– Мы обещали королю Бренору открыть эти порталы, – немного позже напомнил лорд Пэрайс, оставшись наедине с Громфом и великаншей Сесилией. Верховная Мать Жиндия со своей свитой уже отбыла на юг по дорогам Подземья, где продолжалась осада Гаунтлгрима. – Похоже, именно сейчас ему вдвойне необходимо, чтобы мы выполнили свое обещание.

Громф опустил взгляд и неслышно усмехнулся.

– Две обнаженные женщины, появившиеся рядом с Верховной Матерью Жиндией, были не дроу и даже не смертными, – сказал он, подняв голову и уставившись куда-то между лордом Незереса и облачной великаншей. – Возможно, они даже и не женщины, поскольку я сомневаюсь, чтобы к подобным существам можно было применить понятия пола.

Лорд Пэрайс слегка вздрогнул, и Громф подумал, что вид прекрасных созданий его немного взволновал, а широкое лицо Сесилии просто сморщилось от омерзения.

– Это были йоклол, служанки самой Ллос, – объяснил архимаг. – Существа огромной силы, тем более огромной, что для моего народа они выступают от лица богини Паучьей Королевы. Это не Верховная Мать Жиндия…

– Я впервые слышу, как ты в ее отсутствие пользуешься полным титулом, – прервала его Сесилия, и Громф кивнул, признав важность ее комментария.

– Это не Верховная Мать Жиндия приказала мне оставить порталы закрытыми. Не совсем так. Если уж при ней были йоклол, понятно, как она узнала о нашей работе, об отношении к Предвечному и его потенциалу для Гаунтлгрима. И она точно знала, что с этим делать.

– Значит, мы принимаем сторону тех, кто несет хаос на весь Север? – уточнила Сесилия, не скрывая, как горько ей подчиняться такой необходимости.

– Мы не принимаем ничью сторону.

– Разве наше бездействие не является определенной формой союзничества? – заметил лорд Пэрайс.

– Это самосохранение, – поправил его Громф. – Это свидетельство того, что работа Главной башни для нас важнее всего. Разве не ради этого мы здесь собрались? Какое нам дело до того, кто будет на троне Гаунтлгрима – король Бренор или Верховная Мать Жиндия?

– Король Бренор служит прочным барьером между Лусканом и Глубоководьем, – возразила Сесилия. – Разве лорды Глубоководья оставят в покое Лускан и верховодящих там дроу, если этот барьер исчезнет?

– И снова говорю: какое нам дело? Пусть корабли лордов Глубоководья свободно заходят в гавань Лускана, пусть лорды воюют с теми, кто считает себя хозяевами города. Главная башня стоит в стороне, надежно защищена и не имеет политических претензий.

– И во главе ее стоит архимаг Мензоберранзана, – добавил лорд Пэрайс.

– Бывший, – подчеркнул Громф. – Вы, возможно, не заметили этого, но я здесь единственный темный эльф, и у меня достаточно крепкие связи со сторонниками лордов Глубоководья. Пусть политическая борьба и прочая ерунда идут своим чередом.

– Верховная Мать Жиндия захватит Лускан, – сказал лорд Пэрайс.

– И, вероятно, Гаунтлгрим тоже, – добавила Сесилия.

Громф пожал плечами, изобразив полное равнодушие.

– Возможно, но не стоит недооценивать Джарлакса. Можно не сомневаться, что и он, если это будет в его интересах, может заключить союз с Верховной Матерью Жиндией. Он всегда выбирает самую выгодную позицию. Клан Боевого Молота может быть изгнан из своего нового дома, но лишь после жестокого сопротивления, которое приведет к значительному сокращению сил захватчиков, что может привлечь внимание лордов Глубоководья к демонической армии, идущей во главе атаки. Хотели бы вы быть втянутыми в эту более масштабную войну, если она начнется?

Уроженец Незереса и великанша в растерянности переглянулись.

– Мне больно обмануть надежды короля Бренора и тех, кто был лучшими друзьями Главной башни, – признался лорд Пэрайс.

– Мне тоже, – поддержала его Сесилия. – Хотя вряд ли кто-то мог надеяться услышать от меня такие слова относительно дворфов.

– Врата останутся закрытыми, – постановил Громф.

– Пока?

В вопросе лорда Пэрайса не прозвучало протеста.

