- Ни малейших, — просмеявшись, заверил его Аластор и тоже обратился к Дункану: — Милорд магистр, вы пришли пожелать нам спокойной ночи?

- Именно так, — с улыбкой подтвердил тот и посмотрел на Айлин. - И как целитель… пожалуй, я прописываю вам всем для лучшего сна по чашке горячего вина со специями.

- Синьор Фарелли, вас не затруднит передать это пожелание юноше, который дремлет там на посту? Могу только надеяться, что он донесет вино с кухни достаточно горячим.

- Вино со специями - слишком серьезное зелье, чтобы доверять его обычным поварам, - с преувеличенной серьезностью возразил Лучано. - Я видел на вашей кухне переносные артефактные жаровни, не требующие огня. Изумительно удобная штука! Если позволите принести сюда одну такую, обещаю вам лучший напиток в этом прекрасном городе, не будь я Лучано Фортунато!

Магистр кивнул, и повеселевший Лу выскочил из палаты вместе с Перлюреном, который, разумеется, никак не мог пропустить такое событие, как поход на кухню.

- Надеюсь, повара не позволят Перлюрену разграбить запасы Академии, — ухмыльнулся Аластор, проводив их взглядом. - Милорд магистр, горячее вино - это очень кстати! Вы ведь не откажетесь выпить вместе с нами? Сегодня у меня радостное событие, которое я хотел бы отметить… — Он слегка смутился, но твердо добавил: — В самом близком кругу.

- Почту за честь, — слегка поклонился Дункан и наконец вручил Айлин веточку, которую держал, а потом склонился к ее руке и коснулся пальцев теплыми нежными губами.

Горячая сладкая волна смущенной нежности захлестнула Айлин, спускаясь от и так пылающих щек вниз. Она покосилась на Аластора и увидела, что тот улыбается. Ну еще бы, Ал сам влюблен и хочет, чтобы все вокруг были так же счастливы, как он сам…

Она снова удивилась, когда поняла, что не слышит мысли Аластора - еще чего, она же не магистр гильдии разума! - но откуда-то точно знает, что тот чувствует.

- Это называется резонанс, моя дорогая, — негромко пояснил Дункан… то есть Кармель, обведя их с Алом посерьезневшим взглядом. - Те самые последствия, о которых я говорил. Полагаю, несмотря на почти разорванную связь, вам будет очень трудно скрыть друг от друга свое душевное состояние, каким бы оно ни было. Вам двоим и синьору Фарелли, разумеется. Чем сильнее чувства, тем яснее вы будете их ощущать. Именно чувства, не мысли, как вы уже могли понять. Иными словами, вы почувствуете чужую грусть или радость, не зная их повода. На расстоянии этот эффект ослабнет, но вблизи могут появиться и другие…

Аластор задумчиво кивнул и уронил:

- Что ж, из всего, что с нами сделал Разлом, я считаю это драгоценнейшим даром. Заполучить две родственные души, которые будут знать и чувствовать меня, как я сам… Это чудо.

- Верно, — негромко отозвался магистр и предостерег: — Однако любое самое прекрасное чудо имеет вторую сторону, непременно опасную или не такую приятную, как первая. Будьте осторожны с резонансом, он способен преподнести немало сюрпризов. Впрочем, надеюсь, что все обойдется.

Похоже, Лучано мчался на кухню и обратно бегом, потому что через несколько минут он ворвался в палату, поставив на пол маленькую жаровню. На руке итлийца висела корзинка, из которой он гордо извлек медную шэнье, как для шамьета, только побольше, бутылку вина, четыре чашки и еще какие-то мелочи… Метнувшись к своей драгоценной сумке, Лу выхватил из нее коробочку со специями. Перлюрен, чуть отставший, но вбежавший в комнату следом, восторженно стрекотал, держа в зубах булочку с глазурью. За последние дни енот заметно подрос и округлился, его шерстка лоснилась, и вид он имел исключительно добропорядочный и ухоженный, но повадок совершенно не поменял.

- Вернулись с трофеями, — заметил Аластор. - Похоже, повара предпочли откупиться. Я понял вас, милорд магистр, и постараюсь не терять осторожности. Но сегодня такой вечер, что я сам хотел бы разделить свое счастье со всеми, кто рядом. Через три дня я женюсь на прекраснейшей женщине Дорвенанта. Разумеется, для меня прекраснейшей, — смутившись, добавил он и виновато покосился на Айлин.

- О, вот как? - Магистр поднял брови, а затем кивнул. - Мои самые искренние поздравления! Если это та, о ком я думаю, она действительно женщина… выдающихся достоинств.

Крошечную паузу перед последним словом заметила Айлин и, наверняка, Лучано, Аластор же пропустил мимо ушей, ответив мечтательным благодарным взглядом. Итлиец похлопотал у жаровни, поставил на нее шэнье и принялся колдовать над вином, ухитряясь бдительно следить, чтобы Перлюрен не добрался до специй, не разбил чашки и не сунул нос и лапы к раскаленной жаровне.

- Великолепный букет, — одобрил магистр, принимая от Лучано дымящуюся чашку. - Чувствую корицу, гвоздику и мускатный орех, но вот что еще… Решительно не могу распознать.

