В письме к Вл. И. Немировичу-Данченко от 2 ноября 1903 г.

Встреча Чехова с актерами Художественного театра произошла на репетиции «Чайки» 9 сентября 1898 г.

На первых репетициях «Чайки» роль Тригорина исполнял артист Адашев. Станиславский, который должен был играть Дорна, на первых репетициях не участвовал, так как в это время находился в Харьковской губернии, где писал мизансцены «Чайки». Игрой Адашева Чехов был недоволен и просил передать эту роль Станиславскому. В первом спектак­ле «Чайки» роль Шамраева исполнял А. Р. Артем.

Трагедия Софокла «Антигона» (до 441 г. до н. э.) была поставлена в Художественном театре впервые 12 января 1899 г.

В присутствии Чехова состоялась третья репетиция «Чайки» 11 сентября 1898 г. На другой день (12 сентября) Немирович-Данченко писал Станиславскому: «Приехал Чехов. Привел я его дня три назад на репетицию. Он быстро понял, как усиливает впечатление Ваша mise en scene. Прослушал два первых акта, высказал мне, а потом артистам свои замечания. Они очень волновались. Он нашел, что у нас на репетициях приятно, славная компания и отлично работает. На другой день мы (без Чехова) переделали по его замечаниям (кое-где я не уступил), и вчера он опять слушал. Нашел много лучшим. Но Платоновым и Гандуриной и он, конечно, остался недоволен. Затем начал просить, чтобы Тригорина игра­ли Вы» (Немирович-Данченко Вл. Избранные письма, с. 140— 141). Платонов репетировал роль Тригорина, а Гандурина — роль Маши. О присутствии Чехова на репетиции «Чайки» 11 сентября записал в своем дневнике В. Э. Мейерхольд: «Чехов возражал против того, чтобы за сценой квакали лягушки, трещали стрекозы.

Зачем это? — недовольным голосом спрашивает Антон Павлович.

Реально, — отвечает актер.

Реально, — повторяет А. П., усмехнувшись, и после маленькой паузы говорит. — Сцена — искусство. У Крамского есть одна жанровая картинка, на которой великолепно изображены лица. Что, если на одном из лиц вырезать нос и вставить живой? Нос реальный, а картина-то испор­чена» (Мейерхольд В. Э. О театре. СПб., 1913, с. 120).

Слова из исполнявшейся А. Р. Артемом роли Телегина в «Дяде Ване».

Квартира в доме Коровина на Петровке была снята в марте

г. Чехов жил в этом доме, приезжая из Ялты в Москву, в 1903—

гг.

К. Д. Бальмонт читал свое стихотворение «Лебедь» (Бальмонт К. Д. В безбрежности. М., 1896).

См. коммент. 17 к восп. Станиславского, с. 675.

В. И. КАЧАЛОВ (ИЗ ВОСПОМИНАНИЙ)

(Стр. 421)

Первые два отрывка впервые — альманах «Шиповник», кн. 23. СПб., 1914. Печатается по тексту: Чехов в восп., с. 444. Третий отрывок впер­вые — Ежегодник Московского Художественного театра. 1946. М., 1951, с. 58, печатается по тексту первой публикации.

Качалов (наст. фамилия — Шверубович) Василий Иванович (1875— 1948), артист Художественного театра с 1900 года. В пьесах Чехова исполнял роли: Тузенбаха и Вершинина в «Трех сестрах», Трофимова в «Вишневом саде», Тригорина в «Чайке», Астрова в «Дяде Ване», Ивано­ва в «Иванове».

N — артист С. H. Судьбинин, исполнявший в пьесе Горького «Мещане» роль Нила.

Качалов заменил в роли Тузенбаха ушедшего из театра В. Э. Мей­ерхольда. О том, что Чехов остался доволен игрою Качалова, свидетель­ствует его письмо к Л. А. Сулержицкому от 5 ноября 1902 г., где он сказал, что Качалов «играет чудесно».

Качалов дублировал роль Вершинина, исполнявшуюся К. С. Ста­ниславским.

