«Идеальная пара! Да как посмел Кристо притворяться, что это так!

Эмма лежала в кровати, размышляя. Как она ни старалась, заснуть не получалось.

К ее ужасу, ей пришлось поужинать этим вечером наедине с Кристо, потому что Антее пора было ложиться спать, ее няня предпочла остаться с ней, а Дора наотрез отказалась присоединиться в столовой к хозяевам, потому что прежде так было не принято.

Кристо был само очарование. Он напомнил Эмме того мужчину, который ухаживал за ней в Австралии. Он нахваливал виллу и приготовленную Дорой еду. Трудно было поверить, что это тот же самый человек, который совсем недавно угрожал Эмме, чтобы заполучить ее шантажом в свою постель. Но больше она не поймается на удочку его обаяния! Кристо может казаться внимательным, но в его груди бьется холодное сердце, которое оттаивает лишь тогда, когда речь заходит о его племяннице и, кажется, о его сводной сестре — что-то было такое в его тоне, когда он говорил о ней.

Эмма перевернулась на бок и взбила подушку, пытаясь улечься поудобнее. Мысли о Кристо по-прежнему не давали ей уснуть. Эмма нервничала из-за того, что он находится под одной с ней крышей, и возмущалась, что Кристо чувствует себя на вилле как дома, словно был тут приглашенным гостем, а не ненавистным мужем.

Ну вот опять Эмма вздрогнула от этого слова — «муж». И все же она всегда была предельно честна с собой и не могла не признать, что сегодняшний день доставил ей удовольствие.

Эмме понравилось беседовать с Кристо — обсуждать с ним Антею, выслушивать его мысли, заставлять его всерьез воспринимать ее мнение.

Это напомнило ей их общение в Мельбурне, когда Кристо казался таким заботливым, интересующимся Эммой. Еще недавно она была уверена, что такое поведение было лишь притворством, но теперь ее мучили сомнения.

Эмма закусила губу и подумала: «Кажется, я хожу по кругу». Она не могла больше доверять Кристо, и при этом, несмотря ни на что, ее влекло к нему.

Эмма откинула одеяло, встала и надела халат. Пройдя через комнату, она вышла на балкон, пытаясь заставить себя перестать думать о Кристо. Можно даже просто считать звезды — это отвлечет ее от мыслей о муже хотя бы на час или два.

Луна висела тонким серпом в чернильном небе, усеянном тысячами звезд. Эмма подошла к перилам и глубоко вздохнула. Она и не понимала раньше, как сильно скучала по Корфу, пока не вернулась сюда.

Эмма зажмурилась и вдохнула такой знакомый и привлекательный пряный аромат цветов, смешанный с запахом моря.

— Привет! Не можешь уснуть? — раздался вдруг голос Кристо — мягкий, вкрадчивый.

Она повернулась, одной рукой схватившись за перила, а другой машинально сведя на груди полы халата.

Муж стоял на балконе чуть поодаль. Таким Эмма никогда прежде его не видела. Освещение было слишком тусклым, чтобы понять выражение лица Кристо. Зато можно было прекрасно рассмотреть, что на нем из одежды были только свободные брюки с низкой посадкой, которые, казалось, вот-вот соскользнут со стройных бедер.

Эмма сглотнула и перевела взгляд в сторону моря, но перед глазами по-прежнему стоял обнаженный торс Кристо. Этот мужчина, даже полностью одетый, казался настоящим красавцем, но полуголый он выглядел совершенно потрясающе! Эмма так часто мечтала увидеть его обнаженным, но до этого момента даже не представляла, насколько привлекательное у Кристо тело. Только сейчас она осознала, что не переставала желать этого мужчину.

Эмма смотрела на море, стараясь вернуть себе самообладание, но кровь по-прежнему стучала в ушах, а внутренний голос твердил о том, что она хочет Кристо.

— Что ты здесь делаешь?

Она немного повернула голову, стараясь не смотреть на него.

— Как и ты, не могу уснуть. Может, нам следует найти общее занятие, которое нас хорошенько утомит?

Эмма проигнорировала веселье в голосе Кристо и его вопиющий намек, но уже не могла дольше не обращать внимания на жар, охвативший все ее тело, — словно она внезапно утратила рациональное мышление.

