Саймон думал о том, что, возможно, совершил ошибку, отправившись искать свою сестру на «Сунь-цзы» в одиночку. Но это была не первая глупость, на которую он пошел ради нее, и наверняка не последняя. Ради Ривер он уже отказался от одной жизни и начал другую, на «Серенити», и вроде бы начал к ней привыкать. За последнее время ему удалось немного разобраться в том, что в Академии сделали с разумом Ривер, и это позволило ему подобрать лекарства и разработать план лечения. С тех пор ее состояние начало медленно, но верно улучшаться. Его жизнь изменилась, но он все еще оставался врачом, хотя и никогда не думал, что у него будет так мало пациентов. Но в новой жизни были и другие плюсы – например, Кейли.

Но когда они прибыли сюда, все изменилось. Саймон всегда знал, что есть и другие люди, похожие на Ривер, он видел их в Академии, когда спасал ее, а иногда, в самые мрачные минуты, она вспоминала их, называла своими тенями или призраками, но он надеялся, что никогда их не увидит. Чем дольше продолжается реабилитация Ривер, тем более пагубными будут последствия ее встречи с еще одним подопытным, над которым экспериментировали доктор Матиас и другие люди Альянса.

Он тайком перебрался с «Серенити» на «Сунь-цзы», боясь, что Уош в любую секунду может ему помешать. Ни тот ни другой не были бойцами, однако в случае необходимости каждый из них был готов драться. Но Уош не заметил, как он ушел, и теперь Саймон очутился в прошлом. Этот старый, почти легендарный корабль был настоящим чудом, тяжелым, неподвижным эхом, которое нависло над ним. Призраки прошлого шептали ему что-то на каждом шагу, пугая и завораживая его. Однако не они, а призраки настоящего заставляли его идти вперед.

Судя по тем разговорам, которые подслушал Саймон, у Сайласа затуманено сознание и он опасен. Ривер рассказывала ему про Сайласа, и теперь Саймону казалось, что легенда о нем основана на фактах. Сайлас и Ривер похожи, их обоих создали в Академии, и Саймон боялся, что после встречи с Сайласом Ривер снова превратится в напуганного, уязвимого подростка.

Он сделает все, чтобы эта встреча не состоялась.

Размеры этого древнего корабля заставляли Саймона почувствовать свою ничтожность. Он спешил по бесконечным залам и коридорам, через центры управления и комнаты общего пользования, мимо бесчисленного множества закрытых дверей, за которыми, возможно, скрывались сцены и истории пятисотлетней давности. Любопытство и благоговение заставляли его двигаться вперед и смотреть, что же там, дальше. В одной из комнат Саймон обнаружил стеллажи, на каждой полке которых стояли сотни пар новой спортивной обуви самых разных цветов, стилей и размеров – уже окаменевшей и покрытой пылью. Эта картина слегка его встревожила, не потому, что эту обувь никогда не надевали – хотя это само по себе пугало, – но потому, что ее изготовили и запасли здесь люди, с оптимизмом смотревшие в будущее. Многие из тех, кто прибыл в галактику на «Сунь-цзы», сделали цивилизацию в галактике такой, какой она была сейчас. Вполне возможно, что Саймон – потомок одного из тех, кто летел именно на этом корабле. Однако ни одна из этих пар обуви не послужила своей цели.

Ощущение цели много значило для Саймона. Он жил ради Ривер, его мэй мэй, и пока он жив, он будет прежде всего заботиться о ее безопасности и благополучии. Но в жизни также должна быть цель, если не окончательная, то хотя бы промежуточная. А эта обувь пролежала здесь пятьсот лет и, возможно, пролежит еще столько же. Она утратила смысл.

Саймон покачал головой. Возможно, сами размеры этого корабля и невозможная задача, которую Саймон возложил на себя, пробуждали в нем подобные сентиментальные мысли. Как он найдет свою сестру на корабле длиной более мили? Сколько здесь комнат, сколько коридоров?

Сколько опасностей?