Качалов дублировал Станиславского в роли Тригорина в «Чайке», а в сезон 1901/1902 года был единственным исполнителем этой роли.

См. восп. Станиславского, с. 411, и коммент. 45 к ним.

Статья Волжского «Литературные отголоски. О некоторых мотивах творчества Максима Горького» (Журнал для всех, 1904, № 1).

И. А. НОВИКОВ ДВЕ ВСТРЕЧИ

(Стр. 425)

Впервые — Литературная газета, 1929, № 13, 15 июля. Для сборника «А. П. Чехов в воспоминаниях современников» (М., Гослитиздат, 1947) текст был выправлен автором. Печатается по тексту: Чехов в восп., с. 582.

Новиков Иван Алексеевич (1877—1958), писатель. Первая встреча с Чеховым состоялась в январе 1899 года в Ялте, когда Новиков еще был студентом сельскохозяйственной академии. Вторая встреча — в мае 1900 года в Москве на XXVIII выставке художников-передвижников.

Портрет князя И. И. Воронцова-Дашкова работы художника Н. П. Богданова-Бельского.

Картина «В гости» (1899) молодого художника М. О. Пырина, который в то время кончал Московское училище живописи, ваяния и зод­чества. Картина находится в Третьяковской галерее (о ней см. публика­цию М. П. Сокольникова в ЛН, т. 68, с. 876-879).

Г. И. РОССОЛИМО ВОСПОМИНАНИЯ О ЧЕХОВЕ

(Стр. 428)

Впервые — частично журнал «Правда», 1905, июль, и в «Русских ведомостях», 1914, № 154, 2 июля. Печатается по тексту: Чехов в восп., с. 661.

Россолимо Григорий Иванович (1860—1928), невропатолог, профес­сор Московского университета. Однокурсник Чехова по медицинскому факультету Московского университета.

В 1879 г. поступили на медицинский факультет Московского университета, кроме Чехова, еще два таганрожца: В. И. Зембулатов и Д. Т. Савельев.

Это прозвище дал Зембулатову Чехов после того, как тот на вопрос учителя, как по-гречески слово «блаженный», ответил вместо «мякар» — макяр.

Даты описываемых встреч не точны. На Неглинной в доме Ганецкой Чехов жил в 1902 г., на Спиридоновке в доме Бойцова — в 1901 г.

Издание юбилейного сборника, задуманного и осуществленного по инициативе Г. И. Россолимо в память 15-летия выпуска врачей 1884 г. (Юбилейный сборник. XV. Врачи, окончившие курс в Москов­ском университете в 1884 году (1884—1899). М., 1900.) В сборнике — фотографии врачей и краткие автобиографии; на товарищеской встрече Чехов не был. Свою автобиографию прислал на имя Россолимо в письме к нему от 11 октября 1899 г.

Встреча у Г. И. Россолимо с А. Б. Фохтом, который читал рассказы В. А. Слепцова, состоялась, вероятно, в 1899 г. 2 января 1900 г. Чехов писал А. М. Горькому: «На медицинском факультете в Москве есть профессор А. Б. Фохт, который превосходно читает Слепцова. Лучшего чтеца я не знаю. Так вот, я ему послал Вашего «Сироту».

«Какой простор!» (1903) — название картины И. Е. Репина, со­звучной рассказанному Россолимо (находится в Русском музее в Ле­нинграде).

25 февраля 1902 г. доктор В. К. Данилов писал Чехову: «Примите мою глубочайшую и сердечную благодарность за Ваше живое участие ко мне и моей семье и материальную помощь, оказанную Вами» (ГБЛ).

Речь идет о писательнице О. Ф. Жихаревой, одной из пациенток Г. И. Россолимо. По его просьбе Чехов 28 сентября 1902 г. обращался в Литературный фонд (Общество пособия нуждающимся литераторам и ученым) с просьбой о выдаче Жихаревой денежного пособия.

