Ларис глядела, как звездолет заходит на посадку. Девушка уронила корзину и бросилась к Т’с’аи. В’э’ин же спешил укрыться, рядом с ним мчался айкиза. Т’с’аи распластался у маленькой хижины, где держали взаперти пленницу. Лицо, голову и рубаху туземца заливала странная розоватая кровь.

Звездолет, покосившись, стоял на земле – на том же самом месте, что и несколько дней назад. Корабль посадили грубо, второпях, но Ларис даже и не заметила этого. Не успел опуститься трап, как девушка подскочила к Т’с’аи и упала на колени. Рядом, время от времени поскуливая, беспокойно переминался его айкиза.

Ларис медленно и отчетливо спросила большого кота:

«Как это произошло?»

В ответ промелькнули картинки: Ларис бежит, В’э’ин поднимает атори, Т’с’аи и айкиза спешат заслонить собой девушку… И – недоумение. Сложно общаться с айкизой, который не достиг финальной стадии развития, но Ларис хотела выяснить, насколько сильно ранен его лиомса.

Девушка ощутила злость айкизы, а затем потоком полились изображения: Ларис все бежит; В’э’ин угрожающе поднимает атори; Т’с’аи хватается за дуло и отводит его в сторону; лицо В’э’ина исказилось от злобы, буквально каждая жилка налилась полыхающей яростью; и вдруг… Она отчетливо увидела, как В’э’ин крутанул ружье в руках и с силой врезал прикладом по голове Т’с’аи; от удара по виску туземца потекла кровь, и он упал. Больно, страшно, непонятно… Что делать? На лиомсу нападать нельзя, но лиомса ударил друга. Что делать?

Сердце Ларис защемило от жалости к бедному перепуганному зверю. Девушка протянула руку и ласково потрепала айкизу по плечу.

«Не переживай. Придут друзья, помогут», – успокоила она его и, словно приглашая, отправила мысленный образ опущенного трапа, людей, несущих Т’с’аи на звездолет, и следующего за ними айкизу.

Ларис перевела взгляд на корабль, чтобы убедиться в правильности своего пророчества. Сторм и Логан со станнерами в руках уже мчались к ней на помощь; из люка с шумом выскочил Прауо и устремился вперед, на ходу исступленно забрасывая сестрицу вопросами. Большой кот легко обогнал юношей, почти напрыгнул на Ларис и встал, широко расставив лапы, с яростью посматривая в сторону леса, с диким отчаянием защищая распластавшуюся на земле подругу.

Подбежал Сторм: на его лице блуждала слабая, едва заметная ухмылка – уж больно забавно выглядел со стороны Прауо. Логан помог Ларис подняться, радостно улыбнулся, обнял что есть мочи и поцеловал столь страстно, что у девушки на миг закружилась голова. Затем он отстранился и оглядел ее с головы до ног:

– Все нормально? Тебя не ранили? Что они с тобой сделали?

– Ударили по голове и опоили снотворным, но сейчас все хорошо. – Тут Ларис заметила, как Прауо злобно взъерошил шерсть, и добавила вслух: – Честное слово, я в порядке, хвостатый братец. Никто не причинил мне вреда. Хотя В’э’ин пытался, но Т’с’аи остановил его. Кстати, именно В’э’ин, который тут у них всем заправляет, и заставил Т’с’аи меня похитить, – пояснила она, поглядывая на Логана и Сторма. – Хотел взять в заложницы, чтобы вынудить Тани в первую очередь поделиться с их группой всем, что она узнает, изучая связи между айкизай и лиомсами. А потом он убил бы меня и обставил все так, чтобы вы не догадались, кто на самом деле организовал похищение.

Логан напрягся:

– Ах вот как? И где сейчас этот В’э’ин?

– Сбежал. Увидел звездолет и тут же скрылся. Он пытался меня застрелить, но Т’с’аи ему помешал. В’э’ин в ответ стукнул Т’с’аи прикладом и сбил его с ног. Он же не сильно пострадал? – обратилась девушка к Сторму, который, склонившись, разглядывал раненого лиомсу.

