Господи, благослови
Вот что известно об этом блаженном Моисее Угрине, любимце святого Бориса. Он — родом венгр, брат того Георгия, на которого святой Борис надел золотую гривну и которого убили вместе с князем на Альте, отрубив голову из-за золотой гривны*. Этот же Моисей один избавился от горькой смерти и горького заклания избежал. И пришел он к Предславе, сестре Ярославовой*, и оставался там, ибо в то время нельзя было никуда пойти. И Моисей, крепкий душою, пребывал в молитве к Богу до тех пор, пока не пришел благочестивый князь наш Ярослав, побуждаемый горячей любовью к убитым братьям, и не победил безбожного, и гордого, и окаянного Святополка. Но тот бежал в Польшу, и снова пришел [на Русь] с Болеславом, и изгнал Ярослава, а сам сел править в Киеве*. Когда Болеслав возвращался в Польшу, он взял с собою обеих сестер Ярославовых и захватил бояр его, с которыми вели и этого блаженного Моисея, закованного по рукам и ногам в тяжелые цепи; и крепко стерегли его, потому что был хорош телом и прекрасен лицом.
Увидела его одна знатная женщина, красивая и молодая, имевшая большое богатство и огромную власть. И так поразил ее вид Моисея, что овладела ею похоть и восхотела она преподобного. Начала она льстивыми словами увещевать его, говоря: //
л. 47 «О, юноша, напрасно такие муки терпишь, имея ум, который мог бы избавить тебя от оков и страданий». И сказал ей Моисей: «Богу так угодно». Женщина же отвечала ему: «Если мне покоришься, то я освобожу тебя, и сделаю великим во всей Польской земле, и будешь обладать мною и всеми поместьями моими».
Но блаженный, уразумев скверное вожделение женщины, сказал ей: «Какой муж взял жену, подчинился ей и исправился? Адам первозданный покорился женщине и был изгнан из рая*. Самсон, превзойдя всех силою и всех врагов одолев, женщиной предан был иноплеменникам*. Соломон постиг глубину мудрости, но, женщине повиновавшись, идолам поклонился*. Ирод, одержавший многие победы, поработившись женщине, обезглавил Иоанна Предтечу*. Как же я, свободный, сделаюсь рабом женщины, не познав от рождения [близости плотской]?» Она же сказала: «Я тебя выкуплю, и сделаю знатным, хочу, чтобы ты был хозяином всего, что имею, и мужем моим, только исполни волю мою и желание души моей и дай насладиться твоей красотой. Для меня довольно твоего согласия, ибо не могу я больше видеть, как неразумно гибнет твоя красота, да и пламя сердца, сжигающее меня, утихнет. Я же получу отраду, удовлетворив свое желание, и покой, освободившись от страсти, а ты, насладившись моей красотой, станешь обладателем всего //
л. 47 об. моего богатства, и наследником моей власти, и старшим среди бояр». И блаженный Моисей ответил: «Твердо знай, что не исполню я воли твоей; не желаю я ни власти, ни богатства, выше всего этого для меня чистота душевная, а еще более — телесная. Нельзя мне погубить труд пяти лет, что Господь даровал претерпеть в оковах этих. Не заслужил я таких страданий, но ради них, надеюсь, буду избавлен от вечных мук».
И тогда женщина, видя, что лишается такой красоты, следуя новому дьявольскому наущению, пришла к такой мысли: «Если я выкуплю его, он поневоле покорится мне». И посылает она к владельцу пленника с просьбой: пусть возьмет у нее столько денег, сколько пожелает, Моисея же отдаст ей. И он, усмотрев подходящий случай для приобретения богатства, взял у женщины около тысячи за то, что отдал ей Моисея. И силою стала она увлекать юношу на дело нечестивое. Получив власть над ним, эта женщина повелевает ему сочетаться с ней, освободив Моисея от оков, и облачив в многоценные одежды, и окружив сладкими кушаньями и любовными обольщениями, принуждая удовлетворить ее страсть.
Этот же преподобный, увидев неистовство женщины, стал еще прилежнее молиться и поститься, предпочитая лучше, Бога ради, есть сухой хлеб и воду с чистотою, чем дорогие кушанья и вина //
л. 48 со скверною. И не только одну сорочку, он снял с себя, как Иосиф*, но и всю одежду сбросил и греха избежал, ни во что вменив жизнь земную; и в такую ярость привел он женщину, что хотела она уморить его голодом.