- О, щепотка того, пара крупинок этого… — заулыбался итлиец, умильно глядя на разумника. - Если грандсиньор пожелает, я запишу для него несколько своих любимых рецептов. Этот совсем простой, я называю его «Тихий вечер». Такое вино хорошо пить на террасе, выходящей в сад, но вечера в Дорвенанте прохладнее, чем в моей милой Вероккье.

Айлин пригубила душистый горячий напиток и зажмурилась от удовольствия. Не слишком сладко, зато пряно и чуточку остро. Лу как всегда великолепно подобрал специи, так что запах вина обволакивал ее душистым теплым облаком, словно согревая изнутри.

- Тебе с медом, друг мой Альс, — улыбнулся итлиец, размешивая вино для Аластора. - Этот сорт сладок сам по себе, но судя по шамьету, который ты предпочитаешь…

- Да, я люблю послаще… — благодарно отозвался Ал. - Знаете, милорд магистр, в походе Лу и его шамьет постоянно спасали нас от усталости и голода. Сейчас, когда я все вспоминаю, поверить не могу, что мы добрались до Разлома и вернулись обратно. Так странно думать, что ничего сложнее и опаснее у меня в жизни больше не будет!

- Не зарекайся, Альс, — предупредил его Лучано вроде бы серьезно, однако в желто-зеленых кошачьих глазах итлийца плясали смешинки. - Ты еще пожелаешь поменять своих грандсиньоров на простых и понятных демонов, которых можно было убивать.

- Наш итлийский друг совершенно прав, — подтвердил Кармель. - Я неизмеримо счастлив, что ваше предприятие увенчалось успехом, но, боюсь, радоваться рано. Вам, милорд Аластор, предстоят труды по управлению государством, а это не менее опасный и сложный путь.

- Я знаю, — кивнул Аластор, и Айлин взглянула на него по-новому, с грустью понимая, как же ее друг повзрослел. Не меньше, чем Вороны, а то и сильнее. Словно за этот месяц с небольшим пролетело несколько лет, превратив наивного веселого юношу в серьезного и даже немного мрачного мужчину. - И готов к этому. Сейчас у нас почти такой же вечер, как тот, последний перед ритуалом. И я хочу сказать, что очень вам благодарен. Вам всем! - Он обвел взглядом Айлин, магистра и Лу, а потом даже на енота посмотрел с ласковой усмешкой. - И я постараюсь, чтобы Дорвенант тоже не забыл, что вы для него сделали. А то, что будет завтра… Ну что ж, справимся, когда это завтра наступит.

Он пожал плечами, а потом, смутившись, уставился в чашку, словно пытаясь что-то разглядеть в ее глубине.

- Прекрасный настрой, милорд, —одобрил Кармель, и его глаза весело блеснули. Он посмотрел на Айлин, которая держала чашку одной рукой, не выпуская из второй апельсиновую веточку. - Вам так нравится этот аромат?

- Он прекрасен, — тихо ответила Айлин, чувствуя, как охватившая ее было легкая печаль перетекает в странное спокойствие, словно кто-то, кому обязательно стоило верить, шепнул ей на ухо, что все будет хорошо. - Я даже не могу представить, как должно пахнуть целое апельсиновое дерево! А сад?

- Великолепно пахнет, — рассеянно подтвердил Лучано, принимаясь, наконец, за собственное вино. - У мастера в саду…

И осекся, чуть виновато посмотрев на всех. Наверное, вспомнил, что и Аластор, и Айлин теперь знают, кто его мастер.

Мгновенную неловкость уничтожил Перлюрен, который дожевал булочку и потянулся одной лапой к банке с медом, а другой - к бутылке с остатками вина.

- Смотри за своим зверем, — посоветовал Аластор. - Нам только пьяного енота не хватает!

Вздохнув, Лучано отнес Перлюрена к окну, через которое тот с радостью выбрался в сад и, прострекотав что-то, унесся в кусты по своим важнейшим енотьим делам. Вернувшись, Лу поставил на жаровню еще одну порцию вина, потому что первая как-то незаметно закончилась. Айлин вроде бы пила совсем маленькими глоточками, но в чашке уже показалось дно, а на душе стало окончательно тепло и хорошо. Прав Лучано, его рецепт - настоящий «Тихий вечер».

Она снова поглядела на веточку и поднесла ее к лицу, вдыхая аромат. Совсем скоро Кармель покажет ей Арлезу, о которой говорит с такой любовью, и они будут там счастливы. Вместе…

- Милорд Аластор, — заговорил магистр, словно услышав ее мысли. - Признаться, я не ожидал, что попаду на такое… почти семейное празднование. Для меня это огромная честь, и я надеюсь, вы не поставите мне в вину, если сегодня в этой прекрасной компании я попрошу вас оказать мне величайшую услугу. Вас и синьора Фарелли.

- Разумеется, магистр, — слегка удивленно отозвался Аластор, а сердце Айлин тревожно и сладко екнуло. - Все, что в моих силах!