Хостин поднял голову:

– Не знаю, насколько хрупкий череп у местных, но вроде бы ничего страшного. Однако, похоже, В’э’ин врезал ему от души; у Т’с’аи, должно быть, сотрясение мозга. – Юноша замолчал и взял на руки бесчувственного лиомсу. – Отнесем его в медицинский отсек и поглядим, что можно сделать. В любом случае нам следует вернуться на звездолет, а то вдруг В’э’ин приведет подмогу.

Айкиза Т’с’аи беспокойно скулил неподалеку. Ларис повернулась и подозвала Прауо:

«Скажи ему, что мы постараемся помочь его лиомсе. Все будет хорошо».

«Облегчение, благодарность. Вы уверены?» – послышалось в ответ.

Прауо замер, а затем успокаивающе прикоснулся носом к носу айкизы; тот поспешил вслед за Стормом, потерся о безвольно свисающую руку хозяина и тихонько потрусил рядом. Друзья взобрались по ступеням; трап тут же подняли; Ларис услышала, как звонко щелкнули позади магнитные замки.

Тани и капитана нигде видно не было. Старший брат с бесчувственным Т’с’аи на руках направился в сторону лазарета, а Ларис принялась расспрашивать младшего:

– Логан, а что случилось после того, как Т’с’аи меня похитил?

Юноша усмехнулся, взял подругу за руку и повел за собой:

– Ох и сильно мы переполошились, когда ты вдруг исчезла! Сперва боялись, что тебя схватило морское чудище там, на берегу. Но Прауо настаивал, что ты не была смертельно ранена или убита; он не сомневался, что почувствовал бы это. Койоты взяли твой след, а затем обнаружили место, где запах Т’с’аи пересекался с твоим. Потом Тани удалось установить, что на берег вытаскивали лодку. Так мы догадались, что тебя похитили именно товарищи Т’с’аи. Смущало только то, что твой маячок не подавал сигнала.

Логан застыл, нежно притянул девушку к себе и снова поцеловал, на этот раз легонько, не прекращая с улыбкой глядеть на нее.

– Все порядком расстроились и сперва не знали, как быть. А потом мы пораскинули немного мозгами и решили взлететь, чтобы хорошенько осмотреть береговую линию. Покопались в каюте, хотели понять, что ты взяла с собой; выяснили, что, похоже, коммуникатор у тебя. Надеялись, что ты сумеешь-таки подать сигнал, раз уж маячок сломался. – Логан вновь улыбнулся и взял Ларис за руки. – И у тебя получилось. Мы как раз собирались подняться повыше, чтобы Прауо поискал тебя телепатически, а тут ты вдруг послание на азбуке Морзе отбивать принялась. Это, небось, тебя Тани научила, да?

Логан ни словом не упомянул про отчаяние, терзавшее его все это время. И не стал говорить, какое невыразимое чувство охватило всю команду «Леди Треган», когда главный бортовой передатчик уловил сигнал SOS. Этот древний сигнал бедствия, как и Mayday, до сих пор применялся на звездолетах Конфедерации и кораблях союзников.

Все четверо друзей, сидевших тогда в креслах судна, напряглись как струна, а Прауо протяжно и как-то жутковато взвыл. Капитан кинулся к приборной панели: источник сигнала находился непосредственно под ними. Никого не спрашивая, д’Арже круто повел звездолет на посадку.

– Поглядели на экраны, а там ты, собственной персоной, – прибавил Логан, увлекая за собой Ларис к медицинскому отсеку. – Прауо готов был сквозь обшивку ломиться к тебе, ну просто чуть не взбесился. – Юноша хихикнул. – Но потом мы поняли, что с тобой вроде бы все в порядке, и, прихватив на всякий случай станнеры, кинулись вперед.

Ларис вцепилась в его руку и прошептала:

– Логан, прости, я вела себя просто ужасно. Распереживалась из-за Прауо, а сорвалась на тебе. Мне правда очень-очень жаль, что мы поссорились.

– И мне тоже. Надо было сразу догадаться, что ты расстроена, сделать на это скидку.

– Значит, мир?

Логан накрыл ее ладонь своею и крепко сжал:

– Ты еще спрашиваешь. Ну конечно мир.

