– Ладно, – сказал Дин, когда они вышли от шерифа и направились к офису коронера. – Не хочешь сказать мне, что все это значит?

– Сам не понимаю.

– Звучит убедительно.

– Я увидел эти следы на шее Уолвертона, и как будто… что-то всплыло в памяти. – Сэм остановился и посмотрел на Дина. – Из того сна. Но я никак не вспомню, что это было.

– Ты ведь ничего не скрываешь от меня, Сэмми?

Сэм покачал головой.

– Потому что сам знаешь, это бесполезно.

– Знаю, – сказал Сэм. – Просто… мне кажется, будто все, что происходило во сне, вылетело из головы.

– Что ж, может, осмотр трупа освежит твою память.

* * *

Офис судебной экспертизы округа Мишнс-Ридж находился за стальной дверью в задней части длинного муниципального здания из темного кирпича недалеко от главной улицы.

Дин и Сэм прошли мимо мусорного бака и одинокой машины у входа – неприметного бежевого седана с госномерами. Двор был усыпан старыми лотерейными билетами и окурками, как будто кто-то долго топтался здесь, наблюдая, как удача покидает его.

Дин подергал дверь.

– Заперто. – Он нажал кнопку звонка и, не дождавшись ответа, постучал в армированное окно. – Свет не горит. Разве красотка-шериф не обещала предупредить коронера о нашем визите?

– Может, он уже домой ушел, – предположил Сэм.

– Или же никто не хочет разговаривать с двумя янки, которые задают неудобные вопросы. – Дин отступил, рассматривая кодовый замок на двери. – Должен признаться, Сэмми, я что-то совсем не чувствую тут знаменитого южного гостеприимства.

– Не ты ли говорил: «Обожаю Юг»? – Сэм оглянулся в ту сторону, откуда они пришли. – Как насчет Исторического общества?

– А что с ним?

– Может, попытать счастья там, пока и они не закрылись?

Дин нахмурился.

– Ты не хочешь увидеть тело?

– Но дверь-то заперта.

– Как и в хранилище казино «Белладжио», но это не остановило одиннадцать друзей Оушена[54].

Сэм выразительно посмотрел на брата.

– Я просто пытаюсь с максимальной пользой потратить то время, что у нас есть.

– Так ты не боишься увидеть эти следы на шее Уолвертона?

– Я? Боюсь?

– Да, как в том ночном кошмаре? – Дин внимательно смотрел на него.

– Я же говорил тебе, что ничего не помню.

– И не очень-то рвешься вспоминать.

– Послушай, – не выдержал Сэм, – если ты хочешь, чтобы я остался…

Дин пожал плечами.

– Да нет, ты прав, – сказал он. – Иди к историкам и посмотри, что там можно раскопать. Разделяй и властвуй. Чертов Апокалипсис.

Но Сэм не сдавался.

– Ты о чем, Дин? – возмутился он. – Ты мне не доверяешь? Потому что если это так, ничего хорошего у нас не выйдет.

– Ты мой брат, – сказал Дин. – Но не забывай, что Люцифер обязан тебе своим освобождением и если наполняет твои сны намеками о своем грандиозном плане, возможно, тебе стоило бы обратить на них самое пристальное внимание. Это все, что я хочу сказать.

– То, что я чувствую, это не намеки, Дин, – постарался объяснить Сэм. – Это не ключи к разгадке… Скорее, они мешают мне понять, что к чему. Как будто в мозг тыкают электрошокером. Так что прости, если я не могу разобраться в этих ощущениях.

– Ладно. – Дин достал из кармана мобильный телефон. – Попробую позвонить шерифу. Может, удастся уговорить ее приехать и впустить меня в морг. А ты дуй к историкам, потом пересечемся и обсудим.

Сэм кивнул и ушел.

Дин стоял у двери, провожая взглядом стремительно удаляющегося брата, пока тот не скрылся за углом. Даже в походке Сэма чувствовалось волнение. Дин знал, что, какой бы след ни оставил в памяти Сэма ночной кошмар, тот не готов разбираться с этим. Во всяком случае, пока… Дин только надеялся, что, когда Сэм соберется с духом, будет не слишком поздно.

Оглядев армированное стекло в двери, он сунул телефон в карман и поднял валявшийся на земле кирпич.

– Джордж Клуни – слабак[55], – сказал Дин и замахнулся кирпичом. Он уже приготовился шарахнуть по стеклу, когда щелкнул замок и дверь распахнулась.

Из полумрака на него смотрел Кастиил.

– И давно ты здесь? – спросил Дин, прошмыгнув внутрь. Прохлада кондиционера дарила облегчение после удушающей уличной жары.

– Только что явился.

– Эй! – раздался чей-то голос. – Кто вы такие и какого черта вам здесь надо?