Громф ненадолго задумался, потом примирительно кивнул. В конце концов, кто может знать, куда подует ветер войны?

– Держись поблизости, и мы тебя вытащим, – прошептал Вульфгар Бонни Чарли.

Они причалили к берегу острова неподалеку от Главной башни тайного знания и обнаружили вокруг сожженные поля, усеянные останками захватчиков: как телами смертных, так и дымящимися оболочками демонических существ, выброшенных обратно на нижние уровни.

– Уходи и спрячься, человек, – посоветовал ей Киммуриэль. – Если враги нас обнаружат, ты погибнешь первой.

– Не слушай этого глупого болтуна, – немедленно вмешался Вульфгар. – Держись поближе ко мне. Ты вытащила меня из холодных вод, и я никогда этого не забуду.

Не успел он договорить, как боль в спине неожиданно возобновилась, едва не бросив его на колени. Он посмотрел на Киммуриэля, а тот лишь пожал плечами, и боль уменьшилась.

Доступный урок.

Киммуриэль насмешливо ухмыльнулся и отправился в путь, Вульфгар и Бонни Чарли не отставали от него. Они поднялись на каменный мост, соединяющий материк с Охранным островом. С самой высокой точки моста стало видно, что на острове, перед единственным большим домом, продолжается битва.

– Дом Курт осажден, – сказала Бонни Чарли.

Киммуриэль подошел к Вульфгару.

– Беги, женщина, – сказал он ей и протянул руку к варвару.

Вульфгар отступил на шаг назад и упрямо тряхнул головой:

– Она пойдет с нами.

Киммуриэль помедлил, пристально глядя ему в лицо.

– Ее тоже возьмем, – настаивал Вульфгар.

Настала очередь псионика покачать головой.

– Джарлакс попросил меня позаботиться о тебе. Насчет беспризорных обломков он ничего не говорил.

– Это я‑то обломок? – не сдержалась Бонни Чарли.

– Ну отбросок, какая разница, – пренебрежительно отмахнулся Киммуриэль.

Он снова протянул руку к Вульфгару.

– Ты бросишь ее здесь? Как она пересечет мост, полный захватчиков, чтобы добраться до материка?

– Главная башня совсем рядом. – Киммуриэль указал за спину Вульфгара, на внушительное здание в форме дерева. – Она может попросить помощи у Громфа. Или вернуться к лодке и грести до безопасного укрытия. Я здесь не для того, чтобы нянчиться с заблудившимися пиратами. – Он в который раз протянул руку Вульфгару: – Идем, посмотрим, что расскажет нам верховный капитан Курт.

Но Вульфгар отступил еще дальше и решительно тряхнул головой.

– Я ее не брошу.

– Тогда я брошу тебя.

– Как пожелаешь.

– Ты понимаешь, что это для тебя означает?

– Понимаю.

Киммуриэль пожал плечами, прикрыл глаза и стал уменьшаться, а его фигура одновременно теряла плотность, и призрачный силуэт проплыл по воздуху оставшийся участок моста, а потом, никем снаружи дома незамеченный, прошел сквозь стену Корабля Курт.

– Идиот, – буркнула Бонни Чарли.

– Его можно называть по-разному, но вот так вряд ли, – возразил Вульфгар, почти не разжимая губ, поскольку боль в спине уже возобновилась.

– Не он. Ты!

Вульфгар посмотрел на нее с любопытством.

– У тебя был шанс выбраться из битвы и попасть прямо в Корабль Курт, а в Лускане это сейчас самое безопасное место, не считая Главной башни, – объяснила женщина. – Ты ведь даже не знаешь меня.

– Я не собираюсь бросать тебя здесь. Ты вытащила меня из холодной воды. Я никогда…

– Это получилось из-за дроу, и не сомневайся, я бы тебя бросила, сделай этот доходяга такое предложение мне.

Вульфгар помолчал, пристально глядя на женщину.

– Куда ты пойдешь? – спросил он.

– Ба! Куда пойдем мы? – поправила она и вытащила из-за пояса длинный кинжал. – Как ты думаешь, мы сможем пробраться в Корабль Курт? Я бы очень хотела плюнуть в физиономию этого тощего эльфа.

Она прошла мимо Вульфгара и решительным шагом направилась через мост. Бой на Охранном острове продолжался по всей улице перед фасадом большого здания, известного как Корабль Курт.