Саймон помедлил. Ему показалось, что он слышит какой-то звук, но, скорее всего, это просто какая-то старая машина включилась впервые за много лет. Саймону показалось, что рассеянный свет висевших на потолке ламп греет его кожу, но он знал, что это всего лишь психологический эффект. Температура воздуха на «Сунь-цзы» была ниже нуля, и Саймон уже чувствовал, как его ресницы и щетина покрываются инеем. Мэл и остальные сказали, что после пробуждения Сайласа на корабле включились системы жизнеобеспечения, но весь корабль нагреется далеко не сразу. Мертвецам комфорт не нужен.

Он пошел дальше и снова этот звук. Это было эхо, стихающее, словно чей-то последний вздох. Даже с такого расстояния Саймон узнал звуки стрельбы.

Люди Альянса уже на борту корабля! Прежде чем покинуть мостик «Серенити», Саймон увидел на экране радара следы приближающегося «разрушителя» Альянса, а затем Уош сказал Мэлу, что к кораблю летят боевые шаттлы. Саймон не очень следил за временем, но ему показалось, что Альянсу хочется как можно быстрее разобраться с ситуацией на борту «Сунь-цзы».

Ну разумеется. Они знали про Сайласа, потому что именно они его сделали – задолго до того, как поработали над Ривер. Они поместили его здесь, подальше от посторонних глаз, надежно спрятали в какой-то криогенной камере. Ривер рассказывала ему, что Сайлас – результат одного из ранних экспериментов, неидеальный образец, а она, Ривер, – улучшенная модель. Копаясь в ее голове, они учли ошибки, допущенные в ходе создания Сайласа. Но похоже, что данные ошибки сделали Сайласа еще более опасным, настолько опасным, что Альянс этого даже не ожидал.

Он направился туда, откуда доносился звук. Шум нарастал; одно эхо накладывалось на другое, слышался негромкий рокот – все это создавало предчувствие чего-то ужасного. Саймон надеялся, что Ривер и команда «Серенити» не попали в еще одну переделку, но внутри него нарастала ужасная уверенность в том, что они в самой гуще событий. Он перешел на бег, не задумываясь о том, что будет делать, когда прибудет на место. Он знал только то, что должен найти Ривер.

Саймон промчался по висячему мостику, ускорился в широком коридоре с невысокими потолками и, повернув за угол, увидел, как из сводчатого отверстия выходят две высокие женщины. Прятаться от них было поздно.

Они посмотрели на него. Саймон вскрикнул от шока, оступился и упал. Выставив руки вперед, чтобы смягчить удар, он заскользил по полу и остановился.

«Нет, нет, нет!» – подумал он, но это был не плод его воображения и не кошмар. О, как он жалел о том, что это не кошмар! Два монстра, которые едва не поймали их на Ариэле, были за триллион миль отсюда, и он надеялся, что они – единственные в своем роде. Его надежда зачахла и умерла, когда он увидел этих женщин; его сердце засбоило, и он подумал, что сейчас умрет от страха. Ему захотелось бежать без оглядки.

Одна из фигур протянула к нему руку, в которой было зажато тонкое длинное устройство.

Сначала Саймон почувствовал, что в его глаза и уши проникли какие-то жуткие зонды. Что-то надавило на барабанные перепонки, сдавило горло. Затем ему показалось, что его глаза распухли, словно от худшего похмелья в его жизни. Они становились тверже и горячее, раздувались в глазницах и, казалось, готовы лопнуть в любую секунду.

– Я могу… – прохрипел он и вцепился в горло, потому что слова отказывались вылетать наружу.

Вперед вышла вторая фигура. В одной руке она держала предмет из металла и стекла, но вторая ее рука была свободна. Она потянулась к нему, словно хотела погладить упавшего питомца, но так его и не коснулась. Ее глаза были пусты. Стоя на четвереньках, он заметил пятна крови на ее туфлях и брюках.

В голове у него стучало. Он почувствовал, как из правого уха потекла теплая струйка крови.

«Я не могу бросить Ривер!» – подумал Саймон, а затем вдруг понял, что у него есть последний шанс спастись, страшно рискованный способ все-таки выжить и помочь ей, спасти ее. Ведь хотя она и обладает огромной силой, он – краеугольный камень, на котором она строит свою жизнь. Для сестры он – якорь в этом мире, и если сейчас он умрет, она начнет дрейфовать, и ее увлекут жизненные бури. Если близнецы знают, кто он, и знают, что Ривер здесь, то они могли бы объединить усилия и вернуть Сайласа под контроль Альянса.