Дин увидел небритого мужчину лет за тридцать в белой рубашке с закатанными рукавами и в галстуке, петлю которого он ослабил. Видимо, он собирался закурить, но от удивления застыл с прилипшей к нижней губе сигаретой и выглядел немного нелепо.

– Дверь была открыта, – сказал Дин.

– Этого не может быть.

– Вы – коронер?

– И кто же тут такой любопытный?

Дин махнул удостоверением.

– Агент Ван Зандт, ФБР. А это агент… Зивон[56]. – Прежде чем Кастиил опомнился, он продолжил: – Шериф Дэниелс сообщила нам код доступа на случай, если вы заняты.

Коронер смерил долгим взглядом Дина и Кастиила, потом покосился на открытую дверь и, наконец, щелкнул зажигалкой и закурил.

– Меня зовут Тодд Уинстон. И да, я – коронер. – Он затянулся сигаретой и выпустил струю дыма из уголка рта. – Но шериф Дэниелс не давала вам никакого кода. Она не особо жалует федералов.

– О боже, я этого не переживу! – воскликнул Дин. – Может, оставим в покое шерифа и вы покажете мне тот труп, что доставили на днях.

Проворчав что-то себе под нос, Уинстон провел их по коридору и нырнул в небольшой кабинет. Дин заглянул в открытую дверь и обомлел, увидев, что стены кабинета от пола до потолка забиты книгами, по большей части в твердом переплете, да еще и в суперобложках.

Уинстон вышел со связкой ключей. Он свернул за угол и повел их по другому, еще более узкому коридору. За следующей дверью оказалось хранилище трупов, залитое холодным казенным светом длинных люминесцентных трубок. Если в остальных помещениях царила уютная прохлада, здесь холод пробирал до костей, и Дин впервые за день не пожалел о том, что он в костюме.

Середину комнаты занимал металлический секционный стол со сливным лотком, окруженный тумбами со стерилизованными инструментами и канистрами с жидкостью и расходными материалами. Тут же стояла полупустая бутылка питьевой воды.

Дин почувствовал, как нос щиплют до боли знакомые запахи дезинфицирующих средств и химических консервантов. Он подождал, пока Уинстон наденет латексные перчатки и лабораторный халат и подойдет к дальней стене, чтобы взяться за ручку.

Коронер повернул ручку, поднатужился и, выдвинув длинный, чуть больше двух метров, ящик, приподнял металлическую крышку.

– Этот ваш? – спросил Уинстон.

Дин заглянул в ящик. Бледный, голый и какой-то сплющенный труп Дэйва Уолвертона выглядел еще более тощим и жалким, чем на фотографиях. При жизни реконструктор прикладывал немалые усилия, чтобы изображать солдата Гражданской войны, но по странной иронии добиться полного перевоплощения помогли именно нагота и неподвижность. Ножевую рану под самым подбородком уже промыли и зашили, но классический разрез на груди казался достаточно свежим, судя по розоватой и вспухшей коже в тех местах, где секционными ножницами вскрывали грудную клетку.

Костлявая грудь и впалый, будто от истощения, живот заросли пучками черных волос. Это тело запросто могло сойти за труп из полевого госпиталя 1864 года.

«Похоже, он умер голодным», – промелькнуло в голове Дина, и он сам удивился этой случайной мысли.

Он поймал себя на том, что не может оторвать взгляд от лица Уолвертона, этих запавших щек и обвисших губ. Даже неживое и расслабленное, лицо сохраняло какое-то зловещее выражение, заставляя Дина нервничать. Он понял, что не хочет оставаться наедине с трупом дольше, чем нужно.

– Нашли что-нибудь необычное при вскрытии? – деловито начал Дин.

– Вроде нет, – сказал Уинстон.

– А что с отчетом по токсикологии?

– Еще не готов. – Коронер снова затянулся сигаретой и огляделся вокруг в поисках пепельницы. Грязная кофейная чашка пришлась весьма кстати.

– Вы сами разве не делаете? – удивился Дин.

Уинстон покачал головой.

– За это отвечает лаборатория судебной экспертизы в Уолдроп-Сити. У нас тут нет нужного оборудования.

– Что ж, думаю, есть о чем попросить на Рождество, не так ли? – Дин нагнулся к самой шее Уолвертона, разглядывая синяки, которые Сэм заметил на фото. – А это что?

– Повреждения от скручивания. Следы от веревки.

– Откуда они взялись?

– От веревки, – ответил Уинстон без всякого намека на юмор. – Или от какого-то шнура.

– Спасибо, – усмехнулся Дин. – Это многое проясняет.

Уинстон, похоже, не уловил сарказма.

– Когда шериф доставила тело, шея ничем не была обмотана. На коже тоже никаких следов волокон. А они бы непременно остались.

