экстремалов, оказывавшихся не раз на грани между жизнью и смертью. Потому не прошло и года, после военной командировки, как Ваханов начал сожалеть о своем отказе продолжить ее в качестве советника. Ошибку надо исправлять. И тогда, в тайне от других, перед которыми почему-то было стыдно обнаружить свое желание, он уже по второму кругу отослал рапорт в Министерство ВД.

Какому оперативнику отдать предпочтенье в командировке в воюющую страну? Который знает работу, но не имеет боевого опыта, или тому, кто уже слышал свисты пуль и разрывы снарядов, проверен на трусость? Поэтому, отдел внешних сношений МВД не замедлил прислать «добро» и Ваханов отправился в Москву в морозный февральский день, в меховом пальто и шапке с большим неприподъемным чемоданом, в котором кроме изобилия продуктов, собранных сердобольной женой, подарками землякам, был еще столярный и слесарный инструмент. Учитывалось, что прапорщики в армии не перевелись и лишних инструментов в воинских частях не сыщешь. Друзья и сослуживцы, разогретые провожанием «афганца» так, что из-под распахнутой одежды валил пар, с массами пожеланий, шумно, в последний момент втиснули его в самолет, после чего в салоне сильно запахло спиртным, но уже трап отъехал и двери закрылись.

Самолет, рассекая морозный воздух, несет его в Москву и чем ближе к ней, тем активнее новые заботы вытесняют мысли об оставленной Пензе. Гостиница заказана, найти ее – дело техники. И на следующий день к началу рабочего дня Еремей Ваханов уже в фойе Министерства Внутренних Дел скромно ожидает в стороне от дежурного, начала трудового дня главного милицейского Учреждения страны. Потекли кабинетные работники, предъявляя удостоверения дежурному майору милиции. Вдруг он напрягся, вытянулся при виде появившегося в дверях человека в дорогой меховой шапке и пальто. Последний, поздоровавшись за руку с дежурным и мельком взглянув на Ваханова, стал подниматься по широкой лестнице на второй этаж. Это недавно назначенный министр МВД Федорчук. Встречу с ним Ваханов посчитал хорошим знаком. Наконец, когда все сотрудники разошлись по своим рабочим кабинетам, дошла очередь и до ожидавшего пензенца. Дежурный офицер доходчиво объяснил, как в длинных коридорах министерства найти дверь отдела внешних сношений и кивком головы показал на лестницу, по которой только что протопали министерские чиновники. У двери отдела внешних сношений, которую Еремей нашел сразу, уже стоял в ожидании вызова какой-то мужик с рыжими бровями чуть выше его ростом и по виду старше. Волосы на голове тоже рыжего цвета, но начинались они с середины головы, так как со лба – большая залысина. Познакомились. Он первый протянул руку:

– Тоже в Афганистан?

–Да – ответил Еремей. И между ними как-то сразу установились доверительные отношения.

Когда впервые встречаются два незнакомых человека, то моментально невидимые флюиды их излучений создают силу притяжения (приятности), или силу отталкивания (неприязни). Это включается в работу наша интуиция и первое впечатление самое важное, поскольку оно идет от сердца. Потом сознанием овладевает мозг, характерный своим практицизмом, и далеко не всегда правильным распознанием человека. Надо всегда верить сердцу.

–Зацепин Иван – заместитель начальника отдела УР Ростовского УВД, – представился новый знакомый. Еремей назвал себя. Неплохо в период, когда предоставлен только самому себе, скооперироваться с единомышленником, даже если и малознакомым. Уже вместе они поехали в ЦК КПСС, куда были допущены для сдачи партийных билетов. Как в свое время в фильме дикарь Тарзан появился в городе Нью Йорк, так и они, провинциалы, с трепетом вошли в главный руководящий и контролирующий центр страны. Допускают не каждого. Отныне партийные взносы будут платить сюда. Спасибо за доверие.

Дальше пошло проще, но длиннее, хотя и не менее значительно – пять часов в воздухе.

29 февраля 1984 года, командированные, успешно преодолели шесть рубежей таможенной проверки в аэропорту Шереметьево и самолет Москва – Кабул поднялся в небо, чтобы пассажиры могли сверху окинуть столицу в последний раз. Курс на Ташкент, как завершающая экскурсия через всю страну, откуда после дозаправки и еще двух проверок – на Кабул. Знакомые сидели рядом и время для разговора было достаточно. Оба оперативные работники, поэтому сначала в отношениях сквозила настороженность, но к концу полета она растаяла, и, казалось, что они знакомы уже ни один год. Зацепин поведал, что недавно развелся с женой и был расстроен этим. Не каждая женщина может вытерпеть будни уголовного розыска, когда и праздники и выходные сливаются в один рабочий день.

