Он умер и попал в рай? Или же это был просто сказочный сон? Никодемус не раз мечтал о той близости, которая произошла между ним и Мэтти, но даже в мечтах ему не было так хорошо. Никогда!

Никодемус был не дурак и прекрасно понимал, что столь резкий порыв Мэтти и изменение в поведении не имели никакого смысла. Но, похоже, в данный момент ему было на это наплевать.

Мужчина запустил свои пальцы в ее волосы, когда Мэтти столь пылко терзала его, а огонь внутри его становился все сильнее и сильнее.

«Моя, – подумал он про себя. – Наконец-то».

А затем он ощутил, как его тело рассыпалось на множество мелких осколков, и в какой-то момент он даже засомневался, что сможет вернуть все на свои места. Он закричал от наслаждения, но едва ли Мэтти могла понять, что же он сказал.

Когда Никодемус открыл глаза, то увидел, что девушка все еще стояла на коленях перед ним и не сводила с него своих восхитительных глаз. Ее губы несколько припухли, на щеках появился румянец, и прямо сейчас мужчина просто любовался девушкой, о которой столько лет мечтал и которую жаждал заполучить. И даже сейчас он хотел положить ее на стол и овладеть ею полностью, пока оба не достигнут пика наслаждения.

Никодемус хотел ее всю прямо здесь и сейчас. Но он ждал так долго, и что-то в ее поведении его смущало. Он не мог поверить, что она так быстро решила сдаться.

Мужчина коснулся ее лица и нежно провел по щеке своей рукой. Сколько нежности было в этот момент, но не стоит забывать и о лжи, которая стояла у них на пути к счастью.

– Меня завел твой неожиданный порыв, принцесса, – сказал он. – Думаю, нам надо частенько это практиковать.

Его ответ девушке не понравился, судя по тому, как она дрогнула от сказанных им слов, но в этот раз она не высказала язвительного замечания, как это обычно происходило. Мэтти просто стояла рядом, не выражая особо каких-то ярких эмоций.

– Неужели все было так… плохо? – поинтересовалась девушка.

– Ты не слышишь меня, – холодно заметил он. – Я же не раз уже говорил, что мне все равно, каким образом я заполучу тебя. Мне наплевать на гордость. Если ты хочешь встать передо мной на колени, делая вид, что это извинения, а не манипуляция, то останавливать я тебя не собираюсь. – Мужчина пожал плечами. – Собственно, я тебя и не останавливал.

Никодемус был приятно удивлен тем, как девушка холодно и сдержанно выглядела.

– Я не понимаю, о чем ты.

– Даже сейчас твоя реакция меня удивляет. – Мэтти двинулась ему навстречу, и он лишь покачал головой и произнес: – Стой там, где стоишь.

– Значит, ты считаешь, что можешь давать волю своим фантазиям о господстве в отношениях? – Девушка закатила глаза. – У меня есть сомнения по этому поводу.

– Это не фантазии, а факт. – Никодемус улыбнулся, наслаждаясь тем, как внутри у Мэтти разгоралась ярость.

Он был очарован тем, как изменилось ее лицо, одна эмоция сменяла другую в мгновение ока и ни одну нельзя было распознать с уверенностью. В конце концов девушка сдалась, ее плечи опустились, и напряжение в теле сникло, а затем лицо Мэтти озарила улыбка и на ее щечках появились привлекательные ямочки. Девушка фактически светилась позитивом и счастьем, чего Никодемус явно не ожидал. Он не мог поверить своим глазам.

– Прости, – пробормотала она. – Ты заставляешь меня чувствовать… Я не знаю, как на это реагировать.

– Это самая честная реплика, которую я когда-либо от тебя слышал. Но у меня есть сомнения касательно причины сказанного.

– Прекрасно. – Девушка расположилась возле Никодемуса поудобнее. – Ты эксперт по части распознавания моих желаний. Скажи же мне, какие жуткие цели я преследую? Может, ты заодно расскажешь, почему ты довел меня до истомы в самолете? Ты преследовал те же самые цели? – На лице у нее появилась ухмылка. – Каковы же были твои намерения?

– Я был бы менее саркастичен на твоем месте, сидя вот так на коленях перед мужчиной, – заметил Никодемус.

