Сторм вошел в звездолет, с трудом сдерживая улыбку. Следовало признать, пусть он и не рискнул произнести это вслух, что Ларис выглядела очень забавно, когда от души чихвостила туземцев. Правда, если в результате аборигены разорвут все контакты с пришельцами, веселого будет мало. Однако Сторм решил не накручивать себя раньше времени.

С экрана судна он следил за разгорающимся на опушке спором. Слов он не разбирал, да, впрочем, если бы даже и услышал, то вряд ли бы что понял, однако язык тела говорил сам за себя. Создавалось впечатление, что если так будет продолжаться и дальше, то на полянке разразится настоящий скандал и местные передерутся.

К Хостину присоединился капитан д’Арже.

– Не очень-то похоже на счастливое семейство, верно?

– Да уж. Ларис уверена, что Т’с’аи специально подставил Логана, хотя его айкиза дважды за время беседы пытался предупредить об опасности, но ему просто-напросто заткнули пасть. Если так, есть вероятность, что те четверо, наблюдавшие со стороны, ни в чем не замешаны и сами не рады, что их соплеменник в одиночку, не посоветовавшись с ними, принял такое важное решение, – подумав, предположил Сторм.

– Пожалуй, вы правы. Смотрите! – торопливо произнес капитан.

Снаружи айкизай растаскивали готовых сцепиться аборигенов. Два крупных кота встали между пышущей злобой парочкой и своими лиомсами и потихоньку, шаг за шагом, оттеснили гуманоидов в сторонку. Те, в свою очередь, демонстративно отвернулись от айкизай.

Т’с’аи с партнером, гордо выпрямив спины, с негодованием удалились в лес, а четверка осталась; судя по их поведению (насколько вообще возможно понять настроение инопланетных существ), все пребывали в крайне раздраженном состоянии. Потом и они тоже ушли, но в противоположном направлении от Т’с’аи.

Д’Арже улыбнулся и тихо заметил:

– Видать, здорово они меж собой разругались!

– Похоже, что так. Думаю, выясним утром. Если те четверо придут, а Т’с’аи нет, можно сделать вывод, что товарищи его поступок не одобряют.

Про себя Сторм гадал, что же именно не понравилось остальным. Они осудили поступок Т’с’аи, посчитав его аморальным? Или, может, решили, что гуманоид сглупил, в открытую проявив вражду? Разумеется, могли существовать и еще какие-то, непонятные чужакам причины: кто их разберет, этих инопланетян.

Вечером звериные команды по очереди выпустили прогуляться. Мэнди шустро облетела ближайшую рощицу и сообщила, что в зарослях вьюнков неподалеку укрылись, наблюдая за звездолетом, два айкизай. Причем, судя по всему, появление парасовы их совершенно не обеспокоило.

«Может, мне поговорить с ними?» – предложил Прауо.

Ларис вновь почувствовала укол страха и злости, но сдержалась. Неужели Прауо хочет провести время без нее?

– Нет, не стоит, – покачал головой Сторм. – Может, в другой раз, если они решат приходить сюда каждую ночь. Пусть для начала все устаканится.

Койоты резвились на травке возле корабля. Тани вышла ненадолго, чтобы поиграть с ними в мяч; Мэнди тут же доложила, что айкизай, заинтересованные игрой, подобрались ближе.

– Ладно, как только койоты вернутся, выпущу Хо и Хинг. Наказал им держаться подальше от могильника и не приближаться к морю. Если заметят движение, тут же побегут к звездолету, – пояснил Сторм и отчеканил: – Логан, возьми ружье и охраняй их. У Хо и Хинг отличные чутье и реакция, но они не такие проворные, как койоты, если вдруг придется улепетывать.

Хо и Хинг с удовольствием копошились в обломках, принесенных приливом, и вновь приволокли целую кучу маленьких «сокровищ». Сторм спустился сурикатам навстречу, похвалил их, а затем осмотрел находки.

– Они обнаружили что-нибудь интересное? – спросила Тани, присоединяясь к супругу.

