Падме и Траун миновали двух поверженных дроидов и уже прошли половину пути до люка, когда из-за угла появился ЛебДжау.

– Берегись! – крикнул здоровяк, бросаясь к девушке.

– Все в порядке, – поспешно успокоила его Падме. Она выставила перед рабочим левую ладонь, а бластер подняла дулом вверх и занесла перед Трауном. Только еще не хватало потасовки между союзниками, тем более, что она окажется в самой гуще. – Это друг.

– Как по мне, на друга не похож, – пробурчал ЛебДжау. – Да и на дядю тоже.

– Это друг дяди Энакина, – пояснила девушка. – Послушай, у меня есть для тебя задание. Здесь скоро станет очень небезопасно для здоровья. Надо, чтобы ты всех разбудил и вывел отсюда.

– Чего? – не понял ЛебДжау. – Что ты имеешь в виду? – Он прищурился. – Что это вы затеяли?

– Прости, но, боюсь, нам придется уничтожить этот завод, – ответила Падме. – Отведи всех к реке и…

– Нет, – рявкнул здоровяк, сжимая кулаки. – Это наш завод. Наша работа. Наш мир. Вы не можете просто явиться сюда и… в хвост его, Падме, так нечестно.

– Позвольте, я объясню варианты, – вмешался Траун. – Ваш завод будет уничтожен. Это не обсуждается.

– Кто ты вообще такой, чтобы?..

– У вас есть два варианта, – продолжал инородец. – Наблюдать за уничтожением на расстоянии или изнутри.

По спине Падме пробежал холодок. Траун говорил сдержанно, без эмоций или нажима. Однако в его голосе чувствовались сила и абсолютная убежденность, какую она редко слышала даже в речах самых пылких сенатских ораторов.

ЛебДжау тоже уловил эту убежденность. Он сглотнул, украдкой покосился на Падме и неохотно кивнул.

– Ладно, – ответил он слегка дрожащим голосом. – Я просто… Сколько у меня времени?

– Мы постараемся дать вам как можно больше, – пообещал Траун. – Но вы должны понимать, что сроки не полностью зависят от нас.

– Просто уходите, – прибавила Падме. – Пожалуйста.

Здоровяк поджал губы, затем кивнул и поспешно зашагал прочь.

– 1 де тот люк, о котором вы говорили? – спросил Траун. Падме обратила внимание, что тон его голоса нисколько не изменился, и снова вздрогнула.

– Сюда, – указала она, двинувшись в прежнем направлении. – Вы действительно планируете уничтожить весь завод?

– Это решать вам и генералу Скайуокеру, – ответил Траун. – Это ваша война. Ваши враги. Но рабочие должны быть готовы к худшему.

– Да уж, – буркнула девушка. В таком свете сказанное им не звучало так уж бессердечно.

Но голос и тон все равно нервировали.

– Здесь. – Она остановилась возле люка.

– Так вы прошли здесь? – Траун присел, чтобы осмотреть крышку.

– Нет, я прошла через такой же в другом конце крыла, – ответила Падме. – Этот просто ближе. Если только мы сможем его открыть.

– Давайте это выясним.

Отложив свой Е-5, он ухватился за крышку и потянул. К облегчению Падме, люк открылся без проблем и даже без особого скрипа.

– Им недавно пользовались. – Траун снова взял бластер и всмотрелся в темноту. – Есть ли у вас фонарик?

– Вот. – Падме достала световой стержень и протянул ему.

Инородец не пошевелился.

– Вы знаете дорогу, – отметил он. – Вы и ведите.

– Ладно. – Скривившись, Падме начала спускаться по лестнице. Опять-таки все логично. Но то, что сзади шел вооруженный незнакомец, никак не облегчало и без того повышенного ощущения собственной уязвимости.

Впрочем, Энакин за него поручился. А это многое значило.