– Есть и другие способы связать человеческую душу, – вмешался Кастиил, наклоняясь вперед, чтобы коснуться гематом на шее Уолвертона. – Некоторые формы демонических уз не так легко распознать.

– Каких еще уз? – Уинстон взглянул на Дина. – Что за бред он несет?

Кастиил уже собирался ответить, но Дин его перебил.

– Забудьте, – сказал он коронеру. – У вас есть опись вещей, которые были при Уолвертоне на момент его гибели?

– Опись еще печатают в офисе шерифа. – Он покосился на дверь. – Совсем забыл, мне нужно позвонить.

Не дожидаясь ответа, он выбежал из секционной, оставив Дина и Кастиила наедине с трупом.

– Что ж, попробуем что-то сделать. – Дин взглянул на своего спутника и потянулся к заднему карману брюк. Он достал карточку и начал зачитывать Римский ритуал[57].

– Deus, et Pater Domini nostri Jesu Christi, invoco nomen sanctum tuum…[58]

– Ты что же, до сих пор не выучил это наизусть? – изумился Кастиил.

– Надоело, что все меня поправляют, поэтому я просто записал текст на бумаге, – объяснил Дин и продолжил читать: – …et celmentiam tuam supplex exposco…[59]

Труп Уолвертона слегка дернулся, одна рука повернулась ладонью вверх, и пальцы чуть затрепетали.

Голова трупа еле заметно наклонилась в сторону.

– …ut adversus hunc, et omnem immundum spiritum…[60]

– Кажется, пошло, – сказал Кастиил.

Дин сделал паузу и опустил взгляд.

Что-то черное показалось из левого уха Уолвертона. Поначалу Дин решил, что это вытекает какая-то жидкость, но потом понял, что это живое существо с множеством крошечных ножек-ресничек. Черное существо, похожее на бесформенного таракана, неспешно поползло по бледной щеке Уолвертона, как будто пробираясь к глазам, и вдруг замерло под неотрывным взглядом Дина.

Оно смотрит на меня.

Волосы зашевелились у него на затылке.

Это невозможно, у него даже нет…

В следующее мгновение черная тварь с пронзительным визгом метнулась вверх, в лицо Дину.

Он отшатнулся, и существо плюхнулось на пол. Дин шагнул вперед, придавил его ботинком и скривился, когда липкая жидкость брызнула из-под подошвы. Существо еще шевелилось, яростно пульсируя, пытаясь выползти наружу и перебраться на лодыжку.

Дин чувствовал, как оно впивается в кожу, тянется вверх, к голени.

– Оно ползет! – закричал Дин. – Сними его!

Кастиил, не раздумывая, схватил бутылку с водой. Он закрыл глаза, пробормотал какое-то заклинание и плеснул водой на ногу Дина.

Что-то зашипело, и существо снова взвизгнуло. Дин почувствовал, как оно обмякло. Он задрал мокрую штанину и увидел только едва заметный красноватый след чуть выше пятки.

Он вытер ногу бумажным полотенцем, скомкал его и швырнул в мусорную корзину.

– Что это было? – спросил он, пытаясь выровнять дыхание.

– Моа, – ответил Кастиил.

– Что-что?

– Некая демоническая сущность, которая водится на юге Америки. – Ангел нахмурился. – Я не видел ничего подобного со времен Гражданской войны, когда ангелы и демоны сошлись в бою за души умерших.

– И теперь эта дрянь вернулась. – Дин с отвращением разглядывал подошву ботинка. – Но зачем? И почему выбрала Уолвертона?

Кастиил внимательно посмотрел на него.

– Ее коснулся Свидетель.

– Хочешь сказать, что твой Свидетель использовал эту штуку вместо носового платка?

– Ты не понимаешь, – сказал Кастиил. – Моа – малоизвестный обитатель кладовой Люцифера, одна из его самых мутных визитных карточек. Его вообще не должно уже существовать. Само его присутствие здесь – предвестник Апокалипсиса. И Свидетель это знает. Он хочет, чтоб и мы это знали.

– И ты ищешь этого парня? – спросил Дин. – Намеренно?

– Мне необходимо его найти.

– Что ж, – Дин покачал головой, – тогда удачи тебе.

* * *

Они застали Уинстона в его кабинете, с телефонной трубкой возле уха. Дин подошел к столу и нажал кнопку «Разъединить».

– Эй! – сердито крикнул коронер, вскакивая на ноги. В какой-то момент показалось, что он бросится на непрошеных гостей, но что-то в выражении лица Дина заставило его остановиться.

– Кто еще оставался наедине с этим трупом? – строго спросил Дин.

– Что?

– Вы меня слышали. Кроме вас, кто еще там был?