Вульфгар догнал женщину прежде, чем она добралась до конца моста, и, схватив за руку, оттащил в сторону, под прикрытие повозки. Но огромный гнолл их заметил. Массивное существо, наполовину человек, наполовину пес, поднялось на задние лапы и завыло, а потом бросилось в атаку.

Через два прыжка оно было мертво, а в груди торчал летающий молот.

Вульфгар заметил, что это видели еще несколько гноллов, но ни один не сделал попытки приблизиться, и все вернулись к бою на улице.

– Храбрые твари, да? – заметила Бонни Чарли.

– Скорее, злобные, – ответил Вульфгар. – Я не часто с ними встречался, но говорят, что они сражаются как гиены.

– Гиены?

– Почти собаки, – объяснил варвар. – Охотятся стаями в пустынях. Сильные и злобные, но слишком хитрые, чтобы ввязаться в драку, в которой могут проиграть.

– Значит, они набросятся на нас, когда мы будем у двери, – предположила Бонни Чарли.

– И я даже не уверен, что дверь перед нами откроется, – добавил Вульфгар.

– Тогда обратно, к лодке!

Бонни Чарли выпрямилась и развернулась к мосту, но Вульфгар схватил ее за руку и удержал рядом с собой.

– Подожди немного, – попросил он. – Ты даже не представляешь, что такое Корабль Курт.

– Это дом верховного капитана, – ответила женщина. – Бениаго Курта, правителя Лускана. А что еще?

– Бениаго работает на правителя, – поправил ее Вульфгар и скептически покосился в ее сторону. Неужели ей неизвестен самый плохо хранимый секрет во всем Лускане? – Так же, как и Киммуриэль. И этот правитель способен в бою на такое, чего капитан и представить себе не может.

На другой стороне улицы перед ними в Дом Курт полетели горящие бутылки, масло от удара расплескалось по обшивке, и начался пожар.

Ответный залп стрел и даже небольшого количества молний обратил в бегство многих гноллов, а несколько монстров, вопя и дергаясь, остались на мостовой, но в целом гноллы в этом эпизоде, несомненно, достигли большего.

– Да уж, вижу! – с сарказмом воскликнула Бонни Чарли.

Ее слова почти заглушил удар грома, а позади, на внешнем острове, вернее, над ним, сверкнула мощная вспышка.

Они обернулись, и гноллы тоже, и все увидели над Главной башней клубящуюся грозовую тучу.

– Ну и ну! – удивилась Бонни Чарли, когда туча, набирая скорость, понеслась в их сторону.

– Разве я не говорил, что настоящий правитель Лускана дружит с архимагом Главной башни?

– Наверное, забыл сказать. – С этими словами женщина пригнулась под повозкой от нависшей тучи, потрескивающей грозовыми разрядами.

Одна из молний ударила в груду ящиков, лишив укрытия группу гноллов. Лучники из Дома Курт быстро расправились с ними.

Поднявшийся ветер раздул огонь на стенах здания, осложнив положение защитников, но затем из тучи хлынул проливной дождь.

– Пора! – крикнул Вульфгар и потащил Бонни Чарли из-за повозки, а потом оба стремглав бросились к Дому Курт, хотя варвар стонал и вскрикивал при каждом шаге.

– Вульфгар из Гаунтлгрима! – кричал он, размахивая руками и надеясь, что лучники услышат его в завываниях ветра и не пристрелят прямо на улице.

Но спасли его не слова, а действия. Когда несколько монстров завизжали и залаяли на него, а другие выскочили из-за естественного уступа, поднимая копья, Вульфгар взревел: «Темпус!» – и бросил в них Клык Защитника.

Гноллы с лаем бросились врассыпную. Но один уйти не успел, молот ударил его в бедро, подбросил в воздух, и тварь, перевернувшись, рухнула на землю.

Лучники в доме Курт выскочили на балкон и стали яростно обстреливать врагов. Но как они могли целиться при таком ветре, если едва держались на ногах?

– Вульфгар из Гаунтлгрима! – снова закричал варвар.

Лучники с балкона закричали и замахали им руками, призывая поторопиться.

Погони с дороги не было, и они легко добрались до дверей, где были встречены солдатами Курт. Промокнувшие до нитки, так что с одежды текла вода, они вошли в вестибюль.

