Проснувшись поздним утром, я позавтракал и перечитал системные сообщения вчерашнего вечера. Дошел до конца и вернулся к одному из первых, когда после убийства псов вампира прикончил его самого.

«Вы совершили невероятное — остановили чужой файербол в полете, усилили его энергию и направили обратно. Награда за достижение: 800 очков Дарований».

Есть над чем поразмыслить… А не слишком ли часто я совершаю невероятное? Впервые я отличился в схватке с Хонором на Треугольной площади. Потом — в бою с Раймондо, когда приласкал его дубиной лесовика и поломал классовое паладинское заклинание. И вот теперь…

Конечно, «невероятное» не значит «невозможное». Иначе у системы не оказались бы припасены поощрения для каждого конкретного случая. Тем не менее это что-то выходящее за границы обычного; а их нельзя нарушать слишком часто. Особенно одному и тому же человеку.

«Ваша способность „??????????????????“ увеличивается на „?????“ пунктов, — прочел я следующее сообщение. — Развивайте навыки „??????????“ и „??????????“, чтобы ее усилить».

Впервые странная способность с вопросительными знаками вместо названия появилась после совершения невероятного во второй раз. Теперь окрепла и начинает обрастать скиллами.

Я со смутной надеждой посмотрел на Люцифера, хотя и понимал, что уж тут-то он мне точно не поможет разобраться. Помощник у меня бесценный, однако эта задача за пределами не только его знаний, но и представлений. Я не сомневался, что способность «??????????????????» имеет прямое отношение к моей скрытой сущности. Та, в свою очередь, наследие прошлой жизни. Герхард, помнится, убеждал герцога, будто я принес с собой в этот мир «нечто», свойств которого он не понимает и которое не отображается в моем профиле. Видел бы он профиль сейчас. Раньше там действительно ничего странного не было. Теперь есть.

Я находил этому лишь одно объяснение. Версум создала моя собственная цивилизация, — но процесс был долгим, и ему предшествовало множество событий. Человечество развивало не только игровые технологии, но и многие другие. И к моменту возникновения Версума настолько изменилось с их помощью биологически и психологически, что людей современного мне типа не осталось. Ни одна из здешних вселенных на них не рассчитана — как, например, общество моего времени не было рассчитано на присутствие в нем неандертальцев.

Система Вселенной Дагора попросту не знает, что со мною делать. Она пытается классифицировать мои способности и навыки привычным ей способом, втискивает меня в какие-то рамки, и обычно у нее получается. Но потом она сталкивается с тем, что у меня есть, а в мире Демиургов отсутствовало. И заходит в тупик.

Что же такое у меня имеется, от чего люди будущего отказались?

Тут в тупик зашел уже я.

Мало ли от чего они могли отказаться и по каким причинам. Очевидно, информации об этом не сохранилось. Или она казалась настолько незначительной, что ее и сохранять не стали. Или, напротив, была настолько опасна, что ее сознательно уничтожили, отрезая возврат к прошлому и любые копания в нем. Между этими двумя крайностями можно втиснуть сколь угодно много вариантов разной степени достоверности, конспирологичности, гениальности и дебилизма. Полный простор для фантазии.

Но фантазию мне разве надо прокачивать? Вроде не надо.

Я встал и отправился посмотреть на следы Собирателя душ при дневном свете. Люцифер ко мне присоединился. Ночные падальщики трупы собак не тронули. Дневные к ним тоже не спешили. Даже вороны. Как и к трупу лошади. Зря мы вчера с нею мучились — смело могли бы перенести квест на сегодня.

Постояв на месте исчезновения Собирателя, мы пошли туда, откуда он явился. До того, как существо вошло в реку, его следы напоминали человеческие, только вдвое больше.

Трупы ветеранов также никто не съел — Собиратель всех распугал. А вампира хищники и без него не тронули бы. После моего эксперимента с монетой кровосос выглядел неаппетитно: не то мумия, не то обгорелая головешка. Собиратель материализовался шагах в десяти от него. Трава там завяла, на кустах рядом пожелтели листья. При мысли о том, какой встречи мы избежали сегодняшней ночью, мне стало очково. Существо к нам в лагерь не заглянуло; но ведь могло и заглянуть.