На протяжении долгих лет они пытались поддеть друг друга, и казалось, что этому не будет конца. Постоянные игры за превосходство и повышение ставок. Никодемус вынудил ее выйти за него замуж, и только сегодня Мэтти наконец прикоснулась к нему по своей воле. И, судя по ее реакции, ей и самой это понравилось, ведь скрыть свое желание девушка не смогла.

Никодемус заверил ее в том, что ему наплевать на то, как он заполучит Мэтти, и отчасти это была правда. Но не стоит отметать те сомнения и переживания, которые также не давали ему покоя. Да, он добился своего, все было так, как и должно было быть. Он получил все, чего он так страстно желал: крышу над головой, мир был в его кармане, женщина его мечты сидела перед ним на коленях; но отделаться от чувства одиночества он не мог. Точно такие же чувства он ощущал, когда встречался с Аристой. Но были ли отличия?

Никодемус понял, что все его фантазии были построены вокруг Мэтти Уитакер. Но почему же так вышло? Да потому, что она была самой красивой девушкой, которую он когда-либо видел. Потому что, как она и заметила, он хотел подобраться ближе к ее отцу и их корпорации. Потому что он хотел ее и всячески убеждал себя в том, что Ариста была для него полезным уроком. Больше ошибок повторять он был не намерен.

– Мы еще долго будем таращиться друг на друга? – спросила Мэтти. – Или же ты просто не знаешь, что ответить?

– Я всегда знаю, что ответить. – Мужчина надеялся, что его голос прозвучал серьезнее и суровее, но Мэтти, кажется, даже не заметила изменение его тона, да и с чего бы ей это замечать? Ведь она даже толком не знала Никодемуса. Никто его не понимал и не будет. В особенности женщина, которую теперь он называет женой. – Я сомневаюсь, что тебе придется по вкусу мой ответ.

Никодемус убрал свою руку от ее лица, и, когда она поднялась с колен, он даже не возразил и не остановил ее. Девушка направилась к кухонной стойке и сделала себе чашечку кофе.

– Все дело в контроле, да? – поинтересовалась она. – Ты одержим тем, что хочешь заполучить контроль надо мной, не оставив мне абсолютно ничего.

– Нет, – заявил Никодемус. Как же он хотел быть той чашкой кофе, которую девушка прижимала к своим губам! – Все дело во лжи. Всегда так было. И я боюсь, что ты немного просчиталась.

Мэтти удивленно приподняла бровь, но не произнесла ни слова, даже когда он подошел ближе, коснулся ее подбородка и постепенно спустился ниже к ключице и оголенному плечу. Ее кожа была такой нежной и мягкой. Какой же красивой была Мэтти! Ничего не изменилось с их самой первой встречи.

Да, Мэтти была девушкой с красивым личиком, но до сих пор эта девушка была для него непостижима, прямо как незнакомка. И вот очередная ложь, которой он поддался, но на этот раз обман исходил от него самого. На протяжении долгих лет он считал, что сумеет познать ее и изучить, но в действительности оказалось вовсе не так.

– Я знаю тебя уже очень долго, и все, что ты когда-либо говорила мне, было неправдой, – через какое-то время промолвил Никодемус. – Но твое тело… я верю языку твоего тела, тому, как ты двигаешься и ведешь себя в моем присутствии. Не важно, в какие слова ты облачаешь свои мысли, важно то, как ведет себя твое тело, ведь оно не в состоянии обмануть.

Никодемус был уверен, что находился под чарами Мэтти, которая, словно сирена, пыталась соблазнить его. Следуя приказам своего брата, девушка была готова загнать своего новоиспеченного мужа под каблук и в дальнейшем использовать его в своих интересах.

– И теперь я это знаю наверняка, – тихо произнес он. Мужчина сделал шаг назад и отошел чуть дальше от Мэтти, именно так он и должен был поступить с самого начала, когда встретил ее десять лет назад, чтобы избежать тягостных мук. – А это означает, что я совершенно не могу тебе доверять, Мэтти. Начиная с сегодняшнего дня так и будет, я обещаю.

Его слова должны были задеть ее за живое, но, на удивление, этого не произошло, и ее лицо в действительности не выражало страха, обиды или же печали.

– Я не собиралась… – И тут девушка осеклась, явно обдумывая, что же произнести дальше. – Никодемус, если бы я хотела… – И вновь она замолчала, не закончив свою мысль.