– Хорошо, что вы меня услышали, – сказал Вульфгар.

– Услышали?! – воскликнул ближайший солдат. – Да мы ждали тебя. Лорд Бениаго сказал, что ты скоро появишься.

Вульфгар хотел что-то ответить, но только вздохнул и промолчал.

– Может, тощий эльф не такой плохой, как я о нем думала, – негромко заметила Бонни Чарли.

Вскоре их проводили в личные покои лорда Бениаго и снабдили одеялами, чтобы можно было снять промокшую одежду.

Бениаго обошел вокруг своего огромного стола и присел на него.

– Оставьте нас, – приказал он своим солдатам, и те быстро повиновались, бросив у двери волчью шкуру Вульфгара и остальную одежду.

Как только за солдатами закрылась дверь, из тени вышел Киммуриэль, но Вульфгару было ясно, что псионика скрывал не просто сумрак в дальнем углу комнаты.

Боль в его спине почти сразу ослабела.

– Было бы намного проще, если бы ты сразу пошел со мной, – заговорил дроу.

– А Бонни Чарли была бы мертва, – отозвался Вульфгар. – Или бежала бы, спасаясь от смерти.

Киммуриэль пожал плечами.

– Уговорить облачную великаншу Сесилию направить к нам шторм стоило немало монет, – заметил он. – И ты их вернешь.

– Монеты были взяты из казны Корабля Курт, – напомнил ему Бениаго.

Киммуриэль мимолетным взглядом, выражавшим его недовольство, удостоил внимания этого мужчину: высокого, жилистого и рыжеволосого – по крайней мере, на вид.

– Король Бренор с радостью отдаст этот долг Кораблю Курт, – заявил Вульфгар, глядя в глаза Бениаго. Он, естественно, знал правду, знал, что это не человек, а еще один дроу из Бреган Д’эрт, изменивший внешность при помощи магии, чтобы служить Джарлаксу марионеточным правителем Лускана. – Должен ли он доставить эту сумму в Корабль Курт или в Иллуск?

– Иллуск? – едва слышно повторила Бонни Чарли.

И, как немного погодя понял Вульфгар, хорошо, что она не закричала в полный голос.

– Похоже, что Кораблю Курт скоро придет конец, – сказал Бениаго.

– Вряд ли. Вы неплохо справляетесь на улицах, и второй остров уже свободен от врагов.

– Атакующие наводнили город, а стоящие за ними силы вам не по зубам, – возразил Киммуриэль.

– Мы воюем неплохо, но все это для отвода глаз, – признался Бениаго. – Мы не в состоянии удержать город, и даже не собираемся пытаться. Путь к отступлению расчищен и ждет нас.

Все это он говорил, не сводя взгляда с Бонни Чарли, и от выражения его лица волосы у Вульфгара на затылке встали дыбом.

– Я же говорил, что нельзя ее сюда приводить, – напомнил Киммуриэль. – Теперь она знает.

– Знает что? – наивно удивилась Бонни Чарли.

– Разве это так важно? – спросил Вульфгар.

– Да, – одновременно ответили Киммуриэль и Бениаго.

Вульфгар заметил, что Бонни Чарли нервно облизывает губы и с тревогой смотрит в его сторону. Сейчас у нее не было оружия, только обернутое вокруг тела одеяло, и она, вероятно, считала, что это плохо, но, учитывая силы ее вероятных противников, невозможность совершить необдуманный угрожающий поступок, скорее всего, спасла ей жизнь.

– Она со мной. Под моей защитой, – объявил варвар.

Последовавшая за этим реакция Киммуриэля была настолько близка к смеху, насколько, по мнению Вульфгара, это было возможно. Он сосредоточенно смотрел на Бениаго, хоть и скрывавшего свой истинный облик, но все же приносившего немало добра жителям Лускана. Но и в нем Вульфгар не заметил сочувствия.

– Я сын короля Бренора, – заявил он.

– Но ты не наследник трона Гаунтлгрима, – поправил его Бениаго.

– Мне это и не нужно, – отрезал варвар. – Бренор – мой друг, как и Дзирт. Когда я говорю, что Бонни Чарли под моей защитой, я говорю и от их лица тоже.

– Это не имеет значения, – возразил Бениаго. – Королю Бренору известно, что некоторые секреты надо сохранить. Любой ценой.