Они как раз добрались до лазарета, где Сторм уже заботливо уложил Т’с’аи на койку. Хостин поводил медицинским сканером над безвольным телом туземца, задумчиво кивнул, глядя на результаты, снова сверился с записями и обернулся к товарищам:

– Не знаю, насколько стоит доверять сканерам, ведь организм лиомсы немного отличается от человеческого. Но, судя по всему, пострадал Т’с’аи не сильно. Видимо, его здорово шандарахнули, но скоро он придет в себя, хотя голова, я так подозреваю, болеть будет изрядно. Скажите айкизе, что Т’с’аи поправится.

Ларис коснулась взволнованного зверя и передала ему слова Сторма. А Прауо подкрепил ее послание своим:

«Все будет хорошо, не бойся, Т’с’аи скоро очнется».

В ответ полился поток вопросов и опасений.

«Нет, – заверила девушка, – мы не думаем, что он умрет. Надо просто подождать, наберись терпения. И побудь с ним».

Айкиза тотчас улегся рядом с хозяином с таким видом, будто собирался провести на этом месте лет десять, не меньше, если потребуется, а Ларис внезапно поняла, что до сих пор даже не знает имени инопланетного создания.

Только для бесхвостой сестрицы Прауо произнес:

«Его зовут Аррраал. Переживает, бедняга, что не уберег своего лиомсу и тот теперь погибнет».

«Скажи ему, что он поступил по закону. Все правильно сделал», – попросила Ларис.

Конечно, лучше бы айкиза нашел в себе силы преступить закон, но девушка вполне понимала, почему Аррраал повел себя так: всю жизнь ему вдалбливали в голову совершенно иное. Было бы попросту негуманно отчитывать его за бездействие; бедный зверь и так достаточно настрадался, незачем расстраивать его еще больше.

«Он благодарит за понимание, – мысленно пояснил Прауо, ограничивая радиус послания, чтобы оно достигло лишь Ларис. – Лично я бы убил любого лиомсу, который посмел бы угрожать тебе. Но он не я».

«Это точно, – отозвалась девушка и прибавила с любовью: – Нет на свете другого такого, как ты, братец. Но может, Аррраал сумеет приблизиться к тебе, если вдруг Тани удастся найти лекарство».

Прауо удивился:

«Так тебе не сказали?..»

Ларис вцепилась в шерсть на плече кота: «Что именно?» – и спросила громко:

– Сторм, а Тани сумела что-нибудь выяснить насчет айкизай?

Хостин, наблюдавший за состоянием Т’с’аи по мониторам, обернулся:

– Кое-что вроде бы обнаружила, но объяснить будет сложновато… Видимо, поэтому местные сами не догадались. Их научных знаний достаточно, чтобы решить проблему наполовину, а остальное – пока за пределами их понимания. К тому же первая часть разгадки не имеет смысла без второй, поэтому туземцы, вероятно, и сочли, что ошиблись. Но это все при условии, что Тани не заблуждается насчет причины их бед.

Ларис нетерпеливо переминалась с ноги на ногу:

– А что именно она узнала?

– Погоди, вот соберемся вместе и обсудим.

– Вы же расскажете это лиомсам?

– Не все так просто, – вздохнул Сторм. – Придется доложить патрулю, но прежде обговорим детали за ужином. А сейчас давай лучше обследуем тебя. Я так понял, что Т’с’аи ударил тебя по голове и накачал лекарствами. Надо поглядеть, нет ли трещины в черепе, и заодно проверить, не оказало ли снотворное побочных эффектов.

– Думаю, все хорошо, – заверила его Ларис. – Голова сначала поболела, но сейчас все в порядке. Я нормально себя чувствую.

– Нужно убедиться наверняка. – Хостин внимательно изучил результаты общего сканирования. Девушку часами накачивали инопланетным наркотиком, чье действие могло иметь для ее здоровья самые непредсказуемые последствия. – Ты права. Т’с’аи вряд ли сильно тебя приложил, а следов препарата в крови практически не осталось, так что, к счастью, ты почти не пострадала. Вот если бы снотворное давали тебе дольше, дело приняло бы скверный оборот. Судя по всему, это наркотик, который угнетает центральную нервную систему. – Сторм нахмурился. – Понимаешь, что они запросто могли тебя убить?