Сторм одной рукой с любовью приобнял девушку за талию, а второй продемонстрировал добычу Хинг.

– Да, есть кое-что любопытное. Кажется, это кулон, выточенный из раковины. Я обратил внимание, что айкизай носят такие на шлейках.

И Хостин показал жене плоскую, слегка изогнутую ракушку, размером примерно пять на шесть дюймов, с маленькими дырочками по краям. На обратной стороне местные умельцы вырезали изображение лиомс и айкизай. Посередине красовалась надпись, по-видимому имя владельца. Края вещицы облупились, некоторые дырочки треснули, а один кусочек совсем отвалился.

– Такое чувство, что штучку эту кто-то не просто так обронил, – заметила Тани.

– Слушай, может, местные порою наведываются на берег, чтобы подобрать ветки, принесенные волнами, ракушки и прочее, и изготавливают из них украшения. Вполне вероятно, что материалы ценные, что ими торгуют, поэтому смельчаки, рискуя жизнью, ходят к морю. Уверен: иногда кто-то неизбежно погибает от лап морских чудищ, особенно если популяция последних велика. Чует мое сердце, что тем двоим в могиле как раз не посчастливилось столкнуться с монстром.

– А плашка из ракушки когда-то принадлежала айкизе, чье тело так и не обнаружили, – подхватила его мысль Тани.

– Или чье тело нашли где-нибудь далеко отсюда и там же похоронили, – добавил Сторм. – Давай изучим сканы побережья, которые получили до посадки, вдруг обнаружим еще курганы. Узнаем, много ли их, и станет понятно, насколько распространены здесь морские чудища.

– Это займет немало времени.

– Попробуем прогнать через компьютер, – предложил Хостин.

Тани покачала головой:

– Давай уж лучше сделаем это сами, вручную, все какое-то занятие. Хоть время скоротаем.

Супруги поделились мыслями с остальными, и уже через час вся кают-компания «Леди Треган» была завалена распечатками снимков.

– Предлагаю действовать по системе, – сказал д’Арже. – Пусть каждый возьмет по участку пляжа; просмотрим все по очереди, начиная от места стоянки корабля.

Сторм согласился; хаотично разбросанные фотографии аккуратно разобрали. Вскоре раздались первые радостные возгласы: друзья тут и там натыкались на изображения могильников и мигом вносили данные в бортовой компьютер. Спустя три часа они наконец уселись за стол, чтобы пересчитать курганы и высказать предположения.

Капитан возился с передатчиком: пересылал патрульному крейсеру отчет, куда включил копии ландшафтных снимков и фотографии могильника, а также догадки экипажа по поводу айкизай и лиомс, как, с его легкой руки, стали именовать местных жителей на борту «Леди Треган». Отправив данные, д’Арже выключил передатчик и обернулся к ожидавшему его экипажу.

Первым заговорил Логан, поглядывая на выжимку с результатами исследования:

– На побережье поблизости обнаружено более пятидесяти могильников: получается, в среднем один курган на каждые пару миль. Сейчас нужно выяснить примерный возраст захоронений; если им, скажем, не больше двадцати лет, то можно будет сделать вывод, что морские чудища крайне опасны и кровожадны, или что их слишком много, или что они селятся преимущественно в этой части пляжа.

Юноша помедлил, давая слушателям время сообразить, и продолжил:

– Если же возраст курганов колеблется в пределах нескольких сотен лет, тогда монстры либо не часто нападают на местных, либо не все время живут близ берега, либо же их мало. – Логан взглянул на брата и поинтересовался: – Я правильно рассуждаю?

– Ну да, это можно принять за отправную точку, – вежливо согласился Сторм. На самом деле существовало еще множество вполне логичных предположений, но далеко не все гипотезы удалось бы сейчас проверить. К тому же младший брат вскоре и сам догадается о других вариантах. – Что, по-твоему, конкретно следует сделать?

– Взять вездеход и объехать курганы, – ухмыльнулся юноша.