Эмма презирала Кристо, не хотела больше его видеть, однако ее давнее влечение к нему, разбудившему в ней чувственность, все еще не умерло.

— Я хотела спросить, что ты делаешь здесь, в этой части дома? Ведь тебе подготовили другие комнаты.

— Они просто очаровательны, но совершенно мне не подошли.

Эмма собралась повернуться, чтобы взглянуть на Кристо, но передумала и вместо этого крепко вцепилась в перила, стиснув зубы.

— Почему эти комнаты тебе не подошли?

— Потому что я спросил Дору, где твоя спальня, и сказал ей, что хочу спать по соседству с тобой. Я отказываюсь спать так далеко от моей жены! Ты ведь сама сказала, что мне нужно налаживать отношения.

— Я говорила о тебе и Антее.

— Но нам с тобой это тоже требуется, Эмма. Его голос звучал так же сладко и интимно, как когда-то в прошлом. Но теперь ее уже было не обмануть.

— Нам нет необходимости налаживать отношения, потому что наш брак — всего лишь видимость, и он продлится только двенадцать месяцев.

— Ты ведь знаешь, что наш брак — не фикция. Между нами есть нечто большее.

Не сдержавшись, Эмма повернулась к Кристо. Оказывается, он подошел так близко, что она могла при желании дотянуться до него рукой.

Эмма подняла взгляд и увидела блеск в глазах мужа.

— Больше ничего не будет, — заявила она. — Я не стану подписывать твой контракт!

Кристо медленно покачал головой:

— Я говорю вовсе не о контракте. Я говорю о том, что мы с тобой хотим друг друга.

— Уже нет.

— Обманщица, — тихо шепнул он, и это обвинение пронзило сердце Эммы.

Кристо прав. Здесь, в интимной темноте, Эмма чувствовала тысячу доказательств этому.

— Я не хочу тебя, Кристо! — солгала она.

— Неужели? А я могу доказать, что это не так. Он подвинулся еще ближе, и сердце Эммы подпрыгнуло.

— Не подходи! — Она протянула руку ладонью вперед. — Я не собираюсь спать с тобой!

Расслышал ли Кристо ложь в ее голосе? По крайней мере, он больше не пытался приблизиться. К удивлению Эммы, Кристо повернулся, оперся на балюстраду и устремил взгляд на море.

Эмма залюбовалась его профилем: красивый нос, сильная челюсть, черные волосы, которые выглядели растрепанными, словно Кристо просто расчесал их пальцами.

— Не смотри на меня так, — внезапно произнес он. — Я ведь говорил тебе, что никогда не стану заставлять женщину. Я подожду, пока ты сама придешь ко мне.

Эмма открыла рот, чтобы заявить, что этого никогда не произойдет, но промолчала.

— Значит, тебе сейчас не нужен контракт? — небрежным тоном спросил Кристо, словно вопрос, станет ли спать с ним Эмма, представлял для него лишь незначительный интерес.

— Я не хочу заключать такой контракт, который ты мне предлагаешь.

— Ах вот как! Но по-прежнему хочешь заполучить все остальное.

— Эта собственность по праву принадлежит мне! По крайней мере, должна была принадлежать мне, если бы ты не втерся в доверие к моему дедушке!

И как только Кристо Каридес сумел провести настолько опытного бизнесмена, каким был ее дед? Эмма не могла этого понять. Возможно, здоровье дедушки чересчур ухудшилось к концу жизни и разум потерял былую остроту.

— Расскажи мне об этом месте. — Тихий голос Кристо вернул Эмму в реальность.

Она напряглась и спросила с подозрением:

— Почему ты хочешь это знать? Я думала, что твоя компания занимается только коммерческой недвижимостью.

— Расслабься. Я просто хочу знать, почему эта вилла так важна для тебя, — я чувствовал это по твоему голосу, когда ты рассказывала о ней в Австралии. — Он помолчал и добавил: — Здесь ты, кажется, совсем другая.

Эмма нахмурилась:

— Другая?

— Более уверенная в себе.

Она покачала головой, выпрямилась и повернулась лицом к своему заклятому врагу.