Как и в прошлый раз, служебный уровень оказался пустынным. В сопровождении Трауна Падме направилась к секретному входу ЛебДжау. Отсутствие врагов казалось немного странным. Ранее девушка предполагала, что герцог Солха забаррикадировался в главном сборочном цеху. Если так, тогда она отправила Энакина прямо в гущу армии дроидов. Одного и даже без светового меча.

– Что такое «марг сабл»?

Падме моргнула, отбросив внезапно нахлынувший страх:

– Что?

– Генерал Скайуокер сказал, что собирается устроить единоличный марг сабл, – напомнил ей Траун. – Что он имел в виду?

– А, – протянула Падме, стараясь вспомнить подробности. С тех пор как Энакин рассказал ей об этом гениальном маневре Асоки, прошло немало времени. – Это тактический прием, который придумала его бывшая ученица. Корабль поворачивается таким образом, что его ангар обращен в противоположную от атакующих сил сторону, и незаметно выпускает истребители. Оставаясь скрытыми в тени корабля, они формируют строй и разгоняются до скорости атаки. Затем они вылетают из-за корабля со всех сторон, атакуя врага одновременно с разных направлений.

– Любопытно, – пробормотал Траун. – Я вижу, как этот прием может быть эффективен против определенных рас. Особенно тех, которым трудно концентрировать внимание более чем на одном направлении.

– Он сработал вполне успешно и против дроидов-истребителей, с которыми сражалась Асока, – сказала Падме. – Энакин рассказал мне, что марг сабл – это такой тогрутский цветок, который каждое утро раскрывает свои лепестки, словно солнечные лучи.

– Ясно, – молвил Траун. – Значит, единоличный марг сабл подразумевает, что он будет имитировать атаку со всех направлений?

– Вероятно. – Падме почувствовала новый приступ тревоги. В данный момент единоличное что угодно звучало рискованно. – Когда вы подлетали, вы, часом, не обратили внимания, как выглядит крыша? Меня интересует, есть ли там парапет, за который можно зацепить гарпун.

– Нет, парапета нет, – ответил Траун. – Поверхность слегка вогнута в направлении водосточного желоба, который проходит по центру. По краям идет маленькая кромка, но слишком низкая, чтобы крюк мог удержаться. Нам нужен альтернативный план.

– Не беспокойтесь, – сказала Падме. – У меня он есть.

Энакин надеялся, что герцог Солха прикажет сразу отвести всех троих – его, Трауна и R2-D2 – на допрос, который, как он предполагал, должен был последовать за джедайским спектаклем во дворе. Но вероятность, что R2-D2 изолируют, существовала тоже – вот почему Энакин и подговорил дроида оставить масляный след.

Двигаясь по этому следу, он прошел по широкому коридору, который вел на север вдоль внутренней стороны восточного крыла.

И уперся в запертую бронированную дверь в прочной пермакритовой стене.

Нахмурившись, Энакин присмотрелся к двери. Те, другие двери, через которые их с Трауном поспешно вели после отбытия со двора, были вполне обычными, на петлях и с защелками; вероятно, они остались от прежних хозяев и дополнительно не были никак укреплены. Очевидно, Солху не заботило, что местные, о которых упоминала Падме, смогут попадать в ту часть комплекса.

Но главный сборочный цех – иное дело. Энакин поразмыслил, не стоит ли вернуться к лестнице, которую показала Падме, – вдруг там не такая серьезная защита. Но передумал: если Солха не законченный идиот, та дверь должна быть не менее прочной.

Впрочем, им все равно нужно было периодически запускать сюда рабочих, да и дроиды-охранники как-то должны попадать внутрь и выходить обратно. На такой далекой от центра событий планете, где простодушные туземцы могли даже и не знать о сепаратистах, безопасностью вполне можно было пожертвовать ради удобства.

Боевые дроиды, как давно выяснил Энакин, были тяжелее, чем многие представляли. Иногда это бывало полезно – например, когда самому Скайуокеру или его солдатам требовалось обездвижить пленного для последующей эвакуации, а наручников с собой, как назло, не оказывалось. Тогда на руки и ноги узника клали парочку убитых В 1, и это обычно решало проблему.