– Да, понимаю, – потупилась девушка. – Я очень виновата и обещаю, что впредь ничего подобного не повторится.

– Ладно, все хорошо, что хорошо кончается. Пей на всякий случай побольше воды. Кстати, ты, небось, проголодалась?

Ларис внезапно ощутила пустоту в желудке и застонала:

– Да, и еще как!

– Что ж, скоро ужин. Но, наверное, прежде ты захочешь привести себя в порядок, – ласково улыбнулся Хостин.

Впервые с того момента, как за ней прилетел звездолет, Ларис вспомнила о том, как выглядит, и вздрогнула от ужаса. Девушка стремглав кинулась в каюту; Прауо тут же метнулся следом. Ларис приняла душ, вымыла и высушила волосы, переоделась и, когда раздался сигнал к ужину, вовсю наслаждалась ощущением чистоты и свежести. Она поспешила в кают-компанию, уселась за стол и радостно оглядела друзей. Прауо, расположившийся неподалеку, потянулся и коснулся носом ее ладони:

«Как хорошо, что ты опять с нами, сестрица. Без тебя на корабле было так пусто».

Ларис поежилась, вспоминая В’э’ина:

«Поверь, я бы и сама предпочла отсюда не уходить».

Члены экипажа неспешно ужинали, болтая о том о сем. А потом, когда все уютно устроились с чашками горячего свэнки, Сторм кивнул жене и приступил к объяснениям:

– Итак, Тани полагает, что обнаружила причину, почему у некоторых айкизай не получается установить полноценную связь с лиомсами.

Он взглянул на супругу, словно бы предоставляя ей слово, и та подхватила:

– На самом деле существует не два уровня связи, а множество форм контакта. Связь может нарушиться на последнем этапе физического развития и на двух финальных стадиях – интеллектуального. Картина вырисовывается следующая. Примерно половина айкизай не способны наладить контакт еще на первой стадии. Половина прочих остаются на второй, и лишь четверть всех айкизай достигают полноценной связи. Это общая статистика по результатам тестирования. И теоретически процентное соотношение везде должно быть приблизительно одинаковым. Однако результаты исследования странным образом зависят от географических регионов, так что я провела кое-какие расчеты на компьютере. И установила, что основные причины неполноценного контакта связаны с окружающей средой и обусловлены влиянием двух факторов. Напрашивается гипотеза о том, что первоначальная способность к ментальному контакту была усилена некими трансформациями в окружающей среде, тогда как неполноценная связь имеет обратный механизм. Науке известны подобные случаи, когда вследствие воздействия ряда так называемых цивилизационных факторов…

Логан широко ухмыльнулся:

– А может, ну ее, эту науку? Давай ты уже наконец объяснишь нам все попросту, по-человечески!

– Ладно. – Тани наклонилась вперед. – Кое-какую информацию удалось выудить из Э’л’ис, а прочее я выявила, просмотрев изображения со стен в развалинах. Точно не установлено, каким именно оружием пользовались лиомсы во время войны. Видимо, применяли некие радиоактивные вещества, которые и вызвали мутацию. Цивилизация лиомс оказалась на грани уничтожения, и для выживания им потребовались сильные напарники. Мутация привела к формированию ментальных связей, которые в свою очередь способствовали интеллектуальному развитию айкизай. История лиомс гласит, – продолжала девушка, – что айкизай всегда были наполовину разумны, примерно как те из нынешних, кто не до конца сформировал связь. Некоторые лиомсы и айкизай и раньше устанавливали ментальный контакт, но очень слабый. Рост уровня радиации вывел связи на новый уровень. Однако мне удалось обнаружить еще один фактор. После войны лиомсы восстановили некоторые технологии и перешли к повсеместному использованию электричества – возобновляемой, чистой энергии, которая не напоминала им о том, что привело к краху их собственную цивилизацию. Производство электроэнергии генерирует мощные электромагнитные поля – они есть там, где расположены механизмы. Полагаю, что совместное воздействие полей и остаточной радиации и приводит к формированию связей.

– Мозг ведь тоже генерирует электричество, – задумчиво протянул Сторм.