— Я та самая женщина, какой была всегда. Ничего не изменилось. Ты искал себе серую мышку, тихоню, поэтому верил всему, что дедушка рассказывал обо мне.

— А твой дедушка в тебе ошибался? — В голосе Кристо вместо раздражения почему-то слышалось любопытство.

Эмма пожала плечами:

— Он думал, что я слабее, чем кажусь. В детстве я была хилым ребенком, страдала от астмы. Хотя с возрастом болезнь прошла, дедушка не хотел в это верить и постоянно опекал меня. Он так обо мне беспокоился, что я научилась не противоречить ему в тех вопросах, которые были для меня не важны.

Это привело к тому, что Эмма пошла по пути наименьшего сопротивления. Возможно, если бы она чаще противостояла дедушке, он бы не убедил Кристо, что его внучка станет идеальной женой-домоседкой.

— Я не позволю вытирать об себя ноги!

— Это я уже понял. — Эмме показалось, что в голосе Кристо прозвучало одобрение. — А теперь расскажи мне про виллу.

Эмма удивилась. Почему Кристо спрашивает об этом? С другой стороны, разговаривать с ним лучше, чем ссориться. Эмма никогда не любила споры. Обнаружив, что глазеет на широкие плечи и мускулистое тело Кристо, освещенные светом звезд, она отвернулась, устремив взгляд вдаль.

— Дедушка и бабушка познакомились здесь, на Корфу. Дедушка приехал на свадьбу друга, а бабушка решила провести здесь отпуск. Уже через неделю они были помолвлены, а спустя три месяца поженились.

— Твой дед был решительным человеком.

— Влюбляться с первого взгляда — это наша семейная традиция. Мои тетя и дядя поженились спустя четыре месяца после знакомства, а папа с мамой — через два месяца.

Эмма осеклась, запоздало осознав, что и ее свадьба тоже была скоропалительной. Она влюбилась в Кристо в рекордно короткий срок, потому что искренне ему поверила, а может, потому, что считала: влюбиться с первого взгляда — совершенно разумно. Но теперь она поняла, насколько опасна эта иллюзия.

Открыв глаза, Эмма обвела взглядом знакомую береговую линию, ароматный сад и склон холма, заросший оливковыми деревьями.

— Моя бабушка полюбила этот остров с того момента, как дедушка впервые привез ее сюда. Она была садоводом, и ей нравилось любоваться выращенными ею растениями.

— Так они жили здесь — твои бабушка и дедушка?

Эмма покачала головой:

— Они приезжали сюда только несколько раз в год. В основном они жили в Афинах, а после перебрались в Австралию. Дедушка был бизнесменом, не мог жить на острове — ведь тогда еще не существовало возможности работать удаленно, через Интернет. Но эта вилла всегда была любимым местом для дедушки и бабушки. Даже когда они переехали в Мельбурн, все равно постоянно возвращались сюда. Мы приезжали всей семьей.

— Так, значит, эта вилла имеет для тебя большую ценность благодаря связанным с ней воспоминаниям?

Эмма молча кивнула, удивляясь пониманию, прозвучавшему в голосе Кристо. Она не могла поверить, что ему не чужда сентиментальность. Некоторые из самых счастливых воспоминаний ее жизни были связаны именно с Корфу и теми драгоценными годами, когда ее родители еще были живы.

Эмма сделала глубокий вдох и постаралась сосредоточиться на реальности.

— Это просто красивая старая вилла. А еще это актив, который я могу использовать, чтобы обеспечивать себя.

Она не собиралась признаваться, как много значит для нее этот дом. А вдруг Кристо попытается использовать это признание в своих интересах?

— Значит, ты полна решимости стать независимой?

— Я всегда собиралась это сделать, — ответила Эмма. — У меня есть диплом в области бизнеса и менеджмента.

А еще у нее имелся опыт работы на полставки организатором мероприятий, а затем свадебным распорядителем. Но работать на полную ставку она не могла, потому что должна была одновременно заканчивать учебу и ухаживать за дедушкой.

— Конечно, я буду работать!

— Некоторые женщины считают, что жениться на богаче — это отличная ступенька в карьере, потому что больше никогда не придется ударить палец о палец, чтобы заработать себе на жизнь.

