почти тысячу лет. Как красноречиво заметила Лорена, большинству людей было отведено гораздо меньше.

Пот уже градом катил по лицу Джайны. Она все ещё стояла на коленях, сжимая кулаки и упираясь ими в бедра. Эгвин чувствовала, как написанное ею заклинание пыталось пробить выставленный чернокнижниками блок.

Встав рядом с Джайной на одно колено, Эгвин обеими руками схватилась за левый кулак девушки. Она закрыла глаза, привела мысли в порядок, собрала воедино всю свою мощь и жизненную энергию. Сосредоточившись, бывшая Хранительница направила её через свои руки к ладоням… затем в пальцы…

И прямиком к Джайне.

Внезапно на неё навалилась невероятная усталость. Каждая кость в теле Хранительницы будто налилась свинцом, мускулы заныли, словно она только что пробежала марафон, а дыхание сбилось до порывистых вдохов. Не обращая на это внимание, Эгвин продолжала упорно вливать свою жизнь, магию и саму душу в Джайну.

Глаза девушки распахнулись. Обычно холодные и голубые, сейчас они пылали алым огнем.

Нет!

Эгвин и Джайна хором ответили:

– Да!

Вам не остановить Пылающий Клинок! Мы одержим верх над всеми, уничтожим все на своем пути, а затем… аааааААААААААГХХХ!

Вопли Змолдора не только эхом отразились от стен пещеры, но и вырвались из ртов чернокнижников, которые почувствовали боль демона через связь с ним. И хотя в глазах у Эгвин помутнело, она видела, как уродливое туловище Змолдора изогнулось, искривилось, и как из внезапно вскрывшихся ран полилась черная кровь.

Поднялся сильный ветер. Написанное Эгвин заклинание разрубило воздух, образовав портал в Круговерть Пустоты, и тело Змолдора стало затягивать в разлом.

Нееееееееет! Я не позволю тебе снова меня изгна…

Слова демона оборвались, когда его голову втянуло внутрь.

Чернокнижники продолжали вопить, даже когда земля затряслась под ослабевшими ногами Эгвин. Однако через несколько секунд они тоже замолкли – чернокнижников затянуло в Круговерть Пустоты, где их ждали муки куда страшнее тех, что они приготовили для жителей Калимдора.

Разлом закрылся, но пещера продолжала дрожать.

Демонстрируя солдатскую привычку подмечать очевидное, Лорена сообщила:

– Нужно выбираться отсюда!

Но Эгвин не могла заставить себя двигаться. Руки и ноги повисли мертвым грузом, и ей приходилось расходовать все оставшиеся силы, чтобы только не закрывать глаз.

Один из сталактитов с громким треском оторвался от потолка пещеры и воткнулся в пол менее чем в полуметре от Эгвин и Джайны.

Бывшая Хранительница услышала, как Джайна начала произносить заклинание телепортации.

А затем она потеряла сознание.