Но Бог не оставляет рабов своих, уповающих на его помощь. Он преклонил на милость одного из слуг, и тот тайно давал Моисею пищу. Другие же [слуги] увещевали преподобного, говоря: «Брат Моисей! Что мешает тебе жениться, ведь ты юн, а она вдова, которая прожила с мужем один год, и превосходит всех людей красотою, и имеет богатство бечисленное и власть великую в Польше? Если бы она захотела выйти замуж за какого-нибудь князя, тот бы не погнушался ею; ты же, пленник и невольник этой женщины, не хочешь стать ее господином?! Если ты говоришь: «Не могу преступить заповеди Христовой», — то разве Христос не утверждает в Евангелии: «Оставит человек отца своего и мать ради того, чтобы прилепиться к жене своей; и будут оба плотью единой, так что уже их не двое, а одна плоть»*. Апостол же [говорит]: «Лучше жениться, нежели распаляться страстью», а вдовам велит вступать во второй брак*. Зачем же ты, свободный от закона монашеской жизни, обрекаешь себя на злые и горькие муки, чего ради страдаешь? И если в этой беде тебе придется умереть, какую славу обретешь? Разве кто от первых людей и доныне возгнушался женщин, кроме монахов? Авраам, Исаак, Иаков?* И Иосиф, сначала одержав победу, затем был побежден женщиною*. И ты, если теперь в живых //
л. 48 об. останешься, потом все равно женишься, и кто тогда не посмеется твоему безумию? Лучше тебе покориться женщине этой и стать свободным, и быть всему господином».
Моисей же отвечал: «Ей-богу, братья и друзья мои добрые, хорошие советы мне даете! Думаю, что предложения ваши лучше тех слов, какие в раю змей нашептывал Еве*. Вы убеждаете меня покориться этой женщине, но я ни за что не приму вашего совета. Если мне придется умереть в этих оковах и горьких муках, знаю, что непременно получу милость от Бога. Хотя все праведники обрели спасение с женами, я же, единственный грешник, не могу спастись с женою. Если бы Иосиф покорился жене Потифара, то потом бы не царствовал*. Но Бог, увидев его терпение, даровал ему царство; за то и славят Иосифа в поколениях, что он, хотя и имел детей, оставался целомудренным. Я же не хочу обрести Египетское царство, или обладать властью, или быть великим в Польше, или иметь почитание по всей Русской земле, — ради небесного царства всем этим я пренебрег. Если же я не погибну от руки этой женщины, то стану монахом. Ведь что говорит в Евангелии Христос? «Всякий, кто оставит отца своего, и мать, и жену, и детей, и дом, тот есть мой ученик»* Кого мне больше надо слушать: Христа или вас? Апостол же говорит: «Женатый печется о том, как угодить жене, а неженатый думает, как угодить Богу»*. Я спрашиваю //
л. 49 вас: кому больше следует служить — Христу или жене? Говорится в Писании: «Рабы, повинуйтесь своим господам, [устремляясь] на благое, но не на злое»*. Будет же известно вам, удерживающим меня, что никогда красота этой женщины не прельстит меня и не отлучит от любви Христовой».
Когда женщина услышала об этом, то, затаив в сердце лукавый помысл, повелела посадить Моисея со многими слугами на коней и возить его по городам и селам, ей принадлежащим, говоря ему: «Это все, что тебе угодно, твое; ты можешь делать с ним все, что хочешь». К людям же она обращалась со словами: «Это ваш господин, а мой муж; и все при встрече кланяйтесь ему». А в услужении у той женщины было множество рабов и рабынь. Блаженный же посмеялся безумию женщины и сказал ей: «Напрасно трудишься ты: не можешь ни прельстить меня тленными [богатствами] мира сего, ни отнять у меня духовного богатства. Пойми это и не трудись всуе!»
Женщина же сказала: «Разве ты не знаешь, что продан мне, и кто тебя избавит от меня? Живого тебя не отпущу, но после многих мук смерти предам». Но Моисей без страха отвечал ей: «Не боюсь я того, то ты говоришь, а на том, кто предал меня тебе, больший грех лежит. Я же отныне буду монахом».
В то время пришел один поп со Святой Горы*, направляемый Богом, и, придя к блаженному, постриг его в монахи и ушел. И стали искать его, //
л. 49 об. и не нашли. Тогда женщина, отчаявшись обрести задуманное, подвергает Моисея тяжким мучениям: по ее приказу пленника, распластав, били палками так, что и земля напиталась кровью. И говорили Моисею: «Исполни волю [госпожи своей] и покорись! Если не послушаешься, то раздробим тело твое на части; и не думай, что избежишь этих мук, но горькой смертью умрешь. Пожалей сам себя и, сняв безобразные рубища, облекись в многоценные одежды, избавь себя от несчастий, ожидающих тебя, — мы даже не коснемся тела твоего». Отвечал Моисей: «Исполняйте то, что вам повелели, без промедления. Меня же, который лишается права на иночество и любовь к Богу, никакое истязание, ни меч, ни раны не могут отлучить от пути к Господу. Эта безумная женщина принуждает меня к осквернению, бесстыдному прелюбодеянию, но я ей не покорюсь, не исполню волю окаянной!»