Эмма вдохнула так резко, что ощутила боль в груди, повернулась к Кристо и возмущенно воскликнула:

— Ты!.. — От ярости слова застряли у нее в горле, и она в отчаянии ткнула Кристо пальцем в грудь. — Ты!..

Его теплые пальцы переплелись с ее пальцами, и от этого прикосновения вверх по руке Эммы словно пробежал огонь, заставив ее затрепетать.

— Ты обвиняешь меня в том, что я вышла за тебя из-за твоих денег?!

— Откуда мне знать наверняка, что это не так? Бесстрастный голос Кристо еще больше подстегнул ярость Эммы.

— Моя семья, возможно, не так богата, как твоя, но мы не голодранцы! По крайней мере, мы были достаточно состоятельными, пока ты не втерся в доверие к моему дедушке. Но даже если бы у меня на счете в банке не было ни цента, я все равно никогда не вышла бы замуж за мужчину ради того, чтобы получить доступ к его деньгам!

Эмма почувствовала, как Кристо обнял ее, но она была больше обеспокоена тем, чтобы убедить его, что он ошибается.

— И чем ты можешь это доказать? — невыносимо спокойным тоном спросил Кристо. — Так поступают все женщины.

Эмма с удивлением осознала, что уже второй раз он говорит о женщинах, хладнокровно преследующих мужчин ради их состояния. Внезапно она подумала о том, как сложно богатому холостяку узнать наверняка, любит женщина его самого или ее притягивает его банковский счет. «И все же это не дает Кристо права использовать меня ради своего удобства или обвинять во лжи!» — напомнила себе Эмма.

— Может, кто-то так и поступает, но не я. Я точно не охотилась за твоими деньгами, Кристо Каридес, и не пыталась обманом заставить тебя жениться на мне.

— Если ты вышла за меня не из-за моих денег, — медленно произнес он сладким тоном, — то тогда почему ты согласилась стать моей женой? Эмма не ответила на вопрос, потому что понимала: сказать правду означает признаться в том, что влюбилась в Кристо.

— Этот разговор никуда нас не приведет. Все уже в прошлом…

— Наоборот, этот разговор становится все интереснее! — Кристо наклонился к Эмме, словно пытаясь прочесть эмоции на ее лице. — Скажи, почему ты вышла за меня замуж?

Внезапно она осознала, что находится опасно близко к Кристо.

— Я хочу вернуться в комнату.

Не обращая внимания на ее слова, он продолжал:

— Может быть, ты вышла за меня из-за этого?…

Кристо притянул Эмму к себе. Она громко выдохнула и положила ладони ему на грудь, чтобы оттолкнуть от себя.

Но, опередив ее, он взял Эмму за руку и прижался ртом к ее ладони.

Эмма ощутила наслаждение от прикосновения на удивление мягких губ, и ее мгновенно пронзило желание. По телу пробежала сладкая дрожь.

Эмма знала, что должна бороться с этой слабостью. Но тут Кристо наклонился еще ниже и поцеловал ее запястье, отчего по жилам Эммы словно побежали искры.

Проблема была в том, что у Эммы почти не имелось опыта романтических отношений с мужчинами. В восемнадцать лет, учась в университете, она встречалась с одним парнем, но у них дело не зашло дальше нескольких поцелуев, потому что Эмме пришлось срочно уехать домой из-за внезапной смерти бабушки.

Эмма не знала, как противостоять столь эротическим ласкам, и не умела подчинить себе чувственность, наконец проснувшуюся в ней.

Стиснув зубы, она толкнула Кристо свободной рукой в грудь. Это не помогло. Он проложил цепочку поцелуев по обнаженному предплечью Эммы, выглядывающему из широкого рукава ее халата.

Кристо держал Эмму некрепко, и при желании она могла бы выдернуть руку из его пальцев — если бы смогла найти для этого достаточно силы воли.

Но Эмма застыла, наслаждаясь чувственными ощущениями, вызванными этими невероятно интимными поцелуями. У нее перехватило дыхание, в ушах застучала кровь.

Когда губы Кристо добрались до локтя Эммы, она напряглась, словно парус яхты, туго натянутый на ветру, уже не пытаясь больше оттолкнуть Кристо от себя. Вместо этого Эмма растопырила пальцы руки, лежащей на его твердой груди, впитывая знойный жар его тела.