Лицо девушки выражало не то страдание, не то отчаяние.

– Ничего не изменилось, – сказал он. – Я наконец вижу, что к чему.

– Весь этот бардак в моей голове? – с горечью в голосе предположила она. Никодемус же лишь улыбнулся.

– Очередную ложь, – ответил он. – Но теперь это и моя ложь, Мэтти, и убежать тебе не удастся.

На данной ноте пора было поставить точку и уйти, пока разговор не перетек в конфликт. Как ни странно, ему это удалось, и он вышел из комнаты, оставив Мэтти одну наедине лишь с мыслями.

* * *

– Если бы я только знала, что ты планируешь провести наш медовый месяц за работой, – сказала Мэтти, отрывая свой взгляд от планшета, где уже в каждой социальной сети пестрели их свадебные фотографии, – я бы не осталась в долгу и последовала твоему примеру.

Никодемус не сводил глаз с экрана своего ноутбука, который стоял на столе, и не выпускал из рук свой мобильный телефон. Складывалось такое впечатление, что их брак ему уже наскучил и после многих лет не приносил никакого удовольствия.

– Работа? – переспросил Никодемус. – Я думал, что ты даже не знаешь, что это такое, – поддел ее он, а в остальных ситуациях был крайне галантен и вежлив. И в этом-то заключалась проблема. С той самой сцены на кухне прошло уже около недели, а мужчина вел себя не так, как прежде.

Он настаивал на том, чтобы девушка всюду следовала за ним: спала в одной постели, завтракала, обедала и ужинала вместе с ним. Никодемуса, которого она знала, больше не стало, и Мэтти это не нравилось.

– Ты прекрасно знаешь, что я работаю в пиар-компании, – ответила она.

– Ты вовсе не работаешь в пиар-компании, – парировал Никодемус. – Тебе платят деньги за то, что ты появляешься на вечеринках со своими друзьями, а папарацци следуют за вами по пятам. И это называется пиар? Или упрощенная версия проституции?

Вау! Вот такого Мэтти явно не ожидала.

– Таблоиды твердят, что якобы ты выкрал меня и женился без ведома моего брата Чейза, поскольку подобные пираньи из бизнес-сферы частенько именно так и поступают. – Девушка смерила Никодемуса взглядом. – Я лишь пешка в твоей игре.

Прежний Никодемус отреагировал бы как-то на такую колкость, но сейчас ему было наплевать на ее дерзость. Мэтти ненавидела себя за то, что собственная желчь разъедала ее изнутри, оставляя лишь дыры и пустоты.

– А еще они поговаривают о том, что ты был тайно в меня влюблен на протяжении долгих лет. Якобы твой отец был против нашего союза, но теперь-то мы можем быть вместе, словно Ромео и Джульетта нашего времени. А еще бытует версия, что ты подстроил свадьбу, чтобы избавиться от кредиторов своего отца. Даже не знаю, какая версия мне нравится больше.

«Неужели Мэтти обманула всех!» – гласил один из заголовков, который не давал девушке покоя.

– Я думала, свидетелями на нашей свадьбе был твой персонал, – продолжила она. – Представь мое удивление, когда я поняла, что на нашей свадьбе был фотограф, который удивительным для меня образом сумел запечатлеть моменты нашей свадьбы. Мои глаза полны не печали и горести, а романтики и нежности. Кто бы мог подумать, что он настолько талантлив!

– Должен признать, что ты хорошая актриса, – заметил Никодемус, наконец взглянув на Мэтти и отметив, насколько она была красива. – Ты ведь ничего не знаешь о реальности, и все, что тебя окружает, – притворство и ложь.

– Ты ведь сейчас говоришь про себя? – возразила девушка, взмахнув рукой, чтобы доказать ему обратное. – Ты только взгляни на эту виллу. Вот она, реальность!

– Разница заключается в том, что на этот дом я заработал. – Телефон Никодемуса зазвонил, он нахмурился, но трубку все же не взял. Мэтти удивилась тому, как он проигнорировал звонок ради их разговора, будто беседа с ней действительно была для него важна. – Я построил эту виллу с нуля. Поверь мне, я прекрасно понимаю, что значит жить ради мечты, надеясь, что все изменится к лучшему. Не думаю, что о тебе можно сказать то же самое.