Для джедая, конечно, этот вес значил мало. С помощью Силы Энакин поднял одного из дроидов, которых завалил в тюремном блоке, и перенес по лестнице на второй этаж. Мысленно скрестив пальцы, он поднес туловище дроида к двери.

До нее было еще около метра, когда он услышал слабый щелчок: замок открылся.

Еле заметно улыбнувшись, джедай толкнул дверь и пронес дроида внутрь. Удобство в обмен на безопасность; сам же он повторять ошибку Солхи не собирался. Закрыв за собой дверь, он прислонил к ней дроида. Приемопередатчик В 1 будет достаточно близко, чтобы держать замок открытым, когда вернутся Падме с Трауном, но если кто-то откроет дверь и отволочет от нее дроида, шум предупредит его.

За дверью лежал короткий вестибюль, который заканчивался мостками. Пригибаясь и машинально пытаясь нащупать на поясе отсутствующий меч, Энакин приблизился к краю и заглянул вниз.

За эти годы ему вместе с клонами из Пятьсот первого доводилось штурмовать немало заводов по сборке дроидов, и большинство из них были построены по одному из нескольких стандартных образцов. Но не этот. Местная сборочная линия выпускала какую-то модификацию боевых супердроидов В 2 – это было видно по прессформам и размеру конвейеров, не говоря уже о восьми готовых супердроидах, неподвижно стоявших у стены. Однако, в отличие от других заводов, здесь бронированные секции не выходили из раскаленного чрева машин для литья под давлением; они ползли на двух отдельных лентах, оборудованных лишь пресс-формами для низкотемпературной штамповки пластоида. Между лентами стояли емкости с металлом, пластоидными гранулами и каким-то материалом волокнистого вида. Возможно, тем самым, который они с Трауном видели во дворе, хотя Энакин по-прежнему понятия не имел, что это такое. Процесс сборки тоже выходил далеко за пределы нормы: вместо традиционной сварки для соединения частей использовалось что- то вроде адгезивного или каталитического процесса. По центру зала с интервалом в десять метров шли опорные колонны, и джедай задумался: а не прячутся ли за ними какие-нибудь неприятные сюрпризы?

Из персонала в зале присутствовали только трое мужчин и две женщины, суетившиеся вокруг большого наладочного стола, расположенного почти в самом центре. Рядом неподвижно стоял дроид В 2, и от панели к разъему под левой рукой автомата шел толстый кабель. Неподалеку стояли на страже еще трое супердроидов, хотя было неясно, охраняют они техников или не дают им покинуть здание.

С противоположной стороны от стола стоял R2-D2, и Энакин было испугался, что техники и с ним что-нибудь сделали. Однако, присмотревшись, он понял, что маленький астромех физически не подключен к системе. Очевидно, техники пытались загрузить программу в мозг супердроида, а R2-D2 просто поставили там, где он никому не мешал.

Энакин нахмурился. Программирование обычно являлось частью процесса сборки: новые дроиды сходили с конвейера полностью рабочими и готовыми сражаться. Эту же серию явно выпускали в виде заготовок, а программу загружали потом.

О каковом решении, очевидно, Солха сейчас жалел. Похоже, здесь были все В 1, которых Энакин видел во дворе, – за вычетом тех, кого он превратил в металлолом, – плюс семеро громоздких В 2 вдобавок к тем троим, что стояли возле наладочного стола. Солха окапывался, и тот факт, что он приказал техникам активировать заготовки, ясно доказывал, что в безопасности он себя не чувствует.

С другой стороны, если герцог до смерти напуган, почему же он сам не здесь, где дроиды могут его защитить? Если на то пошло, чем дольше Энакин изучал супердроидов, тем больше ему казалось, что те, которые не стояли возле стола, главным образом были рассредоточены так, чтобы охранять емкости с волокнистым материалом рядом с пресс-формами для изготовления броневых пластин.

