Провал первого спектакля «Чайки» в Александринском театре 17 октября 1896 г.

Вл. И. Немирович-Данченко убеждал Чехова разрешить постановку «Чайки» в Художественном театре. Он писал ему 25 апреля 1898 г.: «Я за­дался целью указать на дивные, по-моему, изображения жизни и человече­ской души в произведениях «Иванов» и «Чайка». Последняя особенно захватывает меня, и я готов отвечать чем угодно, что эти скрытые драмы и трагедии в каждой фигуре пьесы при умелой, небанальной, чрезвычайно добросовестной постановке захватят и театральную залу. Может быть, пьеса не будет вызывать взрывов аплодисментов, но что настоящая поста­новка ее со свежими дарованиями, избавленными от рутины, будет торжеством искусства, — за это я отвечаю. Остановка за твоим разрешени­ем» (Немирович-Данченко Вл. И. Избранные письма. М., 1954, с. 110). Вначале Чехов не давал разрешения, ссылаясь на то, что он «не хочет и не в силах переживать больше театральные волнения, которые причинили ему так много боли» (Немирович-Данчен­ко Вл. И. Из прошлого. М., 1936, с. 147). Разрешение было получено только после вторичной просьбы Немировича-Данченко, который писал Чехову 12 мая 1898 г.: «Если ты не дашь, то зарежешь меня, так как «Чай­ка» единственная современная пьеса, захватывающая меня как режиссе­ра, а ты — единственный современный писатель, который представляет большой интерес для театра с образцовым репертуаром» (Немиро­вич-Данченко Вл. И. Избранные письма, с. 111).

Мизансцены «Чайки» были написаны Станиславским летом1898 г. в имении его брата Андреевке Харьковской губернии и частями высылались в Пушкино, где шли первые черновые репетиции пьесы.

Чехов присутствовал на репетиции «Чайки» в Москве 9 и 11 сентяб­ря 1898 г.

В связи с тем, что в Художественном театре одновременно готови­лись к постановке пьесы «Царь Федор Иоаннович» (1868) А. К. Толстого и «Ганнеле» (1892) Гауптмана, репетиции «Чайки» были прерваны. Возобновлены в декабре того же года.

Хотя М. П. Чехова отрицает этот факт (см. воспоминания об этом в ее книге «Из далекого прошлого». М., Гослитиздат, 1960, с. 187), но, судя по воспоминаниям и О. Л. Книппер, подобный разговор М. П. Чехо­вой с руководителями Художественного театра все же был. См. восп. Книппер-Чеховой, с. 615—616.

Первый спектакль «Чайки» в Художественном театре 17 декабря 1898 г. В ночь с 17 на 18 декабря Немирович-Данченко телеграфировал Чехову в Ялту: «Только что сыграли «Чайку», успех колоссальный. С первого акта пьеса так захватила, что потом следовал ряд триумфов. Вызовы бесконечные. Мое заявление после третьего акта, что автора в те­атре нет, публика потребовала послать тебе от нее телеграмму. Мы сумасшедшие от счастья» (Немирович-Данченко Вл. И. Из­бранные письма, с. 145).

По-видимому, описка: не «несколько лет», а несколько месяцев.

Пьеса «Дядя Ваня» была принята к постановке Московским Малым театром, но не состоялась, так как члены Литературно-театрально­го комитета — Н. И. Стороженко, А. Н. Веселовский и И. И. Иванов — потребовали переделки пьесы (см. коммент. 16). Чехов от переделки отказался и передал пьесу Художественному театру.

Беседа по поводу «Дяди Вани» была с управляющим император­скими театрами В. А. Теляковским. Имеется запись в дневнике Теляков- ского от 13—14 апреля 1899 г.: «Заходил сегодня А. Чехов говорить по поводу «Дяди Вани» и забраковки этой пьесы Комитетом. Чехов просил не подымать шума из-за этого факта. Переделывать он ничего не хочет, ибо пьеса эта издана уже пять лет назад. Обещал написать для Малого театра новую пьесу к осени. Вообще жаль, что Комитет театральный вместо помощи управляющему делает затруднения. «Дядя Ваня» была един­ственная пьеса, которую выбрал я и артисты к постановке в этом году, и эту-то пьесу и забраковали» (ЛН, т. 68, с. 512).