Женщина, сильно озабоченная тем, как отомстить за свой позор, посылает к князю Болеславу* со словами: «Так как мой муж был убит, находясь вместе с тобою в военном походе, дай мне волю взять в дом свой, кого захочу. Я же полюбила прекрасного юношу, одного из твоих пленников, и, заплатив много золота, выкупила его, взяла в свой дом и все //
л. 50 мое золото, и серебро, и власть даровала ему. Он же к этому от несся без всякого внимания. Много раз голодом и ранами томила я его, но ему и этого было мало. Пять лет он провел в оковах у пленившего его, у которого я его выкупила; и вот шестой год находится у меня, принимая за непослушание много мук, которые навлек на себя из-за жестокосердия своего; а теперь какой-то черноризец постриг его в монахи. Что ты повелишь мне сделать с ним, то я и сделаю».
И князь повелел ей приехать к нему, взяв с собой Моисея. Увидев преподобного, Болеслав долго принуждал его взять вдову в жены, прибавив и это: «Можно ли быть таким бесчувственным, как ты, кто, стольких благ и чести лишившись, обрек себя на горькие муки?! Отныне да будет тебе известно, что жизнь и смерть находятся в твоих руках: или, исполнив волю госпожи, будешь от нас в чести и обретешь власть великую, или, ослушавшись, после многих мучений примешь смерть». А женщине Болеслав сказал: «Никому из купленных тобою пленных не давай свободы и сделай с Моисеем, как госпожа с рабом, что захочешь, чтобы и другие не дерзали ослушаться господ своих».
Моисей сказал в ответ: «А что говорит Господь: «Какая польза человеку в том, что обрет весь мир, а душе своей нанесет вред, и что может человек дать взамен души своей?»* Что же ты мне обещаешь славу и честь, которых //
л. 50 об. ты сам скоро лишишься, и гроб примет тебя, ничего не имеющего?! И эта скверная женщина будет жестоко убита», — как и случилось по пророчеству блаженного.
И женщина, обретя над Моисеем большую власть, бесстыдно влечет его на грех. Однажды повелела она положить его с собою, целовала и обнимала юношу, но и этими обольщениями не могла привлечь его к удовлетворению своей похоти. Ей же блаженный сказал: «Напрасен труд твой; не думай, что я не могу этого дела сделать, но из-за страха перед Богом гнушаюсь тебя, как нечистой». Услышав это, женщина повелела давать ему по сто ударов каждый день, а потом приказала и тайные члены ему отрезать, говоря: «Не пощажу его красоты, чтобы не насытились ею другие». И лежал Моисей как мертвый, истекая кровью, едва дыша.
Болеслав же, потакая женщине ради ее высокого положения и первой любви к ней, воздвиг великое гонение на черноризцев и всех их изгнал из земли своей. Но Бог отомстил за рабов своих. Однажды ночью Болеслав внезапно умер, и поднялся великий мятеж по всей Польской земле: восставший народ побил епископов своих и бояр своих, //
л. 51 как о том поведано в Летописи*, — [тогда] и эту женщину убили.
А преподобный Моисей, оправившись от ран, пришел к пречистой Богородице, в святой Печерский монастырь, нося на себе мученические раны и венец исповедания, как победитель, воин Христов. И Господь даровал ему силу против страстей.
Некто из братии, одержимый плотской страстью, молил Моисея о помощи: «И до смерти я буду хранить, как обет, то, что ты повелишь мне». Блаженный же сказал тому: «Никогда в жизни ни слова не говори ни одной женщине». Он же с любовью обещался исполнить это. А Моисей, имея в руке посох, без которого он не мог ходить от полученных ран, ударил монаха в лоно, и омертвели члены его, и с тех пор не было искушения брату.
Все это о Моисее записано в Житии святого отца нашего Антония*, так как во времена святого Антония пришел и скончался о Господе в добром исповедании, прожив в монастыре десять лет, в плену же он страдал от оков пять лет, а шестой год — за чистоту.
Я упомянул и об изгнании из Польши монахов за пострижение преподобного, предавшего себя в руки Бога, которого он возлюбил. Это записано в Житии святого отца нашего Феодосия. Когда святой отец наш Антоний был изгнан князем Изяславом из-за пострижения Варлаама и Ефрема*, то жена князя, полька, //
л. 51 об. удерживала его от этого, говоря: «И не думай так поступать. Подобное случилось в нашей земле: некоей ради вины были изгнаны черноризцы, и великое зло сотворилось в Польше». Из-за Моисея то совершилось, как уже прежде писал. Это все, что я нашел и записал о Моисее Угрине и о Иване Затворнике, что сотворил Господь через них во славу свою и, прославляя их за терпение, обогатил дарами чудотворения. Слава Ему!