Есть люди, чьё перемещение, да и вообще почти любые действия, внимательно отслеживаются прессой и всевозможными аналитиками. Ну, казалось бы, съездил некий персонаж на модный курорт – что тут невероятного? Все мы люди, и каждому из нас свойственна тяга к хорошему времяпровождению.

Но, нет…

Умный человек (а среди финансовых аналитиков таковые присутствуют просто по умолчанию) сразу же проверит список всех тех, кто находился на этом курорте в то же время.

Ну, всяких там домохозяек и «звезд» шоу-бизнеса можно отбросить сразу – они в реальности ничего не решают и ни на что не влияют.

С сомнением посмотрят и на список политиков средней руки (те, что покрупнее – отдыхают совсем в других местах…). Ну… в принципе, они тоже что-то там могут… Но, чаще попросту служат передаточным звеном, транслируя полученную информацию куда-нибудь повыше.

Директора и президенты банков, члены наблюдательных советов – это уже гораздо интереснее! Особенно, если у этих людей нет очевидных тем для общения. И не надо кивать на случайные совпадения! У таких людей ничего случайно не происходит.

И мимолётная встреча таких вот персон может (да, чаще всего так и получается) быть результатом долгих и непростых предварительных переговоров.

А уж о том, чтобы рядом с таким человеком (за столиком в ресторане, например…) оказался какой-нибудь и вовсе случайный сосед – такого не может быть в принципе! Никого постороннего туда и на пушечный выстрел не подпустят. Ибо есть специальные люди (и не всегда это охрана), тщательно отслеживающие такие вот ситуации.

Герберт Морган (увы, не потомок тех самых Морганов…) и являлся одной из персон, чьё перемещение тщательно отслеживалось многими заинтересованными людьми. И хоть он и не мог похвастаться древней и знатной родословной, его настоящее положение говорило само за себя. От одного его слова могло зависеть очень и очень многое. Герберт входил сразу в несколько наблюдательных советов крупных банков и корпораций. Да, он не занимал там ключевых позиций и высоких должностей. Но те, кому положено, прекрасно отдавали себе отчёт в том, какое именно положение он там занимает по-настоящему.

Скромный и не особенно заметный, он чаще всего просто молча сидел на своём месте, внимательно прислушиваясь ко всему, что произносилось в его присутствии. Крайне редко он выступал и с какими-то замечаниями.

Но к его словам прислушивались всегда…

Данное место не относилось к категории раскрученных и особо популярных. Скромный горный курорт… можно даже сказать – почти семейное предприятие. Но попасть в этот горный отель постороннему человеку было практически нереально. Нет, грубо, разумеется, никто и никого не «пошлёт» – мы же все цивилизованные люди! Вот только свободных мест не имеется… увы… так уж сложилось…

У Моргана имелась давняя привычка – он гулял. В окрестностях отеля было проложено несколько пешеходных маршрутов различной протяженности. Для удобства гостей неподалёку от тропинок были устроены места для отдыха. Можно было присесть, перевести дух и полюбоваться окрестностями – там было на что посмотреть.

Понятное дело, что маршруты были под присмотром и негласной охраной – никто посторонний туда попасть бы попросту не сумел. Хозяева отеля, а им уже почти двести лет владела одна и та же семья, подумали и над этим. Горы… это вообще не то место, где можно ходить куда вздумается. А уж если и специально кое-что для этого предпринять…

Герберт свернул с тропинки и подошёл к беседке. Сделанная из крепких дубовых, потемневших от времени и непогоды, брусьев, она настолько вписывалась в окружающий пейзаж, что казалась его неотъемлемой частью.

Войдя внутрь, он опустился на скамейку. Здесь было одно из его любимых мест – именно тут он любил отдыхать, неторопливо разглядывая горы.

И вид отсюда, действительно, был очень даже красивым!

– Не помешаю?

Морган обернулся.

Опираясь на стену, в проёме двери стоял человек в темно-зелёной куртке.

– Да, садитесь уж, раз пришли…

Нормейер медленно опустился на скамью напротив собеседника.

– Я не спрашиваю, каким образом вы миновали посты у входа на тропу, – чуть наклонил голову финансист. – Но откуда, черт возьми, вы узнали, что именно эта беседка является моим любимым местом в данном отеле?

– Вы будете сильно удивлены, но нам известно не только это…

– Могу себе представить! – фыркнул Морган.