– Нет, Логан, это не выход, – возразила Тани. – По состоянию камней определить возраст захоронений не получится, а разбирая курганы, чтобы просканировать кости, мы мигом навлечем на себя гнев местных жителей. Представляю, как ты сам начал бы возмущаться, если бы какие-то пришельцы вдруг принялись раскапывать могилы твоих предков и производить с их скелетами некие странные манипуляции.

Логан с сожалением кивнул:

– Если подумать, чужаки порой и впрямь их раскапывали, и никому, конечно, это не нравилось. Помню, папа рассказывал, как в восемнадцатом и девятнадцатом веках археологи на Земле преспокойно ковырялись в захоронениях индейцев, нисколько не заботясь о том, как наш народ воспримет подобное надругательство. Все протесты власти тогда игнорировали. Ладно, вскрывать могилы мы не будем. А что тогда?

– Спросим непосредственно у жителей, – лаконично ответил Сторм и, подумав, добавил: – Но кое-какие предварительные выводы можем и сами набросать.

– Похоже, Т’с’аи был уверен, что Логану грозила опасность, – заметила Тани.

– Его айкиза дважды хотел нас предупредить, – встряла Ларис. – Он вряд ли поступил бы так, если бы морские чудища были здесь редкостью. Похоже, монстры частенько появляются на побережье либо мигрируют сюда в это время года. Может, у них сейчас брачный сезон.

Все одобрительно закивали. Сторм поднялся из-за стола и потянулся:

– Ладно, мы сделали все, что могли, опираясь на довольно скудную информацию. Утро вечера мудренее: посмотрим, появятся ли завтра туземцы.

* * *

Ночь прошла спокойно, а наутро на поляне уже вновь маячили двое айкизай с лиомсами. Т’с’аи с партнером отсутствовали, однако оставшаяся четверка терпеливо ждала гостей у могильника.

Все время, пока Ларис и Прауо завтракали, Сторм не отходил от них ни на шаг, а затем выпустил переговорщиков к туземцам. Логан снимал все происходящее из-за створки люка. Ларис нарочито медленно направилась к аборигенам, всем своим видом демонстрируя недоверие и нежелание приближаться.

Айкизай поднялись, сделали пару шагов навстречу и замерли. Затем осторожно, избегая резких движений, скрючились и прижали головы к земле, обнажив шеи.

Сторм, оставшийся в звездолете, застыл от изумления:

– Выражают покорность. Кажется, хотят извиниться.

Ларис тоже узнала эту позу. Когда Прауо был совсем еще котенком, то, натворив что-то, по его мнению, нехорошее, похожим образом припадал к земле – причем малыш совершал это бессознательно. Айкизай же сейчас склонились намеренно – и это очень расстроило девушку. Как бы ни боялась Ларис, что айкизай заберут Прауо или уговорят его покинуть свою бесхвостую сестрицу, однако ей было нестерпимо смотреть, как они унижаются. В порыве чувств Ларис опустилась на колени и принялась гладить их по головам и чесать за ушами, – так она поступала, когда хотела заверить крохотного Прауо, что совершенно на него не сердится. Девушка осторожно приподняла обе пушистые головы и пристально посмотрела в фиолетовые глаза айкизай.

«Не надо! – как можно медленнее и отчетливее мысленно передала им она. – Это не ваша вина. Это все Т’с’аи. Как я могу на вас злиться? И к тому же его айкиза действительно хотел нас предупредить. Пожалуйста, не переживайте».

Стоявший позади Прауо тихонечко заскулил, выражая сходные чувства: понимание, прощение, неприязнь к тем, по чьей вине должны унижаться его сородичи.

Айкизай встали и с заметной нежностью положили головы на плечи Прауо, а затем вновь посмотрели в глаза Ларис. Она улыбнулась:

«Послушайте, вы прекрасны. Всегда думала, что Прауо удивительный красавец, но вы двое нисколько ему не уступаете».

