Требовалось срочно обрести почву под ногами, и Джамина, отбросив увёртки, которые для девицы в разговорах с мужчинами почитались необходимостью, спросила прямо:
— Ты собираешься меня шантажировать?
Обычно мужчины от такой прямоты терялись, начинали успокаивать собеседницу, лепетать что-то о невозможности для человека благородного так поступать с девушкой… Но игра продолжалась, а о благородстве Скорпиона и говорить было смешно. Он не колеблясь ответил на прямой взгляд таким же прямым и твёрдым. Улыбка слетела с губ, будто её оттуда ветром сдуло. Перед Джаминой вновь сидел прежний мерзавец, главарь банды.
— Да, собираюсь. И будь уверена: я получу всё, что мне нужно.
Глупо, но Джамина почувствовала облегчение. Скорпион, несомненно, был редкостной гадиной, но что бы он ни потребовал — впоследствии это можно будет обдумать и трижды поменять. В подобных переговорах Джамина знала толк, и пускай противник не соблюдал правил, однако кто сказал, что их собирается твёрдо придерживаться она сама? А вот то, что происходило парой мгновений ранее… то, чему девушка никак не могла подобрать имени…
Хорошо, что это непонятное и пугающее позади.
Советник Амбиогл учил свою дочь, что в искусстве переговоров главное — не сами слова, а то, что за ними скрывается. Недомолвки, странные фразы, паузы между репликами… Всё это может выдать истинные намерения собеседника. Скажем, Скорпион заявил: «Я получу всё, что мне нужно». Не «чего захочу» или там «чего потребую». Значит, бандит уже наметил какой-то план. Остаётся выяснить, какой именно.
Кайл терпеливо ждал ответа. Джамина задумчиво покивала, стараясь не отводить взгляда:
— Понимаю. Я действительно попала к тебе в зависимость. И что конкретно ты намереваешься от меня получить?
Этой ночью бодрствовала не одна Джамина. Куддар и его супруга Джеххана тоже не спали. Они принимали драгоценнейшего из гостей — убийцу Амбиогла.
Встреча эта не была оговорена заранее, а потому убийца нервничал. Впрочем, его сообщники тоже далеки были от спокойствия и благодушного настроения. Особенно это проявлялось у благороднорожденной госпожи Джехханы — женщина то кусала губы, то принималась нервно крутить на пальце тяжёлое кольцо с изумрудом, то глубоко вздыхала, пытаясь хоть немного успокоиться.
Куддар выглядел спокойней. Он давно привык вести тяжёлые переговоры, и сейчас не мог отделаться от странного чувства, что находится на одной из таких не слишком приятных, но совершенно необходимых встреч. Если вдуматься, так оно и было, просто обстановка казалась необычной. Да и повод для разговора не слишком-то радовал. Взгляд Куддара не отрывался от фигуры, закутанной в бесформенный плащ, который цветом почти сливался с окружающей тьмой.
Разговаривать в доме Куддар отказался категорически, так что супружеская чета принимала гостя в одной из шести беседок-павильонов, стоящих в саду возле дома. Сад велел разбить ещё покойный отец Куддара, и беседки появились тогда же. Душистые цветы обвивали стройные колонны, сплетаясь с виноградной лозой и формируя вечнозелёную крышу, на которой вили гнёзда певчие птицы. Тяжёлые виноградные гроздья так и манили к себе, и убийца рассеянно ощипывал одну из них, слушая разглагольствования Джехханы. Когда ему надоело, он резко оборвал женщину:
— Он мёртв, — слова падали в темноту тяжёлыми ртутными каплями. — Мёртв, говорю вам. Сдох. Одна из служанок видела, как он до дна осушил кубок, прежде чем закрыл дверь перед носом у любопытных.
— А потом другие рабы помогали седлать лошадей, когда он уезжал с Кушпой, — обрезал Куддар. — Думаешь, Хранитель мёртвых присоединился к моему брату уже в дороге?
Ночь скрывала усмешку на лице убийцы, но она явственно слышалась в его ядовито-ласковом голосе:
— Нет, такие глупости мне в голову не приходили. Слишком сильный яд, да ещё и доза — такой весь дом отравить можно было. Но подумай, что именно видели рабы? Точнее, кого?
Джеххана нахмурилась:
— Что ты имеешь в виду?
— Именно то, что сказано. Кого видели рабы? Господина? Или одного лишь Кушпу, раздающего приказы налево и направо, а рядом с ним — молчаливого человека, закутанного в плащ? Кушпа — личный раб Амбиогла, его требования так легко принять за хозяйские приказы…
— Ты… точно знаешь, что Амбиогл… или кто-то ещё, шедший с Кушпой, не показывал лица? — прервал убийцу Куддар и получил в ответ лёгкий смешок:
— Точно. Они видели одного лишь Кушпу. А тот, к слову, нёс огромный ковёр. Интересные нынче дорожные припасы у некоторых.