— В книге Ганса есть заклинание для создания эликсира из сердца боевой собаки, — сказал я. — Он вроде укрепляет дух. Подходит как воинам, так и их маунтам. А мертвых собак у нас целых пять.

— Хороший эликсир, — кивнул Люцифер. — Этьен готовил его при любой возможности. Полистай книгу еще: раз там есть это, должно быть и заклинание для зелья из сердца боевой лошади.

— Обязательно посмотрю.

Нужная абракадабра действительно нашлась через две страницы. Осталось собрать недостающие растительные ингредиенты для обоих снадобий.

Пустых склянок в процессе восстановления после плена у меня накопилось достаточно. Среди вещей вампира нашелся маленький футляр с инструментарием для походного колдовства. Стоил он, наверно, прилично. Каждая из шести стенок представляла собой крышку, и при открывании любой сразу выяснялось, что внутри девайс гораздо больше, чем снаружи. И в него можно с легкостью впихнуть невпихуемое, причем неоднократно, а вес футляра при этом не увеличивался. Эх, скоро я себе такой набор начинающего мага соберу — любой обзавидуется!

Следующие два часа я собирал в лесу травки, цветочки, и сдирал кору с деревьев. Система обрадовалась моему рвению и подсказывала свойства незнакомых растений в восьми случаях из десяти. Я так увлекся, что занялся собирательством про запас, почитывая то книгу Ганса, то базу знаний. Укрепление духа — это хорошо, однако о прочих нуждах тоже забывать не стоит. Тем паче что среди гинкмарской флоры попадались экземпляры, мимо которых не пройти:

«Сифилистник вонючий. Используется для исцеления от венерических заболеваний».

Цветок с таким названием я бы взял просто на память, а лекарственный точно надо брать. Девушек у меня не было с последней встречи с Жюстиной, и когда на Разбойничьем тракте дорвусь, конечно, буду неразборчив. Настойка сифилистника может стать настоящим спасением в случае попадалова.

Превратившись в ходячий гербарий, я переквалифицировался в патологоанатома. Вскрытие собак трудностей не представляло, а с лошадью повозился. Знающий чародей все трупы разобрал бы на ингредиенты, включая ветеранов и вампира, ну а мне пришлось удовольствоваться малым. Возвратившись в лагерь, я взялся за колдунство. Предварительно потренировался на простеньких травных зельях — и все равно запорол два собачьих эликсира из пяти. Зато лошадиный вышел нормально, и я тут же угостил им Люцифера.

Остаток дня посвятил осмотру и упаковке трофеев. Шлем Прола пришлось чистить от налипших к нему внутри горелых мозгов. Все пробитые файерболами доспехи доставили похожие хлопоты. Шлем вампира оказался занятным — прямые солнечные лучи не проникали внутрь него даже при поднятом забрале. Расовых ограничений горшок не имел, и я чуть было не заменил им шлем виконта, чтоб заполучить возможность лихо сражаться лицом против солнца без опасности ослепления. Однако после сравнения остальных характеристик обоих предметов отказался от затеи. А лук кровососа, конечно, забрал. По-настоящему эффективным он становился лишь при стрельбе заговоренными стрелами, но позволял использовать и обычные.

Прибыль с ветеранов деньгами составила тридцать восемь золотых, пятьдесят пять серебряных и сто двенадцать медных монет. С вампира — больше сотни золотом, а серебра у него, естественно, не оказалось. Как и меди. Вампиров слишком легко вычислить любому торговцу или трактирщику по нежеланию принимать серебро, даже если в профиле не видна раса. И многие кровососы совсем не берут сдачу, разыгрывая из себя богачей вне зависимости от уровня благосостояния.

Однако мой вампир вправду был богат. Он носил множество браслетов, колец и ожерелий с крупными драгоценными камнями. Ценность побрякушек еще более увеличивала магическая начинка, но я не знал, удастся ли продать их по реальной стоимости. Возможно, придется сбыть как обычные украшения, или даже дешевле. На вамп-вещички нелегко найти перекупщика. А с непосредственными потребителями слишком опасно заключать сделки. Поскольку ты для них прежде всего еда.