Профессор медицинского факультета Московского университета Г. А. Захарьин в своих лекциях указывал, что нет болезней «вообще», а есть конкретные больные, успешно вылечить которых можно лишь учитывая те осложнения, которые болезнь получает из-за множества индивидуальных особенностей каждого случая (Захарьин Г. А. Кли­нические лекции. Вып. I. М., 1889, с. 10). Эту мысль Захарьина Чехов хо­тел взять за основу того курса, который он был готов читать на медицин­ском факультете Московского университета. Чехов говорил Россолимо, что он читал бы эти медицинские лекции «как бы сидя в шкуре разбирае­мого больного» (Летопись, с. 587).

Можно считать, что Чехов был болен в течение не десяти, а двадца­ти лет. В письме брату, Ал. П. Чехову, от 2 апреля 1897 г. Чехов писал, что у него с 1884 г., почти каждую весну, бывали кровохарканья. В «истории болезни», записанной наблюдавшим Чехова в клинике доктором М. Н. Масловым, читаем: «В 1884 г. в I — примесь крови в мокроте — дня три. В III — повторилось. — С того — каждую весну в течение нескольких дней. Последний раз началось 21 марта 1897 г.» (сведения взяты из дис­сертации Н. Кабанова — Летопись, с. 14). В июле 1894 г. А. С. Суворин, встречавшийся с Чеховым в Москве, писал своей близкой знакомой, пи­сательнице С. И. Смирновой-Сазоновой, о том, что Чехов «едва ли здоров». На вопрос Суворина, почему он не покажется доктору, Чехов ответил: «Все равно мне осталось жить пять — десять лет, стану ли я советоваться или нет» (ИРЛИ).

М ГОРЬКИЙ А. П. ЧЕХОВ

(Стр. 439)

Впервые — «Нижегородский сборник», Знание. СПб., 1905. До­полнения со слов: «Пятый день повышена температура» — в журнале «Беседа». Берлин, 1923, № 2, и отрывок из воспоминаний, озаглавленных «Люди наедине сами с собой» — в книге: Горький М. Заметки из дневника. Воспоминания. Берлин, 1924. Печатается по тексту: Чехов в восп., с. 493. Последний очерк по тексту: Горький, т. 15, с. 281.

М. Горький (наст. фамилия — Пешков) Алексей Максимович (1868—1936), писатель. Воспоминания его о Чехове написаны в 1904 году.

В конце октября 1898 года, еще до знакомства с Чеховым Горький послал ему в Ялту свои первые книги: «Очерки и рассказы», т. 1 и 2, и первое письмо. С этого времени началась их переписка, опубликованная в книге: «М. Горький и А. Чехов. Переписка. Статьи. Высказывания». М., 1951. Личное знакомство произошло в Ялте, куда Горький приехал 19 мар­та 1899 года. 22 марта он писал жене, Е. П. Пешковой, в Нижний Новго­род: «Чехов человек на редкость. Добрый, мягкий, вдумчивый <...> Говорить с ним в высокой степени приятно, и давно уже я не говорил с таким удовольствием, с каким говорю с ним» (Горький, т. 28, с. 69).

¹ Домик в деревне Кучук-Кой на южном берегу Крыма Чехов при­обрел в конце 1898 г., когда еще не была построена его дача в Ялте (впо­следствии дом был отдан И. П. Чехову. Чехова М. П. Из далекого про­шлого. М., Гослитиздат, 1960, с. 230). В Кучук-Кое Чехов с Горьким были 5 апреля 1899 г. Там Чехов познакомил Горького с местным учителем. Об этой поездке Горький вспоминает в статье «О женщине» (1930), но в ней ошибочно указан год поездки — 1901 (Горький, т. 25, с. 162).

В записной книжке Горького имеется аналогичная запись:

«А. П. Чехов.

Дамы «разворачивались» пред ним, изгибались, показывая все свои округлости, делали масляные глазки, прискорбно спрашивали:

А. П., отчего вы так грустно пишете о любви?

Покашливая, пощипывая бородку, он отвечал неожиданными вопро­сами:

Вы бывали в Миргороде?