Имеется в виду один из пунктов протокола, в котором сказано, что «разочарование в таланте профессора, раздражение на его бесцеремон­ность не может служить достаточным поводом для преследования его пистолетным выстрелом; у зрителя может появиться подозрение, что поступок дяди Вани находится в связи с состоянием похмелья, в котором автор почему-то слишком часто показывает и дядю Ваню и Астрова» (Теляковский В. А. Воспоминания. Пг., 1924, с. 168—170).

675

Закрытый спектакль «Чайки» был показан Чехову 1 мая 1899 г. в

23*помещении театра «Парадиз». Чехов не был удовлетворен исполнением ролей: Нины Заречной (Роксановой) и Тригорина (Станиславским), о чем писал А. М. Горькому 9 мая 1899 г. Но спектаклем в целом был доволен. В письме П. Ф. Иорданову 15 мая 1899 г.: «В Москве для меня играли мою «Чайку» в Художественном театре. Постановка изумитель­ная». Об этом спектакле писала Е. В. Алексеевой М. П. Лилина, исполняв­шая роль Маши: «В понедельник мы играли «Чайку» в виде репетиции, в театре «Парадиз», для Чехова. Костюмы и гримы были, но декорации какие-то скверные, тем не менее Чехов остался страшно доволен; все ему очень понравилось, исключая самой Чайки, т. е. Роксановой. Он нашел, что она в начале не совсем просто играет, а последний акт чересчур пере­кричала и переплакала. Про меня он сказал, что я его поразила, так как он не ожидал даже, что можно из этой роли сделать такой яркий тип. Ну я, конечно, на седьмом небе» (Сб. Мария Петровна Лилина. М., 1960, с. 175).

Первый спектакль «Дяди Вани» состоялся 26 октября 1899 г., однако большого успеха не было. Это чутко уловил Чехов из присланных ему телеграмм, сообщавших об успехе. 30 октября 1899 г. он писал О. Л. Книппер: «В телеграммах только и было, что о вызовах и блестящем успехе, но чувствовалось в них что-то тонкое, едва уловимое, из чего я мог заключить, что настроение у вас всех не так чтобы уж очень хорошее. Газеты, полученные сегодня, подтвердили эту мою догадку. Да, актриса, вам всем, художественным актерам, уже мало обыкновенного, среднего успеха, вам подавай треск, пальбу, динамит».

Труппа Художественного театра выехала в Крым 10 апреля 1900 г. для постановки в Севастополе и Ялте четырех спектаклей: «Чай­ки» и «Дяди Вани» Чехова, «Одиноких» (1891) Гауптмана и «Эдды Габлер» (1890) Ибсена.

Эпизоды фотографирования в первом и четвертом актах «Трех сестер». Чехова снимал актер Тихомиров, фотограф-любитель.

В записной книжке Станиславского сделана более подробная запись о замечаниях Чехова исполнителям «Дяди Вани». Станиславскому он сказал о прощании Астрова с Еленой Андреевной в 4-м действии пьесы:

«— Он же целует ее так (тут он коротким поцелуем приложился к своей руке). Астров же не уважает Елену. Потом же, слушайте, Астров свистит уезжая...

Астров циник, он им сделался от презрения к окружающей пошлости. Он не сентиментален и не раскисает. Он человек идейного дела. Его не удивишь прозой жизни, которую он хорошо изучил. Раскисая к концу, он отнимает лиризм финала дяди Вани и Сони. Он уезжает по-своему. Он мужественно переносит жизнь».

Надо быть специалистом, чтобы оценить филигранную тонкость этих замечаний» (Станиславский К. С. Собр. соч., т. 5. М., 1958, с. 618— 619).

