Тропинка вторила крутому изгибу речки, и заросли ивы скоро скрыли лодочный сарай. По причалу загрохотали тяжелые ботинки, раздался ещё один выстрел, но пуля пролетела далеко. Сзади громко совещались. Он бежал, пользуясь лунным светом, чтобы разглядеть дорогу, и проклинал его каждый раз, когда приходилось пересекать открытое пространство. Впереди сквозь зелень блеснула гладь залива Чесапик. Неожиданно Корнелл споткнулся об какой-то корень и упал. Поднявшись, он почувствовал резкую боль в колене, но бросился дальше. Твердая земля сменилась песком; он выбежал на пляж, повернул на север и снова нырнул в лес. Мгновение спустя на пляж выскочило с полдюжины преследователей.

Кусты служили ему укрытием, пока он восстанавливал дыхание. Правая нога дрожала и отказывалась ему служить. На пляже мелькали лучи фонарей.

Там, далеко позади, уже обнаружили тело Джейсона Стоуна. И теперь на него будут беспощадно охотиться, чтобы уничтожить как убийцу. Корнелл вздрогнул и забился поглубже в кусты. Тропинка кончилась. Кусты цеплялись за него, царапали, рвали одежду. Он соскользнул с глинистого берега какого-то ручейка и перешел его вброд.

Нога болела сильнее с каждым шагом. Он шел всё медленнее, понимая, что расстояние между ним и преследователями постоянно сокращается. Они двигались широким полукругом, и по лучам фонарей было видно, что его пытаются взять в кольцо, оттеснить назад, к пляжу. Теперь он шёл спотыкаясь и уже не так быстро, как раньше. Пот тек по нему ручьем, он задыхался.

Он упал, не успев понять, что случилось, а когда попытался встать, почувствовал невыносимую боль в ноге. Он пополз на локтях и одном колене, спустился к ещё одному ручью. Вода мягко плеснула ему в лицо. Сквозь заросли камыша он видел, что огни фонарей приближаются, становятся ярче. Он не мог встать. Не мог идти дальше. Подняв голову, Корнелл заметил темные очертания бесшумно пробирающейся в камышах лодки. Где-то вдали перекрикивались полицейские. Корнелл с недоверчивым изумлением смотрел на лодку. Это было маленькое суденышко, а в нем — два человека. И кто-то прошептал его имя:

— Барни? Барни!

Позади, ярдах в пятидесяти, прозвучал выстрел. Кто-то сердито крикнул. Лодка была уже совсем рядом. Корнелл с трудом поднялся с мокрой мягкой земли. Что-то с плеском упало в воду всего в нескольких футах от него.

— Барни?

Он разглядел маленькую фигурку на носу лодки и раздвинул камыши.

— Сюда, — тихо позвал он, — я здесь!

Лодка подошла ближе — темная тень среди других двигающихся и шелестящих, теней.

— Да где же, черт побери? — спросил кто-то.

— Здесь, — повторил Корнелл.

— Помоги ему, Гутси, — сказал второй голос. — Барни, с тобой всё в порядке? — В голосе звучало облегчение.

Корнелл попытался встать, взмахнул руками и сделал несколько неверных шагов. Ноги шумно шлепали ло мелководью.

— Тише! Кругом полиция.

Корнелл уже потерял способность удивляться. Он позволил втащить себя в лодку, не задавая никаких вопросов. Его даже не удивило, что неизвестно откуда появилась Салли Смит и вытащила его из этой переделки.

VI

Корнелл разглядывал управлявшего лодкой мужчину. Он стоял на корме и, используя весло как шест, бесшумно и уверенно продвигался вдоль берега заливчика. Корнелл никогда не видел этого человека. Небольшого роста, коренастый, с широким загорелым лицом. В расстегнутом вороте рубашки виднелись черные вьющиеся волосы на груди. Он посмотрел на Корнелла, широко ухмыльнулся, но ничего не сказал, спеша убраться из этого опасного места.

Корнелл осторожно ощупал ногу. Перелома нет. Просто растянул связку, уже поврежденную ударом машины Кича. День-другой поболит и пройдет. Он заметил, что Салли Смит наблюдает за ним, и сказал:

— Ничего страшного.

— Мы ещё не выбрались отсюда, — напомнила она.

— Тебе придется многое объяснить, Салли.

— Потом, — прервала она.

Он посмотрел на мужчину и кивнул. Эта тоненькая девушка и коренастый волосатый мужчина, похоже, хорошо понимали друг друга. Корнелл решил сейчас не заниматься этой проблемой. Хорошо еще, что луна скрылась за тучами; теперь, когда Салли Смит пришла ему на помощь, всё будет в порядке. У него появилось ощущение, что он наконец в безопасности и рыскающие по берегу полицейские потеряли след. Сквозь камыши и деревья их фонари казались сердитыми светлячками, которые стремятся отыскать его. Интересно, подумал Корнелл, сможет ли полицейский, которого он сбросил в воду, опознать его? Не исключено, что полиция знала о нем ещё до того, как приехала. Что ж, его уже ничто не удивит.