– Тогда дайте мне меч и убейте меня в честном бою! – закричала Бонни Чарли.

– Весь твой багаж лежит у двери, – подсказал Киммуриэль.

– Не надо, – предостерег ее Вульфгар, но женщина бросилась к двери, сбросила с себя одеяло и натянула штаны и куртку, а потом, выхватив кинжал, резко развернулась.

Бениаго все так же полусидел на столе, а Киммуриэль спокойно стоял рядом с ним.

– Я прошу вас! – взмолился Вульфгар. – Она же ни в чем не виновата.

– Тебя предупреждали, – заметил Бениаго.

В руке Вульфгара появился Клык Защитника.

Бениаго вздрогнул при виде молота, но тотчас расслабился и движением подбородка показал в сторону.

Вульфгар осторожно повернулся и увидел, как кинжал в руке Бонни Чарли уперся острием в ее горло. С растрепанных волос женщины теперь стекали капли дождя, явно смешанные с каплями пота. У нее дрожала рука, словно она пыталась отвести оружие или – Вульфгар понимал – пыталась противостоять захвату разума, тихому голосу, приказывающему убить себя.

Вульфгар уронил свой молот на пол.

– Ты способен снова призвать его одним только словом, – заметил Бениаго.

– Я не стану этого делать, – пообещал Вульфгар. – Бонни Чарли под моей защитой, моей и Гаунтлгрима.

Бениаго вздохнул. Стоявшая в стороне женщина негромко вскрикнула, и на ее коже появилась капелька крови.

– Когда все это кончится, Гаунтлгрим восстановит «Наследие Джоэн», – вдруг выпалил Вульфгар. – Король Бренор не постоит за ценой, потому что я, его сын, буду в экипаже. Этот корабль станет самым лучшим, самым быстроходным и красивым на всем побережье Мечей, с закаленной в боях командой и, возможно, с самим Дзиртом в их числе.

– Впечатляюще, – бросил Бениаго, хотя речь явно не произвела на него впечатления.

– Бонни Чарли станет капитаном этого корабля, – закончил Вульфгар.

– И будет поддерживать Корабль Курт, как я полагаю, – добавил Бениаго.

– Нет, – покачал головой Вульфгар, – но она не станет противодействовать Кораблю Курт. Отпустите ее. Это в ваших интересах. Она станет основной силой в окружающих морях, и ее корабль никогда не будет враждовать с вами.

Бениаго повернулся к Киммуриэлю:

– Как ты думаешь, она понимает?

Киммуриэль снова почти засмеялся.

– Она понимает больше, чем когда-либо хотела понять, – ответил он бесстрастно и высокомерно. – Крайне опасно для разума так быстро узнать о том, что твое собственное тело может быть обращено против тебя.

Псионик махнул рукой, и Бонни Чарли, освобожденная от вторжения, качнулась вперед, а ее рука с кинжалом повисла вдоль туловища. Она несколько раз судорожно вздохнула и, как заметил Вульфгар, изо всех сил попыталась скрыть слезы. Он все понимал. Может ли что-либо стать более драматичным и болезненным, чем полная потеря контроля над собственным телом?

Он покачал головой. Можно было только представить себе мучения этой женщины. Когда-нибудь, решил Вульфгар, он отплатит за это Киммуриэлю Облодре.

– Весьма маловероятно, – вслух ответил Киммуриэль, глядя на него в упор.

Бениаго спрыгнул со стола.

– Идите просушите свою одежду и отдохните, – предложил он, обращаясь к людям. – Мы можем отправиться в путь в любой момент, возможно, очень скоро. Когда мы тронемся в путь, вы можете последовать за нами.

– Оба, – добавил Вульфгар, и Бениаго кивнул в знак согласия.

– Но, когда настанет момент уходить, мы уйдем, а вы, если не будете готовы, останетесь.

Сесилия загнала черную тучу обратно в Главную башню и обнаружила у двери своих личных покоев поджидавшего ее Громфа.

– Орда приближается, – сообщила она. – Твои друзья в Корабле Курт перед ней не устоят.

– Разумеется. Три высоких капитана перешли на сторону захватчиков еще до их приближения. Подошедшая к Лускану флотилия после морского боя стала значительно больше, чем первоначально атаковавшие нас силы.

На лице Сесилии отразилась растерянность.

