– И что теперь, нас всех убьют? – дрожащим голосом спросила Никки.

В открывающемся пространстве входа в белую стену горы появились пятеро вооруженных людей. Трое из них были одеты в обычные футболки с джинсами и вооружены автоматами, один в серых штанах и голубой рубашке с закатанными рукавами, а пятый – в черном костюме с белой рубашкой и серым в полоску галстуком. В руках эти двое держали пистолеты. Тот, что в костюме, был чернокожий, с коротко подстриженными волосами, а тот, что в серых штанах, имел азиатскую внешность. Всем было где-то около тридцати или, может, чуть больше, все были чисто выбриты, на вид крепки и здоровы, двигались быстро. Дейву они показались весьма квалифицированными убийцами. К автобусу они направились решительно, и намерения у них были явно недобрые.

– Открывай, – приказал тот, что в костюме.

Похоже, он был среди них главный: команды отдавал не громко, но властно, и чувствовалось, что привык к немедленному повиновению. Наставив ствол на стекло двери, он сразу взял на мушку Ханну.

– Больше я повторять не намерен, мэм: открывайте.

Остальные быстренько заняли позиции вокруг автобуса, обратив стволы на пассажиров в окнах.

– Открой, – сказал Дейв.

Ханна послушно нажала кнопку. Чернокожий поднялся в салон, а за ним еще один, с автоматом в руках.

– Встаньте с вашего места, мэм. Оставьте ключ в замке зажигания, оружие на сиденье и пройдите в заднюю часть автобуса.

Ханна послушно сделала все, что от нее потребовали, понимая, что перед ней не тот человек, с которым стоит препираться.

– Остальным советую не шевелиться.

Пистолет он держал обеими руками. Глубоко поставленные светло-карие глаза рыскали по автобусу, обшаривая каждый уголок; взгляд его остановился на Этане, на несколько секунд задержался.

– Теперь медленными движениями положите оружие в проходе. Если кто станет суетиться, пристрелю. По очереди доложить, как поняли.

Все доложили, что поняли, кроме Этана, который молча наблюдал за происходящим. Чернокожий то и дело бросал на него настороженные взгляды, но дула и его пистолета, и автомата его подчиненного смотрели вдоль прохода, чтобы в любой момент можно было направить ствол в избранную цель.

Теперь оружие лежало в проходе.

– Благодарю вас, – сказал чернокожий. – А теперь, ребята… сложите руки на затылок и по одному выходите из автобуса. Повторяю еще раз, я не люблю быстрых движений, как и все подчиненные мне агенты. Поэтому будьте очень-очень внимательны, когда выходите, и тогда у нас с вами не будет никаких проблем. Что делать дальше, скажу, когда выйдете.

Одно словечко в услышанной речи показалось Джефферсону странным.

– Агенты? Вы сказали, агенты… Что за агенты такие?

– Контрразведка, сэр. А теперь… отставить разговоры. Всем молчать, двигаться осторожно, медленно и исполнять указания.

Они вышли из автобуса, и человек в костюме приказал двигаться по одному ко входу в Белую Обитель, который оказался настолько велик, что мог принять не только легковой автомобиль, но даже тяжелый танк. Дождавшись Этана, человек поднял руку и преградил ему дорогу. Этан, как положено, держал обе руки на затылке.

– Уилл, отведи всех внутрь, – приказал он азиату. – А ты пока стой на месте, – сказал он Этану.

– Послушайте, – подала голос Оливия, – вы должны выслушать нас. У нас есть много чего рассказать вам.

– Не сомневаюсь в этом. А у нас к вам есть много вопросов, на которые мы хотели бы услышать ответы. Прошу вас, шагайте за остальными. Дон, задержись на минутку.

Один из автоматчиков занял позицию рядом с Этаном.

– Сэр, не назовете ли мне свое имя? – спросил Этан, когда его друзей проводили внутрь горы.

– Беннет Джексон. А тебя как зовут?

