Она была права. Даже если и найдётся деревня, вряд ли кто-то согласится выйти на улицу в такой ливень. Но и оставаться рядом с ней Дантон не мог, как и не хотелось еще больше вымокнуть. Озадаченно мужчина замер в проеме, решая как поступить, но жена снова вмешалась:

- Вам тоже не помешает обсохнуть. Нам здесь и на двоих места хватит.

- Хорошо, - все же согласился граф, и забравшись в экипаж скинул промокший до нитки плащ. Усевшись напротив Кэтрин, он откинулся на спинку сиденья и вытянул длинные ноги.

Укутавшись поплотнее в покрывало, девушка украдкой посмотрела на мужа. Его глаза были прикрыты, и ресницы отбрасывали тёмную тень на щеки. От чего он казался весьма усталым. Золотой свет от лампы плавно плясал на загорелой коже, делая ее очень смуглой. Даже вот такой мокрый и вымотанный, мужчина был все равно невероятно красив. И сколько бы Кэтрин не отрицала этого, супруг ей казался привлекательным… Невольно посмотрела на его рот, плотно сомкнутые губы словно манили их коснуться…. Зажмурилась, мысленно обругав себя, и ощутила, как по телу разливается напряженный трепет. Больше не смела глядеть на супруга, слишком уж он был притягательный, особенно теперь, когда она так продрогла. Не в состоянии согреться, Кэтрин снова начала дрожать, а следом и стучать зубами…

Не прекращающееся щелканье ее зубов, неимоверно раздражало графа. Как и само присутствие жены. Ему с большим трудом, удавалось сохранить спокойный вид в то время, когда внутри все разрывалось. А она ещё словно намеренно елозила с места на место.

- Все ещё холодно? - раздраженно спросил Мишель, выпрямившись.

- Угу, - буркнула девушка, - А вы разве не замерзли?

- Замёрз, но я могу легко сносить столь незначительное неудобство, - ответил мужчина и пересел к ней притянув в свои объятия, - Так лучше?

От неожиданности Кэтрин не смогла ничего произнести. Но действительно, так стало гораздо лучше. От его тела исходил жар не меньшей силы чем от камина. Немного согревшись, девушка непроизвольно опустила голову на широкую грудь мужа. И со странным удовлетворением прислушалась к биению его сердца.

- Ты спишь? - спустя некоторое время спросил Дантон, прерывисто дыша.

- Нет, - тихо отозвалась графиня, расслабившись в теплых объятиях.

- И почему теперь тебе не спится? - поинтересовался Мишель с упреком в голосе. Он отметил, что жена обмякла и перестала трястись. Но от этого ему не становилось легче. Наоборот близость девушки жгла кожу. Казалось, на том месте, где мирно покоиться ее голова появляется ожог. Он с трудом сдерживал себя, чтобы не оттолкнуть девушку.

- Слушаю ваше сердцебиение, - произнесла, как само собой разумеющееся, а граф замер. Внутри словно все разорвало.

Не выдержав взял жену за плечи и осторожно отстранил. Посмотрела растерянно, даже в тусклом свете заметил в ее глазах страх. Отдернул от нее руки словно от раскаленных углей, и задел покрывало, которое тут же соскользнуло вниз оголив грудь. Мишель втянул с шумом воздух, не отрывая взора от съежившегося соска. Опомнившись, Кэтрин быстро натянула покрывала, и краснея от смущения посмотрела на мужа. Его глаза сделались черными, и в них бушевало пламя. Испугавшись, девушка попятилась назад. Но он не позволил, схватив за бедра усадил себе на колени. И не обращая внимания на слабые попытки сопротивления, распахнул покрывало.

Словно обезумев, граф пожирал девушку взглядом, а горячие ладони опустились на талию. Следом влажный рот накрыл грудь, и втянул, облизывая затвердевшую бусины…

Кэтрин вскрикнула и изогнулась, вцепившись в крепкие плечи мужа. В глазах рассыпались сотни звёзд. Моментально холод отошёл на второй план, и жар разнесся по телу. Пальцы мужчины до боли впивались в кожу, но она не замечала этого. От его натиска, в груди бушевал ураган, и Кэтрин чуть ли не задыхалась. Ее организм слишком быстро откликнулся на ласку супруга. Девушке казалось, что вот-вот она лишиться разума. Дрожа, Кэт отчаянно цеплялась за влажную рубаху Мишеля.

- Иди сюда, - прошептал охрипшим голосом Дантон и приподняв жену усадил верхом на себя.

Его трясло, так и хотелось живьем проглотить девчонку. Стройное, обнаженное тело жалость к нему и даже сквозь мокрую ткань это было невыносимо. Схватив Кэтрин за ягодицы, мужчина вдавил ее в свой окаменевший пах. И чуть не заурчал от удовольствия. Несмелые руки девушки обняли его за шею, и в ответ он припал к ее губам.