— Прекрати сейчас же! Я не буду спать с тобой, Кристо!

Это восклицание привлекло его внимание. Он поднял голову, и даже во мраке Эмма уловила блеск глаз Кристо. Не говоря ни слова, он медленно лизнул сгиб ее локтя.

Колени Эммы чуть не подкосились. Она негромко застонала, сама не веря своим ушам.

Эмма собралась уже потребовать, чтобы Кристо отпустил ее, когда почувствовала, как он нежно прикусил ее кожу, а после впился в нее поцелуем.

Эмма закусила губу, чтобы снова не застонать. Она прежде и понятия не имела, что такое обычное место, как сгиб локтя, может быть настолько чувствительным.

Ласка Кристо заставила ее ощутить себя готовой к сексу. Если бы она последовала сейчас своим животным инстинктам, то начала бы тереться о него, умоляя его довести дело до конца. Собственная слабость напугала Эмму.

— Я ведь сказала, что не хочу спать с тобой! — заявила она, но ее голос дрожал.

Вместо того чтобы отступить, Кристо провел пальцами по ее щеке. Чтобы разорвать этот контакт, Эмме нужно было всего лишь откинуть голову назад на пару сантиметров, но она не могла этого сделать и продолжала стоять, словно загипнотизированная лаской длинных пальцев Кристо, которые творили волшебство каждым своим касанием.

— Я тебе не верю.

Эмме удалось заставить себя отпрянуть, но Кристо подался к ней. Она чувствовала его теплое дыхание на своей щеке и тепло его тела, прижатого к ее телу. Затем теплые губы Кристо коснулись ее подбородка — так нежно, что Эмма подумала, не вообразила ли она себе это. Но ошибки быть не могло: его губы проследовали к уху Эммы, а после — к ее губам.

Все мысли разом вылетели из головы Эммы. Она затаила дыхание. Ее руки прижались к голому торсу Кристо. Гладкая кожа и упругие мускулы словно приглашали их исследовать.

Кристо поцеловал Эмму в уголок рта, затем замер. Ее губы дрожали от ожидания полноценного, страстного поцелуя. Ей хотелось, чтобы ее закружил вихрь восторга, о котором она лишь читала в любовных романах.

Пусть даже Эмма ненавидела Кристо, но она не сомневалась, что этот мужчина сможет разогнать ужасный грызущий голод внутри. Голод, который вызвал он сам. Все, что ей нужно было сделать, — это лишь…

— Скажи это, Эмма! Пригласи меня в свою постель! Ведь ты хочешь меня. Я подарю тебе блаженство.

В этом Эмма не сомневалась. Но что будет потом? Разве сможет она уважать себя, ходить с гордо поднятой головой?

Она позволила Кристо заманить себя в романтическую фантазию, которая не имела ничего общего с реальностью.

Через несколько секунд Эмма обнаружила, что стоит в дверях своей спальни, скрестив руки на груди, словно пытаясь помешать себе снова приблизиться к Кристо. Она не могла вспомнить, когда все-таки уговорила себя шагнуть назад. Должно быть, сработал некий первобытный инстинкт выживания, настолько глубоко похороненный в ее душе, что Эмма повиновалась ему, сама того не понимая.

Ибо теперь у нее не осталось сомнений в том, что Кристо — самый опасный человек из всех, кого она когда-либо встречала. Он был не просто хитрым и безжалостным, он пробудил в Эмме желание, и теперь ее тело сосредоточилось на нем, словно Кристо — единственный на свете мужчина, способный ее удовлетворить.

Это казалось одновременно и нелепым, и ужасным, пугая Эмму до смерти.

Она ухватилась за ручку французской двери и заявила Кристо:

— Я не хочу тебя! Я никогда не захочу тебя! Он стоял, сложив на груди руки, наблюдая за Эммой. За мгновение до того, как она закрыла за собой дверь, раздался его голос — мягкий, низкий и такой уверенный:

— Мы оба знаем, что это ложь, Эмма. Но не торопись. Когда мы наконец займемся сексом, ты поймешь, что это стоило ожидания.