– Да, думаю, электромагнитное поле стимулирует мозговую активность айкизай и лиомс, что способствует ментальному контакту. Однако, похоже, для формирования связи нужен некий минимальный уровень излучения.

– Итак, радиация, электричество и электромагнитное поле приводят к полноценной связи, – заключил Сторм. – Если чего-то недостаточно, то айкизай не достигают финальной стадии интеллектуального развития, которая, по словам Э’л’ис, дает им некие экстрасенсорные способности. Если вдруг не хватит радиации, электричества или мощности полей – полный контакт не устанавливается, как в прошлом, когда излучения и прочего не было.

– В общем, все невероятно сложно, – кивнула Тани.

Ларис покачала головой:

– Не вижу никакой проблемы. В смысле, тут же повсюду радиация, вы сами так сказали, когда мы проверяли обстановку перед выходом из звездолета. В краткосрочной перспективе для нас это неопасно. Но радиация существует, а электричество на планете используется повсеместно, значит и электромагнитные поля есть везде. Э’л’ис сама так говорила. Просто объясним им все – и айкизай больше убивать не будут. Делов-то!

Тани взглянула на Сторма, и тот тихонько промолвил:

– Не исключено, Ларис, что так оно и есть, но… Во-первых, это лишь теория и Тани может ошибаться. А во-вторых, уровень радиации, появившейся на планете вследствие ядерной войны, потихоньку снижается. И что, мы предложим им искусственно увеличить фон? Нужно провести исследования, практические эксперименты с участием айкизай и лиомс. И даже если гипотеза подтвердится, главный вопрос: имеем ли мы право рассказывать все это местным?

Ларис возмущенно уставилась на него:

– Имеем ли мы право спасти их? Сделать так, чтобы соратники Э’л’ис перестали убивать тысячи айкизай, тем самым ломая жизнь их лиомсам? Да, к вашему сведению, у Т’с’аи до Аррраал было двое айкизай! И прихвостни Э’л’ис убили обоих как неполноценных. Вот почему он убежал и примкнул к мятежникам. Из-за этого, собственно, они и восстали против Э’л’ис! – Девушка вновь ощутила боль Т’с’аи. – Сторм, от местных нельзя ничего скрывать, это неправильно, жестоко! Они должны знать правду.

– Ларис, ты смотришь на ситуацию односторонне. А если мы расскажем правду и в результате появятся другие сложности, которые приведут к гибели цивилизации?

Однако Ларис горячо возразила Хостину:

– Да это же убивает их прямо сейчас! Э’л’ис прямо так и сказала. Когда мы подлетали к первому месту стоянки, Тани упомянула, что на континенте обитает около миллиона пар айкизай и лиомс. Но все меньше айкизай достигают нормального интеллектуального развития. Они стремительно деградируют. И что, мы будем сидеть сложа руки и наблюдать, как несчастные создания теряют разум, просто потому, что потом чисто теоретически могут возникнуть некие сложности? Так ведь если они столкнутся с какими-то проблемами, то пусть хотя бы интеллект сохранят, чтобы достойно с ними справиться! – Девушка раскраснелась от злости. – По-моему, скрывать от местных правду безнравственно и отвратительно! Если вы не расскажете им, что узнала Тани, то я сама это сделаю!

Сторм поднялся и расстегнул на поясе чехол, в котором лежал небольшой овальный предмет из пластика.

– Нет, Ларис. Сначала мы все обсудим и придем к приемлемому для всех заключению. – Он щелкнул овальным выключателем; раздался низкий гул. – Теперь все наружные люки заперты. Без моего разрешения корабль не покидать.

Ларис побледнела и хотела еще что-то сказать, но Логан схватил ее за руку:

– Да не пори горячку, давай нормально поговорим! Ты что, хочешь, чтобы у тебя отняли Прауо?

Пожалуй, он нашел единственный правильный аргумент, способный в данной ситуации отрезвить девушку. Ларис, уже бросившаяся было к дверям, вдруг застыла:

– Что? С какой это стати его вдруг отнимут?

– В соответствии с законом Конфедерации, согласно которому вмешиваться в дела местного населения строго-настрого запрещено.