– Я знаю… Ривер… Тэм, – сказал он.

Первая фигура опустила руку, и Саймон почувствовал, как давление внутри него уменьшилось. От этого он испытал такое облегчение, что упал, издав сдавленный крик. На пол брызнули слезы и кровь.

– Что там насчет Ривер Тэм? – спросила одна из близнецов.

– Я ее брат, – сказал Саймон. – Она здесь. Вместе… мы поможем вам… сломить Сайласа.

– Мы уже сломили его давным-давно, – ответили они. – Нужно просто… напомнить ему об этом.

– Ривер он послушает.

Саймон впервые заметил на их лицах тень какой-то эмоции. Ему было приятно, что он сумел удивить их, но он никогда, никогда не забывал о том, кто эти люди – если они вообще были людьми – и с чем он имеет дело. Их удивило то, что он знает про Сайласа, и то, что Ривер здесь, и больше всего их удивило предложение Саймона помочь им.

Их лица снова стали непроницаемыми, неумолимыми, холодными. «Синие руки» никогда не показывают свою слабость.

– Говори, – сказали они.

Когда Кейли и Джейн добрались до смотровых платформ, находившихся у борта «Сунь-цзы», Кейли надеялась, что она перестанет чувствовать себя так, словно она оказалась в брюхе огромного зверя. Но этого не произошло. Более того, осознание того, что она заблудилась и оказалась в ловушке, еще больше усилило в ней ощущение безнадежности. Однако вид на далекий космос был прекрасен и, кроме всего прочего, означал, что они еще на шаг приблизились к спасению.

«Я в мавзолее», – подумала она и ахнула, увидев нависший над ними огромный «разрушитель» Альянса. Джейн отреагировал похожим образом. Смотровое окно было высоким и длинным, а на платформе, на которую они забрались, стояли десятки невысоких кресел с откидными спинками, чтобы люди могли сесть и полюбоваться чудесами космоса. Сейчас тут никого не было, кроме Джейн и Кейли, но в одиночестве они себя не чувствовали.

«Разрушитель» расположился рядом с «Сунь-цзы», ближе к его носовой части, – грозная серая масса, закрывшая собой звезды. Хотя по сравнению с «Сунь-цзы» он по-прежнему казался карликом, его ужасная гравитация, казалось, притягивала Кейли к себе. Она смотрела на его хвост, на дремлющий блестящий желтый двигатель, на его корпус, покрытый орудиями и стыковочными манипуляторами для боевых шаттлов и истребителей. Большинство манипуляторов уже выпустили свои шаттлы, чтобы те перевезли солдат на «Сунь-цзы».

Она уже видела, что стало с некоторыми из этих солдат. Ей было почти их жаль.

– Ты смотри, – сказал Джейн.

– Жуткая картина.

– А?

Кейли бросила взгляд на Джейна и увидела, что он смотрит вовсе не на корабль Альянса. Его внимание привлекло то, что находилось внутри смотровой зоны – где-то позади кресел, у противоположной стены. Она проследила за его взглядом.

– Джейн, ты с ума сошел.

– Но мы ведь уже здесь, так почему нет?

– Почему нет? Потому что ты едва несешь то, что уже набрал, особенно в этом громоздком скафандре. Потому что нам нужно сбежать отсюда, выжить и вернуться на корабль, чтобы помочь Уошу. И потому что этот Сайлас совсем не человек, и для нас он более опасен, чем все солдаты и корабли Альянса.

– С этим я согласен, – сказал Джейн. – Но он далеко, и, значит, ничто не мешает мне пойти на поводу у моих естественных желаний и позаботиться о том, чтобы этот рейс все-таки не стал полностью провальным.

– Невероятно.

– Да нет, советую тебе поверить. – Джейн отправился к пункту выдачи напитков, а когда Кейли присоединилась к нему, он уже поставил несколько бутылок на барную стойку. Кейли взяла одну из них и потрясла.

– Она открыта.

– И что?

