Принимая душ, Стейси коснулась губ пальцами. Вернувшись в шале, Лукас, казалось, стремился перепоручить заботу о ней кому-нибудь из персонала. А она все никак не могла забыть снежинки на его губах и влажные черные кудри, вылезшие из-под лыжной шапки. Недавно она поглаживала его тело, а теперь смущалась от желания запустить пальцы в его волосы и поцеловать в губы.

После того как они нашли кошку и вернулись в шале, Лукас вообще не захотел разговаривать со Стейси. Погруженный в свои мысли, он снял перчатки и бросил их на стул. Потом разулся и взглядом приказал Стейси сделать то же самое. Затем он повернулся и посмотрел на нее.

— Ты молодец, — пробормотал он, нахмурившись, словно не верил, что она стоит напротив него.

— Ты тоже, — сказала она. — Спасибо.

Прошло еще несколько долгих мгновений, пока они смотрели друг другу в глаза, а затем, обхватив ее щеки большими сильными руками, Лукас поцеловал Стейси, но не как любовник, а как заботливый друг.

— Это будет ваша комната, пока вы гостите у нас, сеньорита Виннер.

— Огромное спасибо. Она прекрасна, — сказала Стейси, возвращаясь в настоящее и понимая, что Мария ждет ее реакции на самую красивую комнату в доме.

Выйдя из душа, Стейси завернулась в полотенце и начала ходить по комнате. Как и все, что она видела в шале до сих пор, комната для гостей была роскошной. Всем необходимым можно было управлять через цифровую панель у кровати. Стейси не ожидала ничего иного от технического гения и миллиардера. Кстати, целовался он тоже гениально.

Хотя она предпочла бы иметь этого гения здесь, рядом с собой, и радоваться жизни, а не поднимать и опускать кровать с помощью переключателя на панели. Ей не удавалось не думать о Лукасе — он оккупировал каждый уголок ее сознания. Было так легко представить их обоих на кровати — страстных и целующихся. Повернувшись спиной к кровати, она пожалела о том, что не знает, как Лукас на самом деле к ней относится.

Она посмотрелась в зеркало.

Неужели она тратит время на мужчину, который никогда не ответит ей взаимностью?

Есть только один способ это проверить — соблазнить его.

Честно говоря, иногда ее безрассудство генерировало по-настоящему необычные идеи.

А почему нет?

Она засмеялась и решила, что все-таки соблазнит Лукаса да Силва.

Мария принесла Стейси одежду и нижнее белье. Одевшись, Стейси спустилась вниз, чтобы присоединиться к Лукасу и осмотреть дом. Все, что она себе представляла о горном шале Лукаса да Силва, не сравнить с тем, что увидела. Она бывала со своими помощниками во многих невероятных домах, но шале Лукаса было лучшим из лучших. Прожекторы снаружи освещали гладкий снежный ковер и темные горные вершины. Небо прояснилось, луна ярко сияла, привлекая внимание к открытому бассейну с подогревом, над которым поднимался пар, и горнолыжным склонам, где пройдет факельное шествие.

— Вот это да, — пробормотала она.

— Нравится?

Она обернулась:

— Ты шпионишь за мной?

Из темного угла комнаты послышалось ворчанье Лукаса:

— Я выпиваю.

Теперь она увидела его должным образом. Пламя камина отразилось от суровых линий его лица, когда Лукас откинулся в большом удобном кресле.

— Присоединяйся ко мне, — предложил он. — Или у тебя другие планы?

Она хмыкнула:

— Тебе повезло. Сейчас мне нечего делать.

— Иди сюда. У меня для тебя сообщение.

— Для меня? — Она не удержалась, подошла и села рядом с Лукасом. Разве она не поклялась выяснить, как он к ней относится?

Шагая босиком по роскошным коврам, благодаря которым деревянные полы казались еще уютнее, Стейси восхищалась идеальным сочетанием современных технологий и комфорта, которые имелись в этом доме. Несмотря на недавние переживания, она начала успокаиваться. Теперь понятно, почему Лукас любит уезжать в горы. Здесь он может по-настоящему расслабиться.

— Выпьешь? — спросил он.

— Воды, пожалуйста. — Она не хотела пьянеть.

— Как скажешь. А я открою шампанское. Будешь?

— Если только после вечеринки, когда, надеюсь, у меня будет повод отпраздновать.

Он резко взглянул на нее.

— Когда у нас обоих будет повод праздновать, — уточнила она. — Какое у тебя сообщение для меня?