– Этан Гейнс. Мистер Джексон, я должен сообщить вам, что в сорока милях к северо-востоку отсюда находится боевой корабль горгонцев и он приближается к нам. Я не знаю, готовятся ли они атаковать, но было бы разумно, если это возможно, быть начеку.

– Та-ак… мальчишка по виду вроде человек, но глаза… серебристые, и разговаривает, как пятидесятилетний мужчина. Это первое. Ты кто, сайфер?

– Нет, сэр.

– Камеры показали, что ты без всякого оружия снес двое наших ворот. Как ты это делаешь?

– Я сам по себе оружие, – ответил Этан. – Можно, я опущу руки? В такой позе неудобно разговаривать.

– Обыщи его, – приказал Джексон подчиненному.

Это было проделано быстро и профессионально. За все время процедуры Джексон и Этан смотрели друг другу в глаза.

– Ладно, Этан, можешь опустить руки, – сказал Джексон, посмотрел вдаль на затянутое мутными облаками небо в северо-восточной стороне и снова повернул голову к мальчишке. – Так, говоришь, ты не горгонец и не сайфер… но ведь ты и не человек. Говоришь, сам по себе оружие, и я тебе верю, судя по тому, что видел собственными глазами. Тогда на чьей ты стороне?

– На вашей.

– Угу, – промычал Джексон и одарил Этана холодной натянутой улыбкой, абсолютно лишенной и тени расположения. – Много я повидал на свете такого, во что еще два года назад было невозможно поверить. У меня в Вашингтоне погибли жена и шестилетняя дочь.

В его зеленых глазах заплясали огоньки, очень опасные огоньки, но это не длилось долго. Этан знал, что этот человек прячет свои чувства глубоко и за семью печатями, но они настолько сильны, что если выпустить их наружу – они могут разорвать на куски. Утрата жены и дочери еще крепче связала его с работой, которая стала – и Этан сразу это увидел – постоянной потребностью этого человека и предметом гордости. Душа его хранила воспоминания о тяжелом детстве, усугубленном нищетой и грубым окружением, о тяжкой учебе в военном учебном заведении, о службе, за которую он даже был удостоен медали.

– По крайней мере, – продолжал Джексон, – я очень надеюсь, что они погибли до того, как дела приняли совсем дурной оборот. А ты – существо, созданное либо горгонцами, либо сайферами, так мне кажется. Да, скорее всего, так. Это ты навел на нас горгонцев? Значит, в этом все дело, да?

– Нет, это не так.

– Как ты нашел это место?

Этан мысленно прошелся по истерзанному ландшафту сознания Беннета Джексона. Хватило нескольких секунд, чтобы понять, какую тайну хранит в себе эта гора.

– Это безопасное убежище для президента, – сказал Этан. – И президент сейчас находится здесь.

– И ты явился, чтобы его убить? Или привел сюда боевой корабль, чтобы он перебил тут всех?

– Нет. Вы же слышали, что сказала Оливия, она мой друг. У нас есть много чего рассказать вам.

Джексон достал из кармана небольшое переговорное устройство черного цвета. На нем имелась панель с тремя кнопками: желтой, зеленой и красной. Он нажал на красную.

– Жду ваших распоряжений, – сказал он в микрофон и обратился к Этану: – Если бы я без разрешения впустил тебя внутрь, меня бы сначала сунули в допросную камеру с мягкими стенами, а потом расстреляли.

– Если меня здесь не выслушают, – спокойно сказал Этан, – тут вообще никого не останется и заняться вами будет некому… я имею в виду представителей человеческой расы. Сайферы с горгонцами не перестанут воевать, пока эта планета не будет уничтожена. Впрочем, даже потом не перестанут. Мистер Джексон, я прибыл сюда, чтобы помочь вам, и я проделал большой и долгий путь. Прошу вас, представьте меня президенту.

Джексон еще раз окинул взглядом небо на северо-востоке. Желваки на его скулах напряглись.

– Откуда ты знаешь, что там боевой корабль?