Еще во дворе Траун обратил внимание на рудовоз, высказав предположение, что эта машина и ее груз чем- то важны. Но в тот момент Энакин был слишком занят постановкой своего трюка «исчезающий джедай» и особого внимания не обратил.

В дальнем конце зала распахнулась другая бронированная дверь…

Взору Энакина открылось зрелище, от которого у него отвисла челюсть. Хозяйской походкой, сжимая в руке бластер, в сопровождении двух супердроидов в цех вошел солдат-клон.

Первой безумной мыслью было: привиделось. Затем Энакин решил, что это какое-то сумасшедшее совпадение, что на этой отдаленной планете как-то придумали броню, в точности похожую на экипировку солдат Республики.

Ни одна из догадок не подтвердилась. Незнакомец, шагавший внизу, и впрямь был одет в настоящую броню клона. Более того: судя по меткам на корпусе, он был из 212‑го – подразделения Оби-Вана Кеноби.

Значит, он… кто? Верный клон, невольно оказавшийся замешанным в это дело? Клон-предатель, умышленно помогающий Солхе и сепаратистам? Или лжеклон, призванный сеять смятение и неуверенность, которые Энакин сейчас и испытывал?

Солдат подошел к столу для программирования. Он сунул бластер обратно в кобуру и снял шлем.

Как оказалось, это был вовсе не клон – ни лоялист, ни предатель. Это был сам герцог Солха.

Энакин бесшумно выдохнул. По крайней мере, это проясняло вопрос, почему Солхи здесь не было раньше. Очевидно, герцог подыскивал себе дополнительную защиту.

Где он раздобыл броню? Тут возникала отдельная череда вопросов. Но Энакину сейчас некогда было ломать голову, откуда у герцога доступ к таким ресурсам. Солха положил шлем на край пульта, а дверь тем временем открылась снова, и вошли еще двое в доспехах клонов. За ними семенила группа В 1, которые несли емкости с волокнистым материалом, а двое В 2 составляли арьергард.

Когда дверь закрылась, «солдаты» сняли шлемы: это оказались мужчина и женщина, которых он видел ранее во дворе. В 1 направились к конвейеру, где стояли такие же емкости, а супердроиды В 2 проследовали за ними, усилив уже имевшуюся охрану. Солха обошел стол и двинулся навстречу землякам-сереннцам, встретив их на полпути. Все трое остановились и начали негромкий, но явно напряженный разговор.

Энакин поджал губы. Все это дело начинало казаться куда более запутанным, чем он предполагал.

Впрочем, разбираться можно будет потом, когда Падме благополучно вернется. А лучший способ обеспечить ее благополучное возвращение – сделать так, чтобы Солха и его дроиды были заняты другим.

Погрузившись в Силу, Энакин сосредоточился на одном из В 1, стоявших у двери. Небольшой толчок в дуло бластера; легкое нажатие на спуск…

Звук выстрела отразился эхом от высокого потолка, а разряд угодил в одного из В 2, неподвижно стоявших на страже возле емкостей.

Разряд едва зацепил супердроида, и тот даже не пошатнулся. Но в то время как В 1 ошеломленно взвизгнул, сработали запрограммированные рефлексы В 2, который развернулся и поднял правую руку, нацелив спаренные бластеры на источник угрозы.

К счастью для В 1, Солха оказался быстрее.

– Отставить! – крикнул он, оборвав разговор и выхватив собственный бластер. Энакин подумал было, не вырвать ли у него оружие, но решил, что лучше подольше оставлять всех в неведении.

К сожалению, Солха не растерялся и тут.

– Это джедай! – крикнул он, медленно поворачиваясь и шныряя глазами по сторонам. – Он где-то здесь, заставляет вас стрелять друг в друга. Рассредоточьтесь и найдите его.

«Вот теперь, – понял Энакин, – начиналось веселье».

Первым делом нужно было устроить маленькую неразбериху. Нащупав выключатели на дальней стене, он погрузил цех в темноту.