– А то… Ее открыли лет пятьсот назад. Думаешь, содержимое еще не испортилось?

Джейн выхватил у нее бутылку и открутил крышку. Затем изучил этикетку, восхищенно кивнул и сделал глоток.

Кейли успела отступить назад и вбок раньше, чем Джейн выплюнул все, что было у него во рту. Жидкость полетела во все стороны, разделившись на мельчайшие капли. Он вытер губы и снова посмотрел на бутылку, словно в мерзком вкусе напитка виновата сама этикетка, а не его собственная глупость.

– Возможно, закрытые тоже испортились, – сказала Кейли.

– Я думал, что с возрастом вино становится лучше.

– Как и ты?

На лице Джейна появилось обиженное выражение. Кейли улыбнулась и покачала головой – ее удивило то, что в столь жутких обстоятельствах она сумела заметить нечто смешное.

– Вот в этих двух – вино, – сказала она, постучав по высокой изящной бутылке. – А это – бренди. Вот здесь виски, и, судя по всему… – Она наклонилась вперед, чтобы взглянуть на этикетку.

– Скотч, – сказал Джейн. – Односолодовый. Я видел, как бутылку такого виски продали за тысячу кредитов. Человек, который ее купил, сказал, что никогда ее не откроет. По-моему, он просто фэйфэй де пи янь.

Джейн взял бутылку, проверил крышку, а затем резким движением открыл. Он понюхал напиток из горлышка, сделал глоток и, причмокнув, вздохнул.

– Но ведь он стоит целое состояние! – воскликнула Кейли.

– На корабле полно разного добра, а мне нужно выпить. – Он протянул бутылку Кейли и посмотрел в окно.

Кейли глотнула виски. Он обжег ее, а когда добрался до желудка, по всему ее телу прокатилась теплая волна. Сделав глоток побольше, Кейли закрыла глаза, и сочетание ощущений – вкуса, запаха, прикосновения – пробудило в ее памяти четкую картинку из недавнего прошлого. Команда собралась за столом на камбузе – Джейн и Бук болтали и смеялись, Саймон и Ривер внимательно за всеми следили, а Инара с капитаном, о чем-то поспорив, демонстративно друг друга не замечали. Кейли посмотрела на всех и вдруг поняла, что они – ее люди, ее семья. Воспоминание оказалось таким мощным, что она едва не расплакалась.

– Знаешь, нам ведь нужно туда, – сказал Джейн. Она снова открыла глаза, и он кивнул на окно у нее за спиной. – Если повезет, найдем какое-нибудь отверстие. А если нет, тогда тебе придется загерметизировать какой-нибудь участок. У меня есть штука, которой можно взорвать одно из этих окон. Возможно, сделаем это здесь. – Он оглядел большой зал.

– Любая разгерметизация привлечет внимание Альянса, – возразила Кейли.

Джейн кивнул и продолжил рассматривать бутылки в баре. Открытые он отставлял в сторону; к ним присоединилось большинство полных. Поставив на стойку перед собой шесть или семь бутылок, он повернулся к Кейли.

– Скоро здесь будут люди Альянса, – сказал он. – То, что мы видели, – только начало, а мы нужны Уошу. Он не боец, ты же знаешь. – Взгляд Джейна стал задумчивым. – Правда, он мог бы заболтать солдат до смерти.

– Я тоже не боец.

– Я сам справлюсь.

– Ты в самом деле собираешься…

Подняв руку, Джейн наклонил голову набок. Кейли тоже прислушалась, и до нее донеслись звуки шагов по металлу и чьи-то голоса.

Джейн сделал неприличный жест, и Кейли сразу его поняла: Альянс.

Джейн аккуратно сложил отобранные бутылки в набитый рюкзак и закинул его на плечо. Затем он достал свою пушку и попытался взвалить на себя второй рюкзак, но его выхватила Кейли. Ей не хотелось тащить на себе лишний груз, но пусть лучше она понесет рюкзак, если при этом Джейн сможет стрелять.

Он указал на темный дверной проем в дальнем конце смотровой зоны.

– Значит, окно взрывать не будем? – прошептала она, пригибаясь к нему.