— Если так, то что же произошло? Кто вмешался? — почти прошептал Куддар. Убийца резко мотнул головой, голос стал свистящим от ярости:
— Не знаю! В вине было столько яда, что хватило бы одного глотка. Поэтому Амбиогл мёртв, это несомненно. Ну а что случилось дальше — спрашивать нужно не у меня, а у желтоглазой сучки, папенькиной дочки. Или, по-вашему, эта тварь не станет цепляться за отцовские денежки руками, ногами и зубами? Держите карман шире!
— Джамина? — имя было произнесено, его поглотила ночь. Джеххана пробормотала какое-то ругательство, а Куддар, напротив, успокоился и задумчиво усмехнулся: — Да, эта девочка способна на собственную игру. Братец и впрямь неплохо её обучил… к моему величайшему сожалению. Значит, по-твоему, она подменяет отца, помогает спрятать тело, а затем ломает комедию? Но долго ли она продержится?
Убийца хотел что-то сказать, но его опередила Джеххана:
— Пока не выскочит замуж, — в голосе женщины не было ни сомнений, ни колебаний. — Отыщет себе какого-нибудь остолопа, охмурит его, а там будет жить припеваючи на отцово наследство! Вот несносная дрянь!
— Мысль разумная, — степенно кивнул Куддар. — Но… вдруг мы ошибаемся?
На лице Джехханы появилась мрачновато-ироничная ухмылка. Женщина уже набрала в грудь воздуха для очередной ядовитой реплики, однако её опередил убийца:
— Мы не ошибаемся! Эта стерва способна и не на такое, так что всё верно. Надо мне было раньше догадаться… Ладно же. Вот что я вам скажу: найдите труп. И найдите быстро. Лучше, конечно, самого Советника Амбиогла, но сойдёт любой похожий. Сделайте это до Праздника луны, и тогда на самом празднике Джамину можно будет обвинить в убийстве отца!
— Что?! — лица Джехханы и Куддара вытянулись, супруги застыли в полнейшем недоумении. Убийца некоторое время наслаждался этим зрелищем, а затем захихикал. Смех не разрушил изумление сообщников, но позволил им совладать с собой.
— Представляете, какой кошмар? — голос убийцы почти срывался на визг. — Вот они, издержки чересчур вольного воспитания! Папочка так много позволял старшей дочурке…
— Постой! — Куддар замахал руками. — Погоди, это уже чересчур! Никто не поверит…
— Ну почему же, — голос Джехханы, вновь присоединившейся к разговору, был задумчив, а на лице блуждала рассеянная улыбка. — Люди склонны подозревать во всех грехах тех, кто не слишком походит на них самих. А Джамина… выделяется.
— Но доказательства… — Куддар беспомощно огляделся. — Нужны доказательства, а у нас их…
— А что если младшая сестрёнка со слезами на глазах поведает историю зверского убийства? — перебил убийца.
Воцарилось молчание, которое прервала Джеххана. Глаза женщины алчно блеснули в темноте:
— И младшая сестра… действительно эту историю поведает?
— Найдите труп, — повторил убийца. — Обшарьте весь Падашер и окрестности. Найдите хоть что-то — Кушпу, карету, обрывок плаща. Если не выйдет, то…
— Об этом не беспокойся, — Куддар уже овладел собой и теперь быстро просчитывал возможные варианты. — Если не выйдет — то в тюрьмах предостаточно… лишних людей.
Убийца резко кивнул — то ли словам сообщника, то ли собственным мыслям:
— На всё про всё у вас три дня. Поторопитесь — и через три дня мы навсегда избавимся от желтоглазой стервы!
Он развернулся и, не прощаясь, скрылся во тьме сада — лишь плеснул по ветру чёрный плащ, да вспорхнули с розового куста переполошившиеся пичуги. Джеххана на миг прикрыла глаза, затем глубоко вздохнула:
— Такая ненависть… Не скажу, что изумлена или сожалею, но подобной силы чувство меня несколько пугает. Даже любопытно, чем Амбиогл… или Джамина… Чем эти двое заслужили столь неистовую ярость?
Куддар нахмурился. Предстояло слишком многое сделать — в том числе, перепроверить слова убийцы. Если тот ошибся — или намеренно обманул подельников… Если Амбиогл заявится живой и здоровый на казнь старшей дочери…
Слова жены Куддар услыхал, однако сейчас они показались ему неуместными. Поэтому Джеххане досталось лишь слегка раздражённое пожатие плеч. Впрочем, на что-либо другое женщина и не рассчитывала — своего супруга она тоже неплохо успела изучить.
Когда чета достойнейших людей Падашера покинула сад, птицы вернулись было к прерванным занятием, но тут же прекратили и взволнованной стайкой вновь взмыли с веток — из-за соседнего куста выскользнула тоненькая, гибкая фигурка.
— Что же мне делать? — прошептала Амирана сквозь подступающие слёзы. — О Хольтар Всеблагой, как же мне поступить? Что делать?
Небеса молчали, лишь Эсамель Изменчивая холодно смотрела вниз, измеряя поступки смертных какими-то своими, недоступными обыденному пониманию, мерками.