Судьба свела их обоих много лет назад. Герберт ещё не был тогда настолько известным специалистом, чтобы принимать все решения самостоятельно. А вот Ларри – про него уже и в то время говорили с опаской – озираясь по сторонам и вполголоса.

«Только помяни черта – и он тут как тут!»

Указанное выражение, как нельзя лучше, характеризовало того, кто сидел сейчас напротив финансиста.

Да, та мимолётная встреча навсегда запала в душу молодого клерка. Он понял тогда, что миром, разумеется, правят деньги. Но – не только они. И даже самой потрясающей всякое воображение суммой, невозможно купить себе лишний день жизни. Особенно в том случае, когда кто-то серьёзно настроен на то, чтобы эту самую жизнь существенно укоротить…

И тот, кто открыл ему глаза на этот факт – сейчас сидел напротив.

– Я ничего о вас не слышал почти тридцать лет… – покачал головою Морган. – Думал, что вы давно уже вышли на покой.

– Так и есть. Но иногда… знаете ли, бывают обстоятельства…

– Вам что-то от меня нужно?

– Лично от вас – ничего. Слава Всевышнему, я достаточно финансово независим. Мне хватает…

– Следует ли вас понимать, что причина нашей встречи не связана лично с вами? И вашими…э-э-э… делами?

Старый спец усмехнулся.

– Скорее уж – с вами!

– Поясните, пожалуйста, – нахмурился финансист.

– Через два дня у вас предстоит встреча с Варбургами?

– Допустим… – осторожно ответил Морган. – И не только с ними. И что?

– Прочтите это… – на скамью легли несколько листов бумаги. – А я пока полюбуюсь пейзажем – он тут, действительно, прекрасен!

Герберт достал из внутреннего кармана куртки очки и нацепил их на нос. Ему вспомнилась фраза из полученного послания.

«…И, пожалуйста, не забудьте взять с собою очки…»

Только многолетняя привычка – никогда и ничего не упускать из виду и не отпускать дела на самотёк – заставляла его проверять ещё и этот, давно уже не используемый по назначению, канал связи. Да, там иногда появлялись дежурные послания, дававшие понять, что человек на той стороне жив и здравствует. Но – только это и ничего более. Никаких совместных дел между ними не было уже лет двадцать. Просто ни имелось повода…

И вдруг – короткое и лаконичное сообщение.

«Постарайтесь быть на вашем любимом месте в горном отеле».

И дата.

Всё.

«То есть, старый лис знает о моих привычках? Об этой конкретной беседке? Похоже, что да, знает. И значит ли это, что за мною ненавязчиво наблюдали всё это время? Да… другого вывода просто не может быть…»

Впрочем, все эти мысли разом вылетели из головы, стоило ему прочесть первые абзацы текста.

– Это не всё… – спустя несколько минут отложил бумаги Морган.

– Я похож на филантропа? – усмехнулся Нормейер.

– Сколько?

– А вы сами-то как полагаете?

– Это будет зависеть от того, насколько достоверной информацией вы можете располагать.

Наёмник кивнул на лежащий между ними документ.

– Ну, положим, большую часть того, что тут написано, вы можете проверить и сами. И убедиться в том, что мои данные вполне объективны. И – да, я располагаю возможностью получать подобную информацию и далее.

– Как долго?

– Достаточно.

– Вас интересуют только деньги?

– Не только.

Финансист некоторое время молчал, что-то прикидывая.

– Когда я смогу вас увидеть ещё раз?

– Ну, канал связи-то у вас ведь работает?

– Да.

– Ну, так и напишите мне…

Сообщение по электронной почте

«Руководство санкционировало заключение контракта. Авансовый платёж в размере двадцати пяти миллионов евро зачислен на ваш счёт».

Ответ последовал почти сразу же.

«Высылаю вам дополнительную информацию по проекту. Документация будет передана специальным курьером».

Война началась…

Нет, никто не вывел из ангаров танки, и в воздух не поднялась боевая авиация. Не могло и речи идти о том, чтобы стартовали какие-то там ракеты и прочий подобный кошмар.

Войны в финансовом мире происходят совсем по-другому.

Что, сказать по правде, ничуть не исключает и чисто физических неудобств – для отдельных личностей. Для особо зарвавшихся… Ну, всё ж тут люди взрослые… сами прекрасно должны понимать – во что ввязались и с кем решили побороться.

Должны?

Ну, по умолчанию, это подразумевается само собой.

А если кто-то оказался слишком уж самоуверенным… то кто ж ему доктор-то?