Столица Демократической Республики Афганистан встретила сердито, как будто не хотела принимать своих помощников. Низкая облачность не позволила приземлится в аэропорту сразу, а только после второго захода. В гостинице Представительства МВД СССР в ДРА, куда привезли защитников своего отечества, их радушно встретили проживающие в номере незнакомые, но наши сотрудники. Они приехали с отчетами из разных провинций. И надо сказать, что радушность эта не поддельная, потому что в трудных условиях в воюющей стране радуются каждому прибывшему, поскольку понимают – он прилетел разделить с тобой трудности. За границей очень ценится землячество тем более, если из одного города или местности. Здесь всегда можно рассчитывать, на поддержку земляков.

Знакомство обычно начинается с расспросов, о месте жительства, о работе и должности и заканчивается взаимными «последними известиями». Ты рассказываешь, что новенького там, откуда приехал, а тебя информируют о новостях здесь. Но если ты живешь не в Москве, сведения о верхних эшелонах власти, как правило, скудные. Откуда Ваханову в Пензе знать, что «варится» в столичной «кухне»? Москвичи – другое дело, знают не только, что произошло, но и что намечается в будущем. Они ведь каждый день на работу мимо Кремля ходят. В представительстве много москвичей работало и не только в МВД, но и в других службах и приезжающие из провинций, регулярно пользовались их информацией об обстановке в своей стране и здесь. Слухи и сплетни, тоже были в ходу.

Прилетевшие, через час уже знали о потерях среди советнического аппарата. В войсках гибли много и часто, а потери среди советников редки, поэтому относились к числу чрезвычайных. Около месяца назад погиб, расстрелянный в упор в лицо на рынке Кабула, советник хада (КГБ), служивший третий год в Афганистане. В провинции Герат погиб раненый в автомобиле наш переводчик от потери крови, не успевший после ранения в ногу добраться до медиков. Еще ряд неприятных событий, и в комнате как-то стало сумрачнее. Вскоре послышался шум в коридоре и в дверь ввалился земляк Ваханова, Кострюков. Один из самых «худых» пензенцев, но, говорят, хорошего человека должно быть много. Он проживал в столице ДРА в пятиэтажном доме и знал все о пензенцах– афганцах, и местных достопримечательностях – дуканах, с их содержимом. Рассказал, что перед Новым Годом в Кабуле было землетрясение 7,5 баллов и трясло так, что они все выбежали в трусах ночью на улицу.

Следующие два дня водили по всем кабинетам, знакомили с обстановкой и службами Представительства и обязательное медицинское обследование, в процессе которого Ваханов спросил об адаптации к местному климату:

–Она начнется через неделю поносом, а закончится через шесть месяцев,– обрадовали врачи,– потом наступает ностальгия.

Действительность подтверждала это, правда, не так долго, как пугали медики, но, вероятно, у всех по-разному. Люди, попадающие в жаркий климат, продолжительное время чувствуют себя хуже, чем местные. Объясняется тем, что у прибывших из зоны умеренного климата в крови остается повышенная концентрация натрия и калия. Да и желудок приспосабливается к новым условиям жизни и плохо вначале воспринимает восточную кухню. Лишь через два месяца показатели приближаются к показателям местных жителей.

Провинция Лагман

Назначение получено в провинцию Лагман, расположенную на востоке Афганистана, недалеко от границы с Пакистаном. С севера, на пути холодных ветров, ее защищает гигантский семикилометровый Гиндукуш. Поэтому зимы практически нет. Это одна из трех теплых провинций с субтропическим климатом. Растут пальмы и кактусы, цветут розы. Жаркое лето, безоблачное небо. Самый суровый месяц январь, когда на небе можно увидеть редкие облака, иногда разрешающиеся от бремени дождем. Уже в феврале зацветает нежно-розовый миндаль, и подножия гор, холмы кругом вдруг покрываются малахитовым ковром с низенькими необычайно яркими и разнобразными цветами. Такая живописная картина на фоне суровых гор наполняет душу незабываемым очарованием. Природа влечет к себе и воодушевляет потому, что она естественна. Изучение и наблюдение ее породило науку. Не здесь ли тайна восточных ковров? Не отсюда ли у восточных народов любовь к ярким цветам? Как будто миллионы их со всего света слетелись на фестиваль красоты, чтобы через пару месяцев, под палящим солнцем, превратиться в пожухлый коричневый цвет и слиться до следующей весны в едином рыжем ансамбле с цепью гор.

В северной части провинции, в алокадари (волость) Мундоль, у подножия горного кряжа, огромное озеро и настоящий тропический лес с двумя видами диких обезьян. По рассказам местных жителей, женщины заходят в лес, в случае какой-то необходимости, только в мужской одежде. В противном случае, может напасть стая обезьян мужского пола. И разве отыщешь потом на деревьях участников группового изнасилования? И как привлечешь их к уголовной ответственности?