– Это подлецы, – объяснил Громф. – Захватчики, без сомнения, предложили им лучшее положение.

– А может, они просто не были в восторге от правления темных эльфов?

– И это тоже, – согласился Громф. – Без тени предвзятости могу сказать, что город процветал при негласном правлении Джарлакса, но порой этого бывает недостаточно. К тому же не все капитаны были довольны, когда верховный капитан Курт значительно ограничил возможности пиратства.

– Но ведь они могли зарабатывать, используя открытые торговые пути, если я правильно понимаю.

– Иногда этого бывает недостаточно, – повторил Громф.

– Может, послать на приближающихся к Кораблю Курт захватчиков еще одну бурю?

Громф помолчал, потом покачал головой.

– Я не знаю, как далеко они зайдут. Если мы продолжим вмешиваться чересчур открыто, атаковать могут нас.

– Поле вокруг башни усыпано их телами.

– Но им известно, что маги устают. Нет, пусть город вокруг нас справляется сам, хотя он может пасть.

– А твои друзья в Корабле Курт?

– Тем, о ком стоило побеспокоиться, ничего не угрожает, – заверил ее архимаг.

Сесилия усмехнулась, но, увидев хмурое выражение лица Громфа, явно понимавшего, что она смеется над ним, постаралась скрыть свою реакцию.

– Как это характерно для дроу, – сказала она. – Если бы всем жителям Лускана, кроме тех, кого ты считаешь ценными для себя, грозила смерть, ты бы встревожился, архимаг?

– А я должен?

Сесилия глубоко вздохнула и закончила разговор. Что интересно, отметила она, проходя в свои внепространственные владения, на самом деле она не поверила Громфу.

Неужели извращенная культура Мензоберранзана так сильно искалечила его, что сочувствие стало признаком величайшей слабости?

А сколько еще таких же, размышляла облачная великанша. Сколько других темных эльфов морально сломлены подобным образом?

– Интересный выдался денек, – сказал Вульфгар Бонни Чарли, когда они остались вдвоем в одной из гостиных Корабля Курт.

Они сидели друг напротив друга за маленьким столиком, все еще завернувшись в одеяла, а одежда сохла у горящего камина.

– Подходящее слово, – кивнула женщина. – Я бы, наверное, выбрала другое, но интересный тоже годится.

– А Калико Гримм? – спросил Вульфгар, перебирая в памяти ужасные события последних нескольких часов. – Что с ним?

Бонни Чарли покачала головой.

– Его убил красный эльф. Рассек мечом пополам.

– Ты давно работала с ним?

– Достаточно давно, чтобы хорошенько узнать, и это помогает мне удержаться от слез.

Некоторое время Вульфгар обдумывал ее слова.

– И что теперь с тобой будет?

– Обязательно скажу, как только узнаю, что сказать, – ответила она, а потом с искренним интересом добавила: – Ты тогда говорил всерьез?

– А что я говорил?

– Насчет «Наследия»?

– Ах, да…

– Корабль, возможно, и не погиб, – продолжала Бонни Чарли. – Когда ты разрушил их судно, они захватили наше – других у них не было. Сейчас «Наследие» наверняка уже в гавани Лускана.

– Значит, мы должны отбить его.

– И я стану капитаном, а ты будешь его защищать?

Вульфгар пожал плечами.

– Я теперь не знаю, куда заведет меня дорога, леди… э, капитан Чарли. Или ты будешь капитаном Бонни?

Бонни Чарли засмеялась и пожала плечами.

– Насчет корабля я говорил совершенно серьезно. Когда все это закончится, уверен, ты станешь отличным капитаном и надежным союзником, и, да, я надеюсь хоть иногда выходить с тобой в море.

Его слова вызвали улыбку на измученном лице женщины.

– Нам надо отдохнуть, – напомнил Вульфгар и показал на разбросанные по полу перед камином подушки.

– Ага, – согласилась женщина и поспешно добавила: – Отдохнуть.

Но не успел ни один из них даже встать с кресла, как дверь отворилась и вошла высокая женщина-дроу.

– Пора уходить, – объявила она.

Бонни Чарли, вспомнив предупреждение Бениаго, бросилась к своей одежде. Вульфгар последовал ее примеру, но двигался скованно.

