Торарином Дерзким звали одного человека, жившего в Бревенчатых Амбарах[1140] в Островном Фьорде, он любил пышно одеваться и был заносчив. Он был сыном Торда, о котором много рассказывается в саге о людях с Осинового Холма[1141], а его матерью была Хильд дочь Гаута, сына Армода. Торарин много разъезжал по торговым делам.

Случилось как-то, что Торарин возвращался из плавания, в которое он отправился за лесом для своих построек, и привел свой корабль в Лавовую Гавань[1142]. Там в это время стоял корабль Торгейра сына Хавара. Летом тот был объявлен вне закона за убийство Торгильса, родича Греттира сына Асмунда[1143], а также за тайное умерщвление Торира с Реки Корабельного Сарая[1144].

Торарин созвал своих людей и сказал:

— Дело обстоит так, что здесь стоят на якоре люди, которые стали известны многим из-за творимых ими беззаконий, к тому же они — убийцы наших родичей, и теперь самое время воздать им за это по заслугам. Что до Торгейра, то он — худший из людей.

Затем они приготовились напасть на их корабль. Одного из спутников Торарина звали Мар, а другого Торир.

А когда Торгейр узнал об этом, он велел своим людям защищаться и выказать храбрость. Затем завязался ожесточенный бой. Нападающих было четыре десятка человек, так что силы были слишком неравны. Торгейр доблестно держал оборону у штевня корабля. Когда ряды тех, кто сражался у бортов, поредели, усилился натиск на штевень, и тут Торгейр сразил Мара и Торира и еще двоих человек, а потом пал сам. Всего же он убил четырнадцать человек[1145]. Торарин сразил в этом бою семерых человек. Он отрубил Торгейру голову, увез ее с собой в Островной Фьорд, и когда приехал домой, засолил.

Весть об этом разнеслась повсюду. Многие хвалили его за этот поступок и считали, что он проявил большую удаль. Однако Эйольв сын Гудмунда с Подмаренничных Полей[1146] сказал, что мало за кого из убитых дружинников Олава конунга[1147] не пришлось потом расплатиться сполна:

— И еще неизвестно, как долго они будут праздновать свою победу. К тому же, мне рассказывали, что Торгейру пришлось сразиться с куда более многочисленным противником. И хотя люди и не любили его, он был в большой милости у конунга.

Эйольв был дружинником Олава конунга, как и Гудмунд, его отец.

Когда люди собрались ехать на альтинг, Торарин велел принести голову Торгейра и сказал, что они захватят ее с собой и предъявят в доказательство того, что они совершили. А когда Торарин явился к Скале Закона[1148], там уже собралось множество народу.

Тогда он повел такую речь:

— Должно быть, всем, кто тут есть, известно, что произошло прошлой осенью, когда был убит Торгейр сын Хавара. Кое-кто из тех, кому он причинил горе, предлагали деньги за его голову. Я думаю, что смогу представить им доказательство, что это моих рук дело, и я считаю, что теперь мне по праву принадлежат те деньги, которые были обещаны тому, кто это совершит. А ежели кто усомнился в моем рассказе, он может теперь взглянуть на его голову, — и поднимает ее.

Тогда Эйольв сын Гудмунда сказал:

— Сдается мне, что смерть Торгейра будет сочтена большой потерей, если я верно оцениваю все обстоятельства, ведь нам известно, что Олав конунг был очень расположен к Торгейру сыну Хавара, и тот был его дружинником. Не слишком ли ретиво, ты, Торарин, взялся за это дело? Велик урон, понесенный властителем, и в распоряжении конунга множество средств, чтобы отомстить.

После этого они расстались, и Торарин увез с собой голову Торгейра обратно на север.

По прибытии в Островной Фьорд Торарин сказал:

— У многих людей останется в памяти убийство Торгейра, если мы положим его голову в курган возле Угловой Переправы.

Так и сделали.

А поскольку между Исландией и Норвегией ходили корабли, вести о гибели Торгейра сына Хавара и его спутников дошли до Олава конунга. Конунг спросил, кто совершил это убийство, и ему ответили, что это дело рук Торарина Дерзкого, а еще рассказали о том, как чудовищно он поступил, когда засолил голову Торгейра на зиму, а следующим летом привез ее на альтинг.

Конунг был страшно разгневан этой новостью и сказал:

— Убийство человека — не редкость, но мы не знаем других примеров, чтобы кто-нибудь себя так вел[1149]. И нам, конечно, хотелось бы, чтобы учинивший это не долго оставался в живых.

В это самое время Тормод Скальд Чернобровой отправился в Гренландию, с тем чтобы убить Торгрима Тролля и отомстить за Торгейра сына Хавара[1150]. А еще он сложил поминальную драпу[1151], подтверждающую все эти события.

Конунг велел позвать к нему для разговора человека по имени Сигурд. Тот как раз собрался ехать в Исландию.

Конунг сказал Сигурду:

— Как прибудешь в Исландию, поезжай к Эйольву сыну Гудмунда, моему дружиннику и другу, и передай ему эти деньги. Там серебро весом в восемь марок. Я хочу вручить ему эти деньги и в придачу к ним мою дружбу, а взамен я желаю, чтобы он устроил убийство Торарина Дерзкого.

Сигурд взял деньги, а затем отправился своим путем. Он вышел в море и привел свой корабль в Островной Фьорд. Вскоре там устроили торжище и завязалась торговля.

Эйольв приехал к кораблю и встретился с кормчим. Они поговорили о припасах и обсудили сделки, и Эйольв пригласил его к себе, а команда устроилась на зимовку в Островном Фьорде.

Когда Сигурд приехал домой на Подмаренничные Поля, он рассказал Эйольву о поручении конунга и передал ему деньги, — «а взамен он желает, чтобы ты покончил с Торарином Дерзким за то, что он убил Торгейра сына Хавара».

Эйольв сказал в ответ, что благодарит конунга за его дары и дружбу, — «а что до его поручения, то я надеюсь исполнить его с помощью конунговой удачи»[1152].

Осенью, когда люди поехали на окружной тинг[1153], Эйольв отправился в путь вместе со своими людьми. Торарин Дерзкий тоже поехал, взяв с собой множество народу. В этой поездке с ним также был его раб по имени Грейп[1154], человек рослый и сильный. Весь день люди скакали во всю прыть, и раб припустил своего коня и обогнал Торарина, забрызгав грязью его одежду.

Торарин сказал:

— Будь ты неладен, ничтожный раб, за то что ты сделал! — и ударил его по спине рукоятью меча.

А раб обернулся и спросил, не хочет ли тот предложить ему возмещение <...>[1155]