Пьеса А. Н. Островского «Снегурочка» (1873) была поставлена в Художественном театре 24 сентября 1900 г. Пьесы Ибсена «Доктор Штокман» (1882) и «Когда мы мертвые пробуждаемся» (1899) 24 октяб­ря и 28 ноября 1900 г.

²³ Чехов приехал в Москву 24 октября 1900 г. и пробыл до 11 декабря, присутствуя почти на всех репетициях «Трех сестер», которые происходи­ли в это время.

^ По поводу своей пьесы «Вишневый сад», которую Чехов в то время заканчивал, он писал 15 сентября 1903 г. Лилиной: «Вышла у меня не драма, а комедия, местами даже фарс, и я боюсь, как бы мне не досталось от Владимира Ивановича».

Полковник В. А. Петров но просьбе Чехова консультировал постановку «Трех сестер» как военный специалист.

Чехов уехал в Ниццу 11 декабря 1900 г., откуда прислал 3-й и 4-й акты «Трех сестер». Отдельные замечания к пьесе он присылал из- за границы в письмах к О. Л. Книппер, К. С. Станиславскому и А. Л. Виш­невскому.

Первый спектакль «Трех сестер» состоялся в Художественном театре 31 января 1901 г. После премьеры Немирович-Данченко послал Чехову телеграмму (перевод с французского): «Первый акт — гро­мадные вызовы, энтузиазм, 10 раз. Второй акт показался длинным. Третий большой успех. После окончания вызовы превратились в на­стоящую овацию. Публика потребовала телеграфировать тебе. Арти­сты играли исключительно хорошо, особенно дамы. Привет от всего театра» (Ежегодник Московского Художественного театра. 1944. М., 1946, с. 193). Второе представление прошло с большим успехом, о чем писала Чехову сестра Мария Павловна: «Второе представление выделило пьесу в совершенстве» (Письма к брату А. П. Чехову. М., 1954, с. 173).

Художественный театр гастролировал в Берлине в 1906 г.

28 февраля 1901 г., когда Художественный театр гастролировал в Петербурге, пьесу «Три сестры» смотрел А. М. Горький. По возвраще­нии в Нижний Новгород он писал Чехову: «Три сестры» идут изумитель­но! Лучше «Дяди Вани». Музыка, не игра» (Горький, т. 28, с. 159).

Чехов и О. Л. Книппер венчались 25 мая 1901 г. Упоминаемая телеграмма Вишневскому не сохранилась.

Пьеса Ибсена «Дикая утка» (1884) впервые была поставлена в Художественном театре 29 сентября 1901 г.

Первый спектакль «Михаэля Крамера» (1900) состоялся 27 октяб­ря 1901 г. По поводу этого спектакля Чехов писал О. Л. Книппер 1 ноября 1901 г.: «Судя по газетам, «Крамер» не имел того успеха, какой я ждал, и теперь мне больно. Нашей публике нужны не пьесы, а зрелища», а 7 но­ября ей же: «...«Крамер» идет у вас чудесно, Алексеев очень хорош, и если бы рецензентами у нас были свежие и широкие люди, то пьеса эта прошла бы с блеском». Чехов смотрел пьесу на репетициях в 20-х числах октября 1901 г.

Чехов пробыл в Москве с 17 сентября по 24 октября 1901 г. В этом сезоне он смотрел «Трех сестер» и остался очень доволен спектаклем. Он сообщал Л. В. Средину 24 сентября 1901 г.: «...«Три сестры» идут велико­лепно, с блеском, идут гораздо лучше, чем написана пьеса. Я прорежисси- ровал слегка, сделал кое-кому авторское внушение, и пьеса, как говорят, теперь идет лучше, чем в прошлый сезон».

Первый спектакль «Мещан» состоялся 26 марта 1902 г. в Пе­тербурге. Станиславский и Немирович-Данченко под угрозой запрещения постановки «Мещан» были вынуждены временно внести ряд дополнитель­ных сокращений в текст пьесы. О. Л. Книппер писала Чехову 17 марта 1902 г.: «Ты не говори Горькому, что мы много помарали помимо цензуры. После первых спектаклей восстановим опять».