— Ах да. Я разговаривал со спасателями, и они похвалили тебя. Они просили сказать тебе об этом.

— Спасибо. — Ей не удалось притвориться, что она восприняла это как должное. — Надеюсь, ты сказал им, почему я это сделала и как я испугалась.

Он пожал плечами:

— Только идиоты ничего не боятся.

— Если не умеешь испытать эмоции, что у тебя остается?

— Ты обратилась не по адресу, — заверил ее Лукас.

Он иронично усмехнулся, а она подошла к камину, чтобы погреть руки. Лукас разливал напитки.

— Мне нравятся твои фотографии, — сказала она, стараясь разрядить напряженную атмосферу. На снимках Лукас и его братья играли в поло. Была еще одна фотография Лукаса и его братьев и сестры, но ни одного снимка с родителями. Стейси знала, что они погибли в результате трагического несчастного случая, но не понимала, почему Лукас не хочет видеть напоминание о более счастливых днях.

— Вода? — подсказал он.

— Спасибо. — Увидев его предупреждающий взгляд, она поняла: не надо задавать слишком много личных вопросов о фотографиях Лукаса.

— По-моему, горячий шоколад лучше воды, да?

Стейси отлично знала Лукаса и понимала, что он старается сменить тему, а не предложить ей горячий шоколад.

— Это было бы хорошо, — согласилась она. — Я бы выпила его с удовольствием. Спасибо.

Говоря об этом, она думала только о том, как он целует и ласкает ее тело.

Сумеет ли она когда-нибудь смотреть на него без желания? Стейси задалась этим вопросом, когда Лукас взял телефон, чтобы позвонить Марии. Он недавно принял душ, и его густые волосы все еще были влажными, а на подбородке виднелась щетина. Сердце Стейси колотилось от бурных эмоций, а тело изнемогало от страсти.

Но как Лукас относится к ней? Что таится в загадочном взгляде его карих глаз?

— Все, что пожелаешь, — сказал ей Лукас, когда Мария тихо постучала в дверь.

При виде его едва заметной улыбки по ее телу пробежала дрожь. Как только Мария ушла, Стейси спросила:

— Ты выполнишь любое мое желание?

— А ты как думаешь? — спросил Лукас.

Она пожала плечами и улыбнулась, а потом недоверчиво посмотрела на него.

— Я не смею тебе отказывать. — Он лукаво взглянул на нее.

Через несколько мгновений они сидели у камина, держа в руках кружки с ароматным горячим шоколадом. Со стороны могло показаться, что они — просто друзья. Стейси расслабилась и решила забыть свой безрассудный план соблазнить Лукаса. Зачем все портить, когда дела идут так хорошо? Неужели ей всегда надо рисковать? Разве она не может просто молчать? Ведь в тот день, когда Стейси ушла из дома, она поклялась, что никто и никогда больше ее не отвергнет. Она хотела быть полезной людям, и это помогало ей чувствовать себя в безопасности. Почему же сейчас ее сердце едва не выскакивает из груди? Зачем ей соблазнять Лукаса и рисковать своим спокойствием, если ее жизнь устоялась, а карьера идет в гору?

— Что с поставками продуктов в деревне? — спросила она, решив вернуться к работе. — У всех есть то, что им нужно? Я заказала достаточно продовольствия, чтобы переждать шторм. Если что-то понадобится, сразу скажи мне об этом.

— Я скажу, — ответил Лукас. — Но вряд ли кому-то что-то понадобится. Не волнуйся. Все горные деревни обеспечивают себя сами. Жители всегда готовы к такой погоде, но я сообщу им о твоем предложении, — пообещал он.

Лукас потягивал горячий шоколад, такой густой, что в него можно было вертикально воткнуть ложку. Мысли о работе были жизненно важны для душевного спокойствия Стейси, но с каждой минутой Лукас все острее чувствовал ее близость.

— Почему ты улыбаешься? — спросил он.

— Я? Мне просто хорошо. — Увидев его поднятую бровь, она прибавила: — Я думаю о вечеринке.

И тут на нее нахлынули фантазии, яркие и бурные. Лукас принял душ и переоделся в потрепанные джинсы. Его ноги босые, и она смотрит на его сексуальные ступни. Мягкий черный кашемировый свитер облегает его мощные плечи словно вторая кожа, подчеркивая их силу и мускулатуру. Ей захотелось прикоснуться к Лукасу, погладить его плечи, почувствовать его запах и вкус. От него пахнет гелем для душа: аромат цитрусов с нотками древесного дыма и сладкого шоколада. Он закатал рукава, обнажив загорелые предплечья, такие мускулистые и красивые, покрытые темными волосками. Смотреть на Лукаса — одно удовольствие. Он всегда был совершенным и не осознавал своей привлекательности.