– Только в самом крайнем случае. Если они зашли где-то рядом, то, может, мы сумеем выйти наружу тем же путем.

Джейн подошел к двери и выяснил, что она не работает. Он вопросительно посмотрел на Кейли; она подлетела к нему, уже копаясь в мешке с инструментами. Эти механизмы были лишены современных улучшений, однако спутанные цветные провода распределительных щитов и механические переключатели обладали определенной уютной честностью. В отличие от современных систем, которыми управляли лазеры, эти структурные компоненты прослужат гораздо дольше, чем несколько сотен лет. Кроме того, на их взлом уходило больше времени.

Через пару минут дверь с шипением открылась, и Кейли отступила, позволяя Джейну проскочить первым. Следующая комната оказалась похожа на ту, из которой они только что ушли: несколько больших просмотровых куполов в потолке, через которые струился звездный свет, десяток кресел и большие невысокие столы в центре. У стен стояли высокие, от пола до потолка, стеллажи, под завязку набитые тысячами книг.

– Никогда не видела столько книг, – негромко сказала Кейли.

Она старалась не шуметь, так как все еще слышала голоса и звуки шагов – странная акустика приносила их даже сюда. Возможно, большие застекленные комнаты улавливали и проводили каждый звук.

Джейн потер пальцем о палец и пожал плечами.

– Скорее всего, они бесценные, – добавила она и увидела, как вспыхнули его глаза.

Кейли имела в виду совсем другое, но ей было лень объяснять. В противоположном конце комнаты была открытая дверь, а за ней – широкий металлический лестничный колодец. Кейли заметила какой-то быстро движущийся объект и бросилась на пол. Джейн уже лежал рядом. Оба замерли. Не двигая головой, она посмотрела по сторонам. Идти некуда, прятаться негде – в любом случае их заметят. Мимо открытой двери вниз по лестнице шли солдаты Альянса.

Если хотя бы один из них повернется и заглянет в комнату, то неизбежно увидит Джейна и Кейли.

Ни один из них не повернулся.

«Они ищут не нас, – подумала Кейли. – Их не интересует ни корабль, ни то, что в нем, потому что они уже все про него знают. Им нужен только он».

Когда прошел последний солдат, Джейн и Кейли еще немного подождали, прислушиваясь к удаляющемуся негромкому эху шагов.

– Я сейчас глупость скажу, но там, снаружи, не так опасно, чем здесь, на корабле, – сказал Джейн. – Уходим.

Когда они пересекли руины библиотеки, Кейли завороженно и взволнованно посмотрела на книги. Несколько книг лежали на голом полу, словно опавшие листья. Некоторые из них раскрылись, и Кейли увидела страницы, которые никто и никогда не прочтет. Кейли подумала о том, какие сокровища они хранят – рассказы о Старой Земле, картинки, имена и лица давно умерших людей, фрагменты истории, которая повлияла на то, каким человечество стало сегодня. Это была настоящая сокровищница знаний, и Кейли жалела, что все это не видят Инара и Бук.

Для Джейна книги были товаром; он подобрал пару штук и попытался прочесть надписи на корешках, но затем тихо положил их обратно на пол, не понимая, что именно делает их ценными. Он уже набил рюкзаки и не мог нести что-то еще.

Он подошел к открытой двери, посмотрел вниз и прижал палец к губам. Кейли посмотрела вверх, не вниз, и в ней вспыхнула надежда: всего четыре пролета и две лестничных площадки, а за ними – тяжелые открытые взрывостойкие двери, рядом с которыми мигала зеленая лампочка, словно дверь открыли совсем недавно.

Джейн и Кейли бросились обратно в комнату.

Кейли встала на цыпочки и прошептала Джейну на ухо:

– Шлюз. Похоже, мы прямо под носовой частью «разрушителя».

– Возможно, именно тут они протянули «пуповину» для перехода.

– Вряд ли. Солдаты в скафандрах, они подготовились к космической прогулке. Здесь мы наверняка сможем выбраться наружу и пройти по корпусу «Сунь-цзы».

– С огромным уродливым «разрушителем» у нас над головами.

– Другой вариант – проскочить мимо них. – Кейли кивнула на дверь, которая вела на лестницу.