Чехов готовил тома для собрания сочинений в издании А. Ф. Маркса.

Чехов и Книппер приехали в Москву 27 мая 1902 г. и были в этот день на происходивших экзаменах в драматическом классе Художе­ственного театра. На экзаменационном просмотре в числе других отрыв­ков были показаны сцены из «Чайки».

Карета от Иверской часовни, развозившая по домам икону ивер- ской божьей матери для служения молебнов.

В это время (весной 1902 г.) по проекту Ф. О. Шехтеля перестраи­валось для Художественного театра здание в Камергерском переулке, в котором ранее находился театр Омона.

Чехов прожил в Любимовке с 6 июля до 14 августа 1902 г., а затем уехал в Ялту. О. Л. Книппер еще оставалась на некоторое время в Люби­мовке.

А. Л. Вишневский.

По мнению Станиславского, роль Епиходова создавалась из наблю­дений Чехова над работником в Любимовке Егором, который был очень неловким и незадачливым, а также под впечатлением фокусника в «Аква­риуме», которого Чехов очень любил смотреть. Этот фокусник разыгрывал неудачника, с которым приключались «двадцать два несчастья». Как считал М. П. Чехов, для роли Епиходова были взяты некоторые черты близкого знакомого чеховской семьи музыканта А. И. Иваненко (Чехов М. П. Вокруг Чехова. Чехова Е. М. Воспоминания. М., Ху­дожественная литература, 1981, с. 109).

Станиславский считал, что прототипом Трофимова был сын гор­ничной в Любимовке, служивший в конторе при имении: «Антон Павло­вич убедил бросить контору, приготовиться к экзамену зрелости и посту­пить в университет, говоря, что из юноши непременно выйдет профессор. И юноша действительно выполнил совет Чехова: стал учиться, сдал гим­назический экзамен, поступил в университет. Между прочим, некоторые черты этого юноши, его угловатость, его пасмурную внешность «облезлого барина» Чехов затем внес в образ Пети Трофимова» (Речь, 1914, № 177, 20 марта).

Чехов приехал в Москву 5 декабря 1903 г.

После первых спектаклей, в середине февраля 1904 г., Чехов сам внес несколько изменений во второй акт «Вишневого сада»: опущено начало акта — разговор Ани с Трофимовым о поездке к ярославской бабушке, снят конец акта — разговор Шарлотты и Фирса, часть рассказа Шарлотты о своем детстве дана в начале акта, в начальной сцене вставлен «жестокий романс» Епиходова, проходящий на заднем плане.

В 1904 г. исполнилось 25-летие литературной деятельности Чехо­ва. Однако «настоять» на чествовании руководителям театра не удалось. Чехов действительно ничего о нем не знал. Он просто отправился в театр к концу третьего действия, когда за ним приехали и сообщили, что успех спектакля уже очевиден.

Спектакль из миниатюр Метерлинка «Слепые» (1890), «Непроше­ная» (1890), «Там внутри» (1894) был поставлен в Художественном театре уже после смерти Чехова, 2 октября 1904 г.

Об этой же пьесе, но в несколько ином варианте Чехов говорил О. Л. Книппер. См. ее восп., с. 631.

В. В. ЛУЖСКИЙ ИЗ ВОСПОМИНАНИЙ

(Стр. 417)

Впервые — Солнце России, 1914, № 228/25, июнь. Печатается по тексту: Чехов в восп., с. 439.

Лужский (наст. фамилия — Калужский) Василий Васильевич (1869—1932), артист Московского Художественного театра с его основа­ния. В пьесах Чехова исполнял роли: Сорина в «Чайке», Серебрякова в «Дяде Ване», Андрея Прозорова в «Трех сестрах», Гаева, Семеонова- Пищика и Фирса в «Вишневом саде», Лебедева в «Иванове», Пришибеева в инсценировке рассказа «Унтер Пришибеев».