– Чувствую усиление гармонических обертонов.

– Что это такое?

– Материя посылает в пространство волны разной частоты в зависимости от структуры. Я их воспринимаю. Так происходит с любой материей. По этому сигналу довольно просто распознать горгонский корабль.

Застыв перед ним столбом, Джексон вытаращил на него глаза.

Этан помолчал, потом постучал пальцем себя по черепу.

– У меня здесь что-то вроде радара, – сказал он.

– Ни хрена себе! – прищурившись, сказал Джексон. – Что же нам с тобой делать?

– Надеюсь, вы примете мудрое решение.

По лицу Беннета Джексона было видно, что он совершенно растерялся и не знает, что делать. Он посмотрел на своего подчиненного, Дона, ища в нем поддержки, но тот лишь пожал плечами. Мозг его лихорадочно работал в поисках выхода. Он потер лоб, словно пытаясь как-то заставить свой мозг работать быстрее.

– Введите его, – вдруг раздался голос из переговорного устройства. – Комната 5А.

– Ну вот и хорошо, Этан, – с облегчением сказал Джексон. – Надеюсь, когда ты окажешься там, внутри, то не превратишься в чудище, которое мне придется убить. Мне очень не хотелось бы всаживать пулю в голову мальчишки, каким ты теперь кажешься… но я сделаю это мгновенно. А если будешь быстрее и убьешь меня первым, найдутся другие, кто разнесет тебя на куски. Так что будь благоразумен, не делай резких движений, шагай впереди меня… и я бы еще попросил, чтобы ты снова поднял руки на затылок, сложив пальцы в замок, и тогда всем нам будет хорошо. Договорились?

– Да, – ответил Этан.

Он послушно сделал все, что велел ему Джексон, и зашагал ко входу; Джексон последовал за ним в двух шагах позади, а автоматчик двигался в сторонке, с левой стороны.

Они вошли в Белую Обитель. Первое помещение походило на чистенький, без единого пятнышка, напичканный всякой аппаратурой гараж шириной футов сорок, с блестящим, выкрашенным черной краской бетонным полом и высоким, около двадцати футов, потолком. По потолку шли какие-то трубы фабричного вида, там же горели трубки освещения. Металлическая лестница вела на следующий уровень. В гараже стояли три кроссовера и один джип. Здесь же находились заправочные терминалы с обычным и дизельным топливом, запас бочек с машинным маслом, стойки с запасными колесами и шинами, на стеллажах – аккумуляторы.

Товарищей Этана уже успели куда-то увести. Зато здесь собралось человек десять зевак, все мужчины, некоторые одеты запросто, кое-кто в костюмах, но откормленные лица у всех были чисто выбриты; видно, им захотелось посмотреть, как будут вводить пленников, и, главным образом, полюбоваться на него самого, подумал Этан. Среди них были и двое военных с автоматами, в форме и в касках. Этан почуял едва слышное гудение энергии. Он чувствовал, что здесь ее огромные запасы; это его озадачило и одновременно вызвало любопытство.

– Откуда вы получаете энергию? – спросил он.

Джексон пропустил его вопрос мимо ушей с таким совершенством, что Этан даже не успел прочитать его мыслей по этому поводу. Контрразведчик позвал к себе одного из своих агентов секретной службы в джинсовом костюме, который вошел сюда прежде, и приказал тщательно осмотреть автобус, собрать там оружие и все остальное, что обнаружит, но сам автобус внутрь не заводить, пока не получит на то отдельный приказ. Потом Джексон и человек с автоматом, по имени Дон, провели Этана вверх по железной лестнице, по коридору к другой лестнице, которая вела в помещение с покрытым бежевым ковром полом и несколькими закрытыми дверьми. На связке Джексон нашел нужный ключ, отомкнул замок двери под номером 5А, протянул внутрь руку и включил освещение. Потом сделал шаг назад и впустил в комнату Этана.