– У всех в жизни встречаются сложные моменты, Никодемус, – ответила она, явно не ожидая, что ее голос прозвучит так глухо. Темные образы, воспоминания и чувство вины тут же нахлынули на нее. Ох, это чувство вины, вечно ее сопровождающее и не дающее ей покоя! – Абсолютно у всех. Даже у меня.

На этот раз Никодемус обратил на нее свой взгляд, он посмотрел на нее по-новому. Мэтти не понимала, но под его взглядом паника внутри начала разгораться со страшной силой, заставляя ее сердце биться чаще. Причину этому девушка найти не могла, она лишь понимала, что ей удалось воспользоваться своим главным оружием, и на этот раз она победила, но в чем-то и проиграла. Мэтти боялась его реакции, что он скажет впоследствии, поэтому она решила сменить тему.

– Как насчет твоих планов на будущее? – поинтересовалась она. – Я имею в виду, по возвращении в Нью-Йорк? Придется ли мне по приказу вашего высочества стать домохозяйкой, или же я все-таки смогу заняться своей работой? Я читала статью, где пишут, что ты якобы выкрал меня у моего брата и заставил жениться против моей воли. Просто чтобы ты знал, что думают люди. У многих могут возникнуть вопросы, если я не появлюсь в офисе.

– Я сильно сомневаюсь, что у тебя есть необходимые способности и навыки для того, чтобы стать домохозяйкой, – тут же возразил Никодемус. – Ты умеешь готовить? Стирать? Убирать?

Девушка устроилась поудобнее на диване.

– Я уверена, что у состоятельного мужчины, как ты, уже есть экономка, которая выполняет все из перечисленного тобой списка.

– Да, и моя экономка слушается меня. Она – драгоценный камень для меня.

– Очень занимательно, – произнесла Мэтти, а затем поинтересовалась: – Что мы скажем таблоидам? Что еще следует придумать и о чем солгать?

В этот момент Никодемус показался ей каким-то уставшим или даже грустным. Если бы перед ней был кто-то еще, а не Никодемус, девушка бы сделала все возможное, чтобы его утешить или как-то подбодрить.

– Ты можешь делать все, что тебе захочется, Мэтти, – ответил Никодемус, и вот тогда-то девушка возненавидела себя за то, что согласилась на эту авантюру. Она не осмелилась даже спросить у него, что он имел в виду.

– А если я захочу уйти от тебя? – Остановиться Мэтти уже не могла.

– Ты можешь делать все, кроме этого, – ответил он, причем голос его прозвучал очень серьезно и жестко. Когда его телефон зазвонил вновь, он схватил его со стола, но мысль свою все же закончил: – Нам придется пройти через это вместе. Надеюсь, теперь тебе стало все предельно ясно, Мэтти.

Затем он перевел свой взгляд на работу, и Мэтти тут же вспомнила о том жутком и угнетающем чувстве, которое разгоралось в ее груди. Виновата она сама, и никто другой.

Тот вечер они провели на кухне, готовя простейшие блюда: свежий салат, домашнюю питу, закуску с сыром фета и оливками, сдобренную оливковым маслом. В качестве основного блюда Никодемус приготовил ягненка на гриле, а Мэтти помогла сервировать стол, располагающийся на террасе.

У пары молодоженов даже появился свой собственный ритм, который обычно развивается со временем у многих пар. Они кружили по кухне, словно танцуя. Стоит признать, что, несмотря на их отношения, этот вечер казался самым интимным и уютным за все время пребывания на острове. Осознание пришло не сразу, на некоторое время девушка даже опешила, и в итоге ей пришлось присесть, чтобы здраво оценить ситуацию. Даже если Никодемус и был зол на Мэтти, он по-прежнему пытался создать необходимую связь между ними. Он хотел, чтобы девушка привыкла к нему. И именно этого-то она и не хотела.

– И что теперь? – спросил он, протягивая руку к кусочку питы с оливковым маслом, которая затем последовала в рот. Он откинулся на спинку стула и тщательно прожевал кусок, ожидая ответа от девушки.

– Я думаю, что тебе пора объяснить, что же произошло на днях на кухне, – выпалила девушка. – Большинство мужчин были бы в нереальном восторге, получив незапланированный минет.