– Никого. Только шериф Дэниелс. Все произошло средь бела дня, на поле боя, у всех на глазах. Если бы на шее Уолвертона была веревка, кто-нибудь наверняка заметил бы. – В голосе Уинстона звучало отчаяние. – Ведь так?

– Веревка должна волновать вас в последнюю очередь. – Дин оглядел потолок. – Здесь есть камеры наблюдения? Датчики движения?

Кастиил посмотрел на Дина.

– Свидетель обладает демонической силой. Он мог проникнуть сюда незамеченным.

Уинстон вытаращил глаза.

– Что?!

– Чушь. Любое существо, даже самое мерзкое, оставляет следы, – возразил Кастиилу Дин.

Кастиил покачал головой.

– Но…

Дин не дал ему договорить и снова обратился к коронеру.

– Когда будет готов отчет по токсикологии? – рявкнул он.

Уинстон с трудом сглотнул.

– Завтра, наверное…

– Вы нашли что-то необычное на теле или на одежде? Какие-нибудь отметины, ритуальные ожоги и шрамы?

– Нет, – ответил он, но его голос едва заметно дрогнул.

– Уверены?

– Да. – Уинстон беспомощно уставился на стол. – Господи, да!

Дин метнул взгляд на телефонный аппарат.

– Давайте посмотрим, кому вы пытались позвонить, – пробормотал он, нажимая кнопки громкой связи и повторного набора.

– Не надо, – взмолился Уинстон. – Вы ведь не хотите…

– О, еще как хочу, – возразил Дин, вслушиваясь в длинные гудки, пока на том конце провода не сняли трубку. Раздался женский голос:

– Здравствуйте. Это…

Дин нахмурился, поглядывая на Кастиила.

– Постойте, я знаю этот голос. – Он оглянулся на телефон. – Кто это?

Но записанный на пленку голос продолжал говорить.

– …Кэнди. Мы с подружками устраиваем вечеринку в джакузи, но потеряли верх от бикини и никак не можем найти… – Послышался вздох, и голос заговорил с томным придыханием. – Ты просто обязан помочь нам. Просто введи номер кредитной карты и получи три минуты…

– Ты знаешь эту женщину? – удивился Кастиил.

Дин прервал запись на полуслове и выразительно посмотрел на Уинстона. Лицо коронера пылало.

– Городу лучше не платить за этот звонок, – пробормотал Дин, поворачиваясь к выходу. – Мы вернемся, чтобы взглянуть на токсикологический отчет.

– Конечно, – пролепетал Уинстон. – Как хотите. Только… как насчет того, чтобы в следующий раз предупредить заранее о вашем визите?

– Он не лгал, – сказал Кастиил, когда они вышли на улицу. Сгущались сумерки.

– Знаю, – вздохнул Дин. – И у нас опять ничего нет.

– Не факт. – Они брели по тротуару под мягким светом фонарей. – Уолвертон мог встретиться со Свидетелем на поле боя или…

– Погоди. – Дин замедлил шаг и остановился. – Ты так много говоришь об этом Свидетеле. Свидетель то, Свидетель это… Но если он общался с Иисусом, а в нашем деле замешана удавка, сама собой напрашивается догадка…

– Какая?

– Иуда. Ты охотишься на Иуду.

Кастиил покачал головой.

– Не знаю.

– Почему нет?

– У Иуды было полно дел, но кровавым насилием он не занимался.

– Да, но если я что и знаю про человечество, так это то, что и предательство может быть кровавым, если в ход пошло оружие.

Дин расслышал шумные голоса и смех. Он огляделся по сторонам, впервые обратив внимание на окрестности. Неподалеку стояла большая старая церковь, которая выглядела так, будто пережила столетия войны и непогоды, и больше походила на военный корабль после крушения, который обрел здесь вечный покой.

Из высоких сводчатых дверей церкви повалила толпа в костюмах и платьях.

– Что это? – спросил Кастиил.

– Свадьба.

Грянули аплодисменты и крики «ура!». Жених и невеста медленно спустились по ступеням и направились к лимузину, поджидавшему их на обочине.

Невеста была в старомодном свадебном платье, а жених – в форме солдата Конфедерации, настолько реалистичной, что Дин видел облачка пыли, взлетающие с его плеч при каждом шаге.

– Идиотизм какой-то. Они что, женятся в этих обносках?

– Любовь – это поле боя, – заметил Кастиил.

Дин удивленно уставился на него.

– Чего?

– Это из песни, я слышал недавно.

Дин с трудом сдержал улыбку и отвернулся от ангела.

– Кас, ты просто нечто! Ты знаешь об этом? – Ответа не последовало, и Дин выдержал паузу, даже не оборачиваясь. – Уже исчез, что ли?

Когда он оглянулся, Кастиила, понятное дело, и след простыл.