Комната оказалась маленькая; в ней стояли кровать, шкаф, письменный стол с настольной лампой, стул; кроме этого, рядом имелась маленькая, отделанная белым кафелем ванная комнатка. Рисунок обоев на стенах изображал узор с летящими орлами. Окон, разумеется, не было, поскольку помещение находилось в глубине горы. Зато имелась система вентиляции, подающая внутрь прохладный воздух. Джексон закрыл дверь, и оба сопровождающих встали по обе ее стороны.

– Через несколько минут к тебе придет посетитель, – сказал Джексон. – Ему будет очень интересно послушать, что ты ему скажешь.

– Вот и хорошо, – отозвался Этан. Посмотрев на потолок, освещенный трубчатой лампой, и на лампу, стоящую на столе, он сел на кровать. – Я вижу, у вас тут тратится много энергии. Как вы ее добываете?

Джексон снова не захотел отвечать, но Этан успел получить мелькнувший у того в голове мысленный образ: висящий в прозрачном цилиндре, медленно вращающийся и сияющий ярким светом белый кристалл размером с мужской кулак. От основания цилиндра тянулись кабели к какому-то аппарату, расположенному в комнате, которая, как почувствовал Этан, находилась на нижнем уровне под гаражом.

Этан уже собрался что-то об этом сказать, но тут отворилась дверь, и в комнату вошел человек в сером костюме в сопровождении еще одного, одетого в темно-синий мундир и фуражку. На груди его, с левой стороны, было множество разноцветных полосок. Под серым костюмом первого виднелась белая рубашка, а завершался этот наряд галстуком с синим узором; сам он был сухощав, чисто выбрит и, похоже, обладал отменным здоровьем. Выглядел он молодцевато и в то же время производил такое впечатление, будто каждый день живет со стиснутыми зубами; его нижняя челюсть чрезмерно выдвигалась вперед. Он был лыс, за исключением небольшой гривки светло-каштановых волос и с проседью на висках. На носу красовались очки в роговой оправе, под которыми виднелись бледно-голубые, почти бесцветные глаза. В лацкане пиджака торчала булавка с американским флагом. Бледные глаза так и впились в Этана, хотя лицо оставалось совершенно бесстрастным, а вот человек в военной форме за его спиной вздрогнул и задержал шаг, до того как Джексон успел закрыть за его спиной дверь.

– Перед вами Этан Гейнс, сэр, – объявил Джексон. – Он утверждает, что не является ни сайфером, ни горгонцем, но признается в том, что он – инопланетное оружие в облике земного мальчика. Он также говорит, что с северо-востока к нам приближается горгонский боевой корабль. А также, что он…

– Хорошо, спасибо, дальше я сам, – перебил его человек в сером костюме; говорил он быстро и отрывисто, в такой манере, которую легко можно принять за грубую. – Скажи-ка мне, Этан, почему этот корабль не могут засечь наши радары?

– Эти корабли генерируют защитное поле, пробиться сквозь которое ваши приборы не способны. Позвольте спросить, как вас зовут и какова ваша должность?

«Ванс Дерримен, глава администрации президента», – пришел к нему мысленный отклик.

– Вопросы здесь задаю я.

– Хорошо, мистер Дерримен, – сказал Этан. – Как глава администрации, вы имеете прямой доступ к президенту. Могу я поговорить непосредственно с ним?

Дерримен секунду помолчал, а когда заговорил, на тонких губах его играла улыбочка. Но глаза смотрели еще более настороженно, чем прежде. Он полез в карман и достал переговорное устройство, такое же, каким пользовался Джексон. Нажал на панели несколько кнопок.

– Эмблер, семь, семь, – тихо сказал он в микрофон. – Перейти на желтый алгоритм и прощупать небо в северо-восточном направлении. Кроме того, послать на самый верх группу наблюдателей.

Он помолчал, слушая, что ему отвечают.

– Вас понял, сэр, – ответили ему с той стороны.