Кэтрин трепетала в руках мужа. Она как могла, старалась поспеть за настырным языком изучающим ее рот. Его умелые губы доставляли ей неимоверно приятные ощущения. Девушке хотелось, чтоб этот поцелуй никогда не заканчивался. Рядом с Мишелем в ней словно просыпалась другая,  незнакомая женщина, готовая без остатка раствориться в мужских объятиях... И он не сбавлял напор, тёплые ладони торопливо скользили по ее телу, пробуждая в нем еще больший вихрь желания. Кэтрин казалось, что она вот-вот лопнет от нетерпения. Ей было мало прикосновений, поцелуев, девушка жаждала его всего. Непроизвольно застонав, Кэт заерзала на коленях мужа, на что он ответил более жестким поцелуем. И опустил руку между ее ног…

Дантон чуть не свихнулся, почувствовав пальцами ее теплую влагу. Тело жены отвечала ему взаимностью, и уже готово было принять. Пропустив пальцы между горячих складок, он медленно задвигал ими вверх и вниз. Девушка изогнулась, инстинктивно прижимаясь плотнее к его руке. Мишелю нравилась ее пылкость, она словно была создана для удовольствия. Её тело отзывалось на прикосновения не замечательно.

Каждое движение умелых пальцев, поднимало ее на вершину удовольствия. Между ног нарастал ураган готовый в любой миг разорваться. Запрокинув голову, девушка почувствовала,  как язык мужа заскользил по шее опускаясь к груди. И когда нащупал сосок, Кэтрин громко закричала, вцепившись ему в волосы. В крепких руках мужа она словно рассыпалась на тысячу кусочков, а каждую клеточку ее раскаленного организма пронзило молнией…

Мишель вдавил в себя бьющиеся в агонии удовольствия тело жены. И почувствовал, как член прижавшись между ее ног содрогнулся. Дантон застонал, исторгаясь горячей влагой прямиком в свои кальсоны, и испытывая долгожданное облегчение…

65 ГЛАВА

Кучер явился с подмогой на рассвете. К тому времени, Кэтрин успела переодеться в сухое платье, которое Мишель достал из дорожного сундука. О прошедшей ночи девушка не хотела даже думать, ибо сразу возникло желание, биться головой о стену. Она не могла объяснить того, что произошло. Кэтрин будто наблюдала за всем со стороны, и сгорала от стыда. Казалось, в тот миг, они с мужем были как никогда близки, а после даже не смотрели друг другу в глаза. Он покинул экипаж практически сразу, оставив мокрую от пота девушку в полном одиночестве. Смятение моментально обрушилось на нее словно шквал ледяного дождя. В растерянности, Кэт даже не думала о том, куда ушёл Мишель, и где провёл остаток ночи. Она пыталась справиться со своими бесами, о существовании которых даже не подозревала. Они будто пробуждались только в присутствии графа. И как их контролировать девушка не знала…

Мишель пустил коня галопом, но этого все равно было мало. Он то и дело погонял лошадь, даже не думая о том, что может загнать животное. Внутри него все бушевало, и ветер хлещущий по лицу не мог остудить эту ярость. Как он должен придерживаться намеченного плана, когда каждый раз теряет голову рядом с девчонкой? Граф постоянно напоминал себе о том, зачем на ней женился, но стоило коснуться ее, все моментально отходило на задний план. А теперь ещё как сопливый мальчишка, кончил от одного прикосновения. Конечно Дантон понимал, что это издержки воздержания, но все же злился на себя. И на нее, за то, что не давала покоя. Прижимаясь к девушке, в его голове появлялась лишь одна мысль: сделать ее по-настоящему своей женой, и брать когда будет угодно, и как угодно. Только вот не для этого он на ней женился. Мужчина не рассчитывал на то, что супруга разбудит в нем желание. Должно было быть, как раз наоборот...

Поглощенная нехорошими мыслями, Кэтрин не обращала внимания на пейзаж простирающийся за окном кареты. После проливного дождя небо сделалось невероятно чистым, голубая гладь простиралась от горизонта до горизонта. И солнце, словно стряхнув с себя холодные капли, пробудилось от спячки распустив свои радостные, пушистые лучи. Действительно такое зрелище было бы любо любому взору, зелёные поля и луга залитые ярким солнечным светом, деревья с обновлённой листвой. И воздух невероятно свежий...

Вскоре копыта лошади громко застучали по вымощенным камнем улочкам городка. А солнце загородили серые крыши высоких домов. Путники въехали в столицу государства, и это был поистине прекрасный город. Первое, что бросалось в глаза, это отсутствие грязи и зловонного запаха, что было постоянным спутником больших селений. Король Генрих слыл своим честолюбием. И большого труда ему стоило, добиться этого от подданных. Но жестокими наказаниями и пытками он со временем добился своего. Нюртэн процветал, в то время, как вся страна утопала в грязи и нищете.

