IV.21–22. Когда осознаешь вещи внутри самого ума, тот должен быть как познающим, так и познаваемым; хотя все это – благодаря воспоминанию и семенам.

Чтобы осознать самое себя, ум принимает на веру видимость того, что к нему возвращаются вещи, которые он никогда никуда не посылал.

Chitta-antara dirshye buddhi buddher atiprasangah smirti sanskarash cha.

Chiter apratisankrama-ayas tad akara pattau svabuddhi sanvedanam.

Однако если ум не может видеть себя, то как я тогда вообще могу осознавать себя? Как я могу слышать то, как я думаю?

На миг задумайтесь о том, как вы слышите свое мышление. Прислушайтесь к мыслям в своем уме.

Внимание, вопрос. Кто вы? Тот, кто говорит то, что вы слышите? Или тот, кто слышит то, что вы слышите? Видите проблему?

Мы на самом деле, несомненно, слышим, как мы думаем. Однако на самом деле происходит следующее. Семена вашего отношения к другим срабатывают у вас в уме и предъявляют мысли зеркалу ума. Это не вы думаете свои мысли – это семена их думают.

Но если все так и есть, то мне что, навсегда оставаться всего лишь беспомощным очевидцем того, что преподносят мне семена, – будь то внешний мир или мои мысли? Куда подевалась свобода воли?

Ну же, это то, чему посвящена вся эта книга. Вы не можете управлять настоящим моментом. Он с вами происходит. Он как сухой цемент.

Зато у вас есть полная власть и все права – и обязательство применить их – выбирать, какие новые семена вы посеете в саду своего ума.