Он положил устройство обратно в карман. А Этан уловил чью-то мысленную фразу: «Система управления средствами поражения». Он бросил взгляд на военного, который, похоже, боялся его до смерти, и мысленно прочел фамилию Уинслетт, имя Патрик и почему-то еще кличку Фогги[14]. Ах да, когда-то он курил сигареты одну за другой, и за ним до сих пор словно тянется шлейф табачного дыма.

Дерримен сел на стул и сложил на груди руки. Потом уставился на Этана, сверля его взглядом так, словно пытался опробовать на нем свои собственные способности читать чужие мысли.

– Я полагаю, – сказал Этан, нарушая молчание, – что моих друзей тоже рассадили по отдельным комнатам и задают им вопросы?

Он знал, что это правда, поэтому не стал дожидаться ответа и продолжил:

– Ответы от каждого вы получите одинаковые, но, прошу вас, внимательно выслушайте то, что вам расскажут Дейв Маккейн и Оливия Квинтеро. Еще вас может заинтересовать Джефферсон Джерико. Ему довелось быть лично знакомым с королевой горгонцев.

Ответа он не дождался, оба чина продолжали молчать, только на лице Фогги Уинслетта было написано, что он так и ждет: либо у Этана сию же минуту вырастут две головы и шесть рук, либо же на голову ему самому сейчас обрушится потолок.

– Далеко ли теперь горгонский корабль? – вдруг спросил Дерримен, всем своим видом показывая, что вопрос он задал так, мимоходом.

Этан сосредоточился и несколько секунд молчал. Масса этой горы создавала ему некоторые помехи, но недостаточные, чтобы скрыть от него горгонский корабль.

– Тридцать миль, – ответил он, – но корабль четко придерживается своей позиции.

– Это ты говоришь им держать эту дистанцию?

– Нет. Как вы скоро узнаете от других, я представляю собой угрозу как для горгонцев, так и для сайферов. Я хочу, чтобы эта война прекратилась, сэр. Они не понимают, что я такое, и те и другие хотят или захватить меня и препарировать на своих операционных столах, или убить. Кажется, они полагают, что смогут как-то обуздать мою энергию, чтобы создать новое оружие.

– Твою энергию, говоришь, – сказал Дерримен.

Этан кивнул.

– Я видел ее в действии по видеотрансляции, – проговорил глава президентской администрации. – Тогда скажи мне… что ты такое и зачем тебе надо, чтобы эта война прекратилась?

– Прежде чем продолжать разговор дальше, я хочу сначала получить ответ на один вопрос.

Этан не знал заранее, что он найдет в этой Белой Обители, но, когда понял, откуда на этом объекте берется энергия и каково ее происхождение, у него возникла одна идея.

– Источник вашей энергии, – продолжил он, – изобретен не людьми. Откуда он у вас?

Дерримен колебался. Этан читал его мысли, но ему хотелось, чтобы тот произнес ответ вслух; при этом миротворец видел, что Дерримен – человек неглупый и тоже прекрасно понимает ситуацию.

– Ты прав, – сказал наконец глава президентской администрации. – Это не наш проект, инопланетный. И ты знал об этом… но откуда?

– Мистер Джексон, отвечая на мой вопрос, не понял сам, что именно сообщает мне.

– Ну да, конечно. Что ж, Этан, ты обладаешь очень любопытными способностями. И серебристый цвет глаз мне очень нравится. Поначалу твои глаза сбивают с толку, но потом ничего, производят впечатление. Полагаю, для этого есть свои причины. Возможно, ты видишь такие цвета спектра, которые для нас невидимы?

– Да.

– Все во Вселенной имеет свою цель и смысл, верно? Кристалл, который здесь обеспечивает нас энергией, по словам изучавших его ученых-физиков, обладает неограниченными ее запасами… мы взяли этот кристалл в квадрате пятьдесят один, – сказал Дерримен. – Тебе известно, что там за объект?

В голове мальчика эта информация имелась, хотя и в общих чертах, но Этану хотелось послушать, что об этом скажет сам Дерримен.