Когда они вышли в залив, скорость лодки изменилась. На севере мигали огни Калверт Бич. Корнелл молча сидел на дне лодки, устроив поудобнее больную ногу, и наблюдал за Салли Смит. Девушка, скорчившись, сидела рядом и смотрела на берег. Она была загадкой, которую он намеревался решить во что бы то ни стало.

Для одинокой скромной служащей она была весьма проворна. Этот человек — Гутси, кажется, — возник просто из ничего.

Салли почувствовала его взгляд и подняла глаза. В густой тени её лицо было трудно разглядеть. Она выглядела как-то иначе — моложе, наивнее. Ему нравился запах её волос.

— Вы во что-то впутались, — сказала она.

— Уж вам-то это известно, — ответил Корнелл.

— Вы что, думаете, я имею к этому отношение?

— А разве нет?

Она не ответила. Спросила сама:

— Джейсон Стоун действительно мертв?

— Откуда вы знаете?

— Мы слышали в деревне — Гутси и я. Нам сказал местный полицейский, как раз когда подлетели машины. Они знали ваше имя и сказали, что это вы убили его. Лодка — идея Гутси. Мы знали, что вам не выбраться по суше.

— Я не убивал Стоуна, — сухо произнес Корнелл.

Она посмотрела на него:

— Это правда?

— Правда.

— Да замолчи же ты, Салли, — раздраженно сказал Гутси, — По воде голоса разносятся очень далеко.

— Извини, — отозвалась она.

— Лучше поостеречься, — сказал Гутси.

Корнелл больше не видел огней на берегу. Низкий мыс отрезал их от Оверлука. Гутси перестал грести и занялся легким навесным мотором. Прилив, потихоньку раскачивая лодку, гнал её к берегу.

— От него будет такой шум, — запротестовала Салли.

— Будет смешно, если мы подойдем на веслах к причалу Фини.

— Тебе виднее, — согласилась Салли.

— Иногда я в этом сомневаюсь, — отозвался Гутси. Он через плечо взглянул на Корнелла: — С твоим мужем всё в порядке?

Корнелл испуганно взглянул на Салли. Её прохладная хрупкая рука крепко сжала его руку.

— Всё прекрасно.

Шум мотора заглушил остальные слова. Корнелл высвободил руку и посмотрел на Салли. Девушка слегка вздрагивала, и он понял, что она смеется. Она придвинула губы к самому его уху:

— Не надо сейчас спорить.

Причал Фини состоял из двух шатких, покосившихся пирсов, словно шишковатые пальцы выдававшихся в тихую бухточку. Гирлянда красных и желтых лампочек тщетно пыталась создать атмосферу веселья. Кричащая неоновая реклама на большом сарае гласила, что на причале Фини вы можете получить все, что пожелаете: вино, виски, пиво, еду, развлечения и бунгало. Когда Гутси направил лодку к берегу, по воде далеко разносилась мелодия, которую играл музыкальный автомат.

Салли коснулась руки Корнелла:

— Как нога?

— Дойду.

Гутси выключил мотор, и музыка зазвучала громче.

— Ну, слава Богу, — вздохнул он, — добрались.

— Даже не знаю, как тебя благодарить, — сказала Салли.

— Для старого друга это пустяки. — Он с сомнением посмотрел на Корнелла: — Думаешь, он сможет идти, Салли?

— Всё будет в порядке.

— Только ничего не рассказывай и все.

— Можешь не сомневаться, — горячо пообещала Салли.

Гутси подвел лодку к пирсу, и Корнелл встал. Боль в колене оказалась слабее, чем он ожидал. Салли озабоченно посмотрела на него и улыбнулась:

— Далеко идти не придется.

Корнелл был согласен повременить с вопросами. Он помог Салли подняться на причал, а когда обернулся, Гутси уже не было. Салли это, похоже, не удивило. Она сказала:

— Идем, и постарайтесь выглядеть естественно. Самое трудное позади. Может, конечно, вы хотите немедленно покинуть Калверт Бич, но мне кажется, уже поздновато. Вы и мили не проедете, как окажетесь у них в лапах и всё будет кончено.

— А вы?

— О! Со мной всё будет в порядке. Главная приманка для них вы.

— Вам не кажется, что вы напрасно рискуете?

Она остановилась на дорожке, ведущей к бару Келли. Салли смотрела на него снизу вверх, глаза девушки были серьезными.

— Чем рискую? — спросила она.

— Ну, оставаясь со мной.

— Но вы же сказали, что не убивали Джея Стоуна.

— Да, но…

— Мне этого достаточно, — сказала Салли.

Неоновая реклама отбрасывала розовый свет на её лицо. Корнелл улыбнулся и взял её за руку.

— Ведите, — сказал он.

Дорожка вела от причала вверх, но никакого поселка видно не было, и, кроме мелодий музыкального ящика и тихих голосов из-за двери бара, вокруг не замечалось никаких признаков жизни. Салли, похоже, хорошо знала это место. Она свернула в сторону возле таблички «Коттеджи для туристов — на день, неделю или месяц». Корнелл, прихрамывая, шел рядом. Он увидел её автомобильчик возле одного из дальних домиков, в густой тени тополей, возвышающихся на опушке леса.