У представителей всех рас сложные отношения с вампирами, чтобы не сказать хуже. Начать с того, что сами они в другой ипостаси тоже бывают всех рас, а из кого кровушки попить — не разбирают. Еще их боятся из-за техник подчинения. В общем, вампиров ненавидят и в их собственных землях, большая часть населения которых отнюдь не вампиры. А уж в чужих… И мало кто отваживается торговать с ними, чтоб не навлечь на себя всеобщее презрение и недовольство. По крайней мере в цивилизованных местах. Как будет на Разбойничьем тракте — посмотрим.

Собачьи доспехи упаковал отдельно. Как раз комплект на малую свору. Может, кто возьмет все сразу.

Интересно, а на кошек латы бывают? Я представил себе кошку в кольчатом железе. Потом в пластинчатом. Последний вариант понравился больше. Потом я мысленно приспособил на спину животному маленькую пушку. Жаль, что во Вселенной Дагора порох запрещен, — получилась бы бронированная огнестрельная кошка, гроза не только мышей.

Доспехи кобылы подошли Люциферу хорошо. Некоторые пластины, помятые ударами его же копыт, после лучше выправить, кое-что подогнать в мастерской, но в целом бард приемлемо сидел на нем уже сейчас. А окончательную пригодность проверим в походе и первом же бою. И пусть носит, если ничего лучше не добудем.

Судьба решила подарить нам день без происшествий. И такую же ночь. Наутро мы перешли перекат и углубились в лес на другом берегу реки. Часам к одиннадцати вышли на полянку, посреди которой торчал трухлявый пень. Только подойдя к нему вплотную, мы обнаружили, что на самом деле это сидящий на камне человек. Худощавый парень двадцати пяти лет, от силы двадцати семи, экипированный как охотник на монстров… или на дезертиров. Конечно, он использовал маскировку, которую теперь снял. Это какие способности надо иметь, чтобы достоверно прикинуться пнем, причем не в зарослях, а на открытом пространстве? Я заглянул в профиль незнакомца, и увидел там много чего, однако мозг информацию не воспринял, так как ее всю затмил уровень — восемьдесят третий.

Восемьдесят третий!

Восемьдесят третий!!

Восемьдесят третий!!!

Нам конец.

Парень слегка опередил в развитии герцога Каритекского. На полянке он поджидал не кого-то, а именно нас, удобно устроившись на нашем маршруте и сделав встречу неизбежной. Что теперь предпринять, я и представить не мог. Люцифер, судя по его замешательству, тоже.

— Приветствую тебя, Иван! — сказал парень, поднимаясь с камня. — Меня зовут Айк. Прошу прощения, что задерживаю, — ты, конечно, спешишь. Но не могли бы мы поговорить? Мне хочется узнать у тебя кое-что — само собой не бесплатно.

Он доброжелательно улыбнулся и умолк, ожидая ответа. Я пребывал в замешательстве. Захват беглых преступников так не начинают. Или это какая-то хитрая тактика? Но зачем она Айку при таком превосходстве?

Я еще раз пробежался по его профилю. Что-то мне там показалось странным, только я с первого захода не уловил, что. Ага, вот оно:

Раса — проклятый.

При этом выглядел Айк как человек. Тоже маскировка? Однако и в профиле значится: вид — человек. Личина?

— Тебя смущает моя внешность? — догадался Айк. — Но проклятые при понижении не обязательно превращаются в животных или полуживотных. Все зависит от того, кем ты был, когда тебя прокляли.

— Ясно, — сказал я, хоть мне было ничего не ясно. — На разговор согласен. Правда, не понимаю, чего могу тебе сказать полезного.

— Я слежу за тобой со дня побега из Каритека, — сообщил Айк. — Честно говоря, восхищен твоими успехами. И не прочь найти объяснение им. Наверно, ты знаешь, насколько затруднено развитие на высших уровнях. Для меня имеет большое значение все, что только способно помочь продвижению. И я подумал: не отыщется ли в истории твоей жизни какая-то зацепка? Что-то такое, от чего я мог бы оттолкнуться и ускорить собственный прогресс? Взамен я обещаю проводить тебя до Разбойничьего тракта. Гарантирую, что мы доберемся туда без нежелательных приключений. Мило беседуя по дороге о разных занимательных вещах.