– Мне известно, что эта планета много раз посещалась представителями других цивилизаций. Я бы хотел, чтобы вы рассказали об этом подробнее.

– Сэр, – резко проговорил Уинслетт, – я бы посоветовал вам…

– Я услышал ваш совет, генерал, и принял к сведению, – не сводя с Этана глаз, перебил его Дерримен. – Но мне кажется, наш гость и так может узнать все подробности о квадрате пятьдесят один, прочитав ваши или мои мысли. При этом он так любезен, что не хочет ковыряться у нас с вами в мозгу. Кроме того, он явно хотел бы послушать, как это понимают земляне. Не так ли, Этан?

– Да, сэр, именно так.

– И вот здесь мне следовало бы встать и выйти отсюда, – сказал Дерримен. – Следовало бы смотреть на тебя как на страшную угрозу для нас и придумать способ, как с тобой расправиться, но, увы, осуществить это, мягко говоря, было бы очень непросто. А также ошибочно. Я так полагаю, что ты сам представляешь собой некий мощный источник энергии, который внедрился в человеческое тело, так? Или это тоже искусственно созданная оболочка?

– Нет, это человеческое тело, – ответил Этан. – Я сожалею о том, что мальчик покинул этот мир, но так было необходимо.

– Вэнс, мне надо выпить, – сказал Уинслетт; на его лбу блестели капли пота, а темно-карие растерянные глаза налились кровью.

– Квадрат пятьдесят один, – продолжал Дерримен, – находится в штате Нью-Мексико, примерно в пятистах милях отсюда. Это база, на которой создаются и испытываются новые истребители и самолеты-разведчики. В квадрате пятьдесят один существует объект, который называется S-4, в тысяча восемьсот семидесятых годах там находились серебряные и свинцовые рудники. Теперь они реконструированы, к ним подвели энергию, и там размещен закрытый исследовательский центр. В нем изучают любые инопланетные механизмы и устройства или живую материю – словом, все, что попадает нам в руки. Работы в центре продолжались более шестидесяти лет. Нет нужды говорить о том, что там мы получили много такой информации, которую от ведомств других стран всегда старались держать в секрете. Своя аналогичная программа работала в России и еще в нескольких странах с прекрасной материальной базой и условиями работы, у них тоже была возможность заполучить инопланетное судно или соответствующие артефакты. Все это в мире тщательно скрывалось и считалось важнейшей государственной тайной, поскольку ни у кого нет возможности контролировать все случаи наблюдения НЛО или их крушений. Позволь и мне задать тебе вопрос, Этан, пока есть такая возможность: если пришельцы, которые сумели достичь Земли, имели такие фантастические машины, почему они иногда терпят крушение? Парочке из них мы, конечно, сами помогли упасть, хотя наши летчики страшно боятся палить в них ракетами с короткой дистанции, не имея на то достаточных полномочий… но мы наблюдали четыре крушения, случившиеся, похоже, в результате какой-то неисправности. Почему так происходит?

– Сложные механизмы – не важно, насколько они высокотехнологичны – порой дают сбои, независимо от степени совершенства двигателя или интеллекта того, кто ими управляет. Так бывает везде, в любой точке Вселенной.

– Боже мой, – сказал Дерримен, будто только сейчас осознал грандиозность момента, – я сижу здесь и разговариваю с существом, которое может отвечать на мои вопросы.

Он посмотрел на Джексона, перевел взгляд на Дона, стоически наблюдающих за разговором, а потом и на Уинслетта, который был явно потрясен и отчаянно хотел выпить. На какое-то мгновение Дерримен, казалось, тоже поддался этому чувству, но снова взял себя в руки и опять заговорил жестким голосом трезвого и расчетливого бывшего правоведа из Коннектикута.

– А теперь ответь-ка мне на такие вопросы: что ты за существо, откуда ты взялся и, если ты не горгонец и не сайфер, почему так заинтересован в том, чтобы прекратить эту войну?