— Это он, наш милый домик? — спросил Корнелл.

— Пока да, — ответила Салли. Она повернулась к нему, голос её звучал напряженно. — Послушайте, Барни. Я встретила Гутси в Калверт Бич, когда зашла выпить кофе. Вас очень долго не было, и я догадывалась, где вы можете быть. Оверлук — единственное место в Калверт Бич, имеющее какое-то отношение к вам. Чем дольше вас не было, тем сильнее я беспокоилась, а потом встретила Гутси. Возле полицейского участка была такая суматоха, и Гутси предложил помочь.

— Ну и?

— Как полиция узнала об убийстве? — спросила она. — Не знаю. Я же не могла спросить. Ну и, дожидаясь, когда Гутси приведет свою лодку, решила снять один из этих домиков. Так, на всякий случай. Но если вы хотите взять мою машину и уехать — пожалуйста. Только далеко не уедешь. Единственный шанс — спрятаться здесь, где им и в голову не придет искать. Завтра все, глядишь, и поостынут, и вы сможете сдаться властям, сегодня вас могут просто застрелить на месте. Джей Стоун был важной персоной. Не мне вам рассказывать. Немало горячих голов почувствовали бы себя героями, поймав или застрелив его убийцу. Что касается сегодняшнего вечера, то при виде местных полицейских у меня сложилось твердое мнение, что они будут сначала стрелять, а уж потом задавать вопросы.

Ее голос дрогнул, и Корнелл промолчал. Единственным звуком вокруг было тихое жужжание насекомых.

В одном из дальних окон горел свет, но в соседних домиках было темно, хотя там жили. Возле дверей стояли машины. Он покачал головой и улыбнулся:

— У вас есть ключ?

— Вот. — Она протянула ему ключ от домика.

— Идем.

Домик оказался на редкость чистым и уютным. Охапка дров перед маленьким кирпичным камином, кленовая мебель с обивкой из яркого ситца, такие же занавески на окнах, крошечная кухонька, туалет с душем. Салли включила свет и сделала пируэт посреди комнаты.

— Видите? — сказала она. — Все удобства.

— Вижу, — кивнул Корнелл.

Он взглянул на широкую тахту, потом на жесткие кресла. Салли улыбнулась:

— Знаете, проявлять благородство совсем не обязательно.

— Мне чертовски неприятно, что я впутал вас во всё это, — сказал Корнелл.

— Здесь лучше, чем в тюрьме, правда?

Ему пришлось признать, что она права. Салли избегала смотреть на него. Она хлопотала на кухоньке, и вскоре он почувствовал запах свежесваренного кофе. Он не стал спрашивать, когда она успела запастись провизией. У него было ощущение, что вопросы бесполезны. У этой девушки имелся четкий план, и она действовала в строгом соответствии с ним. Она всё расскажет, когда сочтет необходимым; Корнелл даже испытал облегчение — можно расслабиться и положиться на кого-то. Она знала, что делает.

Салли отошла от крошечной плиты и подала ему кофе. В мягком свете лампы она выглядела славно — чистенькая, свежая и приветливая. Он заметил, что глаза у неё сине-зеленые, умные и веселые, и снова подумал, что она не так проста, как кажется. Потом вспомнил их встречу в троллейбусе, и в нем проснулось недоверие, потому что теперь он ещё лучше понимал, что Салли вовсе не случайность.

— Это вас подбодрит, — сказала она. — Я сама держусь только на кофе.

Горячая жидкость немного прочистила ему мозги.

— Есть вопросы? — спросила она.

— Ещё сколько.

— Барни, а до утра они подождать не могут?

— Послушайте, Салли, — ответил он, — я же ничего не знаю.

— Обо мне?

— Да. О вас. Обо всем.

— Это совсем просто, — сказала она. — Я ведь уже говорила, я просто хочу помочь вам. А что касается Гутси Томаса, я знаю его тысячу лет. Его знал ещё мой отец. Гутси всегда очень хорошо ко мне относился, как старший брат. В том, что мы вас сегодня нашли, нет ничего загадочного. У нас было преимущество: мы со стороны наблюдали, как они преследовали вас. По свету их фонарей легко было сообразить, куда вы направились. Просто нам повезло, и мы нашли вас раньше полицейских, вот и все.

— Что известно Гутси? Он знает, кто я?

— Я сказала ему, что вы мой муж.

Корнелл усмехнулся:

— Но ведь было ясно, что полицейские гонятся за мной…

— Гутси не слишком жалует полицейских, — коротко ответила Салли. Она допила кофе, забрала чашки и отнесла их в кухню. Корнелл смотрел на её прямую спину и плечи. На мгновение у него потемнело в глазах, и он почувствовал, как его охватывает непреодолимая усталость. Салли обошла все окна и плотно задернула занавески. Подойдя к нему, она сказала:

— Вы устали больше, чем я. Остальные вопросы могут подождать. — В её голосе зазвучала какая-то странная нежность. — Не беспокойтесь обо мне, Барни. Пожалуйста. Вы сказали, что не убивали Джейсона Стоуна, и я верю вам.