Всё-таки разговаривать с аристократкой немногим тяжелее, чем на мельнице жернова ворочать. Вроде и запланировал всю беседу, выбрал фразы, которые должны напугать, лишить воли, сделать покорной игрушкой — а собеседница в ответ глядит совершенно спокойно да улыбается с иронией. И парирует довольно умно. А ведь связана и сама признаёт, что находится в полной власти похитителя!
Нет, хорошо Советник Амбиогл дочь воспитал, просто-таки отменно! И подумать только, что Скорпион сам, добровольно, собирается связать с этим вот счастьем всю дальнейшую жизнь! Не иначе, болезнь, которую Аштаркам явно подхватил от Далры, оказалась заразительной. Нужно было меньше времени в «Пьяном черепе» проводить.
Но ещё когда Джамина повествовала о том, как ловко ей удалось обстряпать дельце с трупом отца, у Скорпиона возникла идея. То ли блестящая, то ли безумная, то ли и то, и другое вместе. Осталось лишь выяснить, насколько она жизнеспособна.
Девчонке, конечно, план не понравится. В этом у Кайла не имелось ни малейших сомнений. Она будет горячо против, но смирится… по крайней мере, смирится, если хотя бы на две трети так умна, как пытается показать.
Проблема в том, что Скорпион с трудом верил в женский ум и рассудительность. И теперь приходилось одёргивать самого себя. Для исполнения плана требовалось сотрудничество Джамины — неважно, насколько добровольное, главное, чтобы действенное. Такое легче получить, когда рядом с тобой союзник, а не враг, которого ты принудил силой. А значит, чересчур давить на девчонку нельзя, и запугивать — тоже.
Мужчине Кайл обычно расписывал достоинства будущей сделки. То же самое следует сделать и в случае с дочкой Амбиогла. Ну а тот факт, что мужчине Кайл ничего подобного в жизни бы не предложил, лучше замять.
Кажется, Джамина почувствовала что-то. Беспокойно вскинула голову, уточнила:
— Речь ведь идёт о деньгах?
— И о них тоже, — Кайл беспечно махнул рукой. — В конечном итоге всё так или иначе сводится к деньгам, разве нет?
— Почти всегда, — улыбаться в ответ Джамина не спешила. Всё же удивительный у девчонки нюх на опасность! Вот это Советнику стоило бы у неё развивать, а не спесь и не желание ввязываться в авантюры. Ну теперь уже поздно, что выросло — то выросло, не Кайлу переделывать.
— Хорошо, — Джамине явно надоело ходить вокруг да около. — Назови свои условия.
Странно, но когда речь действительно пошла о деле, высказываться напрямик стало трудней. Как будто на язык набросили невидимые путы. Или это сказывается страх перед знатной особой?
Осознав собственную нерешительность, Кайл взъярился. Да что же это за напасть такая? Он что, боится связанной девчонки?
— Ты выйдешь за меня замуж.
Поначалу девчонка отреагировала предсказуемо: вытаращила глаза и неверяще выдохнула:
— Что?
Кайл мысленно вздохнул и приготовился выслушивать упрёки вперемешку с угрозами. В конце концов, пленница в своём праве. Выходить замуж за мерзавца из простонародья она не планировала, в этом не может быть никаких сомнений.
Он и не подозревал, насколько Джамина была близка к истерике. Или подозревал? В любом случае, дочь Советника Амбиогла испытывала гнев и растерянность. Да как он может? Что он о себе воображает? Безумец, совершеннейший безумец!
Но она сейчас в полной власти этого безумца.
Мысль была подобна ушату холодной воды. Истерика прекратилась, мысли стали ясными и холодными. До сих пор Кайл Скорпион вёл себя чрезвычайно рассудительно — по крайней мере, для человека, захватившего в плен наследницу знатного рода. Конечно, это ещё ничего не означает — сумасшедшие часто производят впечатление уравновешенных и уверенных в себе людей, отец как-то предупреждал… Но в любом случае, стоит попробовать переубедить бандита вескими доводами. Для начала.
Ведь почему-то он решил, что его немыслимая, невозможная затея сможет выгореть!
А раз так — всегда полезно узнать мысли противника. Так, по крайней мере, ясней начнёшь представлять ситуацию.
И Джамина, сделав несколько глубоких вдохов, задала вопрос, который самой ей казался почти кощунственным:
— Ну и как ты себе это представляешь? Я имею в виду, наш брак.
Кажется, бандит был несколько озадачен. Он внимательно посмотрел на пленницу и медленно, словно пробуя на вкус каждое слово, произнёс:
— Я рад, что сама идея не вызывает в тебе отвращения.
О, она вызывала, и ещё как вызывала! От мысли о браке с подобным чудовищем становилось дурно. Но думать об этом Джамина строжайше себе запретила. Взамен сказала, стараясь, чтобы голос звучал спокойно и задумчиво:
— Ты ещё не поведал мне свою идею, откуда же мне знать, что я испытываю по отношению к ней? Но если уж говорить начистоту — я не уверена, что ты реально оцениваешь все трудности подобной… сделки.