– Я… – начал было Этан, но тут ему пришла в голову мысль, что суть его миссии лучше всего уловил Джей-Ди. – Я – миротворец, меня можно сравнить с вашими солдатами-миротворцами из Организации Объединенных Наций. Я прибыл сюда издалека. Я хочу прекратить эту войну для того, чтобы спасти жизнь на Земле.

Вдруг поток его мыслей был настойчиво прерван… что же это? Несколько секунд – и он все понял.

– К горгонскому боевому кораблю присоединился еще один. А в пределах шестидесяти миль находится третий, он движется с запада. Есть и четвертый… он пока еще далеко, до него больше сотни миль, подходит с юго-востока, но движется пока медленно. Какое у вас есть оружие?

– Ракеты класса «земля – воздух» «Эрам», пуск дистанционный, пусковая установка расположена наверху, примерно в двухстах футах. Вторая пусковая установка – ракеты «Пэтриот»… есть еще зенитные пушки, стреляют снарядами с радарным наведением на цель, установлены на вершине горы, на вращающихся башнях.

Дерримен помолчал секунду, и Этан сразу понял, какой он сейчас задаст вопрос, но перебивать его не стал.

– Этого достаточно?

– Нет.

– Так я и думал. Это оружие предназначено, чтобы поражать летательные аппараты, построенные людьми, а не этими… существами.

Дерримен встал. Несмотря на всю его выдержку, а также на то, что воздух в комнате был довольно прохладен, лысина его покрылась потом.

– Фогги, – сказал он, – прикажите собрать всех офицеров.

– А что этот квадрат пятьдесят один, – сказал Этан, – там много имеется артефактов, снятых с инопланетных кораблей?

– Насколько я понимаю, да.

– И оружие тоже?

– Я лично там никогда не был. На совещаниях об этом ничего не говорилось. Если честно, я и сам не хотел этого знать.

– На совещаниях говорили о том, как туда попасть?

С ответом на этот вопрос Дерримен не торопился.

– Интересно, Этан, зачем тебе это надо?

– Ваше оружие в нашей ситуации совершенно неэффективно, это очевидно. Я не вполне уверен, но там может быть кое-что такое, чем я мог бы воспользоваться.

После такого заявления в комнате снова воцарилось молчание. Дерримен внимательно изучал костяшки пальцев своей правой руки, а потом и аккуратно подстриженные ногти.

– Вам придется доверять мне во всем, – заметил Этан.

Дерримен поднял голову.

– Неужели? – резко спросил он.

– Ваша цивилизация в данный момент находится на краю гибели. Я – ваша последняя надежда. Думаю, вы и сами теперь пришли к этому заключению.

– Довольно самоуверенное предположение… С чего вы взяли, что мы должны доверять представителям любой инопланетной жизни?

– Возможности ваши, – сказал Этан, сверкнув серебристыми глазами; взгляд их, словно два мощных луча, устремился на Вэнса Дерримена, – весьма ограниченны. Время тоже. Нет, не подумайте, это не угроза. Таково действительное положение дел. Вы хотите еще какое-то время подумать над этим? А я бы хотел как минимум иметь возможность поговорить с президентом.

Дерримен молча уставился на Этана. Ни выражение его лица, ни холодный взгляд не выдали, о чем он сейчас думает, но Этан знал: этот человек напуган так же, как и Фогги Уинслетт.

Наконец Дерримен снова сел. Слегка запрокинул назад голову и на несколько секунд закрыл глаза. Потом снова открыл их.

– Генерал Уинслетт, – сказал он, – наделяю вас полномочиями доложить данному лицу всю имеющуюся в вашем распоряжении информацию касательно квадрата пятьдесят один.

– Вэнс… послушай… Не думаю, что нам…

– Это приказ, – твердо сказал Дерримен.

Пронизанные красными венами щеки и нос Уинслетта говорили о его весьма интимных отношениях с виски, оглушающее действие которого облегчало его существование. Ни военная форма, ни высокая должность не могли защитить его от ночных кошмаров.

Он начал говорить с видимым усилием: исполнять приказ ему явно не хотелось.

