Персонал да Силва сообщил Стейси, что лучше всего провести вечеринку в деревне, а потом перевезти гостей на гору для грандиозного фейерверка и факельного шествия. Не было никаких сомнений, что местная инфраструктура позволит это сделать. Погода ухудшалась, и Стейси радовалась тому, что позаботилась о том, чтобы на вечеринку доставили все необходимое.

Через своего главного ассистента Лукас намекнул Стейси, что хочет переправить гостей на гору и устроить там прием с шампанским. Стейси еще предстоит узнать, что он задумал. Она срочно запросила дополнительную информацию, чтобы все запланировать заранее.

Поджав губы, она уставилась в окно. Поднялся ветер, и кабина подъемника раскачивалась из стороны в сторону. Она приказала себе успокоиться и дождаться того блаженного момента, когда ей удастся встать на твердую землю.

Снегопад продолжался. Помощники Стейси остались в деревне, а она отправилась в шале Лукаса. У нее была карта, но она оказалась бесполезной, потому что все улицы исчезли под толстым белым ковром. Увидев билетную кассу, она решила спросить дорогу до шале да Силва.

— Подъемник будет и дальше работать? — спросила она, глядя на свинцовое небо.

— Конечно, — ответили ей. — Его отключают только на время сильного шторма.

Поблагодарив клерка, она надела лыжные очки, чтобы не повредить глаза, и отправилась в путь. Надо добраться до шале, пока не поднялся сильный ветер. Погода в горах всегда непредсказуема.

Вокруг царила напряженная тишина. Люди попрятались по домам и отелям, и все здания казались призрачными. Ее сердце колотилось как сумасшедшее. Снегопад стал таким сильным, что у нее перед лицом был толстый белый занавес. Она слышала достаточно страшных историй о непогоде в горах.

Когда она остановилась и повернулась, чтобы сориентироваться, станция горнолыжных подъемников исчезла из вида. Сняв зубами толстую лыжную перчатку, она взяла телефон и попыталась дозвониться до своих коллег в деревне. Нет сигнала. Оставалось только надеяться, что ей попадется какой-нибудь прохожий.

— Эй! — закричала она, паникуя. — Кто-нибудь меня слышит?

В ответ тишина.

— Эй! — заорала она изо всех сил. — Здесь есть кто-нибудь?

Она стояла неподвижно на снегу, скрестив руки на груди, и пыталась пошевелить замерзшими пальцами ног. Не было слышно ничего, кроме завывания ветра и обманчиво-шелковистого шепота падающих снежинок.

А потом…

Ей не показалось?

— Эй! — резко крикнула она, услышав слабый звук вдали. — Я здесь.

— Оставайся на месте! Не двигайся. Я иду к тебе.

— Лукас? — На нее нахлынуло облегчение.

— Я сказал: оставайся на месте! — Его тон был резким и приказным. — Стейси, продолжай кричать, чтобы я мог тебя найти!

Она стала кричать.

Стейси не знала, сколько прошло времени, но наконец они оказались лицом к лицу, и она упала в его объятия.

— Ты нашел меня!

— Что ты здесь делаешь?

— Осматриваю территорию.

— Ты не могла подождать до завтра?

— Я ко всему готовлюсь заранее.

— Ты только что приехала, — заметил Лукас. — Мои помощники передали мне твое расписание.

— Моя команда отдыхает, — подтвердила она, — но я хочу все проверить и обо всем сообщить им утром.

Лукас хмуро уставился на нее.

— Есть преданность делу, а есть одержимость, — заметил он. — Тебе не приходило в голову, что ты тоже должна отдыхать?

— И кто мне об этом говорит? — парировала она. — Ты слоняешься без дела, когда тебе предстоит важная сделка? Я в этом сомневаюсь. Мне следовало убедиться, что подъемники будут работать даже в непогоду.

— Станцию горнолыжных подъемников только что закрыли, — сказал Лукас, идя вперед.

Стейси ахнула:

— И как я спущусь с горы?

— Никак, сегодня вечером, по крайней мере.

— А отель? — Она огляделась.

— Отели переполнены, — объяснил Лукас.

— И куда ты меня ведешь?

— Это имеет значение? — Схватив за руку, он потащил Стейси за собой. — Пошли, пока мы оба не замерзли.

Несмотря на свою обиду на Лукаса, она почувствовала себя в безопасности впервые после того, как поднялась на гору. И приободрилась.

— Я не ожидала, что мы встретимся.

— Я уверен, что нет! — согласился Лукас, вынужденный кричать. — Тебе повезло, что я проверял, как идет эвакуация лыжников, и следил за тем, чтобы склоны очищали.

— Где это мы? — спросила она. — Откуда ты вообще знаешь, куда мы идем? — Она не видела вокруг себя ничего, кроме белой пелены.

— У меня в голове встроенный джи-пи-эс-навигатор, — пошутил Лукас.

— Извини, что я доставила тебе столько хлопот.

— Ты не виновата, — резко сказал он. — Надвигается сильнейший за последние сто лет шторм. Его никто не ожидал.

Поняв, что Лукас не считает ее безрассудной, она задала еще один вопрос:

— У тебя работает телефон в шале? Мне надо поговорить со своими помощниками.

— У меня есть стационарный телефон, — подтвердил Лукас. — Мобильная связь не работает. Ты сможешь позвонить в отель и оставить сообщение.

— Ты уверен?

— Ты уверен?

— Абсолютно.

— Вот и мое шале. — Он повел ее влево.

— Мы уже пришли?! — воскликнула она с удивлением.

— Мой дом недалеко от самого крутого спуска, где я тебя нашел. — В голосе Лукаса слышалась ирония. — Ты была бы в шоке, если бы пошла по этому спуску.