На протяжении всего оставшегося пути Кэтрин думала, думала и думала... Она пыталась найти ответ лишь на один простой вопрос: почему ее тело отвечает графу, когда у нее нет к нему чувств? Или же она что-то не понимает? Девушка вспоминала женщин в поместье отца, которые в открытую вмешались на мужчин. Неужели и она такая же распущенная? Кэтрин не могла в это поверить, но и найти объяснение своему поведению тоже…

Она смотрела в окно, но ничего за ним не видела. Ее взгляд словно проскальзывал сквозь серые стены и уносился в никуда. Девушка не замечала людей с недовольными лицами расступающихся перед богатым экипажем. Не замечала полукруглые мостовые вымощенные разноцветными камнями. Все было для нее ново, но Кэтрин стало не до этого.

Карета наконец остановилась, и следом незнакомый мужчина в красивом наряде распахнул дверь. Графиня Дантон зажмурилась, защищая ладонью глаза от яркого солнца, и несмело приняла за протянутую ей руку. Когда её ноги коснулись земли, Кэтрин подняла веки и чуть не ахнула, увидев королевский дворец. Это было белое чудо плескающиеся в пушистых облаках. Огромные золотые колонны словно держали на себе весь небосвод. Ничего подобного девушке не приходилось видеть, даже в самых сказочных снах. И всю эту красоту окружали цветущие деревья, словно маленькие тучки зависнувшие над землей. От такого величия перехватывало дыхание и рябило в глазах.

- Госпожа Дантон позвольте я провожу вас в ваши покои, - откуда не возьмись, появилась высокая, стройная женщина в сером платье с кристально белым передником и воротником.

- Да, конечно, - растерянно отозвалась девушка и последовала за незнакомой.

Кэтрин постоянно отставала, завороженно озираясь по сторонам. Красота открывшаяся взору пленила все внимание. Ей хотелось прогуляться по цветущему саду, вдохнуть сладкий аромат с примесью пыльцы. Повнимательнее разглядеть мраморные скульптуры. Понаблюдать за разноцветными рыбками в пруду… Поставить руку под брызги разлетающиеся от фонтана в виде ангела. Возможно позже ей и представиться такая возможность, но сейчас она не смела отставать, боясь потеряться.

Войдя в огромные двери с золотыми узорами и гравировками, Кэтрин и вовсе лишилась дара речи. Внутри все сверкало. Пол начищенный до блеска казался зеркальным, и девушкам даже с опаской ступала по нему. Стены украшали разнообразные орнаменты, отделанные сверкающими камнями. А с потолка свисала огромная мерцающая люстра усыпанная свечами, и повсюду стояли золоченые канделябры.

- Графиня Дантон, - звонкий голос отвлек ее от созерцания обстановки, - Мы счастливы приветствовать вас во дворец.

- Принцесса, - ответила Кэтрин присев в глубоком реверансе.

- А мы подумали, что вы не удостоили нас своим визитом, когда граф Дантон явился один, - Агнес растянула тонкие губы в подобие улыбки.

- Он предпочел путешествовать верхом, - спокойно ответила девушка, в то время, как при упоминании мужа внутри все напряглось.

- Ооо конечно же, - уверенно заявила принцесса, - В этом и есть весь Мишель… Не буду вас утомлять пустыми разговорами. Лучше потратьте время на отдых, вечером вам предстоит аудиенция с королём. А потом если пожелаете, я покажу вам дворец.

- Благодарю, - ответила Кэтрин склонив голову и последовала за провожатым.

Вскоре перед ней распахнулись массивные двери, приглашая в просторную, светлую комнату. Да, она думала, что ее покои в поместье Дантон слишком шикарны. Но то, что открылось ей теперь, было просто волшебством. Огромная кровать с балдахином устланная пестрым покрывалом с золотой вышивкой, а на полу покоился ковер из шкуры неизвестного ей животного.

- Располагайтесь, - произнесла любезно женщина, - Меня зовут Арлетт, я буду вашей камеристкой.

- Спасибо, - устало поблагодарила Кэтрин, и пройдя вглубь комнаты неуверенно спросила, - А вы не знаете, где мой супруг?

- Думаю отдыхает в соседней комнате, - ответила служанка указав рукой на дверь сбоку от входа. И заметив удивление госпожи сообщила, - У вас смежные комнаты, как и полагается.

- Да-да, - растерянно подтвердила она, стараясь скрыть свое удивление.

- Ваши вещи скоро принесут, пока я могу приготовить для вас ванну? - поинтересовалась Арлетт.

- Да, спасибо… - согласилась Кэтрин, глядя вслед удаляющейся женщине.

Сев на кровать, девушка посмотрела на дверь в покои мужа, и задумалась о том, чем он сейчас там занимается. Отдыхает после дороги? Или же принимает ванну? После последней мысли перед глазами возник образ обнаженного мужа. И по телу сразу же понеслась ледяная дрожь. Он был так близко, девушку словно манила эта деревянная дверь. Кэтрин хотелось распахнуть ее и посмотреть на графа. Она не понимала почему теперь постоянно думает о Мишели. Он словно засел у нее в голове…

Кэтрин попросила модистку удалиться, после того как та приготовила ванну. Женщина молча приняла ее просьбу, но не смогла скрыть удивления, когда графиня отказалась от предложения помочь снять ей платья.