– Да, я бывал там, – сказал он, уставившись в пол, покрытый бежевым ковром. – Эта база два года назад была эвакуирована. Автоматически должна была включиться система безопасности. Она тоже питается энергией по инопланетной технологии, поэтому до сих пор работает. Доступ к объекту прочно заблокирован. При любой попытке проникновения включаются защитные механизмы, что в конечном счете приводит к подрыву всей территории объекта S-4. Под ним установлен ядерный заряд. Кода разблокировки комплекса я не знаю. Он был у вице-президента. У министра обороны тоже, но, насколько мне известно, его самолет был сбит где-то над Вирджинией. Необходимый уровень допуска к секретной информации имели работники и ученые исследовательской группы. Все они пропали без вести.

– Такой допуск есть у президента, – сказал Этан.

– Да, есть. Код допуска, конечно, пропустит внутрь, но чтобы двигаться дальше, на каждом этапе требуется прикладывать к сканеру руку.

– Но мне нужно как-то туда проникнуть. Повторяю еще раз: мне можно поставить этот вопрос перед президентом лично?

Дерримен с генералом переглянулись, и Этан все понял.

– Что-то не так с президентом, – сказал он. – Психическое расстройство?

– Временами впадает в беспамятство, – сказал Дерримен после некоторого колебания. – Два раза пытался покончить с собой. Один раз с помощью снотворного, на прошлой неделе. Весь масштаб того, что произошло, ему неизвестен. Мы от него это скрываем, чтобы он окончательно не сломался. Первая леди тоже ему ничего не говорит.

– Выходит, единственный безопасный способ проникнуть на территорию центра – воспользоваться отпечатком его руки, – сказал миротворец, и это был не вопрос, а утверждение.

– Да, это так. Но покидать убежище президенту нельзя, это крайне рискованно. Он окончательно потеряет рассудок, если поймет истинное положение дел, а он нужен нам… как символ хотя бы. Мы приносим ему ложные военные сводки. Обнадеживающие, чтобы он хоть как-то оставался в здравом уме.

Дерримен снова встал. Разговор был закончен.

– Вы двое останьтесь пока с нашим гостем, – сказал он Джексону и повернулся к Этану. – Пленником мы тебя не считаем, но будем признательны, если ты посидишь здесь, пока мы не подготовимся.

А Этан получил еще кое-какую информацию в виде новых ощущений и гармонических обертонов, которые сложились в мысленную картину. Человеческое сердце его забилось.

– Я должен вам кое-что сообщить… горгонские корабли сближаются, хотя дистанцию сохраняют… и… появилось еще два… три… четыре… сайферских корабля, они выстраиваются в боевой порядок в девяноста… восьмидесяти шести милях к югу. И это уже не маленькие сайферские летательные аппараты. Настоящие боевые корабли. Очень крупные.

– Спасибо за информацию, – отозвался Дерримен слегка упавшим голосом. – Возможно, понадобится твоя помощь в наведении ракет, если наши радары не смогут засечь цели. А пока… добро пожаловать в Белую Обитель.

Они с генералом вышли из комнаты. Беннет Джексон с облегчением опустился на стул, на котором только что сидел Дерримен. Пистолет он все еще держал в руке. И он сам, и его подчиненный старались смотреть куда угодно, только не на этого пришельца в обличье земного мальчишки.

Этан воспользовался возможностью и вытянулся на кровати во весь рост. Закрывать глаза бесполезно, он и так видел парящие в воздухе горгонские и сайферские боевые корабли. Что они собираются делать? Нападут друг на друга или вместе атакуют Белую Обитель? Могут, конечно, схватиться друг с другом за него, как за желанную добычу, ведь ни те ни другие не хотят, чтобы он достался противнику. Слишком большую ценность он для них представляет, им не терпится использовать его для научных исследований. Все, что он мог сейчас сделать, как и любой обычный человек, – это ждать. Впервые за свое немыслимо долгое существование он ощущал полное бессилие.