— Предложение стоящее, — пробормотал я. И уточнил: — Для меня. А ты, боюсь, будешь разочарован. Секрет под моими успехами действительно есть. Но, кажется, такой, которым не воспользоваться никому кроме меня. Да и я им пока распоряжаться не научился. Скорее, он распоряжается мной.

— Спасибо, что предупредил, — сказал Айк. — Но даже если обстоятельства в самом деле таковы, я все равно хотел бы узнать подробности. Знания обладают свойством не только накапливаться, но и производить новые знания, иногда совершенно иного качества. Прежние, казавшиеся бесполезными, вдруг порождают полезные… Я в любом случае не рискую ничем, кроме времени, которое потрачу. Однако и его заполнит общение с тобой, — а я чувствую, что нам будет приятно общаться.

— Тогда по рукам, — улыбнулся я. — Только потом не обижайся, если все к приятному общению и сведется.

Я испытывал огромное облегчение от того, что Айк оказался миролюбив. Сложись иначе, нам действительно пришел бы конец, звездец и трындец.

А еще необычный высокоразвитый проклятый мне нравился. Опасности для нас в его любопытстве не виделось. Ну какой может быть вред, расскажи я ему все без утайки? А именно так я и собирался поступить. Во-первых, врать при нашей разнице в уровнях и способностях бесполезно: в коротком разговоре это, возможно, пролезло бы, но в долгих беседах с перерывами на необходимые походные дела, а значит, на раздумья, он меня на чем-то да поймает. Во-вторых, я просто не видел причин вводить нового знакомца в заблуждение. Зачем? Интерес Айка сугубо личный — дальше него инфа не пойдет. И как-то не верилось, что он попытается использовать полученные сведения против меня. С одной стороны — причин никаких, а с другой… Герхард с самого начала догадывался, откуда я, — сильно ему это помогло?

Рано или поздно многие узнают тайну моего происхождения. Первые на очереди — тимойские маги, у которых с Герхардом конфронтация. Не исключено, что они уже знают. И я был бы не прочь спрогнозировать их реакцию, понаблюдав за реакцией Айка, когда поведаю ему подробности моего появления в Версуме. Насколько важным он это сочтет? Он ведь до наложения на него проклятья был бессмертным. А то и полубогом. Его мнение, высказанное или не высказанное, многого стоит.

Обещанная Айком плата за разговор была для меня самой настоящей манной небесной. Легко планировать кач за счет охотников, пока с ними не встретился. А сейчас я уже чувствовал себя серийным убийцей. Собственно, им и стал. Конечно, в средневековой игровой вселенной так и полагается, если твой перс — воин; да только совсем недавно я был самым обычным человеком, не совершившим в жизни ничего особо криминального. И столь резкий переход от относительного миролюбия по отношению к себе подобным к их хладнокровному ежедневному мочилову, по одному и целыми пачками, плохо отражался на моем мироощущении. Когда при взгляде на ближнего сразу начинаешь думать, как сделать из него труп, это не есть хорошо. Ведь вот, прямо сию минуту передо мной стоит ближний, который легко может сделать труп из меня, но не делает и не намерен делать. Так не стоит ли зарыть топор войны и передохнуть? Правда, избегая схваток, я прекращу и уровни набирать, — но это же временно.

— Лучше сразу выдам тебе главное, — сказал я Айку. — Некоторые думают, что я с другого Мирового Острова. Они не правы. Я сам поддерживал их в этом заблуждении, дабы избежать лишних расспросов. Но я не с другого Острова, и даже не из другой вселенной Версума. Я из соседней реальности, причем из далекого прошлого. Ну как — все еще думаешь извлечь из этого пользу?.. Тогда пошли, и клянусь поведать тебе остальное со всеми подробностями. По пути, как и договорились. В необременительной для обоих форме.