Это — где?

В Полтавской губернии. Помните Гоголя «Миргород»?

Ах, значит, это не выдумал Гоголь?

Гоголь никогда ничего не выдумывал.

А... а «Вий»?

Но не касаясь «Вия», А. П. пресерьезно рассказывал, что Миргород знаменит своей лужей во всем мире и что смотреть на нее приезжают люди из всех государств Европы.

У них, в Европе, нет городов с такими лужами на площади...» (Архив А. М. Горького, кн. VI. М., 1957, с. 212).

Вероятно, имеется в виду В. С. Миролюбов.

В своей статье о книге Чехова «Пестрые рассказы» (1886) Скаби­чевский писал, что Чехов «тратит свой талант на пустяки и пишет первое, что ему придет в голову, не раздумывая долго над содержанием своих рассказов». «Книга Чехова, — писал далее Скабичевский, — как ни весело ее читать, представляет собой весьма печальное и трагическое зрелище самоубийства молодого таланта, который изводит себя медленной смертью газетного царства». Скабичевский писал далее о судьбе «газетных писате­лей», которым «приходится в полном забвении умирать где-нибудь под забором» (Северный вестник, 1886, № 6).

Подобные высказывания Чехова содержатся в его письме к доктору И. И. Орлову от 22 февраля 1899 г.

Горький писал Е. П. Пешковой 11 или 12 июля 1904 г.: «Антон Павлович, которого коробило все пошлое и вульгарное, был привезен в вагоне «для перевозки свежих устриц» и похоронен рядом с могилой вдовы казака Ольги Кукареткиной. Это — мелочи, дружище, да, но когда я вспоминаю вагон и Кукареткину — у меня сжимается сердце, и я готов выть, реветь, драться от негодования, от злобы. Ему — все равно, хоть в корзине для грязного белья вези его тело, но нам, русскому обществу, я не могу простить вагона «для устриц». В этом вагоне — именно та по­шлость русской жизни, та некультурность ее, которая всегда так возмуща­ла покойного» (Горький, т. 28, с. 310).

Горький ехал из Петербурга в Москву на похороны Чехова в том же поезде, к которому был прицеплен вагон с гробом писателя. Он говорит, вероятно, об очень немногочисленной публике, которая встречала гроб

Чехова в Петербурге (до последнего дня в Петербурге не было известно о времени прибытия поезда). О встрече гроба в Москве Горький писал Е. П. Пешковой: «Я видел толпу «публики», ее было, может быть, три- пять тысяч» (Горький, т. 28, с. 310).

Письмо А. С. Суворину от 11 июля 1894 г.

Позднее Горький в одной из своих заметок дал другую оценку влияния Д. Лондона на русских читателей: «Джек Лондон. Его волюнта­ризм. Рыцари. Воспитал ли он рыцарей в России? Я думаю — да. Это те, которые шли вперед и погибли на фронтах гражданской войны. А воспи­тал ли он авантюристов? Тоже — да. Плохое прививается легче хорошего» (Архив А. М. Горького, т. VI. М., 1957, с. 213).

Замысел пьесы о Василии Буслаеве возник у Горького в 90-х гг. За­тем, в 1912 г. он предполагал написать либретто оперы на эту тему. Замысел остался неосуществленным. В Архиве А. М. Горького сохранился ряд набросков к «Василию Буслаеву». Большую часть собранных матери­алов Горький отдал А. В. Амфитеатрову, который заинтересовался этой темой и вскоре написал пьесу «Васька Буслаев» (А. М. Горький в воспо­минаниях современников, т. 2. М., Художественная литература, 1981, с. 61).

Цитата из стихотворения Г. Гейне «Думы и грезы» (в переводе П. Вейнберга).

В первой записной книжке Чехова находим заметку: «Радикалка, крестящаяся ночью, втайне набитая предрассудками, втайне суеверная, слышит, что для того, чтобы стать счастливой, надо ночью сварить черного кота. Крадет кота и ночью пытается сварить».