Когда Падме выбралась через потайной лаз, четыре из десяти лун Мокивжа висели высоко в небе. Луны были маленькие, меньше любой из трех набуанских, однако их отраженный свет, даже пробившийся сквозь энергетический щит, был достаточно ярок, чтобы можно было разглядеть возвышавшуюся над головой стену южного крыла.

– Каков ваш план? – спросил Траун, становясь рядом.

– В западном крыле окна забраны металлическими решетками. – Падме закинула рюкзак за плечо и достала монокуляр. – Здесь тоже, – добавила она, вглядываясь при помощи прибора. – Решетка достаточно редкая, чтобы гарпун зацепился, и должна быть достаточно прочной, чтобы выдержать наш с вами вес. Мы выстрелим гарпуном, и затем мотор в рукояти поднимет нас наверх.

– Сколько всего у вас гарпунов?

– Три, но понадобится только один. – Падме спрятала монокуляр. – Телескопический прицел поворачивается на девяносто градусов и фиксируется в этом положении. Он специально усилен, чтобы служить второй ручкой. Вы будете держаться за него, я за рукоять, и мы поднимемся вместе.

– Как вы предполагаете с того места попасть на крышу?

Падме снова посмотрела на стену. Вопрос на самом деле был хороший. Край верхнего окна находился ниже уровня крыши на добрый метр, и нигде не было видно ничего похожего на опору для ног.

– Думаю, одному из нас придется встать другому на плечи, чтобы достать до верха.

– Сложный маневр, – предупредил Траун. – Я сомневаюсь, что вы выдержите мой вес, а мышцы моих плеч и груди несколько пострадали.

– От чего же?..

– От огня вражеского оружия, – сказал инородец. – Поэтому я предлагаю вам выстрелить двумя гарпунами в два смежных окна. Если ваш пистолет-подъемник достаточно крепкий, один из нас сможет использовать в качестве опоры протянутые между окнами тросы, чтобы дотянуться до крыши.

Падме прикинула расстояние.

– Да, может получиться, – согласилась она. Ее рюкзак все еще висел на одном плече. Девушка принялась надевать вторую лямку…

– Я возьму это, – произнес Траун, ловко сдергивая рюкзак с ее плеча.

– Я сама понесу, – заупрямилась Падме, пытаясь вырвать рюкзак. Но инородец уже надевал его, держа за пределами досягаемости. – Траун!..

– Мне он нужен, – прервал тот, просовывая под лямку бластер Е-5, который дал ему Энакин. Падме заметила, что он поморщился, когда оружие скользнуло по его груди. – Ваши бластеры меньше, их можно закрепить на себе. Мой – нет.

Падме прожгла его взглядом. Но и в этот раз довод был логичен.

– Ладно, – сдалась она. – Но наверху я его сразу заберу.

– Согласен. – Траун указал на стену. – Когда вам будет удобно, госпожа посол.

Падме никогда раньше не пробовала стрелять одновременно двумя гарпунами из одного пистолета. Но в инструкции говорилось, что это возможно, и вся затея прошла без сучка и задоринки. Следующая часть – преодоление последнего метра до крыши – оказалась труднее. Но Траун, видимо, уже что-то подобное проделывал. В то время как Падме висела, держась за рукоять, он взобрался на тросы сверху, придерживаясь за них руками. Затем, балансируя на дуле пистолета-подъемника и держась одной рукой за трос, другой он нашарил узкую кромку крыши и ухватился за нее. Забравшись наверх, Траун снял рюкзак, лег на край и стал подтягивать трос, пока пистолет не оказался в пределах досягаемости. Дальше оставалось лишь схватить Падме за запястье, подтянуть наверх, пока она не ухватилась за кромку второй рукой, и забрать S-5 вместе с гарпунами. Секунду спустя они двинулись вперед по залитой лунным светом крыше: Траун с Е-5 шел впереди, Падме следовала за ним. Она снова надела свой рюкзак и перевела пистолет-подъемник обратно в режим бластера.

