Из-за того, что во всех этих книжках смысл одинаков,

Пишешь ты, Брут, что мои кто-то поносит стихи.

Я, мол, все только прошу поселить меня где-нибудь ближе,

Я лишь твержу, что меня здесь обступают враги.

5 О, сколь из многих грехов в вину вменяют единый!

Если лишь в этом порок музы моей — не беда.

Сам я в книгах моих погрешности вижу отлично,

Хоть и сверх меры свои нравятся людям стихи.

Хвалит создатель свой труд: так, может быть, Агрий[492] когда-то

10 Всех уверял, что Терсит очень собою хорош.

Нет, мой вкус не впадет никогда в такую ошибку:

Все, что создал, не могу я без разбора любить.

Что ж я, ты спросишь, грешу, если сам погрешности вижу,

И недостатки зачем я в сочиненьях терплю?

15 Но ведь совсем не одно — болеть и лечить от болезней:

Боль ощущает любой, может унять ее врач.

Слово желая порой изменить, я его оставляю:

Вкусу, как видно, теперь силы мои не равны.

Часто претит мне (зачем мне в том пред тобой отпираться?)

20 Все исправлять и нести бремя трудов без конца.

Труд сочинителю в радость и трудности сам облегчает,

Вместе с душою творца дело растет и кипит.

Править бывает всегда настолько ж труднее, насколько

Более, чем Аристарх, был Меониец[493] велик.

25 Так порыву вредит медлительный холод усилий,

Так остановлен уздой может быть скачущий конь.

Пусть же Цезаря гнев не смягчат благосклонные боги,

Пусть не укроет земля мирная кости мои,

Если, когда я порой пытаюсь удвоить старанья,

30 Передо мной не встает участь преградой моя.

Чуть не безумным себе я кажусь, стихи сочиняя

И среди гетов еще пробуя их исправлять.

Значит, нет ничего простительней в наших писаньях,

Нежели то, что смысл всюду почти что один.

35 Радостно в радости пел, пою печально в печали:

Та и другая пора в созданном мною звучит.

Как было мне не писать о тревогах сурового края?

Как не твердить, что хочу в мирной земле умереть?

Но, повторяя одно, едва ль я буду услышан,

40 Если ж не внемлют словам, то бесполезны они.

Кроме того, об одном я писал, обращаясь ко многим,

Голос один призывал многих на помощь прийти.

Ради того, чтоб у нас не нашел повторений читатель,

Стоило ль, Брут, мне просить лишь одного из друзей?

45 Слишком цена дорога! Знатоки, за признанье простите:

Я спасенье ценил выше, чем славу стихов.

Далее, что бы поэт для себя ни выбрал предметом,

Может он волей своей многое в нем изменить.

Муза моя между тем — лишь правдивый свидетель несчастий,

50 И неподкупностью лишь речи весомы ее.

Я ведь не книгу писал, я о том заботился только,

Чтоб от меня получил каждый из близких письмо.

После, собрав кое-как, я их разместил без порядка —

Так что не думай, что плод выбора — этот мой труд.

55 Милостив будь же к стихам, не желаньем славы рожденным:

Их породили на свет польза и дружеский долг.