— Я возьму твою кружку, а то ты прольешь шоколад, — сказал он.

Понимая, что резко наклонилась вперед, мечтая, Стейси рассмеялась:

— Сначала я его допью. — Она передала Лукасу кружку, и их пальцы соприкоснулись. Она ощутила жар его тела. Интересно, кто кого соблазняет? Ее соски напряглись, а внизу живота разлилось приятное тепло.

Потом Лукас сказал то, что вернуло ее к реальности:

— Тебе надо поесть.

Ах, какие у нее были приятные фантазии! Она играла с огнем, сидя так близко к Лукасу, а ведь могла спокойно спать в гостевом крыле. Но Стейси предпочитала играть с огнем, а не ворочаться в кровати, мучаясь от бессонницы.

Когда она потянулась и поморщилась, он произнес:

— Тебе нужен массаж. От холода у тебя затекли мышцы.

— Это предложение? — Она покосилась на него, и ее сердце забилось чаще.

— Если хочешь, — как ни в чем не бывало ответил Лукас.

Они оба рассмеялись, и она уставилась на заманчивый изгиб его губ.

— О чем ты думаешь? — Он бросил на нее страстный взгляд.

Она одернула себя:

— Ты не можешь знать все мои секреты.

— Открой хотя бы один.

— И это говорит человек, который никогда не раскрывает ни одной детали своей жизни?

Лукас пожал плечами:

— Я первый спросил.

— Ладно, — уступила она ему. — Что случилось с моей лошадью? Я имею в виду Людо.

Он откинулся в кресле.

— Не притворяйся, что не знаешь. И не заставляй меня ждать ответа, иначе я решу, что у тебя плохие новости. Этот поло-пони был мне очень дорог. Он был моим единственным другом, которого я… — Она помолчала. — Что скажешь? — спросила она после нескольких секунд тишины. — Говори!

— Людо, — тихо ответил Лукас.

— Ну, по крайней мере, ты помнишь его кличку.

Он нахмурился:

— Конечно, я ее помню.

— Итак? — настаивала она.

— Твой поло-пони благополучно вышел на пенсию.

Она насторожилась и нетерпеливо подалась вперед:

— Продолжай!

— Он производит лучших в мире жеребят. Не надо беспокоиться о Людо. Если ты спросишь его, он наверняка ответит, что захочет быть только в одном месте — в своем гареме.

— Я спрошу у него об этом, когда увижу его в следующий раз, — поддразнила Стейси, а потом спросила: — Ты по-прежнему ездишь на нем, играя в поло?

— Постоянно, — ответил Лукас.

— Хорошо. Я представляю вас вместе. — Один такой необузданный, а другой — задумчивый. Они отлично подходили друг другу и заслужили друг друга. — Людо надо постоянно тренироваться.

— Как и мне, — заверил ее Лукас, и его глаза хитро сверкнули.

— Подробности мне не нужны, — сказала она и, прежде чем Лукас успел заговорить, подняла руку, останавливая его. — Если Людо доволен, я тоже довольна.

Они помолчали, и Стейси пожалела о том, что ее отношения с Лукасом не стали менее напряженными. Для него важнее всего честь и достоинство. И хотя он с удовольствием рассказывает ей о лошадях, которых они оба любят, и обсуждает вечеринку, которую организует для него Стейси, их ночь в Барселоне не повторится.

И все же…

Их взгляды встретились. Когда Лукас посмотрел в сторону, у нее возникло ощущение, что он хотел ее поцеловать. Но, вероятно, это ее очередная фантазия. И если он поцелует ее, то только ради того, чтобы успокоить и поддержать. Больше не будет таких страстных поцелуев, как в Барселоне.

— Еда, — напомнил он ей. — Ты проголодалась?

— Да, — подтвердила она.

Напряжение между ними ослабло, когда Лукас спросил, что она хочет на ужин.

— После ужина ты пойдешь спать.

— Да, сэр! — Она притворно салютовала ему. — Какие еще указания?

— Пока никаких, — сказал он.

Ей показалось, что он смеется над ней. Почему Лукас никак не поймет, что она — взрослая женщина с чувствами и эмоциями? Или он считает, что все такие же безэмоциональные, как он? Хотя… Иногда ей казалось, что его чувства, которые он так старательно скрывал, жаждут вырваться наружу.