Девушка позволила себе выразить эмоции, чтобы прояснить смысл слов, которые, возможно, не были знакомы айкизай, и дать им понять, что говорит искренне. В ответ она ощутила исходящие от них благодарность, удовольствие, счастье, что их простили, извинение за то, что лиомса сглупил и не предупредил об опасности. Дальше мелькнула картинка: айкизай и лиомсы парами прогуливаются по берегу после шторма и подбирают безделушки. Возникло ощущение, что это очень важно: Ларис показалось, что она наблюдает религиозный обряд или некую церемонию.

Вдруг изображение сменилось: девушка увидела, как из воды выскакивают морские чудовища и разрывают несчастных туземцев в клочья. На берегу появились курганы. Новая волна эмоций: разобравшись в их значении, она поняла, что монстры – угроза всему живому, враги всех айкизай и лиомс; что Т’с’аи поступил очень плохо, позволив беспощадной клыкастой твари наброситься на очередную жертву.

Тут Ларис ощутила, как айкизай, заглушив контакт с лиомсами, осторожно отправили ей личное предупреждение: некоторые гуманоиды разделяют мнение Т’с’аи, поэтому пришельцам следует быть осмотрительнее. Айкизай, напротив, очень обрадовались, узнав, что их сородич обрел свою лиомсу, что они стали одним целым, что его любили. Для чего еще жить?

Ларис долго гладила айкизай; в конце концов к ним присоединились гуманоиды: расположились напротив и – далеко не так многословно и выразительно, как их партнеры (и как показалось девушке, не вполне искренне), – извинились за поведение Т’с’аи. Ларис великодушно простила их, но настояла, чтобы ей впоследствии подробно рассказали о быте местного народа. После двух часов общения она очень устала и чувствовала, что ее мозг вот-вот закипит.

«Мне пора возвращаться к друзьям. Придете еще раз, попозже? Или завтра? Когда нам лучше встретиться?»

Это было просто. В ответ ей прислали мысленную картинку текущего положения солнца, а затем четверку, удаляющуюся в лес, низко висящее над горизонтом светило и возвращающихся аборигенов.

«Вернетесь сегодня вечером?»

Согласие.

Ларис поднялась:

«Буду ждать. Спасибо».

Они с Прауо немного прошлись по пляжу, отыскали в прибитых волнами обломках пару любопытных мелочей, а затем вернулись к звездолету и устало взобрались по трапу. Ларис безумно вымоталась, хотя вроде бы не делала ничего особенного: просто сидела на поляне и разговаривала с туземцами.

Девушке нравились айкизай, но она боялась, что Прауо теперь захочет проводить время с ними, а не со своей бесхвостой сестрицей. Усилием воли она вновь выкинула неприятные мысли из головы, спрятала их от самой себя и окружающих.

Логан встретил ее с огромной тарелкой еды и стаканом фруктового сока. На лице юноши сияла широченная ободряющая улыбка.

Лишь после того, как Ларис перекусила и чуть расслабилась, друзья засыпали ее вопросами. Всем хотелось услышать, что она скажет. И это было очень приятно. Ведь вплоть до недавнего времени девушка чувствовала себя на борту «Леди Треган» лишь незначительным, незаметным существом, а теперь товарищи ловили каждое ее слово – да тут у любого бы голова пошла кругом!

– Ну, что они сказали?

– Они извинились. Сначала айкизай, затем лиомсы. Но как-то странно, – задумчиво произнесла Ларис. – Айкизай просили прощения, будто чувствовали себя лично виноватыми, и искренне переживали из-за случившегося. Лиомсы же держались так, точно все нужные извинения уже принесли айкизай, а они выполняли чистую формальность; словом, действовали не от души, а просто потому, что этого требовала вежливость. – Девушка обернулась к Сторму. – Ты сам видел, как айкизай себя вели. Они предпочли пресмыкаться, чтобы убедить меня в том, что это была их вина. Но на самом деле они ни при чем. Именно Т’с’аи подставил Логана под удар, а его айкиза, напротив, пытался помешать. В общем, мне это не понравилось. Нечестно, что айкизай винят во всем себя и унижаются.

Сторм поглядел на Прауо:

– Хочешь что-нибудь добавить?