– Я не отношусь к большинству мужчин.

– Это очевидно. – Аппетит в мгновение исчез. – С тех самых пор ты наказываешь меня.

– Не будь столь драматична, – невозмутимо ответил Никодемус и продолжил с удовольствием уплетать блюда со стола. – Наказание может принимать множество форм, но ни одна не предполагает пребывание на красивом острове.

– Все зависит от того, с кем ты находишься на красивом острове.

– Знаешь что, Мэтти… – В его взгляде читались противоречивые эмоции. – Я через это уже проходил. Красивая девушка, бесконечная ложь, и я уже знаю, чем все может закончиться.

– Ты намекаешь на то, что я похожа на твою бывшую? – спросила она. – Знаешь ли, что сравнение – враг радости, Никодемус? Может быть, именно поэтому ты постоянно сердитый?

– Я больше не считаю твои оскорбления и замечания забавными, – отметил Никодемус.

– Почему же? – поинтересовалась девушка, явно удивляясь своему порыву. – Ты же сказал, что знаешь, чем все закончится.

– То, что я считал игрой для нас обоих, для тебя нечто другое, – ответил он спокойным тоном. – Я не врал, а вот о тебе того же самого я сказать не могу.

– Но что, если и я не лгала тебе? – Мэтти вовсе не это хотела сказать и даже не понимала, как так вышло.

– Всегда помни о последствиях, – через мгновение напомнил ей Никодемус. – В этом случае я не верю ни единому твоему слову. Ты решила манипулировать мной и была готова пойти на все ради своей цели.

– Ты дашь мне сказать? – перебила его Мэтти. – Как ты думаешь, где я научилась использовать секс как оружие?

– Ты такая лгунья. – Никодемус больше не сдерживался в выражениях. Эмоции зашкаливали. – Ты врешь прямо мне в лицо, а ведь я знаю всю правду. Я был там! Я никогда не использовал секс как оружие. Стоит признать, когда мне нравился кто-то, я действовал, и это могло привести к сексуальным отношениям. Чувствуешь разницу?

– Это еще ничего не значит! – не сдавалась она. – Это твоя правда и твое мнение!

– Я давно мечтал заполучить тебя, Мэтти, – прорычал он, и на этот раз Никодемус выглядел несколько угрожающе. – Заметь, ты разделась тогда не по моей просьбе. Это было твое решение.

– Но ты был счастлив воспользоваться ситуацией, разве не так?

– Спорить я не стану, – ответил он. – Мы оба знаем, что я не любитель играть в игры.

– Никодемус…

– Ешь, – приказал он ей. Мужчина схватил свою вилку и без всякой жалости вонзил ее в мясо ягненка.

– Наш брак – это игра… подделка, – выпалила она. Руки ее были сжаты в кулаки, а в горле стоял ком, даже разговаривать было больно. – Я не удивлюсь, если в скором времени увижу наши лица на обложках таблоидов.

– Наш брак вовсе не подделка, – возразил он с некой суровостью в голосе. – Ты должна быть счастлива, что все вышло именно так и не иначе!

Никодемус проснулся в ужасе и впопыхах вскочил с постели.

С самой первой секунды после своего пробуждения он уже знал, что место рядом с ним опустело, и, чтобы это проверить, он коснулся постели, которая уже успела остыть. И вновь Мэтти ускользнула от него, как и всегда.

Никодемус выскочил из постели, не утруждаясь даже тем, чтобы включить свет. Снаружи светила яркая луна и отражалась в воде неподалеку.

В этот самый момент Никодемус был в ярости. Он задавался вопросом: «Как так вышло? Что я делаю не так?» Но он прекрасно знал ответы на эти вопросы. Причиной всему была сама Мэтти, и Никодемус понятия не имел, как ему контролировать ее. А может, он тоже играл с ней в те самые игры, о которых она не раз говорила, но именно эта игра в кошки-мышки сводила его с ума.