Девушка предполагала, что эта часть пути окажется самой опасной. Если даже герцог Солха не послал наверх дроидов, «стервятники» наверняка внимательно следили за крышей. Однако лазутчики добрались до восточной стороны южного крыла и двинулись дальше по восточному, так и не встретив ни одного. Нечего и говорить, что за все время их никто не попытался остановить.

Траун явно тоже находил это странным. Идя в шести шагах впереди, он что-то бормотал под нос на неведомом языке, как будто пытаясь вслух размышлять над решением загадки.

Наконец они добрались до прожекторов. Падме подняла голову и быстро обвела взглядом небо. Рано или поздно должен появиться хоть один «стервятник».

– Минуточку. – Девушка нахмурилась, заметив нечто странное. Далеко на востоке медленно снижалась маленькая мерцающая белая сфера. – Траун, – позвала Падме, протянув руку. Она снова посмотрела вокруг…

И застыла, обшаривая взглядом горизонт. Вокруг, на расстоянии нескольких километров от них, плыли вниз все новые и новые слабо светящиеся сферы. Три… пять… десять… двадцать!..

– Траун! – снова окликнула Падме.

И в этот момент две сферы, на которые она как раз смотрела, вдруг разлетелись лучами зеленого света: на мгновение вспыхнули и исчезли.

На фоне их гаснущего света проступили темные силуэты, мелькавшие вокруг них.

«Стервятники» наконец вступили в игру.

– Не беспокойтесь, – отозвался Траун, когда далекие дроиды описали круг и сбили еще несколько сфер.

Падме оглянулась. Ее спутник сидел возле одного из прожекторов, держа в руке меч Энакина.

– Идите сюда, – окликнул он, поманив ее рукой.

Пока Падме преодолевала разделявшее их расстояние, были уничтожены еще две сферы.

– Что это такое? – спросила девушка.

– Ложные цели, – ответил Траун. – Для защиты. Дайте мне пистолет-подъемник.

– Для защиты чего? – уточнила Падме, поморщившись, когда еще три сферы пали от огня «стервятников». Но в небе дрейфовали еще как минимум пятнадцать.

– Моего корабля, – ответил Траун, забирая у нее пистолет. – Видите его?

Падме обвела взглядом горизонт, уделяя особое внимание темным участкам, где не было падающих сфер. Традиционная военная доктрина требовала размещать ложные цели в тех местах, куда нужно заставить смотреть противника.

Однако девушка не увидела ничего.

– Где? – спросила она.

– Не там. – Стоя спиной к внутреннему двору, Траун заклинил гарпун в опоре освещения и крепче ухватился за рукоять пистолета-подъемника. – Наверху.

Падме подняла голову. Вот он: смутный силуэт, который падал прямо на них, проступая лишь на фоне приглушенного света звезд, которые иногда затмевал.

– Что еще за?..

Но Траун уже устремился с крыши вниз, перебирая ногами по стене.

Меч он прихватил с собой.

Когда имелся один трос на двоих, набуанское наставление по военному делу рекомендовало первому спустившемуся перевести пистолет в режим подъема и отправить инструмент обратно к тому, кто остался наверху. Падме ждать не собиралась. Сбросив рюкзак, она обмотала лямками трос, чтобы защитить руки, схватилась покрепче и перемахнула через край крыши.

Траун, очевидно, спешил еще больше. Когда Падме оказалась на земле, он уже был на середине двора.

– Стойте! – окликнула его Падме, подобрав брошенный им S-5 и отстрелив трос. – Куда это вы собрались?

В следующую секунду она получила ответ. Траун остановился возле генератора щита, на секунду задержал взгляд на мече…

И в воздухе вспыхнул ярко-синий клинок.

Падме замерла на месте, подняв бластер. В ужасе она подумала, что Траун собирается обратить оружие против нее. Но пока она гадала, где он научился обращаться со световым мечом, Траун вонзил клинок в землю рядом с генератором. Затем он перешел на другую сторону и снова воткнул меч в землю.