Варвар замер, когда на его плечо легла рука женщины, но, прежде чем он успел спросить, в чем дело, его тело согрело тепло магического исцеления.

– Поторопись, – проговорила женщина. – Как только мы окажемся в безопасности, лечение будет продолжено.

Они вышли в вестибюль, присоединились к быстро движущейся процессии, а со стороны улицы послышался грохот тарана, бьющего во входную дверь, и потрескивание огня, снова овладевшего стенами Корабля Курт. Через потайную дверь в стене они вышли на длинную винтовую лестницу, ведущую вниз, в сырую и темную – очень темную, – пропахшую морской солью пещеру.

– Закрой ее наглухо! – из-за какого-то выступа крикнул Бениаго.

Далеко наверху грохнул огромный камень, земля под ногами дрогнула, и потайная дверь прекратила свое существование.

Дорогу освещало всего несколько факелов, да и те двигались далеко друг от друга – еще одно напоминание Вульфгару о том, что команда Корабля Курт состояла из дроу, не нуждавшихся в свете.

Спуск продолжился по наклонному коридору, а потом и по тоннелю, узковатому для гиганта-варвара.

– Мы под бухтой, – прошептала идущая позади Вульфгара Бонни Чарли.

В этот момент факелы догорели, и дальше они шли в полной темноте, двигаясь гуськом друг за другом. Бонни Чарли была права: Вульфгар считал, что они пересекают залив, направляясь к материку.

Но оказалось, что не к материку, а под материк, сообразил он, когда процессия вышла в более широкое пространство, освещенное магическими огнями, – пространство, разделенное на комнаты и коридоры, стены которых, искусно сложенные из камней, украшали древние скульптуры и орнаменты.

Бонни Чарли ахнула и чуть не уткнулась в спину Вульфгара – более двух третей людей, идущих с ними вместе, сбросили человеческое обличье.

К ним подошел Бениаго, все еще сохранивший вид высокого рыжеволосого мужчины.

– Иллуск, – объяснил он. – Город под Лусканом, облюбованный чужаками, – древний Лускан, если вам угодно.

– Облюбованный дроу? – полюбопытствовал Вульфгар.

– Не только нами, хотя обитающие здесь духи, похоже, не склонны нас тревожить.

– Значит, здесь сосредоточена истинная власть Лускана. Тайное убежище Бреган Д’эрт.

– Одно из них, и теперь известное вам, – подчеркнул Бениаго. При этом он с угрозой посмотрел прямо на Бонни Чарли. – Вам обоим.

– В таком случае мы обязаны молчать об этом, – сказала она.

– Надо ли еще раз предупреждать тебя о последствиях?

– Да этот секрет и так весь Лускан знал! – парировала женщина, явно вернувшая часть былой дерзости.

Это произвело немалое впечатление на Вульфгара, тем более что здесь они были абсолютно беспомощны, если бы дроу решили избавиться от них. Никто ничего не узнал бы.

– Тем не менее это секрет, и мы хотим сохранить его, – подчеркнул Бениаго.

Киммуриэль подошел ближе и пристально уставился на Бонни Чарли.

– Ты проговоришься? – спросил Бениаго женщину, но она не успела ответить и только охнула.

Вульфгар перевел взгляд с нее на Киммуриэля и заметил, как тот сосредоточился. Гигант понял, что он снова проскользнул в ее мысли и выслушивает невысказанный ответ, ее честный ответ, пока она не успела ничего изменить.

– Жаль, – промолвил Киммуриэль и отошел.

– Что это значит? – спросил Вульфгар, опасаясь, что женщина обречена.

– Полагаю, ему жаль, что не придется ее убивать, – пояснил Бениаго. Он неожиданно отвесил поклон женщине. – Добро пожаловать в Иллуск, Бонни Чарли. Возможно, когда-нибудь ты и в самом деле станешь капитаном «Наследия Джоэн».

Женщина в полной растерянности бросила умоляющий взгляд на Вульфгара.

– Дроу никогда не доверяет никому, если это не дроу, – начал объяснять Вульфгар.

– Или никому из дроу, – быстро добавил Бениаго и пожал плечами, поймав на себе изумленные взгляды обоих. – Теперь, когда Киммуриэль закончил с вами, тебя ждет жрица Даб’най. В твоей ране яд Бездны, и без помощи жрицы она воспалится и может даже убить тебя.