— Страшно, — согласилась она. — Тем более я не умею кататься на лыжах.

— А я не могу без лыж, — сухо заметил Лукас.

Судя по всему, Лукас спас ей жизнь.

— Мне никогда не отблагодарить тебя за то, что нашел меня.

— Мы что-нибудь придумаем.

Ее сердце едва не выпрыгнуло из груди. В словах Лукаса слышался явный подтекст.

Он распахнул дверь шале.

— У тебя будет много шансов отблагодарить меня, — насмешливо сказал он. — Ты никуда сегодня не пойдешь. Тебе придется остаться в шале со мной.

Стараясь не паниковать, она улыбнулась, когда сотрудники Лукаса собрались у двери, чтобы поприветствовать их. Все без исключения обрадовались благополучному возвращению Лукаса.

Он представил Стейси своей домработнице — розовощекой пожилой женщине по имени Мария, которая сразу решила взять Стейси под свое крыло. Внезапно все замерли, когда послышался приглушенный вопль.

— Что это? — спросила Стейси.

— Иди в дом, а я проверю, — приказал Лукас.

— Нет. Я пойду с тобой. Ты не должен быть один, это небезопасно.

Он улыбнулся:

— Как ты думаешь, кто из нас двоих будет в большей безопасности?

— У двоих больше шансов найти того, кто попал в беду.

— Нет. — Он покачал головой. — Ты замерзла. И тебе надо позвонить своей команде.

— Я позвоню, как только вернусь.

Лукас нахмурился:

— Похоже, это было какое-то животное.

— Пойдем, — настаивала Стейси, дергая его за руку.

Через час Стейси и Мария ухаживали за спасенной кошкой. Стейси позвонила своей команде, сообщила, что она в безопасности, и попросила своих помощников оставаться в деревне.

— Я перезвоню вам завтра, — пообещала она.

— А теперь иди в ванную, — приказал Лукас, стоя в дверях. — Я не отвечаю за твое благополучие, если ты не последуешь моему совету.

— Не надо меня опекать.

— Однако опекать тебя я буду, — ответил Лукас тоном, который заставил ее думать, что он говорит как друг ее брата, а не как любовник. — Ты в моем доме, и я за тебя отвечаю. Не возражай, — насмешливо прибавил он.

Выйдя за дверь, он обернулся:

— Ты молодец. Это мог быть человек, хотя кошка ничуть не меньше заслуживает нашей заботы. Горные спасатели уже работают. Я попрошу, чтобы они осмотрели территорию вокруг шале. Если понадобится, я буду работать с ними.

— И я тоже, — настаивала Стейси.

— Нет, ты не будешь. Ты не умеешь кататься на лыжах и не знаешь гор. Ты только нам помешаешь. Оставайся здесь. И не делай глупостей.

Она пожала плечами:

— Я постараюсь.

Стейси… Стейси. Стейси! Что же она с ним делает? Лукас задумался, вышагивая по гостиной и пытаясь не думать о том, как она голышом стоит под душем. Он позвонил и сообщил, что они нашли кошку, и предупредил команду горных спасателей. Начальник поисковой группы похвалил Стейси за храбрость. Лукас пообещал передать ей эту похвалу.

Он чувствовал, как все сильнее увлекается ею. Все его намерения держаться от нее подальше постепенно рушились. Он жаждал обхватить ее лицо руками и поцеловать… Что на него нашло? Они застряли в шале, а он решил усложнить их положение?

Итак, какая у него альтернатива? Поскольку многие из его гостей приехали рано, чтобы максимально насладиться отдыхом, он мог попросить их участвовать в поисково-спасательной операции. Команда Стейси осталась в деревне, а она здесь, готовая в любой момент изменить план вечеринки из-за непогоды.

По крайней мере, она вроде бы сейчас не спорит с Лукасом. Мария сообщила, что в комнату Стейси принесли теплую одежду, а она принимает душ. Стейси сможет остаться в шале на одну ночь, но не больше. Потому что Лукас не сможет скрывать свое желание. Ему просто нечего предложить Стейси: деньги, драгоценности и модная одежда ее не интересуют. Она практичный и деловитый человек на работе, но в личных делах она — мечтательный романтик, который ждет от Лукаса больше, чем он может дать.

Красивая женщина нашла убежище под крышей его дома, но все, о чем может думать Лукас, — это о том, как ему обуздать свои мысли и чувства.

Но ведь это не совсем так, правда? Он много раз говорил себе, что Стейси — тот самый чертенок, который изводил его на отцовской ферме, но его тело отказывалось подчиняться требованиям разума. Он поморщился. Он не доверял себе настолько, что даже отказался сам отвести Стейси в ее комнату, поэтому попросил об этом Марию. Переспав с ней, он снова хотел ее, и его желание становилось необузданным до такой степени, что он не мог сосредоточиться на чем-то еще.

Он должен снова быть со Стейси.

Но согласится ли она на это?

Он грустно усмехнулся от мысли, что Стейси вполне может ему отказать. Она не похожа на остальных женщин. Она живет по собственным правилам и не умеет подчиняться.

И именно это только сильнее разожгло его сексуальный аппетит.

Он взглянул на толстый меховой ковер перед камином и захотел услышать, как Стейси стонет от наслаждения и просит снова взять ее.

Он резко одернул себя.

Стейси приехала в горы, чтобы работать!

Но разве он сумеет забыть явные признаки возбуждения в ее потемневших глазах, когда она смотрит на него? Или свое желание целовать каждый дюйм ее тела? Разочарование на ее лице, когда он поручил Марии показать ей комнату, сказало ему все: Стейси хочет его так же сильно, как он ее.

Он налил себе виски и сделал большой глоток. Поставив бокал на стол, зарычал от разочарования и ударил кулаком в стену.