«Да, пожалуй. Такое чувство, словно айкизай обязаны были извиниться. Я ощутил тень принуждения в их сознании. Похоже, на них оказывают давление – но не физически, а скорее в эмоциональном плане. Бесхвостая сестрица права: после того как мои сородичи абсолютно искренне вымаливали прощение, извинения их партнеров казались небрежными, на грани допустимой вежливости – дескать, главное, что айкизай раскаялись, а остальное не важно».

На мгновение все уставились друг на друга, размышляя над услышанным. Первой заговорила Тани:

– А если айкизай выступают посредниками лиомс? Например, в особых случаях транслируют чувства гуманоидов. Лиомсам потом только и остается – выразить солидарность с решением и как-то продемонстрировать, что они согласны. Этакий способ извиниться, не теряя, по их мнению, достоинства: не лично, а через представителей.

– Может, и так, – протянул Сторм, – но меня немного смущает заявление Прауо о давлении, которое оказывают на его сородичей. Я пересматривал записи переговоров Ларис, и у меня сложилось впечатление, что айкизай являются для лиомс существами второго сорта.

Хостина тут же забросали просьбами объяснить более подробно, однако он лишь отмахнулся:

– Не знаю, что тут еще сказать, я и сам не понимаю, почему эта мысль вдруг пришла мне в голову, даже и не мысль, а так, смутное подозрение. Но подумайте сами, что произошло: Т’с’аи сумел дважды заткнуть пасть своему айкизе, который, очевидно, желал нас предупредить. А когда потребовалось просить прощения, то пресмыкаться – в буквальном смысле этого слова – заставили именно айкизай. И еще: те двое айкизай разговаривали лично с Ларис и Прауо таким образом, чтобы лиомсы не услышали, а стало быть, точно что-то от них скрывали. Может, им велели не болтать лишнего, а только передать слова гуманоидов? А если им прямо приказали принести извинения, то как же тогда к ним относятся?

Все призадумались. За столом наступила глубокая тишина, которую прервала Ларис:

– Мы это выясним. Вчера туземцы оставили двоих айкизай приглядывать за звездолетом. Давайте мы с Прауо выйдем к ним ночью, после второй встречи с гуманоидами? Тани может отправить Мэнди на разведку: пусть удостоверится, не скрываются ли где-то поблизости лиомсы, и тогда мы пообщаемся, не боясь, что нас услышат. В конце концов, айкизай довольно спокойно разговаривали с нами, зная, что лиомсы не уловят суть беседы, когда их партнеры находились всего в двухстах ярдах от нас. Вдруг им будет еще проще говорить, если с наступлением темноты лиомсы вообще уйдут из леса?

Сторм, поразмыслив, кивнул:

– Вроде бы неплохой план. Ладно, подождем, что скажут лиомсы сегодня вечером. Если будут отвечать честно и открыто, отложим пока твою затею, а коли попытаются что-то скрывать от нас, встретишься с айкизай. Но, – предупредил он, – разговаривать будешь неподалеку от корабля. Кто-нибудь из нас тебя прикроет.

Нет, рисковать Сторм определенно не собирался. Он задумался: случалось, что из-за прибытия инопланетян разгорались войны и свергались режимы. Иногда и самих пришельцев убивали. Так или иначе, если его подозрения оправдаются, возможны все три исхода, а потому следует быть настороже.

Хостин тихонько подошел к панели управления в капитанской рубке и включил главный передатчик: следовало обсудить все с глазу на глаз со специалисткой по контактам с инопланетянами, которая находилась на борту «Лонг-Айленда», и выяснить мнение профессионала на сей счет. Немного спустя Сторм вырубил передатчик и вышел из кабины, все еще обдумывая услышанное.

Ранним вечером из леса показались лиомсы и айкизай. Однако Ларис довольно скоро вернулась обратно: Прауо же остался сидеть с айкизай, а гуманоиды удалились.

– Что, не захотели разговаривать? – полюбопытствовал Логан.