Каждую ночь она покидала их постель, и когда Никодемус просыпался, то тут же обнаруживал, что место ее пустовало, а в дальнейшем он находил ее в одной из комнат. Каждую ночь он, словно охотник, выслеживал Мэтти, находил ее и возвращал в постель, несмотря на ее бормотание во сне. И так продолжалось каждую ночь, а наутро Никодемус никогда не вдавался в расспросы. Он предполагал, что это часть ее мятежа, и даже восхищался степенью ее упорства и настойчивости. Но сегодня все было иначе. Чувство восхищения пропало, поскольку Никодемус никак не мог найти Мэтти, хотя проверил все места, где она могла бы прятаться. Ее не было ни в гостевых апартаментах, ни в большой гостиной или же в офисе. Он проверил все комнаты на вилле в надежде найти ее, но лишь позже осознал, что ей удалось улизнуть из здания.

Рано или поздно, но Мэтти сведет его в могилу, поскольку именно сейчас он безумно перепугался. Никодемус ринулся проверять патио и открытый бассейн, который в скором времени все же придется закрыть в связи с холодной погодой. На дворе был октябрь и дул сильный прохладный ветер, так что сейчас Никодемус чувствовал себя каким-то пещерным человеком, поскольку выбежал на улицу босой и фактически без одежды. Он ощутил облегчение, когда открыл дверь домика у бассейна и нашел Мэтти там.

Девушка лежала калачиком на шезлонге в углу, и на мгновение Никодемусу показалось, что она проснулась и разговаривала, но это было не так… Но затем он увидел слезы и выражение ее лица, на котором отразились ужас и испуг. Девушка не произнесла ни единого слова, а просто плакала не прекращая.

Не мешкая, Никодемус сократил дистанцию между ними, взял девушку на руки и, присев на шезлонг, положил себе на колени. Мэтти была холодной словно лед, но она по-прежнему спала и не открывала глаза.

Никодемус просто держал ее на руках, немного покачивая и бормоча слова, которые могли бы ее успокоить. Он откинул волосы с ее лица и услышал, как девушка всхлипывала, уткнувшись ему в грудь, а он делал вид, словно совершал подобное для многих женщин, которые встречались на его пути. На самом же деле это было не так, такую заботу он проявлял впервые.

Постепенно ее всхлипывания стихли, дыхание выровнялось, и Никодемус понял, что девушка проснулась, ведь все ее тело напряглось.

– С тобой все в порядке, – тихо произнес он, радуясь тому, что в помещении было темно и сейчас она не могла видеть его лицо. – Я охранял твой покой.

– Что… Что случилось?

Никодемус никогда не слышал, чтобы девушка заикалась, поэтому подумал, что Мэтти сильно испугана. Мужчина вновь решил погладить ее по голове, но на этот раз она отстранилась.

– Как часто тебе снятся кошмары? – поинтересовался он, в то время как девушка вскочила с его коленей и завернулась в плед, словно кусочек ткани мог ее защитить от Никодемуса. – Поэтому ты убегаешь из нашей постели каждую ночь? Ты и раньше была немного не в себе, но не так, как сегодня. Обычно ты быстро успокаивалась, когда я держал тебя на руках и пытался успокоить.

– Что? – Ее голос выражал панику. – Что ты имеешь в виду?

– Тебе снился жуткий кошмар, – напомнил ей Никодемус. – Ты плакала и кричала во сне. Одно и то же слово, снова и снова.

– Как странно, – ответила Мэтти, и, хотя теперь ее голос прозвучал несколько холоднее, паника все еще чувствовалась. – Возможно, я съела что-то не то.

Очередная ложь! – подумал мужчина. Мэтти была такой хрупкой на самом деле, но вела себя иначе, и ее реакция на кошмар была неподдельной. Никодемус встал и заметил, как девушка отступила назад, желая держать между ними дистанцию. Как жаль, что невозможно начать все сначала! Если бы только они могли доверять друг другу, хотя бы немного! Сейчас мужчина жалел о том, что за все эти годы они не сумели наладить отношения.

Никодемус не прикасался к Мэтти, хотя ему безумно хотелось, но он прекрасно понимал, что девушка не позволит ему такой дерзости. Сейчас она держалась крайне отстраненно, словно между ними возникла стена.

– Не думаю, что дело в отравлении, – произнес он после молчания. – Ты выкрикивала имя своей матери.

– Имя матери? – удивленно переспросила девушка. – Бессмыслица какая-то! Ты, должно быть, ошибся.

– Нет, любовь моя, – ответил он. – Ты постоянно звала свою мать. Снова и снова.