– Всего четыре пролета, – сказал Джейн.

– Всего четыре.

Они снова встали в дверях и глубоко задышали, готовясь действовать. Кейли бросила взгляд вниз и заметила какое-то движение, но солдаты, должно быть, уже спустились на несколько пролетов, а затем первой вышла из комнаты и поднялась на пятнадцать ступенек. Скафандр стеснял движения, но она изо всех сил старалась двигаться плавно.

Они преодолели два пролета и уже поворачивали на большую лестничную площадку, когда Джейн ударил рюкзаком о перила. Стекло раскололось. Драгоценный виски сначала стал капать из порванного рюкзака, затем потек струйкой по лестнице и полился через отверстия в металлическом полу.

– Что это было? – донесся голос снизу.

– Волк? Макмэн? – другой голос.

– Нет, сэр, они ушли вперед. За нами никого не было.

– Стоять! Бросить оружие, встать на колени! – крикнул первый голос.

Джейн и Кейли застыли, уставившись друг на друга. «Упрекнуть Джейна не в чем, это не его вина, но какой же он хунь дань!» – подумала Кейли.

– Вперед! – сказал он, и они побежали вверх по лестнице.

Кейли подумала, что это неосмотрительно – они ведь не знают, что ждет их наверху. Если там просто запертая дверь шлюза, они не успеют открыть ее до того, как появятся солдаты. А если эти солдаты немного представляют о том, что ждет их на «Сунь-цзы», то они, скорее всего…

Грохот оглушил ее. В Кейли и раньше стреляли, но никогда ей еще не казалось, что после выстрела весь мир взорвался. Запах насилия вызывал у нее тошноту; она видела, как пули и металлические обломки вращаются и рикошетят от ступенек и площадок. Поначалу ей показалось, что на стенах лестничного колодца мигают десятки маленьких лампочек, но затем она поняла, что пули и осколки врезаются в стены, покрывая их бесчисленным множеством царапин.

Джейн перегнулся через перила и несколько раз выстрелил из Бу.

– Джейн! – крикнула Кейли.

Она схватила его за пояс и потянула назад. Она не знала, поступил он храбро или глупо, высунувшись под обстрел, но он не стал ей сопротивляться. Он прижал к груди руку с оружием, и Кейли увидела, что на его плече распускается кроваво-красный цветок. Джейн пошатнулся и врезался в Кейли.

Она дала ему пощечину – не сильно, но достаточно чувствительно, и это, похоже, заставило его сосредоточиться. Он кивнул, и они снова пошли вверх по лестнице. Кейли чувствовала, как десятки пуль бьют в ступеньки снизу, слышала, как они пролетают мимо нее. Скоро и она получит пулю. Она уже знала, что это такое – быть под обстрелом. В прошлый раз она выжила только благодаря Саймону, но сейчас ей никто не поможет, и она истечет кровью вместе с Джейном на холодном металлическом полу корабля, набитого мертвецами.

Снизу донесся чей-то крик, и Кейли подумала о том, что будет дальше. Стрельба стихла так же быстро, как и началась, и она решила, что сейчас к ним на лестничную площадку прилетит какая-нибудь граната.

«По крайней мере, умрем быстро», – подумала Кейли. Крик оборвался, сменившись резким, душераздирающим воплем.

Стрельба снова началась, но на этот раз стреляли уже не в них. Сначала прозвучало несколько одиночных выстрелов, но затем перестрелка разгорелась, превратилась в несмолкающий рев и треск. Через отверстия в металлическом полу Кейли видела, как несколькими этажами ниже движутся какие-то фигуры. Они стреляли с лестничной площадки в один из примыкающих к ней коридоров или в комнату; одна из фигур вдруг умолкла и застыла.

– Похоже, это Сайлас, – сказал Джейн. – Сам на них напал. Молодчина, мне нравится.

Взрыв потряс лестницу, и им в лицо полетела жаркая волна. Засвистели осколки, кто-то завопил. Послышались чьи-то неуверенные голоса; люди плакали, умоляли и звали на помощь.

– Это наш шанс! – сказала Кейли, и они побежали дальше вверх по лестнице к дверям шлюза.