В этой экзотической местности, среди черноволосых жителей, промелькнет иногда белокурая красавица, по преданию – память, оставленная воинами Александра Македонского.

В третьем веке до новой эры, разгромив в три раза превосходившую армию непобедимого персидского царя Дария, он прошел через Афганистан со своим войском, оставляя на завоеванных землях сатрапов из местных, но под контролем македонцев. Целью Александра Великого было осуществление своей давнишней мечты – завоевание Индии, страны полной чудес. В то время Персия (совр. Иран) именовалась Западной Индией. Существовала Нижняя и Верхняя Индия, в последнюю входили совр. Монголия и Тибет. Он пересек весь Афганистан (идийская территория) с запада на восток через провинции Кандагар, Газни, Кабул, Нангархар к Индийскому Кавказу, как македонцы называли горный хребет Гиндукуш. Дойдя до восточной части современного Афганистана (провинции Нангархар, Лагман, Кунар), Александр завладел центром провинции Нангархар, городом Ниса (Джелалабад), основанный, по преданию, Дионисом – одним из самых почитаемых богов Македонии. Оставив половину войска здесь, с остальной частью, полководец двинулся через горные перевалы, на север. Захватив Мараканду (совр. Самарканд), остался на зимовку, а весной вернулся. Объединив вновь свою армию, продолжил поход по Индии. Вероятно, в период зимовки македонские воины и оставили свою память среди афганского народа в алокадари Мундоль.

После войско Александра Македонского продвинулось в сторону Центральной Индии только на 200 км, где в районе р. Инд (сейчас пакистанская территория) произошла ожесточенная битва с двадцатитысячным войском царя Пора, который сам сражался в первых рядах и, будучи ранен и окружен, отказался сдаваться, продолжая драться. И только когда полностью обессилил, был захвачен в плен. Александр, сам воин, пришел в восторг, от проявленной храбрости в битве царя Пора. Когда его вели, поспешил навстречу и спросил:

– Как бы ты желал, чтобы с тобой обходились?

– Как с царем,– ответил Пор.

Македонский, полководец, покоренный мужеством правителя в битве, не просто сохранил ему жизнь, но и возвратил Пору его царство и они стали союзниками.

Только через восемь лет непрерывных сражений Александр, фактически, исполнив свою мечту, вернулся в Македонию. Так закончился, оставивший в истории след, Великий поход Великого Александра Македонского.

В это историческое место и был назначен Еремей Ваханов, которого сразу предупредили, что никакого транспорта туда нет кроме вертолетов, и они редко летают. Две недели он прожил в Кабуле, «осваивая», с помощью земляка Кострюкова, столичные дуканы и ожидая свой чемодан, который почему-то не прилетел вместе с ним из Москвы. Наверно, он ожидал себе попутчика, потому, что на этом же самолете прилетел Коля Слесарев -скромный и тихий москвич, с которым Ваханову приходилось в первой командировке делить тягости жизни в Газни. Ему тоже не хватало, вероятно, адреналина в крови. И он не был последним из спецподразделения «Кобальт 82», кого вновь потянуло под пули.

Уже второй раз Ваханов начинает афганскую кампанию с вылета из Кабула на большом вертолете МИ-6. Чемодан земляки помогли донести и два вертолета (по одному не летают), тяжело поднявшись, взяли курс на Джелалабад. Пассажиры все советские, военные, в основном, новички. Лететь 40 мин. над гористой местностью, контролируемой противниками народной власти. МИ-6 отличная мишень для желающих потренироваться по воздушным целям. И такой случай был позднее, когда на этом же маршруте, упал подбитый тихоход – погибло 23 человека, только что прибывших из СССР. Но Ваханову и его путникам, в этот раз, не пришлось испытать ужаса падения в подбитом вертолете. То, что судьба обещала нам получить, мы получим и лежа в постели, а что не сулила, тому не быть. Случайностей нет в судьбе человека.

Военный аэродром Джелалабада встретил хорошей погодой и машиной, на которой Еремею предстояло добраться до советского городка Шамархейль – около 10 км. асфальтной дороги в сторону Пакистана. Там находится старший спецкоманды «Кобальт» зоны «Восток», надо ему представиться.

Наступал вечер, поэтому ехали быстро. Активность бандоформирований обратно пропорционально температуре воздуха – а жара начала спадать. Ехали по равнине мимо огромного мандаринового сада, обогнули взорванный мост, затем начались хлопковые поля и посевы мака, из которого и до сих пор наркомафия производит отличный героин. Возможность передвижения на легковой машине в вечернее время, говорила о том, что здесь обстановка спокойнее чем в Газни. Там непременно прислали бы для поездки «бронекарету». Однако дорога, по которой они мчались, о полной здесь безопасности, не говорила – часто приходилось объезжать воронки развороченного асфальта от взорвавшихся мин.