– Ага. Ну, хотя бы еще раз извинились за недоразумение с морским чудищем. Их зовут Т’к’ии и Т’с’эн, – добавила она как бы между прочим, – я абсолютно уверена, что они тоже мужского пола. Я также поинтересовалась именами их айкизай, однако довольно ясно ощутила, что, по их мнению, такие вещи спрашивать неприлично.

– То есть отвечать на этот вопрос они отказались?

– Ну не то чтобы наотрез отказались, просто промолчали. – Девушка взглянула на Логана. – Думаю, туземцы действительно скрывают что-то. Однако при этом и не подозревают, что когда я нахожусь рядом, то порой улавливаю, о чем они говорят друг с другом.

– И о чем, например? – уточнил Сторм, присоединившись к брату и Ларис. Они стояли в дверях, наблюдая за Прауо и айкизай.

– Мне подумалось, что лиомсам по какой-то причине хотелось казаться вежливыми. Мы с Прауо им не очень-то нравимся, но для них важно, чтобы мы продолжали общаться. Ну вот я и решила: поскольку они стремятся к переговорам и явно считают, что должны вести себя прилично, то можно и порасспрашивать их о том о сем.

Ларис глубоко вздохнула и продолжила:

– Хотела выяснить, сколько пар могут собираться вместе, чтобы не чувствовать дискомфорта. Потом я поинтересовалась, существуют ли самки айкизай и женщины-лиомсы – помните, я же говорила, что все шестеро, похоже, сплошь мужчины.

– И что они ответили? – с искренним любопытством спросил Сторм.

– Лиомсы не смогли назвать точное число, но айкизай втайне отправили мне картинку. Судя по всему, больше тридцати пар одновременно собираться не могут, так мне показалось. А вот с вопросом про женщин я, похоже, оплошала: лиомсы разозлились не на шутку.

Логан успокаивающе приобнял возлюбленную за плечи, а Хостин спросил:

– А каких-либо нюансов ты не почувствовала? Из-за чего конкретно они разозлились: вопрос не понравился, тема женщин раздражает, именно на тебя обиделись или что?

– У меня сложилось впечатление, что тут какая-то страшная тайная, – попыталась объяснить Ларис. – Серьезно, не знаю. Словно их женщины были не в курсе чего-то, или, может, они какие-то не такие. Вероятно, женщины-лиомсы не разделяют убеждений мужчин.

Сторм совершенно спокойно, не меняясь в лице, воспринял эту информацию, а про себя отметил, что услышанное вполне вязалось с предположениями и рекомендациями специалистки с патрульного крейсера. Вслух же молодой человек произнес:

– Прауо идет обратно. Интересно, он решил, будет ли общаться с айкизай после заката?

Кот как раз взлетел по ступеням и мысленно ответил на вопрос:

«Да, буду. Они не против побеседовать без партнеров».

– Ларис не удалось добиться от лиомсы ответа насчет женщин. А самки-айкизай существуют?

В телепатическом послании Прауо прозвучали веселые нотки:

«Да, существуют. Айкизай не стали особо распространяться на эту тему, но я не сомневаюсь, что женщины здесь есть. – Фиолетовые кошачьи глаза впились в Сторма. – А почему это тебя интересует?»

– Нас встретили три пары лиомс и айкизай, – размышлял вслух Хостин. – Все шестеро принадлежат к мужскому полу. Следовательно, есть вероятность, что местные жители формируют связи, исходя из биологического пола: мужчины – с самцами, а женщины – с самками. Если так, то что насчет вас с Ларис? Вдруг аборигенам это не понравится?

Мысленный голос Прауо посуровел; кот заявил в ответ:

«Не верю, чтобы кто-то из сородичей причинил вред моей сестрице».

– Надеюсь, ты прав.

Сторм не стал делиться с друзьями своими подозрениями. Т’с’аи дважды принудил айкизу замолчать, когда тот хотел предупредить Логана о морском чудище. Из-за этого юноша мог погибнуть. А что, если кто-нибудь из гуманоидов в открытую выступит против Ларис и соответственно настроит своего айкизу? Как предупредила Верша накануне экспедиции, никаких гарантий, что им удастся легко и безболезненно наладить контакт с инопланетянами, не было.