- К вашим услугам, грандсиньор! - торопливо добавил Лу. - Что мы можем сделать для вас?

- Быть свидетелями, —улыбнулся Кармель, доставая откуда-то из складок мантии небольшую коробочку из полированного дерева. - Полагаю, для вас не секрет чувства, которые я питаю к вашей отважной и очаровательной спутнице. - Он посмотрел на Айлин, которая замерла под этим взглядом, будто зачарованная, и продолжил: — По некоторым обстоятельствам мы решили никого не ставить в известность о помолвке, скрыв ее до самой свадьбы, но… Я бы никогда не простил себе, если бы моя невеста лишилась такого важного знака внимания и преданности с моей стороны. Я прошу вас, безусловно близких и дорогих для нее людей, быть свидетелями моего предложения… Леди Айлин, если вам будет угодно, примите мое родовое кольцо в придачу к моему сердцу, которое уже давно принадлежит вам.

Расширившиеся в немом изумленном восторге глаза Лучано, радостное удивление на лице Аластора… Айлин не могла поверить, что все это происходит с ней здесь и сейчас. Помолвка… Предложение! По всем правилам и в присутствии свидетелей! Она уронила веточку на колени, поставила чашку на стол и сцепила пальцы, чтобы они не дрожали от волнения. Магистр раскрыл коробочку, протянув ее на ладони…

На черной бархатной подушечке таинственно блеснули два кольца, мужское и женское, судя по разнице размеров. Белая оправа показалась Айлин нарочито простой - ее не оживлял ни один завиток, не было ни намека на гравировку, ни гербового щитка… Но тем больше приковывали к себе внимание яркие черные камни. Присмотревшись, она с удивлением поняла, что герб на кольцах все же есть - вырезан прямо на камне. Разобрать изображение никак не удавалось, и Айлин, спохватившись, что слишком долго смотрит на кольца, поспешно отвела взгляд.

И… что же ей теперь делать? Конечно, учебник этикета предусматривал такую важную вещь, как помолвка, и Айлин прекрасно помнила, что девице следует взять мужское кольцо и надеть его жениху. Или просто закрыть шкатулку, если не желает выходить замуж. Правда, Айлин не помнила, чтобы хоть одна девица повела себя столь скандально, разве что в романах! И все-таки…

А что, если она сделает что-то не так? Вдруг арлезийские обычаи отличаются от дорвенантских? Правда, они ведь собираются пожениться в Дорвенанте… Да что же за чушь лезет в голову! И Дункан, то есть Кармель… Ну, он ведь мог бы подсказать ей, что делать?!

Закусив губу от неловкости, Айлин подняла на него взгляд и мысленно ахнула - Кармель смотрел на нее так напряженно и испытующе! «Да он же не уверен, — поняла она с небывалой ясностью. - Он дает мне подумать и боится, что я… что я откажусь! Даже теперь…»

Внутри разлилось ласковое тепло, в котором растворилась и неуверенность, и боязнь сделать что-то не так. Не отводя взгляда от лица Роверстана, Айлин нащупала то кольцо, что было больше, на несколько мгновений задержала его в пальцах и неловко надела на поспешно подставленную руку.

Кармель удержал ее ладонь, на мгновение поднес к губам и потянулся за вторым кольцом. Айлин следила за ним, все так же не в силах отвести взгляд, и даже испугалась на мгновение - что, если кольцо ей не подойдет? Окажется слишком большим или, наоборот, слишком маленьким? Впрочем, это вряд ли, после путешествия на ней не только мантии болтаются, но и пальцы стали тоньше, никакие Иоландины пирожки не помогают. Нет-нет, мало кольцо точно не окажется, а если велико, то его ведь можно подогнать у артефакторов…

Холод металла скользнул по коже, и кольцо село так, словно было отлито специально для нее!

- Какая роскошная работа! — восхитился Лучано за ее плечом, и когда только успел там оказаться. - Никогда не видел черных бриллиантов такой чистоты и размера! Да что там, я вообще черные бриллианты встречал всего один раз. А чтобы такие… Арлезийские копи?

- Совершенно верно, — невозмутимо подтвердил Кармель, глядя на Айлин в упор, а она растерянно ахнула, пытаясь скрыть смущение:

- Это бриллиант? Но… разве они бывают черными?

- Очень редко, — тихо сказал Кармель, снова медленно и томительно нежно поднося ее руку к лицу и слегка склоняясь к ней навстречу. - Это такая же редкость, как сердце, подобное вашему, дорогая моя…

Его губы опять коснулись кожи, и Айлин едва не вскрикнула, таким остро-сладким было это касание. Словно магический импульс разрядился ей в пальцы и ушел куда-то вниз, раскатившись по всему телу горячей волной. Смущенная, она посмотрела на свою руку, которую магистр выпустил, и, наконец, смогла увидеть герб. Какая-то хищная птица… Изогнутый клюв, страшные даже в таком крошечном размере когти и невероятный размах роскошных крыльев!

- Это горный арлезийский ястреб, — подсказал ей Кармель, улыбаясь. - Герб, на который дает право поместье Вуаль. Возможно, он не так стар, как башня Ревенгаров, но…