– Так я же не собираюсь вмешиваться… – Ларис осеклась, подумала немного и продолжила: – Ну, вернее, собираюсь, но для их же блага… – Она снова замолкла. – Кажется, понимаю. Наверное, немало было людей, которые твердили то же самое, а в итоге только все портили.

Тани подошла, чтобы обнять подругу:

– Ларис, Сторм вовсе не имел в виду, что мы будем скрывать результаты от айкизай и лиомс. Просто сперва следует убедиться, что мы все делаем правильно. Пока тебя не было, поступил сигнал от Галактического патруля. Они обнаружили «Пламя Антареса». И то, что натворил их экипаж, заставляет задуматься… Нам следует быть осторожнее.

Ларис поморщилась:

– Полагаю, патрульные не ошиблись и звездолет нашел обитаемую планету?

– Да, именно так. И хуже всего, что экипаж полагал, что действует во благо. Не думаю, что они высадились на планете с целью уничтожить местное население. Команда определенно хотела править тем миром… А еще они обучили аборигенов кое-чему, вроде как для их же пользы.

– И? – Ларис не сомневалась: то, что она сейчас услышит, ей не понравится.

– Звездолетчики познакомили туземцев с достижениями медицины: рассказали о микробах и бактериях, об инфекционных заболеваниях и о том, что от некоторых недугов существуют вакцины. К несчастью, один из членов экипажа серьезно увлекался микробиологией, и этот идиот поведал в подробностях, как некоторые вирусы могут мутировать и вызывать эпидемии. Местные не разбирались в подобных вещах, но глупыми уж точно не были, да к тому же обладали начальными научными знаниями.

Тани вздохнула, чуть ссутулилась и продолжила:

– И вот некоему туземному царьку пришла в голову блестящая идея – завоевать весь мир с помощью бактериологического оружия. Сработало в некотором смысле прекрасно: экипаж «Антареса», разумеется, обладал иммунитетом, а вот остальные… Никто в итоге так и не понял, что именно изобрели придворные врачи этого правителя. Болезнь распространилась, как лесной пожар, и выкосила девяносто процентов населения планеты.

– Не может быть! – в ужасе воскликнула Ларис. – Девяносто процентов? А как же социальная дистанция, изоляция? В примитивном обществе это способно защитить население во время пандемии, населенные пункты ведь располагаются далеко друг от друга.

Сторм покачал головой:

– Не в их случае. Местные священнослужители часто и много путешествовали: проводили в каждом городе службу, а затем организовывали что-то вроде общего собрания, где люди обсуждали новости, заключали сделки и прочее. Каждые пять дней все, даже сельские жители из удаленных районов, приходили туда и проводили вместе пару часов, вне зависимости от вероисповедания.

– Бактериологическое оружие привело к появлению очень заразной формы легочной инфекции. Чихнешь или кашлянешь – и зараза разлетается вокруг, а во влажной атмосфере той планеты микробы на любой поверхности оставались активны, как минимум, полдня. Прибавь к этому продолжительный инкубационный период: две недели без видимых симптомов. – Тани мрачно поглядела на Ларис. – Ну, может, и не девяносто процентов вымерло, а меньше. Галактический патруль еще до конца не подсчитал. Но восемьдесят – точно. По сути дела, это означает, что цивилизация на той планете полностью уничтожена. Впоследствии численность населения, конечно, восстановится, да и научные знания у них сохранились. Но как, думаешь, теперь они будут относиться к пришельцам? И сама понимаешь, в свете этой трагедии Галактический патруль теперь еще строже станет следить за исполнением законов, касающихся первичных контактов с туземцами.

– Понятно. Но при чем тут Прауо?

– Эта планета – родина Прауо, но для тебя она чужая. Патруль может приказать тебе оставить его здесь, а самой улететь обратно.

«Нет!!! – Друзья аж подпрыгнули, когда в головах раздался мысленный крик Прауо. – Никто, – подчеркнул большой кот чуть тише, но гораздо выразительнее, – никто и никогда не разлучит меня с сестрой!»

– Тогда подождем, что патрульные скажут по поводу теории Тани, – припечатал Сторм.