Падме наморщила нос. Ну конечно. За Трауном спускался его корабль, а заводской щит преграждал ему путь. Поэтому он и взял меч Энакина, чтобы перерезать кабели питания. Звезды в небе вдруг засияли ярче: щит рассеялся.

А затем, к ее удивлению, инородец присел и начал резать пермакритовую плиту, на которой стоял генератор.

– Он уже выключился! – крикнула девушка.

– Я знаю, – ответил Траун. Закончив работу, он посмотрел в небо, погасил клинок и подошел к своей спутнице. – Оружие генерала Скайуокера, – произнес он, держа меч на ладони правой руки. – И ваш коммуникатор. – Он протянул левую.

Падме уставилась на меч и комлинк. Значит, пока они шли по крыше, он не разговаривал сам с собой. Интересно, откуда его корабль знал, что нужно прилететь именно в этот момент?

– Что вы делаете? – спросила она, не сдвинувшись с места.

– Мне была поставлена задача, посол Падме, – ответил Траун. – Мы наблюдали за этим заводом и знали, что его прикрывает генератор щита. У нас нет ничего одновременно столь мощного и компактного. Мне приказали добыть генератор и доставить домой.

– Энакин говорил, вы прилетели, чтобы помочь ему найти меня.

– Мы знаем, что ваша подруга прибыла на Батуу, – пояснил Траун. – Но ее дальнейшую судьбу выяснить не смогли. Пока я вел наблюдение за планетой, появился генерал Скайуокер. Мне подумалось, что мы можем помочь друг другу воплотить в жизнь наши устремления.

– А он о вашей истинной цели знал? – спросила Падме. От столь знакомой горечи предательства у нее заныло в желудке.

– Нет. – Инородец вытянул ладонь с мечом еще на несколько сантиметров. – Ему понадобится это. И ему понадобитесь вы.

– Так вы вот так просто возьмете и улетите? – настойчиво спросила Падме. – Герцог Солха здесь что-то затевает, что-то ужасное. Неужели вы не поможете нам выяснить, что именно?

– У меня свои задачи.

– Вы нам нужны. – Девушка сама не понимала, зачем она так на него наседает. Иметь безразличного союзника порой хуже, чем не иметь союзников вовсе. Но почему-то она никак не могла отступиться. – Значит, так у вашего народа принято? Пристать к чужой компании, получить желаемое и уйти, бросив остальных?

– Разве в Республике делается иначе? – парировал Траун.

– Дело не в политике, – огрызнулась Падме. – Дело в личностях. В людях. В чести.

– Политику творят личности, – заявил ее спутник. – Сепаратисты хотели отделиться от Республики. Почему вы просто их не отпустили?

– Потому что они на нас напали. Это они начали войну. – Падме рубанула воздух ладонью, закрывая тему. – Сейчас вопрос не в этом.

– А возможно, и в этом, – возразил Траун. – Нам нужно вас понять. Нужно знать, что вами движет.

– В данный момент мною движет осознание того, что мой… друг Энакин погибнет, если мы ему не поможем, – сказала девушка. – Мы одни не справимся, Траун. Нам нужна ваша помощь.

– Для меня главное – моя задача, – ответил тот. – Мой народ.

Падме долго вглядывалась в эти пылающие красные глаза. Но не могла прочесть никаких эмоций: ни сожаления, ни стыда, ни торжества. Это просто солдат, который выполнял приказ, не испытывая ни удовлетворения, ни сожаления.

Все равно что боевой дроид.

– Я попрощаюсь за вас, – едко сказала девушка. Выхватив из рук Трауна меч Энакина и комлинк, она повернулась к нему спиной.

– Дверь с южной стороны ближе к тому месту, где он сейчас, – крикнул Траун, когда она бросилась бежать в сторону восточного крыла.

Падме не ответила.

Возможно, она была права. Возможно, им с Энакином вдвоем не справиться.

Но нужно попытаться.