Джейн неловко прижимал к груди раненую руку, но выглядел сильным и решительным. Пушку он переложил из правой руки в левую. Стрелять он мог с обеих рук.

Дверь оказалась закрыта, хотя зеленый огонек рядом с ней светился, свидетельствуя о том, что она в рабочем состоянии. С помощью панели управления Кейли проверила ее состояние. Если здесь только что прошли солдаты, значит, пространство все еще находится под давлением. Но если снаружи другие солдаты ждут своей очереди, то сейчас шлюз, возможно, снова откачивает воздух.

– Все нормально, – сказала она. – Но люди Альянса заметят, что кто-то открыл шлюз.

– Они почти наверняка знают, что мы здесь, – ответил Джейн сквозь зубы.

Шок от ранения постепенно проходил, уступая место боли, и из раны текло слишком много крови. Им нужно не бегать и напрягаться, а сделать паузу и перевязать рану.

«Интересно, далеко ли «Серенити»? – подумала Кейли. – И что произойдет, когда мы до него доберемся?»

– Что будем делать с огромным пулевым отверстием в твоем скафандре? – спросила она.

Джейн молча смотрел на нее в течение двух долгих секунд.

– Хм… Да еще и рука у меня…

– Давай спрячемся в шлюзе, – сказала Кейли. – У меня идея.

– Серьезно?

– Вроде того.

Кейли нажала ладонью на панель управления, и двери шлюза приветственно распахнулись. Джейн прислонился к стене, тяжело дыша. Кейли совсем не обрадовала мысль о том, что в любой момент он может отключиться. За пределами корабля она легко подхватит его и потащит за собой, но на «Серенити» она во всем зависит от него. Если он будет валяться в обмороке, то не сможет стрелять.

Кейли открыла рюкзак, вытащила оттуда три бутылки, затем достала пару предметов одежды. Щелкнув складным ножом, она отрезала рукав у роскошной шелковой рубашки.

– Ты что??? – вскинулся Джейн, но она не ответила.

Кейли понятия не имела, сколько времени осталось до появления солдат Альянса. У нее было такое чувство, что солдатам все еще не до них.

– Доверься мне, – сказала она и достала маленькую трубку с насадкой из пояса с инструментами.

– Что это?

– «Быстрофикс». Быстро заделывает дыры.

– Дыры в человеке?

– Нет.

– Погоди…

– Слушай, я не смогу наложить жгут так крепко, чтобы запечатать отверстие. Как только выйдем наружу, внутрь проникнет холод и заморозит твою руку. Ну или твой скафандр разгерметизируется, и тогда ты умрешь медленной и страшной смертью.

Джейн смотрел на нее еще целых две секунды, а затем ответил:

– Так заткнись уже и заделай дыру.

– Руку вверх, – приказала она.

Кейли видела, как ему больно, но Джейн сделал все, как ему велено. Она завязала рукав над раной и отверстием в его скафандре, протащила кусок ткани под мышкой и крепко завязала его на плече Джейна. Он застонал, но теперь рукав мог сыграть роль жгута, пока она выполняет следующую часть работы.

Кейли понятия не имела, содержит ли «Быстрофикс» химикаты, которые все равно его убьют.

Прижав руку Джейна к его груди, она засунула насадку в дыру в его скафандре и активировала трубку. Густая жидкость с шипением вылетела из трубки и быстро распространилась внутри и снаружи костюма. Она бурлила и быстро застывала, вступая в контакт с холодным воздухом. Джейн снова застонал и стиснул зубы от боли.

Кейли вытащила трубку и бросила ее на пол.

– Джейн, ты в порядке?

– Все нормально.

– Точно?

– Ну, выбора у меня нет.

Кейли сложила все обратно в рюкзак и взвалила его на плечо.

– Слушай, Кейли… Спасибо.

Она кивнула. Для Джейна это было немало.

– Ты не вырубишься? – спросила она.

– Рана навылет. Бывало и хуже.

Они надели шлемы, загерметизировали костюмы и соединили свои ремни тросом, а Кейли надела на себя оба рюкзака.

За дверями шлюза, где-то внизу, люди продолжали стрелять и умирать.