Однако его жена вдруг задумчиво произнесла:

– Есть еще один вариант. Можно кое-что сделать.

– Что именно?

– Образцы тканей, которые я взяла у аборигенов, по законам Конфедерации принадлежат айкизай и лиомсам. Информацию, полученную путем опроса, защищает Закон о персональных данных: она тоже собственность местного населения. А что, если Э’л’ис потребует от нас вернуть весь этот материал? Вдруг у лиомс хватит научных знаний, чтобы самим проанализировать результаты исследования и сделать соответствующие выводы?

Воцарилось молчание; друзья обдумывали услышанное. Наконец Сторм согласился:

– Да, вообще-то, ни один из факторов, необходимых для установления полноценной связи, не является чем-то необычным. Все это часть их повседневной жизни. Если Э’л’ис попросит назад образцы и собранную нами информацию, а затем местные сумеют сопоставить результаты самостоятельно… Что ж, тогда патрульные, пожалуй, рассердятся, но получится, что законов-то мы никаких не нарушили, а потому и наказания избежим. – Тут он обратился к Тани: – Кстати, а как ты планируешь это провернуть? Э’л’ис вроде бы пока о результатах даже и не заикалась.

– Ну, я же ей не говорила, что она имеет право запросить образцы тканей и анкеты. Полагаю, ей следует рассказать о наших законах, чтобы она понимала, что именно можно требовать. Согласен? В смысле, закон надо выполнять, а как известно, незнание не освобождает от ответственности, так что Э’л’ис должна понимать свои права.

Сторм и д’Арже обменялись взглядами, и капитан всплеснул руками:

– Пожалуй, это самое оригинальное толкование закона, которое я когда-либо слышал за свою долгую и, увы, почти впустую растраченную жизнь! Однако не лишенное смысла… Наверное, и впрямь стоит объяснить товарищам Э’л’ис наши правила. Посмотрим, что из этого выйдет.

Тани раскрыла было рот, желая что-то добавить, но как раз в этот момент прозвенел сигнал. Капитан посмотрел на приборную панель:

– Ваш друг оклемался. Наверное, сам он пока чувствует себя не слишком хорошо, но медкапсула сообщает, что было сделано все возможное и положительный результат достигнут. Сейчас выпустим его, и я верну звездолет на предыдущее место стоянки, пока не стемнело.

Команда простилась с ошеломленным Т’с’аи и ликующим Аррраалом. Айкиза прыгал от радости, а вот лиомса, казалось, колебался, может ли спокойно уйти после всего, что случилось. Он понимал, что заслуживает наказания. Тани распахнула дверцу служебного входа и указала на ступени:

«Ступай! Мы не станем тебя наказывать. Пусть похищение Ларис останется на совести В’э’ина и прочих, кто приказал тебе и твоим товарищам творить зло».

Девушка сомневалась, что туземец понял ее слова, однако он ответил целым потоком эмоций: согласием, сожалением, раскаянием и чем-то вроде извинения за похищение Ларис.

«Ты сполна расплатился за то, что помешал В’э’ину использовать атори». – Она подкрепила свою мысль образом лиомсы, размахивающего местным оружием; вот дуло нацелено на Ларис, а другой туземец рвется его остановить…

Т’с’аи отозвался пониманием и принятием. Тани ощутила, что лиомса все еще чувствовал себя очень виноватым за случившееся, но осознал, что со стороны пришельцев наказания не последует. Ему самому придется иметь дело с соотечественниками. А уж те наверняка не оставят его проступок без последствий. Айкиза скользнул вниз по ступеням, Т’с’аи тихонько последовал за ним. На опушке леса они помедлили, оглянулись на звездолет и наконец скрылись из виду, затерявшись среди деревьев.

Спустя полчаса, уже в стремительно сгущающихся сумерках, корабль взлетел – и исчез вдали (хотя далеко не так беззвучно, как Т’с’аи с айкизой). Вскоре «Леди Треган» вновь приземлилась на поросшей невысокой травой поляне – той же самой, где звездолет стоял до похищения Ларис. Смолкло урчание двигателей; вокруг все замерло; в вечерней прохладе не было слышно ни звука, и среди молчаливых деревьев никто не ждал гостей.